Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » Альт Вселенная » [А] I Want to Kill You Like They Do In the Movies |21+|


[А] I Want to Kill You Like They Do In the Movies |21+|

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s020.radikal.ru/i720/1510/6a/2a5d86c85bcf.jpg
Участники: |Michelangelo|, |Rafael|, Leonardo
Дата и время: Нью-Йорк; север Канады
Краткий анонс: флешфорвард относительно 4.13 Land of the death. 15 лет спустя.

Отредактировано |Michelangelo| (2015-11-12 22:36:06)

+4

2

Never opened myself this way
Life is ours, we live it our way
All these words I don't just say
And nothing else matters


− Ха! Прямо в яблочко! Как тебе это нравится, Джонс?
Хриплый довольный смешок и стеклянный дребезг кубиков льда в пустом стакане – единственное, что нарушает тишину помещения, в котором мутант сидит, закинув ноги на карточный столик, и лениво кидает дротик за дротиком в закрытую фотографией мишень. Тяжелые от пыли и смога тканевые обои тонут во мраке, матово проглядывая темно-вишневым,  воздух плывет от сизоватой дымки недавно раскуренного косяка. Микеланджело скучает и ждет. Ждет и скучает в чертовом притоне, пока остальные его подельники не растащат все ценности, не погрузят в автомобили и не обольют горючим  здание, знаменуя завершение всех дел с огрызком итальянской мафии, решившим начать собственное дело, не разузнав для начала расстановку сил в Большом Яблоке. Что ж, это дело поправимое. Теперь-то им там, на Сицилии, должно быть, многое станет очевидным.

− Конечно, тебе не нравится, ублюдок, - неторопливо продолжает беседу с самим собой Майк, тяжелым взглядом глядя на испорченное изображение мужчины, бывшего еще несколько лет назад назад изрядно досаждавшим банде Пурпурных Драконов виджиланте, а в настоящее время - детективом второго ранга департамента полиции Нью-Йорка. И чертов жетон  теперь приносит гораздо больше проблем, чем весь боевой арсенал одиночки-психопата в прошлое время. Да, Джонсу явно пошла на пользу недолгая отсидка за мародерство и разбой, куда его так «удачно» упек знакомый Пурпурный «крот» из NYPD. Сделал, называется, доброе дело. Выслужиться хотел. И почему люди такие тупые? Почему им вечно надо как следует намотать соплей на кулак прежде, чем они начнут делать только то, что им велят?
В сторону фото полетел нож для колки льда – настроение Майка из легкой наркотической расслабленности перешло в тихую агрессивность, как и всегда, когда дело касалось того, до чего он не был в силах дотянуться. Это его бесило, то, что он не мог подобраться к детективу Кейси Джонсу и намотать его кожу на кулак, содрать ее  с него наживо, как в видео-игре, устроить ему полноценного «кровавого орла», как он того заслуживает! Чертов ублюдок прекрасно знает, что он на мушке, и его коллегам это прекрасно известно, а значит, пока он не совершит фатальной ошибки, все псы мафиозной банды Хана должны сидеть ровно на своих задницах, держа нос по ветру в ожидании команды «Ату!» И черт бы его побрал, если они не притащат Джонса ему в пастях! Не притащат – значит, разделят уготованную ему судьбу.

−Приготовления завершены, - низкий вибрирующий голос Гончей заставляет Майка отвлечься от изуродованного фото, перестать раскачиваться на поскрипывающем под его весом стуле и повернуть голову в ее сторону. Обсидианово-черное лицо африканки не дрогнуло под его мертвенно-холодным взглядом, а вот на его собственном расплылась широкая кривая ухмылка. Он легко поднялся с места, закинул в рот один из кубиков льда, громко им хрустнув, и широким шагом двинулся на выход, чувствуя как будоражит его ожидание. Майк любил огонь. И очень любил эту часть его работы – эдак снисходительно уронить с ладони зажжённую зажигалку в лужу горючего. Отвернуться и пойти прочь, спрятав трехпалые кисти в глубоких карманах по всем канонам бандитского кроя пальто, пряча лицо мутанта в тени шляпы. А позади него стремительно разгорается адское пламя – пламя возмездия, пламя их силы. Никто не смеет сомневаться в том, что чертовых итальяшек раздавили именно они – Драконы. А Майк предпочитал быть Драконом, а не черепахой.

Ему это позволялось.


− Как все прошло? – голос Хана пуст, без искренней заинтересованности в вопросе, и это отчего-то злит Микеланджело, сейчас мрачно натирающего кожу рук персиковым маслом. После принятия ванн он всегда занимается этой косметической процедурой, так как его кожа, кожа рептилии, оказалась весьма чувствительна к воздействию вредных веществ, содержащихся в воздухе Нью-Йорка, и требовала заботы. А может, он просто убедил себя в этом и не желает признавать свою привычку странной. Тем не менее, он доволен тем, как выглядит с ее помощью – уж куда лучше, чем его остальные братья. Не то, чтобы он имел возможность их увидеть воочию, но мысленно он всегда запросто мог представить их постаревшие морды (господи, да прошло всего пятнадцать лет как их дорожки разошлись – к всеобщему облегчению). Дон и в юные свои годы не казался пышущим здоровьем, а совсем даже наоборот. Блеклым, серым, пыльным, больным. Несомненно, именно таким он и был, тем более, сейчас. С тяжелыми, набрякшими красоватыми мешками под мутными глазами цвета дохлой рыбины. Майк фыркнул своим мыслям и поднял взгляд на экран, где за столом восседала высокая тень его босса – Хан уже в легком нетерпении барабанил пальцами по столу, и это означало, что Майку следует поторопиться со своим отчетом.

− Обыкновенно, - тягуче отвечает он и чуть вытягивает вперед руку, втирая масло в дельтовидную мышцу, - Мне там делать было нечего. Разве что покромсать их дона, да и то, с жирной свиньи веселья мало. Хотя визжал как заправской кастрат в опере.
− Выручка?
− Направил в порт, как  приказано, - легкомысленно отмахнулся, в голосе засквозила легкая насмешка. Этот допрос Хана казался ему такой формальностью, не нужной совершенно, что само собой начинало подействовать на нервы. − Когда я смогу вернуться в головной офис? - Майк нагибает голову, ехидно глядя в крохотный объектив  камеры, - Мне не хватает игры в нарды, босс. И, помнится, вы так не отдали мне прошлый выигрыш, - он уже в наглую скалиться в камеру, ловя малейшее движение человека.

− Когда отсюда уберется твой брат, - Хан ничем не выдает раздражения, хотя Майк уверен, что тот как минимум закатил глаза, и это только добавляет ему ненормального воодушевления. Ему нравится играть на ксенофобии босса и смотреть, как тот с годами все лучше и лучше учится прятать свое отвращение, то, как его коробит от всего катастрофически инородного  в Микеланджело, и при этом он держит его при себе в роли своей правой руки. Столько противоречий и в одном гороподобном человеке! Все же, далеко не все люди тупые.   

− Хе? Он все еще там? – не сказать, что Майк оживляется от подобных новостей, но что-то глубоко внутри него не позволяет совсем уж обойти это упоминание стороной. Все же, прошло уже больше десятка лет, как он не видел, не встречался лицом к лицу со своими «братьями».

− Он на высоком счету, так что неудивительно, что сопровождает мастера Шреддера, - отрезал Хан, и Майк только качает головой, смутно удивляясь этому. Его брат всегда был рохлей, которого он шпынял как только мог все сознательные годы их жизни в катакомбах. Он не стеснялся этого и не пытался прикрыть этот неблагоприятный для человеческого социума факт напоминанием о других братьях, не меньше него издевающихся над братом. Так как же он так выслужился? Как не загнулся среди людишек, будучи таким слабаком? Без него! Микеладжело не знал, что думать, но видеть брата после его «предательства» не хотел ровно так же, как и пятнадцать лет назад. Ведь тот «разбил» ему «сердце», как порой мог говорить Майк, находясь в том сумеречном настроении, когда у него вдруг появлялась тоска по родным и старым денькам. И все же, гораздо интереснее было идти своей дорогой, изредка узнавая подобные новости от Пурпурных Драконов, имеющих почти что «родственные» связи с Фут. 

− Ясно, босс, - вздыхает он и видеовызов обрывается со стороны Хана. Майк снова остается в дочернем офисе и не знает, грустить по этому поводу или не стоит.

…А еще, от масел кожа становится шелковистой, и многочисленные татуировки на ней сияют яркими красками, точно свежие. Майк выливает немного себе на ладони и принимается растирать лицо.


− Это что еще за ерунда? – Майк недоуменно смотрит на мигающий телефон в своей широкой ладони, а девчонка, повисая на его карапаксе, тянет тонкие руки вниз, норовя выхватить устройство из лап своего учителя.
− Уймись-ка, Ангел, - враз потерявшим все игривые нотки голосом рявкает Майк, и стряхивает пацанку со своей спины, едва не треснув юную воровку по лицу. Девочка скатывается на землю, торопливо пятится на несколько шагов от него и скрещивает руки на груди, исподлобья глядя на мутанта, угрюмо уставившегося в телефон. Конечно, с ним были шутки плохи, но ей всегда казалось, что она умеет распознавать его бешено меняющиеся настроение так, чтобы вовремя или подлизаться и получить долю внимания в обход своих товарок или успеть слинять с обзора и не получить люлей за слишком малахольный вид. Но сейчас перепад оказался слишком уж резок. Что там ему прислали? Отказ в кредите? Сообщение от беременной подружки? Очень смешно.

