Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на приватную форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя".

Приветствуем на нашем закрытом проекте, посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но также присутствует своя сюжетная линия. В данный момент, на форуме играют всего трое пользователей — троица близких друзей, которым вполне комфортно наедине друг с другом. Мы в одиночку отыгрываем всех необходимых нашему сюжету персонажей. К сожалению, мы не принимаем новых пользователей в игру. Вообще. Никак. Но вся наша игра открыта для прочтения и вы всегда можете оставить отзыв в нашей гостевой.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » III игровой период » [С3] Don't hurt us again!


[С3] Don't hurt us again!

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://s2.uploads.ru/tpDhI.jpg
Нет пощады. Нет прощения.

Участники (в порядке отписи): Electro, Sonya
Дата и время: 10 мая, психиатрическая лечебница Нокс Маунтан, Нью Йорк
Краткий анонс: Я ненавижу этот мир. Я устал... быть изгоем общества, быть тем, кто не может постоять за себя и свои идеи. Думаете вам тяжело? Взгляните на меня. Я ничто. Я был никем. А когда стал кем-то, или... чем-то, на что соизволили наконец обратить внимание - то и это люди захотели у меня отнять. Мою Силу. Власть, то, о чем я и не смел когда-то мечтать! Они ее не получат, я больше ничего не отдам. Нью-Йорк не заслуживает НИЧЕГО.
Меня зовут Электро и я найду способ вернуть себе свою свободу и доказать этому городу, что не стоит присваивать себе чужие заслуги.
Я найду друга и мы вместе научим вас уважать... чужую уникальность. Да поможет вам Бог, когда мы покинем это место.

+2

2

Холод и боль.
Обычно холод используют чтобы успокоить боль, например, при сильном ударе, мы привыкли накладывать на синяки и шишку лед - обычно это замораживает неприятные ощущения в ушибленном месте и позволяет быстрее справится с дискомфортом. Представьте если наложить друг на друга ощущение дикого, болезненного сведения всех мышц сломавшегося хлипкого тела, и в добавлении к этому нестерпимый мороз по коже, пронизывающий до самых костей, словно в напряженные мышцы разом вонзили тысячи игл тревожащих заостренным концом каждый натянутый нерв внутри. Непередаваемое, даже жуткое и нестерпимое чувство, вовсе не то, что хотел бы испытать когда-нибудь скромный электрик.
Максвелл за всю свою жизнь получил не много радости, и почти ничего не знал кроме своеобразного пятачка из круга знакомых лиц, к которым уже привык за многие, скучные и однообразные годы. Унылая серая масса, дом-работа... Ужин у престарелых родителей, которые все еще считали его мальчиком, причем никчемным, не смотря на все его достижения, и снова работа. Чертежи, много чертежей его гениальных не воплощенных идей. Как и у любого гения, неисправимого холостяка-неудачника, дома у Дилана творился сущий бардак выходящий за рамки понятия творческого беспорядка. Но это был его родной бардак, привычный и любимый, и отрезанный от своего прошлого Макс серьезно скучал по нему. По дому. Даже по невкусной пережаренной курице скучал, которую подавала его мать к званному обеду... примерно как раз в это время. И тем не менее...
Все это в нем говорила его полузабытая человеческая сущность, не более того. Бренная, слабая. Не способная за себя постоять и отстоять собственные интересы, чего нельзя было сказать о том, кем он стал. Он много больше чем простой смертный. Гордость за себя, за свои поступки, да, он нисколько не жалел о том, что разнес пол улицы к чертовой бабушке, осознание этого лишь подчеркивало его индивидуальность и непомерную силу - все это заглушало собой боли не хуже лекарств, согревало тело почище теплой одежды, или горячего чая. И даже находясь в таком незавидном положении, скованным по рукам и ногам, погруженным в просторный стеклянный резервуар наполненный ледяной водой  ровно настолько, чтобы чуть покрывать сверху тонким слоем голубоватую кожу мутанта, тем самым сдерживая электроманьяка, не позволяя тому проявить свои способности управления энергией - это не могло его остановить, не пугало Электро. Не могло сломить его волю, и если может раньше он сдался, но теперь в его жилах текла не кровь, а чистая энергия, и все было иначе. Энергия ударяла в голову, блестела вспышками молний в пустом взгляде, и все, чего она требовала от Максвелла, слившись с ним, став одним целым, единым симбиотически зависимым друг от друга организмом - свободы. Ему нужно было выбраться отсюда. Злость ворочалась в груди упругим комом, а в мыслях, расслабленно разглядывающий потолок своей стеклянной тюрьмы мужчина, уже давно расправился со всем персоналом занимающимся опытами над ним. Безобидный и связанный? Ха, как бы не так. На его аквариуме изящная пометка "особо опасен", а когда его перекладывали на стол, или оставляли висеть безжалостно растянутым на металлическом каркасе между полом и потолком, ненадолго электрическое оборудование в палате просто напросто отказывалось функционировать ровно до тех пор, пока подопытному внутривенно не вводили лошадиную дозу снотворного. Даже заснувший Максвелл продолжал неосознанно "играться" с освещением, заставляя лампочки истерично мигать над головами ученых склонившихся над ним. Одна из галогеновых ламп с треском лопнула, дождем белых осколков осев на чужой одежде, исцарапав лицо берущей у Максвелла кровь для исследований девушки и застряв в волосах у нерадивых служащих, а новеньких вообще повергнув в ужас. Наверное половина команды работающих с Электро продвинутых ученых не зря тогда с перепугу уволилась, совершив хоть и пошатнувший их карьеру, но правильный и обдуманный ход - когда этот монстр вырвется на свободу лишь вопрос времени, и им очень бы не хотелось оказаться по близости в тот самый, страшный момент.
Смакуя то мгновение, когда он покинет свою тюрьму, Электро пытался высчитать, сколько его здесь держат, но увы... Кроме приборов показателей его жизнедеятельности, стальных балок, кучи проводов, стенда с анализами и электроникой для исследований, в его "палате" не было абсолютно ничего, что могло бы подсказать ему число, год, месяц. Окон здесь тоже не было - псевдогоспиталь был прямо под обычной псих больницей, в бункерах, под землей, располагалась самая настоящая зона 51. Образцы неизвестного происхождения, больные люди и животные подвергнувшиеся то ли излучению, то ли вообще побывавшие в гостях у инопланетян: все то, чем богат загадочный Нью-Йорк и что нужно тщательно скрывать от цивилизованного общества там, на поверхности, за пределами лечебницы.  К счастью для ФБР, или к общей печали всех ученых, действительно интересных науке "существ" здесь находилось не так уж и много. Электро же, не просто как загадке природы, но и как к убийце и преступнику было особое внимание.
Наконец добился славы, да?
Отвратительный шепелявый немец, устраивающий Максвеллу самый настоящий психологический тест, уже давно стал тем, на кого собирался излить свой гнев мутант, как только выйдет из заточения. Он с удовольствием поджарит язык этого самовлюбленного глиста в белом халате, и скормит его собакам. Типичный житель этого прогнившего, испорченного мира... Мира нуждающегося в очищении, потому что человечество, со всем их бездушием и наплевательским отношением не достойно спокойно жить. Бездушный взгляд скользил по лицам плотно обступившим его резервуар, тюрму, и не находил ни одной искры хоть какого-то сожаления в глазах. Разве такие достойны существовать? Наглые, тупые эгоисты любящие только себя. Они просто напрашиваются, чтобы с ними поступили так же.
И снова опыты, словно он не человек. Словно белая лабораторная крыса.
- Мьы вас сделайт самъим нужным сущьеством во всъем мире! - Немец, имя которого недвусмысленно звучало как Адольф, с теми же амбициями как и у самого Гитлера, снова с интересом разглядывает ухмыляющееся лицо мутанта, отражающее красноватые всполохи от мигающих светодиодов на панели перед которой сидела пара в военных комбинезонах, проверяющая частоту электрического импульса и заряд скопившийся вокруг извлеченного из бассейна тела молчаливого "пациента". - Въаши вазможности бесграничхны. Ви как бхальшая бхатарейка. Ви можхете помогхать людям.
Прельщала ли бывшего электрика возможность стать "самым нужным существом во всем мире" и помогать людям со всей планеты своими способностями?
Конечно же нет. Бубум... поезд ушел господа.
Злобная усмешка перерастает в ехидный оскал и мутант широко раздувает ноздри своего афроамерикансого, картофелеобразного носа, умудряясь в пустоте взгляда передать всю искреннюю ненависть и презрение, на которое только способен:
- Знаешь док... Меня теперь интересует только моя судьба. И не знаю.. что будет с людьми, когда я, - голос потрескивает, словно электроток на разорвавшейся линии, -... смогу помочь себе сам.