Майк же тем временем тупо взирает на ровный, угрожающий своим объемом текст сообщения и чувствует, как в нем поднимаются уже достаточно давно позабытые чувства. Ненависть, возмущение и, черт побери, чувство, что он просто преисполнен сладкого яда и желает его вылить немедленно. Мрачное возбуждение от черной радости. Черт побери, он не думал, что этот день настанет так быстро. От напряжения у него даже едва слушаются пальцы, когда он фамильярно набирает вызов самому Хану. Приучить его к субординации и в юные-то годы не так чтобы вышло у их учителя, а здесь, где сила и место дракона определялось в основном его злобностью и наглостью, ему тем более прощалось многое. Уж что-то, а борзости у Микеланджело не убавилось даже после всех стычек с самим боссом, в которых здоровяк бульдозером проходился по сильно дерзкой, но слабоватой физически черепахе. Однажды у него даже панцирь треснул на стыке между боковым швом и гребнем карапакса от очередной взбучки. Мозгов, впрочем, это ему не прибавило.

− Хан? – безмятежно приветствовал он босса, хищно сгибая и разгибая пальцы на свободной руке, - Мне нужен отпуск, я еду в Канаду. Мой брат подох и я обязан организовать по этому поводу большую пьянку, - с улыбкой маньяка он уставился в потолок, не слушая ответ и даже забывая выключить мобильник. В груди начал подниматься тихий рокот, превращающийся в смех.

Ангел решила, что самое время вернутся домой и поучить уроки.


Отпуск ему дали с тормозами. Должно быть, все же не стоило вот так запросто звонить Хану… Но что ж теперь. Зато ему устроили экспресс-доставку на одном из полуофициальных самолетов Драконов, сумрачно ухмыльнувшись напоследок в лицо. Не догнав причину таких полных злорадства ехидных рож, Микеланджело решил не заморачиваться вовсе и воодушевлённо принялся составлять список того, что он сделает, добравшись до места последнего упокоения его врага детства номер два.   

И только потом, глядя в кружащийся снегопад, он подумал, что, должно быть, если сообщение получил он, то и остальные тоже.

Fuck.

Never cared for what they do
Never cared for what they know
But I know

+3

3

Лео мог бы стать образцом для подражания, примером для своих ничтожных братьев. У него было все, чтобы со временем исцелиться, стать лучше и преподать урок младшим братьям. Ведь когда-то, он действительно хотел так сделать. Думал, что со временем, они смогут стать семьей.
Наивно для подростка, не правда ли?
Еще более иронично стало то, что юноша переплюнул всех. Так ощущалось по общим изменениям, в том, насколько все стало все дерьмово. Это надо хорошенько опуститься, чтобы стать чем-то, похожим на ненавистного учителя, которого когда-то называли отцом. В далеком детстве, полного надежд на что-то светлое. Но увы, все вышло так, как никто из братьев в глубине души не хотел. Очень глубоко, стоит заметить.
Леонардо неспешно проковылял на кухню, снимая запачканное пальто. Оно уже все пропиталось кровью нескольких жертв, которых он верно, как и раньше, носил любовнику. Только разве что верности было не так чтобы много. Скачущий тестостерон уже утихомирился и сладко посапывает, хотя все еще с завидной периодичностью проявляет себя, когда мечник желал хорошенько оттянуться. Мысль о физическом удовлетворении заставила чуть криво и мерзостно улыбнуться, в итоге остановившись у раковины, чуть ли не на полную открутил краник, выпускай холодную воду наружу. Подставив запачканные руки, Лео с какой-то холодной отрешенностью и безумной лыбой наблюдал, как красная вода стекает по раковине к месту слива, и в сей момент чем-то напоминал безумного маньяка, совершившего что-то поистине его вдохновляющее, но сейчас он находился под спадом эмоций. Ну конечно, мужчина любит быть оригинальным и в этом у него было от Дона - некогда сокровенной любви. Так вот если вспомнить все те чувства, что мутант испытывал к брату, то это действительно было что-то искреннее и светлое. Хорошая зацепка, дабы стать лучше и зажить совершенно другой жизни. Леонардо и сам не понял, когда, собственно, к нему пришел момент, когда ласки с гением становились не такими воодушевляющими и заставляющими биться сердце чаще. Тем не менее, возбуждения и желания от этого не убавилось. Это была безумная страсть, в которой Лео растворялся и чувствовал кайф. Как от наркотиков, от которых, кстати, он не отказался и по сей день. Да, мечник вымыл руки, сел за стол, достал из кармана своих штанов небольшой сверток, где лежала в несколько завернутых по типу сигарет свертков марихуана. Вспышка огня, и травка вместе с бумагой стала тлеть и от нее исходил соответствующий запах. Задумчиво-холодное выражение лица стало чуть более расслабленным, Леонардо прикрыл глаза, прокручивая сегодняшний день.
Вот, Донни просит его убить парочку интересных образцов, протягивая в руки старшего фотографии, где сзади был написан адрес и их место работы. Вполне успешно подкараулив, умелый ниндзя отправил в мир иной эту парочку и поочередно спустил в недра канализации, заметая при этом следы. Все-таки юношеские годы оставили след, в виде опыта ведения таких дел. К тому же, сейчас Лео не был безумным параноиком, у которого постоянно болит голова. Нет, можно сказать, он стал всем тем, что есть, осознанно и вполне признает, что да, такой и иллюзий не строит.
Еще Леонардо вспомнил о неожиданной симпатичной свидетельнице его коварного злодеяния, с шоком наблюдая, как странный горбатый силуэт жестоко расправляется со вполне обычным мужиком, который оказался не в то время не в том месте. Глаза убийцы не упустили девушку и та, по закону подлости, не успела убежать. И тогда лицом к лицу столкнулась с ужасающей, по меркам людей, тварью.
- А я люблю зрителей, - Лео прикрыл рот разбушевавшейся мадам, говоря тихо и с той жестокостью, которая прижилась к нему за половину его прожитой жизни. - И для них у меня есть кое-что особенное.
Вновь на лице черепахи расплылась пакостная улыбка. Он в дичайших подробностях помнил, как она пыталась сопротивляться, цепкими коготками впиваясь в одежду, а кое-где попадая и по открытому лицу мутанта, оставляя маленькие царапинки. Ее попытки выбраться даже возбуждали, что видно и по лицу Леонардо, дико скалившегося и облизывающего потресканные от холода губы, впившись ими в нежную кожу красавицы. Скользнув руками по бедрам, сжимая складки одежды, а силы такого соприкосновения хватит сполна на хорошего размера синяк. Но уже подобравшись к поясу штанов, Лео резко сдирает их вниз, отчего слышится треск порванной одежды. Куртка так же оказалась расстегнутой, на сей раз, правда, не повредив ничего. Такая судьба ждала жилетку и блузку, оголяя белую кожу и аккуратный кружевной бюстгальтер. Хохотнув и вовсе не обращая внимание на сопротивление и хриплые попытки кричать, аккуратно подчеркивающее грудь белье оказалось в руке мутанта просто белой тряпочкой. Целуя в губы и кусая их, Леонардо и тут нарвался на сопротивление, когда девушка рискнула зацепиться за язык и откусить от него. Но удалось только сильно прикусить губу, отчего к подбородку стала стекать кровь. Но это только раззадорило мутанта, он придавил девчонку к грязной стене темной задрипанной улицы, попутно стягивая с себя штаны. Попутно это не мешало держать жертву в узде и не давать ей сбежать, хотя ее дрыганье ног периодически досаждало, но долго прелюдия не задержалась. Держа руками бедра и чуть их приподнимая, Лео вошел в девицу быстро и резко, вызывая агонию боли. Слезы с глаз несчастной шли ручьем, с каждым новым толчком был слышен громким всхлип и шепот "пожалуйста, не надо, не надо". Только с каждым разом, полностью ощущая тесноту и женское тепло на члене, у мутанта сносило башню и без того плохо держащуюся. Как по злому закону судьбы, никого не было в подворотне, чтобы остановить насилие. Крики и всхлипы постепенно стихали, а лицо девушки становилось все более пустым, уже чисто на автомате держась руками за плечи черепахи и впиваясь в них ногтями. Сознание мутнело, а тело двигалось так, как того желал Леонардо. Ни он, ни она не помнили, когда все закончилось, а мечник заметно поскучнел, когда вытащил член и достал из кармана пальто платочек, вытирая орган от крови и собственной спермы. Натянув штаны, он наклонился к девице, вытирая ее застывшие на лице слезы и кровь на губах. Лео оставил ее и унес лежащий рядом труп. Делал это довольно живо, потому как появились на подходе еще свидетели. Но они будут заняты девушкой, которая, как прикидывал мутант, будет слишком в шоке от происходящего и ей определенно светит психушка. Кто поверит в насильника с зеленой кожей? Как-то это и по сей день либо байка, либо информация для избранных. Так что Леонардо не слишком-то волновался за попытку раскрытия его личности от изнасилованной бабы.
Это воспоминание грело душу, пусть уже и не принесло тех бурных чувств его обуявших тогда. Потушив окурок о пепельницу на столе, старший поднялся и зашаркал в сторону лаборатории, которая, на секунду, занимал практически все их убежище. Да, оно со временем расширилось, но от этого масштабы размеров территории, которую занимал гений, только внушительнее выглядела. Да, Донни любит много пространства для своего детища - исследования бессмертия. Только продвинулся в этом Донателло не сказать, чтобы намного. Да, было много наработок и теорий, но на практике многое отметалось, как бесполезное, как просто красивые слова. Но их не обратишь в эликсир вечной жизни. И Лео заметил, что время стало жестоким и с младшим. Безумие охватило гения сильнее, для него все внешнее стало пустым, бесполезным. Это, кстати говоря, тоже повлияло на старшего, когда гений даже больше не пытался проявлять хоть каких-то к нему чувств, а взгляд Лео стал все более холодным, мертвым.
Казалось, что душа Леонардо умерла еще в юношеские годы.
Скользнув ладонью к тяжелой ручке двери, мечник бесшумно шагнул внутрь через небольшую щелочку. Да, он был довольно гибким и не жирным за годы пребывания в недрах катакомб. Совершенствование собственного тела дало свои плоды, а ниндзя мог назвать себя профессионалом своего дела. Таки Дон даже не подал виду, что как-то обнаружил нежелательный объект в его хоромах, когда работа кипит. А Донни действительно работал над свежим трупом, тонкими длинными пальцами изящно оперируя плохо слаженное тело, творя настоящее произведение искусства. Еще будучи подростком, Лео нравилось это чувство прекрасного в таком сложном материале, как человек. А рядом был тот, кто умел невероятно ловко творить такие шедевры. Но стоило только прикоснуться краешком панциря, как...
- Не мешай, - вот тебе короткий лаконичный ответ гения, полностью сосредоточенного на работе. Уже настроенный на что-то интересное, старший закатил глаза в привычном "ну опять он все о своем". Сколько бы не восхищался он творениями брата, эгоизм в нынешнее время стоял на голову выше. Умерять его приходилось разве что сильными и непоколебимыми аргументами, которые, увы, были. То, что младшенький превосходил по уму все-таки дало свои плоды, да и прошлое, в котором Донателло занял удобную позицию "подстройся под ситуацию и верти кем хочешь" никуда не делось. Только раньше было больше личностей, на кого распространялось влияние. Больше игрушек, с которыми можно поиграть. Досадно, что все они разбрелись кто куда, а осталась в итоге самая подпорченная игрушка, покоцанная физически и выпотрошенная духовно. А ведь он, великий ум нерадивого поколения, достоин большего! Тем не менее, Донни взялся подлатать Леонардо, пытаясь сделать из него полезного солдата, верную шавку, зависящую от него. Но даже у гения бывают просчеты, а тот, к кому когда-то таились такие неопределенные чувства, обратился в зверя, которого немедленно надо было посадить на цепь. Теперь трудно представить о наличии хоть какой-то искренней связи между ними.
- Так меня это и остановило, - усмешка из-за спины и любопытный нос после заставили положить скальпель и помассировать виски, особо не принимая во внимание запачканные руки. Бессонные ночи и последние несколько суток на одном кофеине заметно подтянули нервы, отчего Дон немного раздраженно дернулся, но при этом сохранил свою мину непробиваемого циника, которую он разумеется показал, спустив вниз марлевую повязку.
- Мне бы хотелось побыть немножко наивным и сказать "Да, остановило", - поправив очки и одернув заляпанный кровью передник, Донателло вновь вернулся к своей работе, решив для себя, что хватит уже разглагольствовать, время идет, но Лео так просто не желал отставать, уже нагло лез и мешался. Собственно, никогда Донни не мелочился, когда мог причинить боль, поэтому скальпель, что так опасно мог бы оказаться у горла старшего, вовсе штука неудивительная. Только Леонардо вовремя подставил руку и лезвие вонзилось ему в ладонь, тем самым избежав печальной для себя судьбы. Неприятный звук и стекающая кровь сконцентрировали на себе внимание, а на лице старшего ни один мускул не дрогнул в агонии боли. Разве что ухмылка стала шире и нахальнее. Раненная рука сжала скальпель, выдергивая его из руки нападавшего.
- Ты бы прекрасно мог стать еще одним образцом на столе, да только живой ты более полезный, - видимо, осознав, что более ему спокойно поработать не дадут, да и настроя уже не было как такового, Дон закрыл тяжелой белой тканью труп и неспешно зашагал в ванну, по дороге снимая с себя передник, перчатки, повязку. Конечно, в более обычном, так сказать, виде, Донателло выглядел, как уже довольно зрелое создание. Он несколько потерял в технике ниндзя, но держит физическое состояние в норме. Конечно же ради исследования, которое не пойми когда закончится. Компьютер и плохое освещение только разве что зрение посадили, в следствии чего гений носит довольно милые очки небольшими круглыми стеклами. В них, алый взгляд черепахи казался особенно чарующим и загадочным. И придавало сие некоторого шарма, которое вкупе с возрастом создавало некоторую изюминку. Ну и конечно же чуть потрепанный белый халат завершал образ деловитого ученого.
- Если посмотреть на ситуацию с моей стороны, то при тех же обстоятельствах, мне куда интереснее проводить общество с живым братом, нежели с хладным трупом неудачливого ученого, - наполненный ядом, готовый вылить при любом поводе, Лео достал скальпель и неряшливо бросил его в поднос к уже использованным инструментам, залитыми спиртом. От него и других препаратов стоял медицинский запашок, который Леонардо банально не мог почувствовать своими выбитыми в детстве обонятельными рецепторами. Ровно так же он не мог ничего чуять и в целом. А вот Дон все прекрасно мог унюхать. Как собственно аромат травы и женщины от брата. Можно подумать, что есть какая-то доля ревности, но нет, только пометки во внешнем виде черепахи, анализированные данные без тени эмоций.
- Ну вот и прижми задницу, милый. Твои выходки отвлекают, - одернув халат, Донни добавил. - И так с тобой больше положенного говорю.
- Тем не менее, шавка тут я, так что не обессудь, если прилипну к твоей ноге, жадно справляя свои собачьи потребности и лаять под ухо, - расхохотался мечник, решив-таки, что ловить ему здесь нечего, - да и цель была просто доебаться до брата, -  и отправился в свою обитель. То место, куда в свое время больше всего боялся заходить.