+2

3

<<When I feel my heart is right,
I gotta fight!
And I hope we stand alike,
We gotta fight!
Gotta fight!>>
© Doro Pesch - Fight

Кровь и ничего больше. Кровь была повсюду, на стенах, на приборах, на потолке, и даже в воздухе витал свежий тошнотный запах крови... Парочка конечностей лежала на полу в горячей багровой луже, а неподалёку от них верхняя половина человеческого тела, из которой вывалились все внутренности, словно зловонный мусор из пакета. Всё произошло очень быстро, никто даже опомниться не успел... никто не успел нанести ответный удар. Тишина. Лишь дыхание девушки пронзало пространство своей тяжестью, рывком выходя из груди и снова медленно и жадно наполняя воздухом её лёгкие. Соня сама не знала куда шла, но точно понимала чего хочет, хочет свободы, хочет выбраться из этого места, и она точно знала, что теперь никто её не остановит. Волосы бывшей пленницы измазанные в крови спадали ей прямо на лицо, но девушке было всё равно, она не собиралась их поправлять, она медленно шла вперёд по коридору, придерживаясь рукой за стенку.

Сегодня утром к Соне в камеру заходил врач, он был дружелюбен с ней, он был таким всегда, но это не помогло ему избежать жестокой расправы. Мышь вонзила свою секиру ему прямо в голову, толстое лезвие не смогло аккуратно располовинить череп, оно попросту раздавило его... Остальным повезло не меньше. Все, кто был в данный момент в этом проклятом корпусе либо погибли жестокой и страшной смертью, либо сбежали бить тревогу, здесь же не осталось никого из докторов и учёных, были ли здесь такие же "пленные заключённые", как и она, девушка не знала, да и особо ей было не до этого.

Соня не знала покоя с тех самых пор, как её привезли в это место, похожее на какую-то пыточную тюрьму особо строгого режима. На мышь надели смирительную рубашку, а хвост пришлось обеспечить датчиком электрошока. Девушку заранее предупредили, что стоит ей только пикнуть, как они тут же воспользуются этим чудо изобретением. По приезду её отвели в кабинет, где её ждала женщина лет сорока, полная с двумя свисающими подбородками и крупной противной мушкой над губами, напомаженными в тёмно-малиновый цвет. Она была не замужем, об этом говорил её пустой безымянный палец на левой руке, и это было не удивительно. Одного взгляда на эти слои сала за которыми где-то давным-давно пропала стройная шея юной и милой девушки, хватало, чтобы пропитаться к ней неприязнью по всем внешним факторам, да и характер у неё был прямо скажем не очень. Женщина относилась ко всем с презрением и имела часть власти в этом научно-психологическом центре.

Соню привели в кабинет по размерам соизмеримый с самой обычной классной комнатой в школах, разве что потолки были гораздо выше. Кругом стояли различные мелкие приборы, она не знала их предназначения, а ещё книжные шкафы, здесь их было гораздо больше, чем странных механизмов, в самом конце комнаты, на стене висела белая доска, видимо, предназначенная для проектора. 
- Вы понимаете для чего вас сюда доставили в таком виде? - Громко, стальным голосом спросила женщина, сверля Соню своим внимательным взглядом.
- Нет. Разве я сделала что-то плохое?
- Вопросы здесь буду задавать я! - дама нервно стукнула кулаком по столу, затем глотнула воды из бокала и продолжила. - Как вас зовут?
- Я... - мышка замолчала на пару секунд в раздумьях. - Я не знаю...
- Откуда вы?
- Не знаю...
- Вы хоть что-нибудь о себе знаете?
- Нет... - Соня стояла посреди комнаты, перед столом, где сидел её "судья", всё именно так и выглядело, только теперь девушка выступала не в качестве адвоката, а в качестве задержанной, ожидая сурового приговора, но, не смотря на всё это, мышка фактически не проявляла никаких эмоций, отвечала на вопросы ровно и спокойно.
Женщина прищурилась, она не доверяла словам допрашиваемой, но выпотрошить что-то на словах из мыши было  невозможно. - Ну чтож, мне всё понятно, будем изучать и решать эту проблему... - женщина захлопнула толстый старый журнал и, устремив взгляд в компьютер, отдала команду здешним санитарам. - Уводите.

С этого момента "домом" узницы стала, так называемая, белая тюрьма без окон, без сокамерников, без какого либо крохотного досуга, который имеют банальные зэки. Бесконечные допросы, повторяющиеся вопросы. Различные процедуры, на которые она ходила, сопровождаемая конвоем. Мышке не очень то хотелось мучиться под удавкой учёных-докторов. Была ли она напугана? Однозначно нет, во-первых, Соня так или иначе хотела совершить побег, так как его альтернатива была мучительно невыносима, во-вторых, она прекрасно понимала, что таким образом подвергает свою жизнь риску, с ней вряд ли станут церемониться, и тогда ей придётся дать сдачи, таким образом девушка мало что теряла, либо она будет гнить здесь, либо её убьют при попытке побега, ну, а если ей соблаговолит удача, то она окажется на воле.

До воли оставалось не так уж и много, но, внезапно, здание пронзил громкий, режущий барабанные перепонки, шум сирены, оповещающий об экстренной ситуации. Стены помещения окутало красным светом. Соня дрогнула, сердце в её груди загудело от волнения, но нельзя было вот так на пол пути давать выход эмоциям. Нужно сохранять спокойствие и хладнокровие, и тогда желанная цель непременно будет достигнута. В конце коридора Соню ждала огромная, к несчастью заблокированная дверь. По сигналу тревоги "умное" здание полностью перекрыло все входы и выходы, через которые можно было пробраться, имея особый секретный пароль. Но девушка решила включить не ум, а грубую силу, и, не долго думая, уже замахнулась своим многокиллограмовым хвостом, чтобы разрушить преграду, как вдруг заметила, что дверь начинает медленно отъезжать в сторону, а с той стороны, сквозь щель, стали пробиваться чьи-то тени. Но куда ей можно было спрятаться? Лишних жертв Соня не хотела, она не вынашивала план по истреблению всего рода людского и не таила на него огромную обиду, она просто не хотела давать себя в обиду, но так или иначе, ей пришлось обороняться. На этот раз это были не обычные санитары, отряд из пяти человек в спецодежде, имеющие оружие и спецподготовку. У Сони не было никакой подготовки, и она не владела в идеале своим оружием, но она таила в себе огромное стремление выжить и спастись, наверное только это помогло беглянке противостоять в нелёгкой схватке против парней в бронежилетах. Взамен она получила несколько пуль, одна из них угодила девушке в ногу, вторая в плечо, а третья, касательная обезобразила её тонкую шею. Больно, но не смертельно, смертельно будет, когда крови в организме не останется, а до этого момента Соня, задыхаясь и хромая, продолжала двигаться, прихватив у одного из нападавших универсальный пластиковый пропуск. Теперь у неё был доступ в любой отсек этого огромного здания, и чтобы не подвергать себя такому риску второй раз, девушка всё таки спряталась в одной из таких же камер, в которой совсем недавно держали её. Внутри, однако, было по другому, хотя Соне было совершенно не до изучения помещения, она даже не заметила то, что помимо неё здесь находился ещё один предмет изучения учёным-докторами. Мышь съехала по стенке на пол, наконец-то можно было немного отдышаться, за закрытой дверью сирену было почти не слышно. Боль в ноге и плече нестерпимо сверлила до самых висков. Нужно было достать пули и остановить кровотечение. Быть может зря мышка вообще решила устроить этот переполох? Превозмогая боль, она медленно поднялась на ноги, и тут её оторопевший взор устремился на... нечто. Замороженное, обездвиженное тело, напоминавшее по своему виду человека, но в тоже время кардинально отличавшееся от него. Сознание девушки будто бы абсолютно позабыло о боли и о том, что у неё осталось не так много времени на всё.

+2

4

Anger and agony
Are better than misery
Trust me I've got a plan
When the lights go off you will understand


Внезапный сигнал тревоги прервал "задушевную беседу" крысящегося Электро и немца,  все еще не отводящего своих мутных глазенок, за прозрачными стеклами очков они напоминали так и вовсе какие-то поросячьи горошины, от яркого лица оппонента. - Чтьо случильось? - Недовольно, требовательно прогортанил ученый, нехотя отступая прочь от подопытного, нервно поправив сползшие на кончик носа очки. Это зарытый отсек, здесь всегда тихо и скучно... смертельно тихо и скучно - это место напоминало крошечный ад для неудачников, вроде  Дилана, даже находилось под землей, и было далеко глубже любой могилы - символичненько пахло сыростью и смертью. Многие здесь, пленники своей собственной глупости, или же те, то получил жестокий удар Судьбы прямо в глаз, мечтали о том дне, когда наконец смогут спокойно отдать Богу душу - жизнь в этих камерах была невыносимой.
Но были и исключения вроде Дилана.