Комната Сплинтера.

На удивление, именно это место стало комнатой Лео. Конечно, он знатно навел здесь ревизию, вычистив все от хлама, грязи и сериалов, оставив только разве что порнушку, как ироничную память о сенсее. Помимо этого, была еще катана, которую Леонардо оставил из соображения качества изделия. Все-таки местное холодное оружие было не так хорошо, как в Японии. А еще одной интересной вещью был дневник отца, которым, собственно, более его никто не называет. По содержанию чтива было понятно, что из себя мутант представлял.
- "Коэльо все никак не трахнет свою мать, весь сезон ебет мне этим мозги. Еще и самый мелкий лезет, куда не попадя", - мужчине нравилось читать выдержки из дневника учителя, заливаясь хохотом. - Ай-яй-яй, Майки, это ж надо было, сорвать провода с телевизора и устроить ловушку для Дона? Хах, в итоге "Из-за этого мелкого ублюдка прервалось вещание кульминационной серии на более менее работающем канале. После встречи с Саки, попытки отвлечься на телевизор с неугомонными детьми закончилось... вспышкой гнева. Как же я их всех ненавижу," - боже, какая экспрессия и всецелая к нам любовь, - "Тумаки, кажется, на Микеланджело совершенно не работают и не учат немного беречь свою шкуру. Что же, я преподал ему урок, заодно Коэльо показал, как надо сразу брать быка за рога". Боже, да ты ему присунул может разочек, самец недоделанный. Свою Тенг Шен так и не получил же, хахахааа, - бросив дневник в конец комнаты, Леонардо смахивал выступившие слезы от смеха. Эта вещица всегда поднимала настроение и без того довольно веселенькое. Но лишний раз поглумиться над мертвым сенсеем слишком соблазнительно выглядит - просто невозможно устоять. Прошлое сейчас выглядело таким забавным, действительно каким-то детством, в котором подростки толком ничего не понимали в этой жизни. Облизывая кровоточащую рану, Лео задумчиво покосился на потресканную рамку, где находилась потертая временем фотография. Их четверых. Всех вместе, до одури счастливых. Да-да, Леонардо помнил этот момент, когда Донни нашел фотоаппарат и смог починить его после долгих попыток. По случаю этого всех четверых Сплинтер и сфотографировал, даже не поленился фотографию проявить. По этому случаю была запись в дневнике, что тогда он пытался что-то им дать, пытался заботиться, как отец. Долго это продлилось? Результаты вот они, на лицо.
Зачем мечник держит эту фотографию? Как-то так вышло, что при уборке просто рука не поднялась порвать и сжечь прошлое. Да и было это бы действием слабака, избегающего всего прошлого. Лео же, наоборот, принял его и собственную пакостную личность, вовсе не стесняясь того, что творил. Так, собственно, и жил.


Что-то изменилось в жизни этих двоих в один из схожих с остальными деньков. Донни с недовольной миной спихнул бесполезный для его исследований труп, подумывая над тем, чтобы искать новых жертв, с иронией взглянул на кучу пропущенных вызовов на телефоне от Эйприл, а затем перевел взгляд на прошедшего мимо его приоткрытой двери Лео. Лицо ученого приняло задумчивый вид, а пальцы постукивали по столу.
- У меня мало времени, - тихо сорвалось с губ гения, и он оказался услышанным. С тарелкой спагетти с острым соусом, который чувствовался за версту чутким носом Дона. Желудок даже напомнил, что неплохо было бы тоже наполнить его хотя бы этим.
- Что ты там пробормотал? - причмокнув от только что отправленной в рот порции, Леонардо, во многом так же, скуки ради, решил поинтересоваться столь необычным состоянием Донателло, ведь последнее время он стал довольно задумчивым и поубавил своей безумности. Не наблюдая какой-то реакции, пропадает и желание что-то натворить эдакого. А последующие слова, можно сказать, удивили мечника. Это было даже от чокнутого на исследованиях брата странно слышать.
- Неужели ты думаешь, что скоро умрешь? - задался вопросом он, даже как-то решил пока не язвить по этому поводу. - Я думал, коса рубанет по мне первым, отправляя в один котел с нашим папашей, хехех.
- Я не думаю, а уверен более, чем полностью. Все сходится. Да и, как оказалось, у меня поводов помереть вышло больше, - кривая усмешка и косой взгляд темных глаз на монитор, где были записаны результаты последних исследования. - Просто сделай все, как я тебя прошу.


Лео не понимал, почему тогда вообще согласился на это. Но теперь, находясь в самом дерьме Канады, сидел у могилы почившего брата. Почему именно здесь? Если он хотел, чтобы получившие свои смс-ки братья не смогли найти труп и как следует поиздеваться над ним, то может в этом и преуспел. Но тут еще было чертовски холодно, а Леонардо успел подхватить простуду до этого и чихал на эту вьюгу, сидя на каком-то сваленном дереве и озябшими пальцами время от времени выдирал из зубов косяк, пуская судорожно дым. С виду такой немощный, так и не скажешь, что изменился совершенно в другую сторону. Можно представить, что он конкретно на игле и еле-еле сводит концы с концами. Чем не повод, собственно, остальным братьям будет порадоваться, когда и второй "любимый" брат отдаст концы? О, да они еще спляшут на его костях. Нет-нет, вместе с его трупом будут отбивать чечетку. И это еще о каких-то мерзостях не шли мысли, потому как в этот момент взгляд алых глаз зажегся искорками, когда заметил в снежном вихре чей-то знакомый силуэт.
"Ну наконец-то. Я ждал".