Бывший электрик глухо посмеялся, ехидно растягивая полные губы, раздражающе уставившись своими прозрачно-рыбьими, светящимися глазами в худую спину мужчины. - Как... весело, не так ли? - Проскрипел он, в очередной раз чуть дернувшись в сдерживающих его металлических захватах на собственных запястьях. Освещение в камере подозрительно мигнуло, но сразу же процессоры компьютера, электро-технические приборы вновь восстановили свою работу, мерно загудев с удвоенной силой. - Небольшие перебои сэр. Не беспокойтесь. - Нервно дернув плечом доложил один из работников, быстро глянув на недовольно сморщившегося немца поверх большого экрана. Его сосед, перебежав к входной двери, прижимая руку к покосившемуся наушнику, выглянув в коридор, и вихрем влетел обратно в помещение, под звуки раздавшихся неподалеку выстрелов, плотно закрыв за собой прозрачную дверь, - Один из образцов сбежал! Всех просят покинуть этаж, пока его не поймают. - Он подскочил к "психотерапевту" Электро, с решительным видом подхватив мужчину под худой, костлявый локоть, - Отсюда срочно надо уходить! Мы выведем вас, без паники.
- Что за вздор! - Доктор и без того был, мягко говоря не красавец, а теперь, покрасневший от возмущения, с перекошенной миной и сузившимися в две крохотные щелочки глазками, так и вовсе превратился в бесоподобное существо, нервно дергающее плечами и суетливыми движениями отнимающее у хватающего его работника свою одежду, - Я должъен прходолжать! - Взвизгнул мужчина, метнувшись обратно к брошенным всеми приборам. - Чтъо происходит?! Они не работать! - Наверное все ученые, ну, больше чем половина, подвержены редким припадкам паники и какой-то остервенелой, болезненной, отчаянной истерии во время которой в критические моменты они из последних сил хватаются за свои изобретения, свою работу, ища в ней свое спасение. Немец не был исключением из большинства, и старательно дергал за рычажки, поворачивал рукоятки регулировки питания в водяную тюрьму Дилана до тех пор пока они не выпали из паз, и лихорадочно щелкал то и дело опускающимися тумблерами, пытаясь восстановить работу отказывающейся работать техники. Под шумные хлопки выстрелов неподалеку, под тихий, потрескивающий сдавленный смех пленника, все панели буквально взорвались искрящимся потоком, плюясь фонтаном чистой энергии из потрескавшихся экранов и змеящихся по гладкому полу разорванных проводов.
Пара в рабочих комбинезонах наплевав на сохранность своего "подопечного", уже давно покинула ставшую опасной, из-за ослабленного контроля над разъярившимся электрическим монстром, камеру, предоставив доктору самому разбираться со своей подопытной крысой. В конце концов он ведь сам не захотел уходить...

- Нет! - Гортанно прокричал мужчина, едва не получив сноп искр прямо в уродливую физиономию - ему пришлось спешно прикрыть обожженное лицо руками и сделать неуверенный, широкий шаг назад, почти сразу наткнувшись спиной на стеклянную перегородку. "Плевались" теперь уже не только компьютеры и прочее считывающее оборудование близ "клетки", но и освещение в камере, безостановочно мигая, искря, а пара электрических ламп прямо над съежившимся доктором так и вовсе разлетелась на тысячи мелких осколков, блестящим дождем осыпавшись на низко склоненную голову незадачливого ученого. - Nein! Nein! - Забормотал несчастный, теперь уже обхватив обеими ладонями собственную макушку и позорно попытавшись укрыться под столом.

- О да, док, даааа, - Довольно рокотал со своего места, связанный, прикованный, черт возьми, чуть ли не распятый на своем жутко неудобном "лежбище" Максвелл Дилан, кажется искренне наслаждаясь тем шоу, которое он устроил благодаря переполоху снаружи учиненному каким-то неизвестным экспериментом. Белесые, усталые глаза устремились в изуродованный потолок, некогда абсолютно белый, как в старой больничной палате, теперь же местами покрытый черной копотью, с болтающимися на ниточках обломками ламп и хромированными кривыми трубами - так же  значительно почерневшими. - Я почти свободен.
Ему нужно еще немного усилий. Кисть все еще плотно обхватывает широкая полоса металла, туловище зажато ремнями, а голову... он едва может ею повернуть, или взглянуть вверх, задрав подбородок - единственное, что свободно, это пальцы, сжимающиеся и разжимающиеся, по которым сейчас змейкой пробегала миниатюрная молния, да онемевшие от холода, кривящиеся в болезненном оскале губы. Он был ослаблен... как же долго они подавляли бушевавшую в нем энергию, или вызывали резкий ее скачок, экспериментируя и играясь со способностями, данными ему природой. А, как известно, с природой шутки плохи. Ему нужно сконцентрироваться. Как он хочет вырваться на свободу, как хочет напитать себя живым электричеством...
Он страшно голоден.

А еще он так хочет отомстить всем людям в этом чахлом городишке и маячившая перед ним перепуганная, ненавистная рожа немца не давала мутанту собраться для последнего рывка.

Белая тень мелькнувшая у входа, едва слышно, в этом невообразимом шуме стоявшем в помещении, скрипнув входной дверью, не могла проникнуть в комнату незамеченной для лихорадочно бегающего  по стенам светящегося взгляда бывшего электрика. Кажется сюда пожаловал тот самый гость, благодаря которому и случилась вся эта смешная паника.
Существо женского пола. Об этом однозначно намекала небольшая грудь, узкая талия и широкие бедра запыхавшейся, перепачканной кровью беглянки, утомленно прислонившейся к прохладной стенке. Кажется она довольно высокая. Девушка... Молодая и невинная, с большими, изумрудными глазищами в обрамлении густых, каких-то странно белых,словно покрытых инеем ресниц - но что с нею сделали? Во что превратили?!
Она страдает?
С некоторых пор Максвелл воспитал в себе глухую ненависть к подобным творениям, имеющим шерсть, или панцирь, или еще что либо, ласты, жабры, хвосты, или же чешую - в общем нечто среднее, между человеком и животным. Он не забывал, благодаря кому здесь оказался. Благодаря кому здесь его пытали, жаждали убить, уничтожить, превратив его в безвольный сгусток энергии для питания чуть ли не для доброй половины Американского континента, халява сэр. Опять украсть его идею... а виноваты такие животноподобные существа. Но между теми тварями и этой барышней было одно большое различие - она разделяла судьбу Электро, здесь, сейчас. Она оказалась в этой камере, измученная,  избитая... раненная, возможно даже как и он - а вдруг ее предали такие же, как она? Дилана например просто предало все человечество. Человек... мышь... Взгляд рассеяно скользит вдоль всего хрупкого, худого тельца облаченного в больничное тряпье и заканчивается на окончании длинного, почти голого хвоста пленницы.
Только один вопрос: как она таскает с собой такое внушительное оружие?!
Хотя не ему, "громовержцу" судить, но эта гигантская, плоская, ловящая бледный свет оставшихся целыми галлогенов, на свой узорчатый срез покрытый багровыми, свежими пятнами крови, жуткая изогнутая секира, казалась чуть ли не в два раза больше самой мышки. Было в этом что-то завораживающе-притягательное: агрессивный блеск металла, белоснежная короткая шерсть, и ярко-алые, кровавые розы витиевато украшающие открытые участки ее тела.

- Ты кто? - Тихий, потрескивающий голос бывшего электрика перекликался с жалобным скулежем замершего перепуганной шавкой под столом доктора, и хрипением совершенно испорченной техники.
- Выпусти меня... - Просяще добавил он, видя в глубоких, цвета молодой листвы, глазах испуганно застывшей незнакомки то, что он видел в себе, в своем отражении в зеркале, еще даже пока не стал таким - полное отчаяние, а теперь и решительность вкупе с равнодушием.  По крайней мере ее глаза не были пустыми... или по дурацки любопытными к его особе.
Может ей было жаль его?
- Я тоже хочу сбежать отсюда. - Мы нужны друг другу, ты знаешь это... ты должна знать об этом! - Помоги мне. Освободи меня.