+3

4

Вспышка в темноте, яркий свет в глазах,
Я ослеп на миг.
Кто-то так хотел разбудить мой страх,
Разбудить мой крик.
Снова все мои желанья, что я сжег дотла,
Оживают и зовут меня... (с)

Тонкий, изысканный аромат благовоний из Марракеша вился сизым дымком от курительницы, наполняя помещение воспоминаниями о далеких Атласских горах. Рафаэль шумно вдохнул в себя воздух, как наяву слыша гул и шум восточных базаров, и вальяжно расположился в мягком кресле, широко расставляя ноги в сторону. Тело ныло приятной истомой ожидания, а благовония создавали ту нужную степень дурмана, чтобы расслабиться и отключиться от тяжелого дня. Мутант запрокинул голову, чуть прикрывая глаза ладонью, и ухмыльнулся.

15 лет назад.
Когда он впервые оказался перед глазами Мастера, то по привычке упал на колени и послушно склонил голову – Сплинтеру бы это понравилось, и тот непременно наградил бы за такое старание парой отменных ударов набалдашником трости. И потому, когда над потрепанным, отекшим от рыданий мутантом нависает мощная тень Шреддера, он привычно втягивает голову в панцирь, ожидая первого удара.
- Кто ты такой? – мужчина присаживается на корточки и с толикой удивления рассматривает черепаху. В голосе слышатся успокаивающие нотки, которые Раф принимает за презрении к своей персоне, и вместо ответа жалко скулит, обхватывая макушку ладонями. Крупные слезы катятся из глаз, падая на каменный пол и разлетаясь брызгами. Шреддер растерянно обводит глазами своих солдат, но, те лишь пожимают плечами.
- Мы его даже пальцем не тронули, - начинает оправдываться один из Фут, - чудик свалился под ноги, словно мешок с дерь…кхм…картохой, умоляя о помощи.
Рафаэль жалобно всхлипнул, словно в подтверждении данных слов и пару раз попытался что-то сказать – толку вышло, не больше чем у рыбы, выкинутой на берег.

- Отец, что здесь происходит? – девичий голос заставляет мутанта выпрямиться, словно испуганного тушканчика и, не мигая, впериться взглядом куда-то вдаль. Он дрожит всем телом, и по мере того как к нему приближаются легкие шаги, начинает еще и икать. Но, когда тонкая ладошка ложится на плечо, весь мандраж словно испаряется, - Хей, нет нужды бояться, - девушка дружелюбно улыбается, - меня зовут Караи. А тебя?
- Р-Рафаэль…Раф, - голос сипит и надрывается, а уж попытка выжать из себя ответную улыбку заканчивается знатным фиаско. Но, кажется, никого это особо не волнует.
- Добро пожаловать, Рафаэль.

Как давно это было?
Он легко массирует надбровные дуги, чувствуя, как в восточные нотки благовоний вплетается настырный и такой простоватый запах садовых роз. Сколько бы он не говорил, что ненавидит такие нежданные визиты, полуночная гостья предпочитает их игнорировать – с мягким шорохом опадает на пол ткань, и, Раф, даже не опуская голову вниз, чувствует на себе пристальный, внимательный взгляд янтарных глаз.
- Убирайся.
Вялый, совсем не устрашающий тон, в ответ на который он получает лишь похотливый смешок. Ловкие пальцы пробегаются по внутренней стороне его бедер, и останавливаются на ширинке военных, грязных штанов. На звук расстегиваемой молнии реагируют нервы когда-то утраченного глаза – эти фантомные боли всегда появляются из ниоткуда, совершенно не предупреждая о себе. Биомеханический протез дергается, и заливается алым светом в тон банданы.

8 лет назад.
От тяжелой поступи звенят стекла в лабораториях – чуть скосив глаза, он видит свое мутное отражение, и, что уж скрывать, оно ему нравится. Гордо вздернув голову, Рафаэль кивком приказывает своему отряду расквартироваться по занятой территории здания. Бойцы итак неплохо поработали, согнав всех ученых в одно помещение, и даже жертв нет. Люди в белых халатах выглядят испуганными, в тот момент, когда вдоль их неровной шеренги прохаживает черепаха-мутант. Раф тянет время. Он нарочно вальяжно рассматривает пространство позади ученых, сцепив лапы в замок за спиной – недавно полученный статус капитана бьет в голову не хуже виски тридцатилетней выдержки.
- Мне казалось, ваша деятельность должна была быть свернута еще месяц назад, по приказу господина Шреддера. Но, вот, мы совершенно случайно проходим мимо лабораторий, а тут работа кипит, - в лапе так ненавязчиво прокручивается сай. Рафаэль ухмыляется и разворачивается к одному из исследователей, разводя широкие плечи и пристально вглядываясь в побледневшее лицо мужчины, - я спрошу лишь один раз – кто вас спонси…, - разговор прерывает дикий, восторженный визг со стороны одного из черных входов и звук автоматной очереди, разряженной ради забавы в потолок. Мутант дергается, - какого черта?
- Капитан! Это отряд Хана. Прибыл для поддержки…
- На кой хер мне поддержка против кучки ботаников? – Рафаэль разозлен до крайности, он почти выскакивает в коридор и тут же сталкивается нос к носу со своим детским кошмаром.
- Хоу? Кто это у нас? Рафии-бо-ой? – Микеланджело, тощий до такой степени, что панцирь едва не соскальзывает с этих узких плеч, расплывается в радостной улыбке. Такой, будто бы он и вправду рад видеть своего старшего брата. А Рафаэль буквально застыл, чувствуя, как липкий страх пробирает по всему позвоночнику и заседает в висках, отдаваясь тонким-тонким дребезжащим звуком. Так звенит биспираль накаливания в лампочке, перед тем как разогреться на полную и рвануть, - погляди, как ты вырос, - Майк цокает языком, и лапами измеряет ширину плеч, - ну просто – косая сажень, - Рафаэль начинает медленно горбиться. Его бойцы недоуменно переглядываются, а мутант ничего не может с собой сделать – воспоминания погребают его словно снежная лавина, не давая даже шанса спастись. Руки начинают трястись мелкой дрожью – Микеланджело сделав полный круг, останавливается напротив и оскаливается, - держу пари, ты просто счастлив, увидеть меня после стольких лет разлуки.
И радостно хлопнув в ладоши он, словно заботливая бабуля, вдруг протягивает лапы и начинает трепать Рафа за щечки. И сквозь весь тот страх, который сковал разум, внезапно прорываются рефлексы – даром, что ли он тренировался все эти годы?

Рафаэль и сам не понял, как это случилось. Майк подавно.
Просто в одном резком захвате он заблокировал лапы младшего брата и перехватив того под кадык, приподнял над землей.
Под пальцами неистово бьется чужая артерия, и Рафаэль понимает, что если сожмет кулак сильнее, то просто сломает шейные позвонки. Он почти видит, как тело Микеланджело пару раз конвульсивно дернется и затихнет. Видит – и ничего не делает.
- Что дальше, Рафи-бой? – насмешливо хрипит Майк, примечая полную растерянность на лице брата, и делает совершенно мимолетное телодвижение, - Не придумал, бедняжка… дай-ка, помогу.
Раф видит все – резкий, размашистый замах и вот серебряная сталь его собственного сай рассекает воздух и ложится аккуратно на морду черепахи. Всего секунду он чувствует холод клинка перечеркнувшего левый глаз и переносицу – пальцы на шее начинают разжиматься – зрачок сужается, реагируя на опасность, но мутант не успевает отшатнуться. Почти со стоном наслаждения Микеланджело медленно, со смаком вдавливает лезвие в зеленную кожу брата.
- Я так скучал по нашим играм, - шепчет Майк, расплываясь в блаженной ухмылке, и чиркает лезвием в сторону.

… немного поиграть?

- Что? – он дергается всем  телом, и подтягивается в кресле, наконец, удостаивания взглядом нарушительницу своего спокойствия. Та облизывает пухлые губы, итак ярко блестящие от лака и ненавязчиво тянет уже расстегнутые штаны черепахи вниз. Рафаэль чуть приподнимается, все еще являя собой всю скорбь еврейского народа, - у меня, знаешь ли, день был наполнен событиями.
- Ох, я все сделаю сама.
- Вот и умница
Умелыми движениями она высвобождает совершенно не эрегирующий половой член мутанта и расстроено цокает языком – Раф ухмыляется, сама так сама, не его проблема, что дамочка умело игнорирует фразу «ты  меня не возбуждаешь».
Ее язык ведет дорожку от паха по всей длине пениса и, в тот момент, когда губы обхватывают головку, мутант вновь закрывает глаза. Одна из его лап падает на затылок девушки, и пальцы путаются в длинных, вьющихся волосах – он с силой сжимает их в кулак, подчиняя себе темп минета.

4 года назад.
Остров Тумана сковала зима. Серая мгла теперь была колючая и промозглая, она окутывала нерадивых путников тугими путами и пробирала их холодом до самых костей. И если в сердце острова еще можно было найти спасение в теплых домах племени Лис, то на пристани дела обстояли куда хуже. Рафаэль поднял выше воротник парки и хмуро поглядел на лестницу, что убегала высоко в гору и скрывалась в белесой дымке. Он ждал добрых полчаса, и был склонен предполагать, что лодочник уже помер в своем суденышке, качающейся на волнах. А, значит, обратно придется самому садиться на весла.
Но, она обещала прийти попрощаться.
Эти долгие четыре года его обучения в племени лучших воинов Японии, стали для Рафаэля настоящим испытанием не только в физическом плане, но и духовном. Раньше, он никогда не видел потребности в медитации, но… раньше он никогда не знал Умеко.
Она стала его путеводной звездой – сильная, гибкая, умная, совершенная. Мутант так и не посмел прикоснуться к ней, так, как желал бы.