Pain, without love
Pain, I can't get enough
Pain, I like it rough
'Cause I'd rather feel pain than nothing at all
Pain, without love
Pain, I can't get enough
Pain, I like it rough
'Cause I'd rather feel pain than nothing at all

+2

5

Эта комната сошла с ума. Электро приборы взбунтовались, они словно изо всех сил старались показать, что способны на большее, чем просто служить умеренным людским требованиям. Свет бастующе мигал, отовсюду, где есть даже малейшая связь с проводкой, валили фонтаны искр. А виной всему этому было нечто, на что так пристально смотрела Соня последние несколько секунд. 

Странное существо, ни человек, ни животное... его вообще трудно было сравнить с кем-то или чем-то. Инопланетная форма жизни? Всё может быть, но мышь об этом не подумала, в своей прошлой жизни она вообще в инопланетян не верила. Так кто же это такой? Что бы это ни было, оно напугало Соню. Да-да, и не на шутку! И как бы девушка не старалась скрыть свой испуг, всё таки мельком он проглядывался на её, измазанном кровью, лице. Она никогда раньше не видела подобных себе антропоморфных животных, что уж было говорить о таких, как ОН?! По его венам, если можно было их так назвать, бежал заряженный поток частиц. Кожа, словно прозрачная, не скрывала под собой весь этот внутренний энергетический хаос. В нём "бурлила" электрическая энергия, и она просилась наружу, парень был похож на непредсказуемый гейзер, который мог в любой момент взорваться и... убить.

И мышь уже была готова ко всему, однако к тому, что произошло дальше - меньше всего. А именно к его дружелюбному, даже, в каком-то смысле, растерянному и просящему обращению к ней. Вот уж странно! Зачем ему лишний груз в её лице? Ведь Соня уже и так балансирует на грани жизни и смерти, этому парню ничего не стоит, как просто взять и добить её одним ударом, затем просто забрать желанный "ключ-отмычку", который выведет его на волю и позволит сеять вокруг себя хаос и разрушение, чем он, собственно, по первому впечатлению беглянки, и являлся. Да, Соня сравнила его с хаосом, самой, что ни на есть разрешительной силой! Слишком опасной, слишком резкой, слишком безумной... По крайней мере, ничего более могущественного и завораживающего взгляд, она в своей жизни не видела. И что же ей теперь делать? Мышь не очень то хотела обзаводиться товарищами, особенно такими, но иначе ей отсюда было не выбраться.

Их глаза встретились, и этот разумный "Электрод", напоминающий своей физической формой человека, заговорил с мышкой своим далеко нечеловеческим, а скорее "электрическим", сбивающимся от высоковольтного напряжения, голосом. Сердце у девушки затарабанило, как у настоящей лабораторной белой мыши, не каждый день ты совершаешь побег из научных тюрем, и не каждый день ты убиваешь людей ради свободы, и самое главное: не каждый день ты встречаешь подобных этому, просто невероятных по своему виду и подобию существ! Глядя на него Соня совсем позабыла о том, что сама на внешность далеко не человек... . Но вот над мышью замкнула проводка, и искры брызнули из розетки прямо на её худенькое, окровавленное тельце, девушка прикрыла голову руками и поджала колени, конечно это не спасло её от нескольких небольших ожёгов, но помогло наконец-то оторвать заворожённый взгляд от нового знакомого и прийти в себя! Давно пора было перестать на него таращиться!

Повторно обратив свой взор на Электро, Соня хмыкнула, затем схватилась рукой за пошатывающуюся тумбочку, и опираясь о неё, и придерживая второй рукой кровоточащую рану, попыталась встать с пола. Нет, мышка не станет показывать этому парню свою слабость, ведь в таком случае он точно не станет с ней возиться, пусть знает насколько она выносливая и сильная, чтобы не возникло соблазна промежду прочим её прибить. Стиснув зубы и унимая дрожь в теле, девушка всё таки поднялась на ноги, и облокотилась спиной на стену.
- Давай поможем друг другу, приятель. - наконец, твёрдо и уверенно ответила Соня, глядя прямо в лицо Электро. - Я знаю, что ты здесь не один. - Она кивнула в сторону поваленного стола за которым забаррикадировался и затаился перепуганный до смерти немец, в надежде, что о нём забыли. - Так вот, пусть твой друг, для начала, остановит кровотечение. - Сквозь окровавленные, сбившиеся пряди волос на парня смотрели глаза, в которых не было ни капли страдания. Лишь воля и стремление выжить. - Ну так что? По рукам?
Девушка была готова попросту сломать карточку, если Электро посмеет причинить ей боль.

В эти самые минуты спец отряд из пяти бравых солдатушек-ребятушек в непробиваемой, механизированной броне, с огромными пушками, и одного командира собирались попасть во внутрь этого самого помещения, где сейчас находились два мутанта и один учёный. Руководствовались они тем, что кровавый "хвост", который тащила за собой Соня, помимо огромной секиры, закончился именно на этой двери, и что пора бы её снести к чёртовой матери и...

- ...ПОКОНЧИТЬ СО ВСЕМ ЭТИМ Д*РЬМОМ РАЗ И НАВСЕГДА!

+1

6

Электро не собирался оставаться в этих замшелых клетках, у него было слишком много планов на будущее. Кроме того, что сравнять весь этот муравейник с землей, он должен был отомстить той мерзкой парочке, собственно, благодаря которым он и оказался здесь. В глухом заточении... Благодаря им он испытал на своей шкуре просто кучу омерзительных препаратов. И чувствовал себя самой настоящей подопытной крысой... К слову о крысах.

Девочка оказалась не промах и сразу выставила ультиматум, не спеша бросаться к закованному электро-психопату и освобождать его от пут. А ведь и правда, с огромным таким риском для жизни - а ну как это светящееся тело решит с ходу ее зажарить, превратить в эдакий шашлычок с разделочным ножом в подарок. Дерзкая какая.

Потрескавшиеся бледные губы Максвелла снова растянулись в едкой, наглой ухмылке, едва заметно приоткрыв белую полоску зубов. Пустой взгляд бегло метнулся к панически прикрывшемуся стулом мужчине, решившему сберечься под покосившимся столом. Доктор продолжал нашептывать на немецком молитвы всевышнему, перепугано вертя головой по сторонам, видимо ища пути к отступлению - незаметно, тихо, мимо мутантов, один из которых открыто желал ему смерти, а другой представлял собой угрозу военных масштабов, со своим непревзойденным, слившимся с телом оружием.И он определенно точно не собирался никого лечить! - Я ЗДЪЕСЬ! - заслышав голоса команды зачистки,  скрюченный мужчина мгновенно высунул свою худую, скуластую физиономию, едва не сорвав голос от воплей, - Спхаситье! HILFE! - попытавшись ползком добраться до дверей, Адолф мгновенно схлопотал разряд, метнувшийся рваной молнией от ближайшей искрящей аппаратуры аккурат в оттопыренную, костлявую пятую точку, украсив мятый халат ученого темным, обугленным пятном с витиеватым дымком поднимающимся к потолку.

- Вернись на место червяк, - не смотря на то, что Электро был очень ограничен в своих возможностях, поврежденная система позволяла ему совершать такие элементарные вещи. Однако самостоятельно освободить себя он все-же не мог. Ему нужна была помощь. Ему нужна была помощь Сони.
- Ты же видишь, - бывший электрик до боли сжал кулаки в своей водяной темнице, демонстрируя мыши, что кроме подпаленного халата визжащего жирной свиньей докторишки он здесь бессилен, - Я не могу... Я еще слишком слаб, но... Ты могла бы сама заставить его. Ты можешь применить силу. Ты ведь не беспомощная, - заметил Дилан, опустив глаза на застрявшее в полу, покосившееся лезвие на конце мышиного хвоста. Дверь сотрясалась с другой стороны от ударов - создавалось впечатление, что на нее с разгона напрыгивали все охранники разом, или, притащили с поверхности толстое полено, используя его тараном - судя по увеличивающейся выпуклости с этой стороны, они и использовали нечто похожее, чтобы прорваться в закрытое помещение. В котором вот-вот, судя по бешено искрящей проводке и запаху гари должен случится пожар.