Облачко пара сорвалось с губ, и наконец, мгла расступилась, пропуская вперед молодую лису.
- Мунайс, - Рафаэль шагнул ей навстречу, протягивая обе руки и не в состоянии оторвать зачарованного взгляда от чуть грустной мордочки девушки, - я так рад, что ты все же решилась прийти. Мне бы хотелось сказать…
Он замолчал, заметив, как она потупила взгляд холодных, голубых глаз и едва заметно качнула головой.
- Произнеси эти слова в тот момент, когда вернешься обратно, - легкий акцент совершенно не портит всю красоту и витиеватость слов. Раф так и не смог постигнуть науку изящной японской речи, тем ценен для него был каждый слог из уст Умеко.
Но, сейчас, он просто обязан сказать что-нибудь в ответ.
- Вернусь, когда стану достоин благодати этого острова, - путается в окончании, смущается, и сильнее чем того требует ситуация сжимает ее лапки в своих огромных ладонях, - когда стану достоин тебя.
Он почти умоляюще смотрит на лисичку, словно прося – скажи это, скажи, что я достоин уже сейчас, и я никогда не покину тебя.
Умеко молчит.
Настойчиво и болезненно кашляет лодочник, намекая, то ли на свою скорую кончину, то ли на то, что все допустимые сроки задержки закончились полчаса назад.
Остров Туманов сковала зима. Голубой лед глаз Умеко навсегда сковал сердце Рафаэля. Уплывая вдаль океана, мутанта знал, что больше не вернется, потому как не было на свете деяния, чтобы сделать его достойным этой женщины.
Я так одинок в этот час, что хочу умереть (с)

От резкого звука пришедшего сообщения на телефон она дернулась, скользнув зубами по плоти.
- Блять! – Черепаха резко откидывает голову девушки от себя, та болезненно шипит и утирает уголки рта, - Пошла вон.
Протез яростно вспыхивает алым светом, помечая мишень на лбу гостьи – Раф недовольно машет лапой, давая понять, что время игр закончилось, и достает телефон, так и не удосужившись заправиться.
Буквы пляшут перед глазами, не желая складываться в слова.
Резко закрывшаяся дверь гонит по комнате свежий воздух, разгоняя плотную дымку благовоний. Неосознанно для самого себя, и пытаясь вникнуть в суть послания, Рафаэль обхватывает член свободной лапой, и, чувствуя на пальцах липкий блеск для губ, начинает онанировать.
…сдох… старина Донни двинул кони…
  Нервный истеричный смех, вперемешку со стоном, проноситься по помещению. Рафаэль сгибается, ускоряя темпы, и пускает слюну на головку пениса для большего увлажнения.
… кто ж теперь будет обслуживать его протез, когда, тот снова даст сбой?
В глазах темнеет, он яростно толкается в свою собственную ладонь, представляя, как  бился в агонии его младший сумасшедший брат.
- Мммммххх, - хриплый, клокочущий звук надувается пузырьком слюны на губах, Раф закатывает глаза, чувствуя, как пульсирует член. В паху все больше нарастает напряжение, требующее немедленного выхода, - Д-Доооонох…
Все сливается в единую тягучую негу, пахнущую восточными сладостями далекого Марракеша, и с оборвавшимся именем почившего брата на языке, Рафаэль кончает.


Под ногами хрупкий лед,
Взвод уходит на Восход,
Тени на снегу – отпечатки душ.
Не загадывай вперед,
Кто кого переживет,
Если Бог за нас – отведет беду (с)

С нарастающим рокотом черный снегоход взрезает воздух, взлетая на заснеженный пригорок. Сквозь такую вьюгу хер что увидишь, а уж идти сквозь нее придет в голову только отмороженному идиоту, и потому Рафаэль решил воспользоваться всеми благами, которые предоставляло канадское отделение Фут.
Глубокомысленно буркнул навигатор, сообщая, что место назначения будет вот-вот достигнуто, и мутант резко развернул снегоход, подняв целую снежную волну. Не сказать, что у него было желание встречаться с братьями, к тому же с одним из них он встречался относительно недавно – каких-то восемь лет назад. Что же до Лео… черепаха глухо фыркнула в мягкую оплетку шлема. Признаться, он-то думал, что старший из их братии первым и откинется, уж столько сил приложил в свое время Леонардо для такого результата, одному богу известно. Или Дону.
К тому же…
Снегоход ведет по склону, и приходиться добавить мощность, чтобы не полететь кубарем. 
К тому же, мастер Шреддер, крайне обеспокоен некоторыми выходками Микеланджело. Сухой приказ до сих пор звучит в ушах Рафаэля, и на этот раз – он знает точно – рука у него не дрогнет.

Место назначения завывает пургой, которая, словно пытается похоронить двух братьев, стоящих напротив друг друга. А между ними свежая могила. Так это видит Раф, подъезжая все ближе, и различая черты Леонардо и Микеланджело. Скептический настрой в сторону «лидера» только усиливается. А еще появляется мысль о глупой шутке, которая могла появиться в больной голове одного из них.
Рафаэль гасит зажигание, и, не сходя со снегохода, стягивает с себя шлем, мрачно взирает на собравшуюся компанию.
- Я опоздал на торжественную панихиду? – смачный плевок летит в сторону могильного холма, - Уж не решили ли вы, недоноски, что тепло наших братских отношений растопит холод этого злоебучего местечка? – Раф барабанит пальцами по шлему, презрительно скользя биомеханическим глазом от одного мутанта к другому, - Так по какому поводу встреча?

Отредактировано |Raphael| (2016-02-15 23:05:33)

+2

5

It's not like I made myself a list
Of new and different ways to murder your heart
I'm just painting that's still wet,
If you touch me I'll be smeared,
You'll be stained
Stained for the rest of your life

Мороз щиплет открытые холодному воздуху щеки Микеланджело, перед поблекшими голубыми глазами клубится пар от его дыхания. Проклятая Канада, эта на редкость негостеприимная и пустынная сука, давит его монохромным пейзажем и низкой температурой. Снег под ногами восхитительно скрипит и это, пожалуй, единственное, что действительно вызывает отголосок радости в душе мутанта. Одежда весит тонну, и он размышляет, почему позволил собственной дурной идее взять верх над здравым смыслом, и отправился добираться до места окончательного упокоения собрата пешком. Уж точно не из сентиментальных соображений, просто очередная придурь, и вот он, Микеланджело, топает сквозь снежные наносы, радуясь как малое дитя звуку скрипа, рождающего под его подошвами. С такими бредовыми решениями удивительно, как его до сих пор носит по миру на своих двоих.

Благо, идти было не так уж далеко. Майк замечает темную фигуру относительно издалека, когда выпрямляется после того, как отодвинул хвойную ветвь и перешагнул заметенную снегом поваленную ель. Не акцентируя внимание на одной горбатой фигуре явно такой же черепахи, как и он сам, Майк оглядывает присыпанную снежком черную землю, формирующую насыпь на могиле, и кидает ищущие взоры по сторонам. Кажется, кроме него и Леонардо здесь никого больше нет. Паршивенько, но  совсем незачем демонстрировать собственный кислый настрой, верно? Для старины Лео у него всегда найдется пара-другая добрых слов.

− А вот и скорбящий вдовец! – Майк глумливо салютует брату, нагло ухмыляясь и тараня снежные наносы. Мерзло сжавшаяся фигура едва пошевелилась, глядя в его сторону, разве что выпуская в ответ на провокационную реплику длинный дым от самокрутки.

Майк не знает, что чувствует по поводу этой встречи, но на его морде все равно расплывается кривая, отдающая откровенным безумием улыбка. Сплошной лед глаз с крохотными точечками зрачков, наконец, упирается взглядом  прямо в эту зябко скрючившуюся фигуру. Оценивает, прикидывает, разглядывает.

..Когда он видел Лео последний раз, он выглядел куда более сильным и… невинным?


15 лет назад.

I'm well aware I'm a Danger to myself
Are you aware I'm a danger to others?
There's a crack in my soul
You thought was a smile

По стенам мелькают тени – Майк идет быстро, весь устремленный вперед, в свою новую жизнь, которая начнется вот-вот, стоит лишь покинуть эту чертову дыру и вдохнуть такой упоительный запах Нью-Йорка. Наконец-то он добился этого, наконец-то его признали и приняли! Сердце мутанта бьется как бешенное, он забывает моргать и его глаза неумолимо краснеют, высыхая и раздражаясь. Его триумф сладко дополняет тягучая боль в вывихнутом плече – плотно примотанная к торсу рука все еще слишком хорошо чувствует перенесенную травму, разбитая губа снова кровит от широкой, ненормальной улыбки, и Майку нравится эта боль, равно как и любая причиненная его Боссом. Каждый удар Хана он воспринимает как знак благосклонности, ведь разве стал бы человек марать руки, если б не считал, что сможет наставить Майка на тот путь, что ему был так необходим? Ни от кого больше Микеланджело бы не терпел побои и истязание, главарь Драконов вызывал слишком много восторга и желания следовать за собой, чтобы это не переносилось на причиненную им боль. Должно быть, глубоко внутри него сидела потребность хоть кому-то подчиняться, должно быть, «отец» вбил в него слишком многое из того, что стало ему в итоге необходимым...
Хан его ненавидел, это точно, Майк знал это, и это вызывало в его душе отклик неподдельного удовольствия. Ему нравилось это извращенное  общение – он готов выполнить любой безумный приказ и выполнить хорошо, поиграть на ксенофобии Босса, испытать его терпение, разведать границы дозволенного. Он лишь постоянно спотыкался на такой мелочи как субординация, идя вперед как наглый и весьма глупый танк. Ему слишком хотелось самому говорить с Боссом, лично доложить об успехе, выслужиться и стать полноправным членом банды и вот, наконец, его оголтелое стремление было признано (на самом деле, с ним просто смирились и решили давать самые грязные задания в надежде, что в один день он сыграет в ящик, подорвавшись на собственной дурости). Этим вечером ему сделают тату – несомненный знак его банды, знак его принадлежности к чем-то большему. Он больше не бездомная зверушка, в одиночестве  воровато выскальзывающая по ночам из своей смрадной канализации. Теперь у него есть столько соратников, есть свое место для жизни, возможность получить любое благо цивилизации, которое ему захочется, не придется скрывать себя в этом широком кругу людей,  разве это не офигенно!? Это более чем, это больше чем он мог мечтать, пока еще кандалы старой крысы невидимой цепью держали его в подземелье. Он сколького теперь сможет достичь, спустя столько лет он, наконец, свободен..!