- Ньо я не врач! - тихо проскулил оглаживающий свою прожженную насквозь рабочую одежду, похлопывая по тому месту, вытряхивая на пол почерневшие кусочки ткани, пеплом разлетающиеся в стороны. Однако, едва стоило мутантке не спеша повернуться лицом к съежившемуся (идиот, надо было сразу валить с ассистентами, пока у тебя был шанс!) ученому, тот еще больше побелел и испугано закрылся руками. Перспектива быть изящно нашинкованным, а судя по всему девушка уже успела кого-то порубить на кусочки, его совершенно не прельщала. - Хорошо! - пискнул он, пятясь все в том же полусогнутом положении к покосившемуся шкафу в углу помещения. Не отводя взгляда, загнанный в угол мужчина слепо нашаривал на полках подобие аптечки. - Толькхо не убивайтхе... - схватив рукой пакет с бинтами и обеззараживающими средствами, валяющийся в углу и никому не нужный. Никто не был готов к таким поворотам, и от аптечки на самом деле осталось одно лишь название - все шкафы, все полки были забиты электроникой и препаратами, которые могли бы пригодиться в изучении феномена которым обладал Максвелл Дилан.

Как жалко, как смешно выглядел этот некогда самоуверенный, вечно хвастающий своим непревзойденным умом и навыками тип, обещающий расщепить Электро на молекулы и пустить его "батареечную энергию" во благо общества. Теперь от этого важного вида не осталось ровным счетом ничего - мужчина боязливо приблизился к Соне, прижимая пакет к щуплой груди, быстро перебегая мыльными глазками от спокойной, чуть подергивающейся от редких, болезненных ощущений в раненном плече белой мордашки к открытой ране. Вернее к двум, но плечо было пожалуй ужаснее пролетевшей насквозь пуле в лодыжке. Собирался ли он извлекать пулю, к слову, из обезображенного плечевого сустава? Вряд ли.
- Я сделайт, руки поднять, - пропищал ультразвуком ученый, вынимая моток марли и сминая ее в пласты, дрожащими руками прижимая к поврежденной коже и лихорадочными движениями, трясясь от страха, принялся обматывать стройное тело, то и дело косясь в сторону дверей. Может стоило дотянуть время?  Солдаты ворвутся, скрутят этих взбесившихся мутантов и спасут его шкуру. Все счастливы, не так ли?

Вот только у беглецов совсем другие планы.

Гнутое железо узких ворот в лабораторию опасно заскрипело, сообщая о том, что долго не протянет. Автоматная очередь по дверям оставила изящный узор наискосок, пробив в нескольких местах истончившееся железо. Ох и просияла же дрищеватая морда доктора, предвкушающего то, с каким удовольствием он потом исколет транквилизаторами взбушевавшегося Электро. А еще у него будет новая любимая мышка для опытов - оценивающе взглянув на девицу, молча поправляющую кривую перевязь, мужчина едва рот не порвал от довольной ухмылки, аж приобнажив идеально белые, ровные зубы.

- Освободи меня. - Электро снова сотряс свою клетку, выпустив сноп искр и мелких разрядов, убежавших к неисправным, хрипящим панелям, растворившись на подернутых рваными волнами, серых экранах. - Освободи меня и мы выживем оба! - Белые зрачки немигающими точками уставились на зажатый в тонких пальцах мутантки пропуск. Жадно и требовательно. Электро сомневался, что эта странная барышня способна совладать с толпой охранников. Без защиты, раненная... В одиночку. - Я не убью тебя. - Хриплое обещание теряющего терпение и силы мутанта, очевидно все-же подействовало на не решавшуюся на столь рискованный шаг Соню, и девушка сделала свой короткий шаг к его свободе - неловким движением провела ребром карточки по считывающему устройству.
А за ее спиной доктор Адольф сравнялся цветом со своим истерзанным халатом, захлестнув щуплые ладони на собственной физиономии, в ужасе взирая как пускай и поврежденная, но все еще подвластная элементарным командам система послушно снижает все защитные функции, ослабляя захваты на теле довольно хмыкнувшего, успокоившегося Электро.

С глухим шипением, выпустив облака пара от разогретой, наэлектризованной воды заполняющей резервуар, в который помещали тело Дилана, его тюремная, скажем так, кабинка, отщелкнула ремни на его запястьях, ногах и широком торсе, наконец отпустив своего неспокойного пленника на волю.

- Хах... Свобода. - Признаться, он начал отвыкать от нее. Даже первый раз за столь долгое время сделав шаг, Электро пошатнулся, схватившись за балку собственной камеры, сжав ее в дрожащей хватке. Молча, сосредоточенно разглядывая свою бледную, с перебегающими искрами на месте артерий кисть, бывший электрик молча поднял глаза на опасливо отступившую назад Соню, едва не столкнувшуюся спиной с панически пытающимся слиться с окружением ученым. Максвелл не стал дожидаться, когда недоверчивая девушка решит, что поступила слишком опрометчиво, выпустив на волю это электрическое чудовище, и разрежет его пополам своим необычным оружием - он просто подошел к ней, покачиваясь, пошатываясь и спотыкаясь, и тяжело опустился рядом на одно колено, протянув руку по направлению к ее истекающей кровью лодыжке. Он ничего не сказал, ничем не обозначил свои действия.

Просто крепко сжал ее ногу.

Резкая боль на несколько секунд ослепила мышь, и Макс мигом одернул руку, серьезно опасаясь, что девушка, попросту испугавшись, его атакует. На месте раны теперь красовался смазанный отпечаток чужой ладони, - Я прижег рану. Больше ты не будешь истекать кровью. А теперь мне нужно напитаться...

Оставив мутантку обдумывать его поступок, игнорируя натужные стоны с минуты на минуту готовой разлететься на куски двери, бывший электрик направился к плюющимся разрядами панелям, с голодным и довольным выражением склонившись к технике.

+1

7

Соня дёрнулась, крепко стиснув зубы. Вонзившаяся в ногу, острая боль, пронзила мышь до самых мозгов. Это слегка шокировало её. Тяжело дыша, девушка проводила Электро моргающим взглядом. В глазах всё расплывалось… Без отчётливая фигура электрического мутанта творила беспредел, жадно пожирая энергию из здешних компьютеров. Некоторое время Соня смотрела на него, не отрывая своего ошарашенного взгляда.
«Как он это делает?» - В удивлении думала она, откинув из головы на время сам факт того, что скоро в эту камеру ворвутся солдаты, до зубов вооружённые последним словом боевой и огнестрельной техники. Но на такое просто невозможно было не обратить внимание. Электроэнергия струилась изо всех приборов прямиком в… Него. И как река впадает в океан, точно так же и электричество стекалось из приборов, рассекая пространство остервенелыми режущими брызгами, а затем растворялась в, не объятом мощным энергетическим штормом, теле этого стихийного монстра. Просто потрясающе!
«Неужели он полностью состоит из электричества? И как только можно было с такой невероятной силой угодить за эти стены… ?»

Внезапно, снаружи раздался подозрительный пронзительный свист, он мигом вывел Соню из ступора, и словно по команде, немец в панике юркнул обратно в своё убежище, ведь он прекрасно понимал, что обозначает этот звук. Соня лишь успела бросить в его сторону взгляд, как невероятной мощи взрыв, оглушил её, и в ту же секунду, мутантку волной отбросило на несколько шагов от стены, прямо по направлению к столу, за которым вновь пристроился немец Адольф.
Один из металлических дверных осколков пролетел следом за упавшей мышью, пронёсся над её телом, и, словно огромный безобразный сюрикен, врубился остриём в укрытие профессора. И если бы не безупречная реакция последнего, то в Нью-Йорке стало бы на одного учёного-немца меньше.
Открыв глаза, мужчина вздрогнул, холодный пот горохом покатился по его лицу. Сердце лихорадочно завибрировало в груди, сбивая  дыхание. Кусок металла крупный и уродливый угрожающе топорщился из стола прямо напротив, его, намокшей от ужаса, головы. Тут же немец почувствовал резкую боль в переносице. Чудом, едва полностью не раздробив кость, острый конец металлического «снаряда» впился мужчине прямо в нос. Струйка крови покатилась вниз по его дрожащему лицу. Адольф зажмурил глаза и крепко стиснул зубы. Только что он мог распрощаться с жизнью! Так нелепо, ведь он бежал, чтобы спастись.

Камера превратилась в свалку бесполезных приборов. Повсюду валялись куски железа, осколки и прочий хлам. Большинство механизмов попросту отказали в работе, так как была повреждена проводка.
С оглушительным рёвом сирены в камеру ворвался, вооружённый до зубов отряд. Они тут же рассредоточились по всему периметру помещения и наставили на мутантов свои ружья. Появление солдат вывело учёного из молчаливой истерики и заставило чувствовать себя в безопасности, ведь с их оперативным штурмом, в перепуганного до смерти бедолагу, вселилась надежда и уверенность. Совсем недавно он таился, молясь о том, чтобы эти два сумасшедших монстра забыли о его существовании, увлеклись своими разрушительными делами и пропали восвояси. Теперь же немец тайно ликовал, он был уверен что фортуна на его стороне, и что эти уроды наконец-то получат по заслугам! Прикусив в язвительном оскале язык и прикрывая перепачканной рукой рану на носу, он таком выглянул из-за стола, чтобы насладиться происходящим.
Соня успела подняться на колени, что произойдёт дальше, она не знала, но, скорее всего, её новый знакомый не растеряется. Девушка полагала, что ему не составит труда справиться с этим отрядом - настолько Электро впечатлил её своими способностями! Разумеется, мышь не собиралась просто сидеть и ждать, когда он возьмёт и всех отлупит, она была готова помочь ему в этом деле… насколько сможет…
- Не с места! Вы окружены! Сопротивление бесполезно!!! - прокричал главнокомандующий отряда, жёстким, командирским тоном. - Мы оцепили всё здание и перекрыли входы и выходы, вам некуда бежать! Сдавайтесь по хорошему и тогда, мы гарантируем, что предусмотренная для вас, мера наказания не будет выполнена в полной мере.

У немца в душе ликовал фейерверк злорадства, теперь, когда эти две ошибки природы пойманы, он может ничего не бояться. Куда им двоим против целого отряда, где каждый имел блестящую спец подготовку, обученные всем тонкостям ведения дальнего и ближнего боя, меткой стрельбе, ловкости действия, а так же нельзя не принимать во внимание отточенную реакцию, холодный ум, и заученные и проработанные до мельчайших нюансов, безупречные командные действия - они явно не оставляли Соне и Электро ни одного шанса на побег!
Мужчина в потрёпанном белом халате не смог сдержать злорадного смешка от  переполняющего его восторга. Правда, сделал он это не очень громко.

Освещение в камере давно потухло. Стены окрасились в красный цвет, цвет тревоги, что творилась снаружи: от петляющих коридоров, до высокой ограды, которой был обнесён периметр научного центра. Все находились в ожидании, все ждали, какие же действия сейчас будет предпринимать Электро…

Отредактировано Sonya (2016-07-13 14:26:50)

+1

8

Максвелл Дилан пожалуй был одним из самых образцовых, самых дисциплинированных жителей Нью-Йорк сити. Он выкидывал мусор исключительно в корзины, переходил дорогу на зеленый свет, а при встрече с коллегами и соседями скромно и вежливо говорил "здравствуйте". Исправно платит налоги, не водил машину, поскольку боялся штрафов и неправильной парковки, никогда не пытался оспорить несправедливое лишение премии и уважал полицию. Он всегда делал все, что ему говорили.

Слишком многое он позволял людям с собой делать, стараясь быть примерным гражданином. Хорошим человеком. Последние события доказали ему, что общественность - это жестокий, жадный муравейник, в котором есть люди так похожие на простых, никчемных рабов, хотя Америка уже давно как свободная страна. И почему он так долго отказывался принимать это? Почему так наивно надеялся на то, что все изменится к лучшему, и однажды, он сможет почувствовать себя полноценным членом общества, а не существом на задворках созданным для одной лишь цели - делать что-то, что другие, мнящие себя выше всех, могли бы потреблять себе в угоду.
Он ждал перемен. А когда дождался - оказался за решеткой, как подопытная крыса, из которой высосут все что можно, прежде чем скинуть жалкий, съежившийся трупик в печь для отходов.

- Заставь меня...

Смягчение наказания? Гнить в своей тюрьме дальше, под усиленной охраной, испытывая все больше новых унижений, и загибаясь от насмешек того ехидно ухмыляющегося хмыря, за широкими спинами солдат? Серьезно? Ониправда расчитывают, что данная перспектива звучит хоть как-то привлекательно?
Электро затылком чувствует десяток взведенных курков в дрожащих руках. Почти физически ощущает стекающие по чужим телам соленые капли пота, убегающие со лба за воротник униформы. Слышит тяжелое, прерывистое, хриплое дыхание военного отряда, дожидающегося, когда сбежавший пациент клиники покорно склонится пред ними на колени, осознав свой проступок. Интересно, читали ли они его резюме, валяющееся тут же, где-то под столом, в куче мусора - тихий, скромный парень, поддающийся чужому внушению и чуточку психически нестабильный?
Приборы давно прекратили свое истеричное, беспорядочное мелькание, рассыпая электрические фейверки во все стороны, и единственным источником света в наполненной запахом гари, железа и сожженной резины служил аварийный багровый свет, да восполнившая свои запасы энергии ярко-голубая фигура Дилана, в подпаленном костюме из полиуретана, от которого к потолку поднимался витиеватый дымок - гигантская, живая светодиодная лампа. С наслаждением вытянув перед собой полупрозрачную руку, с пробегающими по нервным электрическим узлам под кожей огоньками, бывший электрик с видом познавшего единую истину мудреца крутил перед собственной губастой физиономией свою подсвеченную ладонь, с любопытством сжимая и разжимая пальцы, лениво шевеля ими и любуясь реакцией плещущейся в нем  нерастраченной энергии. Каждое его движение, нарочито медленное и расслабленное неизменно было встречено целым хором дрожащих голосов с требованием поднять руки. Раз уж он ими пошевелил...

- Что-что? - неожиданно развернулся лицом к толпе перед входом мужчина, еще больше поразив всех тем ярким светом в глазах и уродливой образиной, по которой, словно ядовитые змеи перебегали яркие, змеевидно расскеющие мерцающий кожный покров пурпурные ленты зарождающегося гнева и раздражения, - Мне поднять руки? - холодно уточнил бывший электрик, бездумными, рыбьими глазищами воззрившись на перепуганную охрану, вытянув шею и сгорбившись, держа распахнутые ладони на уровне груди. Более опытные офицеры, видавшие в этих подземных хатакомбах всякую мерзкую тварь, пострашнее всяких мужиков-светлячков, держались гораздо более спокойнее их молодых коллег, столкнувшимся с бунтующим "нечто" впервые в своей жизни. Макса так и подмывало оскалить рот в злобной, глумливой ухмылке и с угрожающим "Бу!", сделать широкий шаг по направлению к трясущимся жалкими зайцами молодым парням. Ему нравилось, как на него смотрели... вот так. Не презрительно, без надменности, или приевшейся гадостной насмешки превосходства - его боялись, а значит, он уже добился того, чего так долго жаждал... Уважения. Какие люди глупые, понимают только грубую силу, не оценив до этого возможности человеческого мозга по достоинству. Теперь у него есть все, что заставит их подчинятся его воле. А не наоборот.
Обратив внимание на съежившуюся на полу мышь, Электро искривил полные губы в подобии улыбки. Кажется только он и его спасительница понимали, что здесь происходит.

- Хорошо, я сдаюсь, - меланхолично пробормотал Дилан, плавно поднимая искрящие ладони над головой. Кажется это никого не успокоило, - Шутка, - хором проскрипели рации, прикрепленные на нагрудных карманах униформ и поясных, широких ремнях охраны, спустя мгновение разорвавшись на кусочки, словно давно были начинены порохом и только и ждали, когда с них сорвут невидимую чеку, - Надеюсь вы успели позвонить родным? Поговорите с ними. Похвалитесь, какие вы молодцы... Поймали беглых уродцев, - отключенные мобильные телефоны в чужих карманах отозвались истеричными звонками, которые выдавали всевозможные предпочтения служивых, будь то заставка из детского сериала, или шутливый голосок вопящий о том, чтобы хозяин наконец взял трубку - помещение буквально разрывалось от закладывающего уши шума. Громкость звонков скакала от тихого шепота, до оглушительной сирены на отметке "максимум", - С дороги... - разветвленная молния секундной вспышкой озарила разбитую комнату, ослепив растерявшийся отряд, и этим же приведя его в чувство. Хлопки выстрелов в пустоту пересеклись с треском живого потока энергии, пронзившего по дуге охрану, сыграв роль щелчка для стоящих в рядок прямоугольников домино - повалившись плечом друг на друга, хорошо "прожаренные", но пока еще живые бравые ребята теперь хором охали, расстелившись на пороге, придавив собой истерично визжащего немца, которого, на его счастье, лишь немного прижгло с затылка, образовав красную, аккуратно круглую лысину, - Заткнись червь. Или твои потроха я тоже прожарю до хрустящей корочки.

Игнорируя раненных, уже не в состоянии позвать на помощь, или подать любой сигнал подмоге, бывший электрик перешагнул через распластавшиеся по полу лаборатории обожженные тела, и остановился прямо над притихшей Соней, молча глядя на девушку сверху вниз. А затем просто подал ей руку, предлагая опереться о свою горячую ладонь.

- Идем...

Идем отсюда.