..От сладких мечтаний, распирающих грудь, его вырывает звук, выдающий чужое присутствие. Резкий шорох, высокая тень мелькает на болотно-зеленой стене – Майк вскрикивает от неожиданности, резко тормозя. Лихорадочно блестящие глаза исподлобья уставились на Леонардо, этот короткий вскрик не значит ничего, Майк давно не боится своего старшего брата. Нахмурившись, он выпрямляется, скривив губы, выплевывает вопрос:

− Чего тебе надо?

− Куда это ты намылился? - физиономия Леонардо выражает серьезное недовольство, и по напряженным плечам можно понять, что эмоции обуревают старшего весьма нешуточные. В другое время Майк  бы стал более вдумчиво подбирать слова, но не сейчас, когда его мечта вот-вот исполнится в полной мере и все что осталось – просто покинуть это мерзкое зловонное дно. Гребанный Лео так не вовремя! Он глубоко вздохнул и выдохнул, закатывая в раздражении глаза и отступая от собрата на шаг. Его здоровая рука взрезает воздух в пренебрежительном жесте:

− Пф, да иди ты, Лео! Ты прекрасно знаешь, куда я направляюсь, и еще пару дней назад ты не был против!

− Ты ведь не вернешься, я правильно понимаю? – медленно и размеренно, низким и ломким голосом произносит Лео, приближаясь к брату. Угрожающие нотки в его вопросе почти осязаемы, и Микеланджело вынужден снова на него посмотреть, недружелюбно хмурясь и переминаясь с ноги на ногу. Ему хотелось поскорее выбраться из канализации и войти в двухэтажное складское помещение Пурпурных Драконов, куда его на первое время определили. А тут Лео со своими глупостями. Майки начинал приходить в конкретное раздражение.

− Черт, да конечно нет, я что, больной? – нетерпеливо огрызается он и грубо отпихивает Лео с дороги, намереваясь продолжить свой путь. Но следующее, что он осознает - это глухой стук его карапакса о влажную каменную стену и взрыв боли в потревоженном плечевом суставе. На бледно-голубоватую кожу срывается крупная капля холодной воды, а на кадык обрушивается безжалостное давление локтя Лео, вдавливающего его в стену. Майк хрипло матерится, перехватывая руку Лео и силясь уменьшить давление на гортань, но без второй руки ему очень трудно сладить в этой ситуации.

− Сдается мне, - хрипло зашептал Леонардо, прижимаясь к Микеланджело, подавляя его, − что ты позабыл мои правила. Что ты плюешь на обещания, что дал мне, - он мрачно взирает сверху вниз на давящегося собственной гортанью брата, впивающегося в его руку до белизны кончиков пальцев. Сам Майк вынужденно стоит на цыпочках, задирая голову в попытке облегчить свое положение, и в его глазах пылает откровенное бешенство.

− Так что ты скажешь? – почти шипя, спрашивает, наконец, Лео и чуть ослабляет давление, давая Майку возможность вдохнуть воздух и попытаться что-то проскрежетать в ответ. Тот этим пользуется, жадно втягивая в себя воздух, перехватывая судорожно чужое предплечье и переступая неловко  на месте. От острой боли в уголках его глаз выступила влага, в столь малом количестве, что это лишь жалкая попытка создать защитную слезную пленку на пересохшей роговице.

− А чего, - прохрипел он через какое-то время, - ..ты ожидал? – Майк шумно вдыхает, сопя носом, -  что я, – крохотная пауза, всего мгновение, - так и буду торчать в этой дыре всю жизнь? Кривляясь перед тобой «любящим» братом, – его голос набирал силу, и, на самом деле, он не выглядел напуганным ни в коей мере. Ему уже не был нужен Лео. И уже давно, если быть честным. А бояться он его перестал и того раньше.

− А может, ты хотел этого? – он издает хриплый смешок, его лицо кривится в неприязненной, издевательской ухмылке, а кожа приобретает лиловый оттенок медленно, но неуклонно.

– Твои эти фантазии о семье, о милом братстве…да ты больной, Лео!.. Может, ты хотел, чтобы я каждый день ждал тебя, стоя на кухне в передничке? – говорить становилось все сложнее, потому что Леонардо снова увеличивал давление на его горло, да и сам задышал чаще, взбешенно сверкая глазами в собственной тени. Но Майка понесло, как это с ним бывало,  остановить его мог лишь сильный прицельный удар или резкое удушение, на которое Лео не был пока готов. По какой-то причине он слушал ядовитые слова Микеланджело и не мог прервать его.

− А может быть, ты хотел, чтобы я был твоей верной женушкой, а не братом, а? Совсем как Донат-тхе… – вот теперь Лео с силой вдавил предплечье в тонкую шею Майка, прерывая его хрипящие слова. Плечи Микеланджело затряслись – от боли и от смеха, начавшего его душить, как будто и не было этой хватки, как будто он не знал, что Леонардо вполне сейчас может его убить одним движением. Ему было плевать.

«Только не говори, что действительно ждал от меня именно этого» - одними губами произнес он, гримасничая в издевке, игнорируя растущее удушье и уже не чувствуя, как горит огнем его злосчастный вывих. В глазах темнело, а он сотрясался от беззвучного смеха прямо в лицо своему  неустойчивому брату, высмеивая то немного человеческое, что было в его душе, извращая робкие надежды на лучшую долю, глумясь над ними. Майк думал, что знает его достаточно, чтобы говорить подобное со знанием дела и в какой-то степени его предположения были основаны на настоящем положении вещей. А еще он знал, как причинить вред тому, кого так долго убеждал в своей искренности и привязанности.

Когда он открыл глаза, косо сидя у стены, Лео стоял в паре шагов от него, сжимая ладони в кулаки. Косая тень разделяла его надвое, правая тонула во мраке, а левая сияла болезненной бледностью. Он не двигался, не считая судорожного, рваного дыхания, глаза были широко распахнуты и как-то мертво смотрели на приходящего в себя Микеланджело. Голову последнего же сдавило оплетающей болью, будто шлемом, Майк кое-как поднялся, чуть пошатываясь и упираясь единственной здоровой рукой о стену, заторможено понимая, что какое-то короткое время был без сознания. В висках били молоты и стучали барабаны, и когда он снова посмотрел на Лео, то неживое выражение лица брата приобрело какой-то даже  ранимый вид. Сложно сказать, что придавало его искаженной в странной муке физиономии подобный эмоциональный оттенок, но Майк прекрасно запомнил это лицо. Лицо брата, чьи мечты и надежды рушились, и он стал этому счастливым свидетелем. Идеальный вид.

Разбитые, сухие губы Микеланджело приоткрылись, разошлись в улыбке. После удушения он едва мог внятно хрипеть.

− Только не говори, - он повторился в этом, намеренно, тщательно выговаривая каждое слово, - Что ты действительно верил всему, что я тебе заливал? - он засмеялся, одновременно страдая от боли в горле. Сладкой боли отмщения.

− «Я буду с тобой, Лео», - он издевался, делая свой шепот звонким, пытаясь спародировать себя месяцами ранее, − «Поверь мне, Лео», «Я всегда буду рядом, Лео», - он замолчал, тяжело глядя на онемевшего брата, последствия атаки все больше брали над ним верх. И, наконец, он уронил в тишину коллектора свой последний на сегодня козырь, едва слышно, но с отчетливой нотой глумления:

− «Я люблю тебя, Лео», - он больше не смеялся, только дышал хрипло, выпрямляясь у стены. Он так долго мечтал высказать Леонардо всю правду, все свои настоящие чувства, но даже сейчас, все это не выплеснуть за один раз, как бы не хотелось. Он ненавидел Лео и презирал всю жизнь, с самого детства. Его тошнило от того, что он вынужден лицемерить, подкармливая романтические настроения Леонардо глупыми словами из дешевых мелодрам, напыщенными обещаниями и дозированной нежностью. Когда-нибудь он должен будет взыскать с него и за это тоже, но не сейчас. Сейчас ему было пора идти.

− Ты такой жалкий…Лео, - он сплюнул напоследок. Последние слова дались ему еще тяжелее, травмированная гортань отекала, превращаясь в один сплошной узел боли. Он уходил по коллекторному коридору все дальше, спокойно оставляя Леонардо позади себя и не опасаясь нового преследования. Впереди его ждала блестящая новая жизнь среди людей, под светом солнца и славы. Сегодня вечером он станет Драконом.

И никакой хнычущий полоумный гомик ему не помешает.


I'm more like a silver bullet
And I'm like a gun, not easy to hold
I'm moving fast and if I stay inside your heart
I'm certain that this will be
The end of your life

− Выглядишь просто жалко, Лео - с ядовитым смешком в итоге выдает он, окидывая невзрачную фигуру брата презрительным взглядом. Очевидно, тот давно здесь свой зад морозит, раз весь так скрючился, обледенел, ломает пальцами  замызганный косяк да еще с таким дебильным выражением лица. Точно старая шлюха под коксом.

− Что годы сделали с тобой? – он неторопливо зашагал навстречу Леонардо, тараня скрипучий снег и скалясь недоброй ухмылкой. – Спорю на что угодно, это твоя женушка загубила твое здоровье, а ты меня совсем не слуша-а-ал, - протянул он, остановившись возле свежей насыпи черной земли.

− Прошло лет пятнадцать, а ты уже выглядишь как блаженный старпер, - веселье начало захлестывать Майка, он даже согрелся под своей кипой одежды от одного лишь возбуждения от такой встречи. Лео оправдал его ожидания на все сто – он и ожидал нечто потасканное и безропотное от постоянных наркотиков Донателло. И то, что он видел, согласовывалось с его представлением – жалкий трепетный Лео прошлого превратился в это вот. В шапочке нелепой. Просто с ума сойти какой конченный неудачник.

Насладиться дальнейшей  глумливой речью Микеланджело помешал, как ни странно, довольно странный звук. Приближающийся гул трансформировался в рев мотора, и Майк с любопытством завертел головой, силясь понять, откуда им ждать еще одного гостя.

− О! О-о! – в непритворном воодушевлении произнес он, оглядываясь, − Ого! Ты только вслушайся, Лео! Неужели это Рафаэль! – глаза мутанта заблестели от выступивших слез – радость переполнила его неадекватной волной. В энтузиазме он заметался по поляне, приходя в полнейшее возбуждение.

− Ты и представить себе не можешь, какой крутой он стал, - в нетерпении говорил он зачем-то Лео, − Так мило поиграл со мной несколько лет назад! – хищные нотки неподдельного удовлетворения и даже обожания переполняют его хриплый голос: − И какой я красивый подарок сделал ему в честь этого!

В этот момент черный, мощный и красивый снегоход врывается к ним на поляну, неся на себе крупную фигуру Футовца. Несомненно, это Рафаэль, а Майк, еще секунду назад нарезавший в диком восторге круги замирает, жадно вперившись взглядом в новоприбывшего. Следит, как тот уверенно стаскивает с себя шлем, сплевывает пару гнусных фраз в сторону могильного холма Донателло. Вслушивается в давно забытый голос Рафаэля  и нервная дрожь пробивает все его уже не столь тщедушное тело.

− Ну, разве он не прелесть? - в итоге почти мурлыкающе произносит Микеланджело, по-свойски подмигивая Леонардо блестящими глазами, игнорируя дерзкие слова своего обожаемого старшего брата. Сколько бы лет не прошло, и как бы не стал статен и силен Рафаэль, для его младшего брата он навсегда останется тем робким Рафи, что с детства был его послушным товарищем по играм. Как бы тот не старался продемонстрировать, что больше не плакса и слабак, каким был прежде, это вряд ли сможет изменить засевший глубоко внутри стереотип. Майк всегда имел над ним власть, и чтобы избавить его от этих устаревших иллюзий никак не достаточно просто лишь воспользоваться своим физическим преимуществом.

− Вот так, сразу к делу, как тебе, а? Хорош, правда? Смотри, как возвышается тут над нами с этим мощным снегоходом между ног, - он ехидно скалится, глядя на брата по-прежнему с каким-то больным снисхождением во взгляде. Впрочем, в глубине его черствой души зрело недовольство излишней наглостью и самоуверенностью Рафаэля – тот не имел права так себя вести. Его дело лишь скулить и пресмыкаться, смиренно принимая его любовь.
− А действительно, Лео, - он снова выделил имя брата по-особенному, − к чему бы понадобилась тащить нас в эти ебеня? Рафи-бой пра~ав.

Отредактировано |Michelangelo| (2016-09-19 23:52:40)

+3

6

[AVA]http://s7.uploads.ru/tHfML.png[/AVA]

I've chased this dream since I was five
And I have barely stayed alive
While folks have fallen off this ship
While I have never lost my grip.

Кем же ты был для нас, дорогой брат?
Суровый мороз Канады нисколько не беспокоил Леонардо, пускай тот и сидел так, словно достаточно промерз и ждет момента, когда можно стряхнуть ледяную корку с себя и отыскать местечко потеплее. Долгие тренировки вдали от цивилизации сильно закалили тело мечника, а теплая одежда создавала оптимальную температуру для черепахи, неприспособленной под такие холода чисто по своей природе. Заметив приближающегося по сугробам брата, ни один мускул не дрогнул у старшего из братьев этой чертовой семейки. И правда, за столь долгое расставание, Микеланджело особо не изменился. Только стал немного взрослее выглядеть, остальных качеств нельзя было заметить под слоем одежды. Как, впрочем, видимо в адрес Лео не было подмечено ничего такого, что вызывало бы отторжения и страх.
Но ведь с чего бояться старого доброго Лео? Он выглядит миролюбиво, даже во многом жалко, а приветствие Майка только подтвердило предположение мутанта, что о нем думают правильно. Ни к чему раскрывать карты раньше времени. В ответ на реплику, Леонардо только несколько более сосредоточенно взглянул на собеседника и выпустил клуб дыма. Такой глупый... даже не осознает ситуацию, в которую попал. Скольких он встречал таких идиотов? Достаточно много. Но выжили пока только двое, и один стоит прямо перед ним. Что до второго, а, вернее сказать, второй...

9 лет назад

Очередная точка, которую, с рвением хищника, Леонардо преодолевал яро, всем сердцем. Не беспокоясь о том, чтобы заболеть, он громко дышит и резко раз за разом втыкает ледорубы в очередной кусок скалы. Холодные и суровые места стали для Лео чем-то успокоительным и заставляющим преодолеть в себе ненужные эмоции. С тех пор, когда он потерял веру в стремлении создать семью с братьями, злость подкатывала к черепахе. Подобно неконтролируемому существу, юноша рвал и метал, создавая проблемы не только себе, но и оставшемуся с ним брату. Донателло представлял собой призрак надежды, что угасала с каждым днем, но в реальности гения преследовали совершенно другие цели. И чтобы их не разрушил его чересчур импульсивный любовник, он подначивал его стремиться выплеснуть свою злость в достижении чего-то большего, чем истерики - силы. Да, как ни крути, а Леонардо был чертовски подходящим созданием на роль бойца, воина. Сильного, яростного, мстительного. Казалось, этот образ восхитил их обоих, когда они в очередной раз посносили часть лаборатории, то ругаясь, то соответствующим образом мирясь, если это можно было таковым назвать. Нет, сам Дон остался таким же ищущим свою выгоду козлом, но это не мешает Лео в одиночку творить хаос и беспредел. И пока его успеешь выловить и что-нибудь успокоительное засадить, мечник сотворит хуйню, за которую конечно же младший будет, как минимум, раздражен. Но делать из старшего овощ тоже было не слишком... умно и тактично. Проще тогда просто усыпить и забыть наконец о проблеме. Однако Донателло все же решил, кто знает, может и в дань тому времени, что они провели вместе, дать шанс некогда потенциальному лидеру их потенциального братства стать чем-то большем, чем истеричкой со сдвинутой крышей. И сила убедительности все же дошла до больной головы Леонардо, сделав свои, более менее хладнокровные, выводы.
Но не все так просто, не спешите слушать историю о великой силе и ее достижении. Лео далеко не просто так отправился черте куда, чтобы наглотаться холодного воздуха и испытать на прочность собственные способности. Скорее, это было второстепенным, как и некоторое одухотворенное чувство, когда вершина наконец покорена. Здесь есть маленький, но подвох. Хотите узнать в чем?
А есть в чем. За то время, когда все братья разбрелись кто куда, Донни стал копать под клан Фут, несколько заинтересовавшись деятельностью организации. И выяснив, что те имеют очень интересные разработки, Донателло втерся к группе ученых помогать им с разработками. Зная, что в клане есть Рафаэль, неплохо зарекомендовавший себя, Ороку Саки счел полезным иметь столь проницательного помощника в его разработках, ошибочно думая, что он сможет держать под контролем создание, давно ставшее выше многих мирских потребностей. Вся мечта Дона - воплощение бессмертия, вечной жизни. Каким способом? Неважно, главное действенно и без особых проблем. Кража секретной технологии, правда, не выполняла последний пункт, но риск был оправдан. По крайне мере, после исполнения задумки - меньше всего гений думал о последствиях. А они были. Бо-о-ольшие проблемы.
И сейчас очередь из выстрелов прервали восхождение мутанта и тот уже явно начинал ненавидеть этих заносчивых ниндзя. Уже пару лет как преследуют. Не щелкая клювом, Леонардо быстро сгруппировался, чтобы часть пуль, что по траектории настигали мутанта, попали по панцирю. Надо сказать, это очень и очень неприятно и если бы не достаточно высокая дальность, под которое оружие явно не предназначено, то юноша мог бы распрощаться со своей естественной защитой или очень сильно ее повредить. Подхватив ледорубы и закрепив трос, Лео быстро стал спускаться к предыдущему месту передышки. Но в этот раз мечнику не очень везло, потому как после нескольких неприцельных попаданий, веревка разорвалась и падение становилось неконтролируемым. Тут с двух сторон появились ниндзя, которых закрепили к вертолету и тот достаточно близко подлетел к склонам, чтобы убийцы могли куда более точно прицелиться. Лео зло зыркнул на этих пидарасов, что так некстати ему помешали, взял покрепче ледоруб, поднимая взгляд на вертолет. Приземлившись на горизонтальную поверхность и сделав перекат, после чего пустил в расход ледокол, как оружие, разом срезая оба троса. Ниндзя падают вниз, совершенно не способные за что-то зацепиться, оттого и кричали в отчаянии и их голос до сих пор был слышен эхом. Леонардо не сразу заметил, что эти ребята успели его пару раз зацепить. Но кому, как ни мечнику, не привыкнуть к различного рода боли. Пара пуль для юноши были чуть ли не царапинами - таков был у него болевой порог.
Но тут вертолет поравнялся с ним и там стояла Караи - на нее Шреддер положил ответственность за отлов рептилий или их уничтожение. Ее короткие черные волосы били по ее собственному лицу из-за сильного ветра, но недовольное, а вместе с тем и снисходительное, было отчетливо заметно. И в принципе слышен низкий гортанный голос девушки, посвятившая всю себя служению отцу и мастеру.
- Леонардо! Неужели тебе не надоела эта война, что длится два года?! Она никому из нас не нужна, отступись же! - порой казалось, будто девушка действительно умоляла прекратить, потому что ей с какого-то перепуга волнует судьба черепах. Эта мысль заставила Лео усмехнуться, а далее - зло рассмеяться.
- Не нужна?! Мне вполне себе весело, уж не знаю как тебе! Ах да, тебе же, небось, мой младший братик отлизывает, то-то и стремишься так помочь, да?! Поплакался в очередной раз?! Я слышал, ты весьма добрая душа! - алые глаза мутанта сияли безумием и злобой. За двух братцев, что предпочли принять за семью кучку недалеких людишек. Лицо Караи скривилось от слов и что-то пробормотала в ответ, но она вовремя заметила, что за спиной юноши, в небольшом ущелье, появилась пара желтых глаз с вертикальным зрачком. Уж что это сулило, девица осознала позже, когда после ее прыжка к скале, сзади нее раздался взрыв. И это все под смех треклятой черепахи.
- Ах да, забыл сказать. Не только у вас есть игрушки и союзники, - в этот момент из мрака показалась огромная фигура, покрытая вся густым мехом. Наперевес с достаточно большим бесшумным немецким гранатометом Армбруст - вот почему звук выстрела был практически не слышен. Вместе с ним было еще много различного оружия и весьма человеческое обмундирование, схожее чем-то на наемника. Колорита добавлял шотландский берет на его большой голове.
- Хорошо горит, - с акцентом подал голос мутант, глядя на живописную картину внизу. Но тут же он заметил под собой кучу ниндзя-скалолазов, подступающих к ним. Битва еще не закончена, а значит пора действовать. Отдав юноше его катану, а сам, опустив гранатомет на поверхность, взял в руки автомат, и они вместе начали увлекательное и определенно веселое сражение.