Отбросив мысли о маскировке, такой хвост, простите, не под одним балахоном при всем желании не спрячешь, Электро уверенно шагал вперед, таща мышку за собой, крепко держа ее запястье и не думая отпускать даже тогда, когда перед ними возникали препятствия в виде дверей, которые Максвелл открывал легким движением пальцев, ломая электронные замки, или возникали ни о чем не подозревавшие, не получившие предупреждений вовремя солдаты. Он не сбавляя шага уверенно шел вперед, распугивая сим зрелищем и "врачей", вынуждая их белыми, вспугнутыми голубями прятаться в боковых камерах, убираясь с чужого пути.
Остановился Электро лишь тогда, когда парочка оказалась в лифте. Тяжелая секира на конце мышиного хвоста оставила внушительных размеров зарубину посреди пола кабинки, пока они поднимались на первый уровень клиники. Выпустив кисть мутантки, Дилан, наконец, соизволил опустить голову и просто взглянуть на свою спутницу.
- Я не люблю таких, как ты. Из-за них я оказался здесь, - он снова бездумно уставился куда-то в потолок, рыская по стенам в бесцельном ожидании, когда они наконец покинут это место, - Я помогу тебе бежать, потому что ты помогла мне. Потом я должен отомстить... да. Я должен отомстить, - задумчиво добавил он, словно бы пробуя на вкус эти столь непривычные для него слова. Пока он даже представления не имел, чисто теоретически - где искать своих обидчиков? Как он собирается мстить, что будет делать дальше и где укроется.

Сейчас он просто сможет выйти отсюда, и пока-что, это Электро устраивало.
Начинать надо с малого...

+2

9

Соня покорно прихрамывала за Электро, массивный металлический груз тянулся за ней, как огромная атрофированная конечность.
Пока они шли вперёд, сминая дверной механизм один за другим, словно это были картонные коробки, мышь ненадолго задумалась над словами Электро. Безусловно, там где два мутанта, там и пять и двадцать, но почему он так выразился? Почему он подразделяет её как-то иначе? Несмотря на то, что Соня прекрасно видела различие между собой и Электро, она не понимала, что же он конкретно имеет в виду, и чем ему могли насолить «такие, как она»?
- Слушай, ты сказал «Такие, как я?». Что это значит? - непонимающим тоном произнесла вдруг мутантка. - А ты, что, разве не такой как я? Ведь ты тоже… Другой! Лично я вижу здесь двух беглецов - мутантов… - последнее слово девушка услышала из уст здешних профессоров, так они её называли и ей оно показалось уместным в данной ситуации. - И они оба недолюбливают людей за их трусость и жестокость.
Возможно, если бы Соня хоть немного помнила кто она есть на самом деле, и какая участь однажды досталась ей и её младшему брату, то просто бы шла молча глядя в пол, но к счастью или нет, в душе и в воспоминаниях у мыши обитала пустота, и ей не на что было опереться. Нутром она прекрасно понимала, что Электро совершенно всё равно на эти её «волнения и переживания». Он знал и понимал внешний мир, тот, что таится за этими толстенными стенами, и у мутанта были свои счёты с ним, которые он так жаждал свести. Соня же шла в неведомое и в неизвестное, и как следствие, она рисковала вновь попасть в, подобное этому, место, где над ней снова и снова будут ставить, различного рода, опыты. Но тогда был ли смысл бежать отсюда? Этот порыв ярости, что пробудился внутри неё, и подтолкнул на побег, когда она одна одолела несколько человек, получив в отместку жалкую пулю. Неужели ей надо было подавить в себе это неутолимое желание жить? Ведь мышь совершенно не думала о том, что ждёт её после того, как она выберется на волю, ей просто хотелось избавиться от мучений, что причиняли ей здесь люди. И теперь, когда свобода так близко, девушка испытывала самое, что ни на есть, чувство страха.
- Послушай… Я не знаю, кто ты, как тебя зовут… - мрачно произнесла мышь, ей было не очень приятно выслушивать от Электро такие слова о подразделении на категории, и о том, как он, по сути её ненавидит, только потому что она не извергает потоки электричества, а носит на голове огромные уши и покрыта шерстью. - И я не знаю, что ты задумал. - продолжала она. - Какая-то месть, каким-то… Таким как я? - Девушка уставилась на Электро вопросительным, непонимающим взглядом. - Ты мне не враг, хотя бы просто потому что я не понимаю, что происходит… Почему эти люди так жестоки к тем, кто не похож на них? Я просто встретила тебя и ты помог мне, а я помогла тебе, так что, до тех пор, пока меня не прибьют, я могу быть на твоей стороне… В принципе, я и так на твоей стороне, потому что… - девушка задумалась на мгновение. - Просто потому что ты единственный, кто помог мне, даже не смотря на свои принципы.
Соня снова замолчала с сердитым и, от части, растерянным взглядом взирая вперёд по коридору, казалось такому бесконечному… Её, некогда ухоженные, красивые, очень длинные волосы, теперь были похожи на спутанную паутину, в которой был жестоко убит не один десяток маленьких букашек, словно им всем сначала пустили кровь, а затем цинично и хладнокровно вспороли животы и выпустили кишки. То, во что мутантка была одета одеждой тоже сложно было назвать, разве что рваный, грязный лоскут, да и только! Которым до этого вытирали кровь с пола. На теле ссадины, синяки и порезы. Словом, жуткое зрелище брело по коридору в направлении двери с надписью «ВЫХОД».
Девушка-мышь медленно возвысила огромный конец своего биомеханического хвоста, и он угрюмой тенью повис над её ушастой головой. В отличие от простых конечностей, хвостом Соня могла управлять даже если устанет физически. Девушка не ощущала прикосновений к нему, но не в полной мере ощущала тяжесть, когда тот находился навесу, иначе бы вряд ли она смогла его так просто поднять и махать из стороны в сторону, рассекая пополам тела людей!
Лифт в конце коридора, ведущий вниз, к сожалению не работал, по этому пара беглецов воспользовалась лестницей. Здесь их ждал  контрольно пропускной пункт, затем ещё одна дверь, крепкая - последняя дверь научного бункера, та самая! Она вела в огромный, мгновенно опустевший после сигнала тревоги, холл, это место оказалось самым настоящим предвкушением свободы. Здесь всё выглядело иначе: высокие стены; зеркальный потолок, из которого росла здоровенная хрустальная люстра, она же являлась предметом искусства, самой необычайной красоты; огромные окна, правда, на данный момент они были перекрыты, так же, как и входные двери - совершенно другие. Вы ведь знаете, как выглядит парадная любого офиса какой-нибудь крупной компании? Вы заходите внутрь и видите стойку с оператором, который охотно и с улыбкой ответит на все интересующие вас вопросы, здесь же находится широкоформатный экран по которому, наверняка, транслируются новости об успехах компании. На полу красуется огромная эмблема организации, аккуратно выложенная кафелем под заказ. Кругом расставлены столики и не самые удобные диванчики из ненатуральной кожи, на случай, если вдруг кто-то будет находиться в режиме долгого ожидания. Всё здесь выглядело приветливо и как бы говорило своим сотрудникам: Ты успешный человек, ты работаешь в самой крупной научной организации в стране. Да ты только посмотри наверх, какая здесь люстра! Какие ещё могут быть сомнения?
Соня стала с любопытством озираться по сторонам. Это место не внушало ей понятия о красоте и успехе. Хотя, некоторое время назад она сама была представителем офисного класса, сидела в кабинете, слушала жалобы людей, работала с документами. И так же в фирме, которая представляла её услуги, был такой же холл, правда в разы меньше и без шикарной люстры, но суть от этого не менялась. В то время девушка считала себя вполне успешным человеком, у неё было хорошее образование, которое позволяло ей устроиться в уютненькое и жить в ритме человеческой обыденной жизни. Кажется это и есть счастье у людей? Когда всё хорошо и идёт точно по твоему плану.
Мутантка встала возле дивана и провела рукой по гладкой кожаной поверхности.
- А знаешь… - Вдруг подала она свой голос, и он моментально разлетелся эхом по всему периметру этого огромного зала. - Мне вот интересно, как такого, как ты, всесильного и невероятного, смогли поймать и посадить под замок? Те, кто остановил тебя… Почему они с тобой так поступили? Они ведь тоже не люди. И если честно, я не понимаю их… Ведь люди не любят таких, как... мы.

Отредактировано Sonya (2016-08-26 01:27:33)

+1

10

Дилан молча опустил голову, устремив взгляд на округлые мышиные уши своей новой знакомой, даже не соизволив даже посмотреть ей в глаза, равнодушно таращась почти в противоположную стену лифтовой кабинки. Столько вопросов... И впервые в своей жизни бывший электрик не горел желанием объясняться, расшаркиваться, в целом ответить хоть на один достойно. раньше он пытался как-то выделиться, ради признания и похвалы, заиметь друзей активным общением... А сейчас ему было почему-то более, чем все-равно, однако... перед ним его спасительница, и, как-никак, а Максвелл испытывал к ней что-то сродни благодарности и жалости. По сути эта мутантка первая и единственная, кто решилась протянуть ему руку помощи, пускай и при этом сама находясь на грани и нуждаясь в защите.
Как глубоко они под землей в этом аду?
- Наполовину люди, наполовину животные, - с глухим потрескиванием отозвался он, снова вперив рыбий глаз в пустой, ничем не примечательный потолок замызганного лифта, - Эти создания унизили и растоптали меня на глазах сотни... Они сделали меня слабым. Тогда меня схватили и привезли сюда, ставили опыты. Я хорошо запомнил их... большая черепаха и рыжая лиса. Я выберусь отсюда, найду их, и обращу в пепел. Мне никто никогда не хотел помочь, никто... - слабо освещающая тесный угол грушевидная лампочка над их головами быстро замигала, вибрируя в такт с хриплым звучанием голоса мутанта, то становясь ярче, то затухая, вместе с бушующим ураганом эмоций в груди то опасно багровеющего, то вновь возвращающего себе спокойное, бледно-голубое свечение Дилана. В словах его слышалась явная обида капризного ребенка, даже бездушное выражение гладкого, губастого лица искривилось в плаксивой, болезненной гримасе, но быстро разгладилось, едва только раздался короткий сигнал, оповещающий о том, что кабинка достигла последнего этажа.
Никто не помог, кроме тебя.

Электро молча следовал за своей спутницей, предпочитая изображать из себя безмолвную тень. чем поддерживать с девушкой разговор. На самом деле он много думал, мысленно взвешивая ее слова и борясь с внутренними противоречивыми желаниями - с одной стороны ему дико не хотелось связываться со зверушкой, он полыхал ненавистью к этим созданиям, Соня правильно просекла фишку, и при одном воспоминании об округлом панцире парня-мутанта с фиолетовой маской, или пышном, роскошном лисьем хвосте, Дилан багровел, метал молнии, и готов был в бессильной злобе разгромить любой близстоящий предмет, разнеся его в щепки. Как он устал терпеть унижения... С другой стороны, ему нужен был друг. Союзник. Напарник... Эта девушка была сильной и преданной, что успела уже доказать своему электрическому приятелю, а ее хвост - чудо биоинженерии, не менее опасен чем убийственные заряды электричества. Она готова ему помочь, и не отворотила свой маленький черный носик от понятия "мести", понимая, насколько он хочет крови. Может и ей это не чуждо? Как она сказала? "Недолюбливают людей за их трусость и жестокость."
Коридоры странно пустовали. Судя по всему, весь персонал успели эвакуировать, в страхе перед сбежавшими монстрами, и честно говоря, правильно сделали. Любая лишняя физиономия в поле зрения мрачного, как море туч бывшего электрика рисковала быть обращенной в тлеющие угольки. Или быть нашинкованной внушительных размеров тесаком на конце длинного хвоста белой мышки. Они не спешили, понимали, что их уже на выходе наверняка ждет как минимум местный ОМОН, предупрежденный о колоссальных способностей сбежавшей из клеток опасной парочки. Мутант тормозил, останавливаясь у любого возможного источника питания, будь то розетка, лампа, или телефон, оставляя после себя абсолютную разруху и навсегда неисправную, плюющуюся искрами проводку. Набираясь сил, напитав полностью заряд внутренней батареи, Дилан был готов устроить грандиозную вечеринку под световое шоу, с жаренным человеческим мясом в вечернем меню.
Они почти на свободе.
Осталось только перейти эту вычурную, пестрящую презрительной роскошью, от которой тошнило залу, и распахнуть двери, чтобы ступить в приятную прохладу городского вечера. Даааа... В отличии от беспамятной Сони, он то помнил все эти... диваны, полированные столики и дорогой материал мозаичных полов. Ведь он каждый день за все время своей работы проходил по таким дизайнерским плиткам,тихо воспевая похвалу тем, кто создал подобную красоту, и никогда не осмеливался присесть на дорогую, отполированную кожу, поскольку считал себя не достойным даже коснуться такой мебели. Какой тупой, боязливой овцой он был, считая, что мир просто примет его скромность и ему уступят дорогу.
Теперь то он наконец понял, что получить что-то, можно лишь взяв силой. Славу, признание, власть, деньги - все!

Он равнодушно оглядывается по сторонам, словно в поисках хоть одной живой души, кроме него самого и длинноволосой девушки, чуть поодаль задумчиво оглаживающей блестящую спинку гостевой софы. Разумеется никого не обнаружив, мужчина все тем же ленивым шагом приблизился к одному из широких окон, занавешанных тюлевой занавеской до пола, и осторожно отодвинул ткань, бегло глянув на то, что ожидало их на улице. Что же, в расчетах он ошибся.
Как и следовало ожидать, площадь перед псевдо психиатрической больницей заполонило с полсотни мельтешащих вдоль линии военных с щитами и оружием, что было вестимо, помощнее обыкновенных пистолетов. Позади в ряд стояли грузовики, и доставившие к месту группу захвата, а так же несколько полицейских машин, окрашивающих своими мигалками площадь и фасад здания в бодрые красные и агрессивно синие цвета.
Их ждали с нетерпением.

Широкая, яркая ладонь мутанта медленно легла на обивку рядом с крохотной ладошкой мыши.

- Потому что они считают себя избранными. Они ничего не сделали, чтобы так думать. Даже среди ошибок природы, как ты, как я, есть такие же... такие... они ничуть не отличаются от людей, которые завсегда готовы у тебя отнять все и превратить в жалкого червяка. Даже не хотят понять, что я перенес. А я всего-лишь хотел взять то, что принадлежало мне по праву, и что у меня когда-то отняли...
Убрав руку, бывший электрик оставил после своего прикосновения к гладкому покрытию дымящийся, идеальный по своей форме отпечаток с обугленными, почерневшими краями.
- Я - Электро.
Максвелл Дилан погиб в той аварии, осталась лишь боль, лишь воспоминания об обидах из прошлого. Ему сломали жизнь. Его уничтожили.
Электро сможет отомстить за скромного электрика и вернуть все его разработки в собственное пользование.
Все, что он уже сделал - это только лишь начало расплаты!

- "Попробуйте остановить меня."

- Хочешь быть со мной - тогда идем. В конце-концов, не один я страдал в этой лаборатории, - скользнув взглядом по тяжелому украшению венчавшему механизированный хвост мышки, мутант повернулся к ней спиной, стремительно преодолев расстояние до стеклянных дверей входа в помещение. Понимает ли она, что разделив с ним его жажду мести, придется пройти по кровавой дорожке? Хотя чего уж там - даже чтобы отвоевать собственную свободу приходиться убивать. Измазанная свежей кровью широкая полоса металла, волочившаяся следом за девушкой, указывала на то, что во время бегства она своих тюремщиков явно не щадила.
Это будет только ее выбор.
Он просто молча толкнул двери, равнодушно ступив навстречу прицелам точно в грудь.

Какой сюрприз ждал военных, когда на них сверху (ох, зря вы встали рядом с фонарями господа офицеры, зря) посыпался дождь осколков разлетевшихся от перенапряжения ламп. Да начнется шоу.
Электро хладнокровно осыпал чужие головы искрами из лопнувших уличных проводов, что скользкими змеями, характерно шипя и извиваясь, скопом падали сверху, оголенным электричеством прожигая униформу, вкрадчиво добираясь до мягкой плоти. Полицейские, которые умно остались в задних рядах, попытались отъехать от беснующейся электропроводки подальше, да только в суете и толкотне, за долю секунды образовавшейся на одном пятачке, кто-то так развернул полицейский автомобиль, что протаранил соседнюю грузовую машину. Один толчок носом этого массивного военного "динозавра" и соседний фонарный столб с послушным треском и скрипом валиться прямо на крышу незадачливых копов. Под смявшимся боком с характерным запахом мазутной струйкой потекла бензиновая струйка из пробитого бензобака, радужной от обильной подсветки лужицей растекаясь под колесами. Много ли надо, чтобы устроить теперь зрелищный взрыв со столбом черного дыма, взметнувшегося под облака?

- Уходим...

+1


Вы здесь » TMNT: ShellShock » III игровой период » [С3] Don't hurt us again!