- Блять! - Лео дернулся, когда маленький скальпель извлек из его плеча одну из пуль. Его союзник не повел и ухом и, несмотря на достаточно большие габариты в сравнении с черепахой, который и без того достаточно крупного телосложения, очень умело управлялся с достаточно маленьким инструментом. - Какого хера, Коготь? Я все-таки не Рэмбо.
- Только кто-то, похожий на Рэмбо, и решится противостоять такой орде, - нравоучительно подал голос тигр, чем встретил лишь недовольство собеседника. Ах, ну да, поучения Леонардо не любил и сам прекрасно понимал, что ему нужно делать. Хотя нередко слишком был самоуверен. Этот случай не исключение: избрав они более безопасную тактику, сейчас не приходилось бы извлекать пули из измученного тренировками тело мечника.
- Это не имеет значения. Я же не умираю, - и за сим Лео поднялся, отряхнулся и подошел к краю платформы, наблюдая за погребенными в лавине ниндзя-футами. Вот ведь дураки - сами спровоцировали из-за шума, а дуэту им противостоявших только осталось вызвать силу природы, а самим спрятаться в укрытие. Большая часть отряда была уничтожена именно таким образом, когда как остальные попали под кару своих врагов. Или сбежали.
Однако...
Из ниоткуда перед Леонардо выскочила Караи, отчего он сам едва успел обнажить клинок и защитить себя от удара. Тигр напрягся и уже было рефлекторно вытащил закрепленный на поясе пистолет. Однако противники так кружились на этой небольшой платформе, что толком прицелиться и не зацепить напарника он не мог. И вмешаться, впрочем, тоже. Велик шанс столкнуть их обоих вниз, что тоже не вариант. Поэтому Коготь ждал, когда Лео сам представит ему момент для вмешательства.
- Почему ты такой упрямый, Леонардо?! - в девушке бушевала холодная ярость за ее погибших соратников. Благодаря этим засранцем, их уже было достаточно много. И если это ради возвращения похищенного изобретения, то она совершенно не понимала отца, готового пожертвовать столькими людьми. Неужели это так было чертовски важно? - Зачем весь этот цирк?
Лихо отбиваясь от катаны куноичи ледорубом, мутант смеялся ей в лицо:
- Может потому, что это весело?


So hate me
You might as well hate me
And go on, berate me
Until the day you die.

Встреча одна за другой не заканчивалась как-то по-особенному: хитрый и изворотливый Леонардо все больше походил на своего мастера в технике, правда молодой ум черепахи делал планы глобальнее. Мелкие цели Сплинтера по овладению своей "музы" казались для его ученика смешными. Война, которую он устроил, возглавляя группу мутантов-мутанималов созданных гением Донни для таких целей, против клана Фут, а стратегический ум его брата также оказывал ему неплохую поддержку. Однако, было одно знаменательное, переломное сражение, положившее, наверное, начало мирным переговорам.
Тогда самоуверенность превосходила все масштабы и уж тем более - способности мечника. Его команда штурмовала один из филиалов клана Фут, расположенный в столице штата Алабамы - Монтгомери. Там их встретила толпа еще не испытанных на деле роботов, разработка и производство которых было закончено совсем недавно. Но надо сказать, они оправдывали себя, задавливая своим огромным числом. В тот день Коготь получил серьезное ранение от Караи и ее своры, а сама она прорывалась к лидеру мутанималов - Лео.
Схватка между ними завязалась отчаянная. Лидер был в ярости, ощущая, как весь его план летит по швам из-за просчета. Он думал, что успеет раньше прикрыть проект, но информация, полученная от третьих лиц, была ложью. Их заманили в ловушку, а Караи, кажется, теперь нисколько не сдерживалась.
- Я столько времени пыталась вразумить тебя, глупец, надеялась, что мы сможем совместно работать. Ты талантливый сукин сын, но еще более упертый, чем твой брат! И из-за своего упрямства рискуешь потерять соратников!
Удар катаной был настолько быстрым, что мечник не успевает парировать его, имея возможность только прикрыть лицо левой рукой. Клинок на удивление легко проходит сквозь плоть и кость, отсекая половину конечности мутанта. Такое ранение вызвало всплеск боли, мутант закричал и упал на колени, схватившись целой рукой за поврежденную и шипя гневно:
- Ах ты... сучка-а-а.
Его команда хотела помочь лидеру, но слишком были заняты наступающими ботами. Они вполне были вольны стратегически думать и без приказа, не зря эта была хорошо подготовленная команда, пусть и немного с повернутой крышей (а у кого тут не было с этим проблем?). И они прекрасно понимали, что такой риск лишит их всех жизни. Поэтому оставалось только верить в то, что Лео что-то придумает.
Но можно ли что-то провернуть, когда у твоего горла находится вражеский клинок?
- Думаю, если ты погибнешь, это существенно поможет покончить с войной.
Оказывается, можно.
За считанные доли, Леонардо хватает лежащий рядом ледоруб, делает перекат назад, отчего катана со свистом рассекает воздух напополам. Нисколько не медля, Караи идет вперед с новой серией ударов, но юноша в ответ ловко парирует одной рукой, совершенно не замечая серьезного ранения. Настоящий Рэмбо, мать его. И когда девушка наконец открылась, думая о том, что победила, ледоруб снизу вверх распорол ей живот. Теперь уже очередь куноичи была кричать и инстинктивно хвататься за рану, оседая на колени.
Взгляд Лео в этот момент резко изменился. Дерзкие огоньки в алых глазах теперь сменились чем-то более спокойным. Кровь с руки стекала медленно, невольно казалось, что ее движение задавало такт происходящему. Создавалось чувство, что в этот момент кто-то на пульте сменил скорость воспроизведения событий. Ну конечно, оба лидера своих отрядов подходили к кульминации своего сражения, и слова Лео тому подтверждение:
- Но если погибнешь ты, мой план не будет выполнен, - Караи подняла голову и с удивлением посмотрела на черепаху. Тот был серьезен и невозмутим, однако после на его лице появилась широкая ухмылка, которая, впрочем, была не такой как раньше. - Не волнуйся, когда придет время - мы закончим эту войну. - Оставленная загадка глубоко поразила девушку. Совершенно другое поведение от взбалмошного мальчишки с отсутствием инстинктов. Скрывал ли он действительно какой-то хитрый план? Кто знает.
Сейчас же мечник отдает приказ Кожеголовому помочь Когтю. Бес же со Слешем быстрее всех пробираются к их машине, - вернее, огромному грузовику, ибо как еще эту кучка гигантов поместилась бы в машину?, - котяра хватает здоровенную базуку, чтобы шарахнуть по базе футовцев. Кот дивно улыбался пепелищу, от которого противники прекратили погоню за ними, остальные члены команды были больше обеспокоены ранением своего напарника, а так же их лидера. Лео наблюдал за огнем, держа в руке свою отсеченную конечность. Он испытывал смешанные чувства от происходящего, но интуитивно понимал, что это сражение с Караи изменило его в нужную сторону.
И когда этот барьер был пройден, Леонардо начнет новый этап своего плана. Хотя для начала неплохо бы разобраться с рукой..


Такая вот история. Правда, из этих двух выживших, только Микеланджело представлял большой интерес. Глубоко личный, можно так сказать. Мягкотелая Караи с задатками наследника главы империи своего отца, осталась, разве что, связным, который, за каким-то хером, передает ему какие-то крупинки информации о Рафе или Майке. Одно из известий о первом, к слову, было весьма любопытным. Лео не видел Рафаэля с тех самых пор, как тот трусливо сбежал из дома и пал на колени Шреддеру. Конечно, Дону в этом плане повезло - гений видел дорогого брата, когда тому потребовалась помощь с глазом и любил заглядывать на огонек, когда были какие-то проблемы с его девайсом. С легкой усмешкой на лице, Донателло догадался, чья это была работа. Майк все шалит, как и прежде. Навевает воспоминания, не так ли?

I'll go strait through
I'm not gonna hate you
But I won't wait for you
Until the day I die.

- А ты возмужал, Майки, - голос мечника, в отличии от годов юности, несколько огрубел и заматерел, хотя в тоне не было замечено никаких издевок. Он был нейтральным, можно даже сказать, ностальгирующим. Если сравнивать, то достаточно представить бойца, прошедшего половину своей жизни в войнах, и сейчас, сидя на кресле, вспоминая свою бурную и глупую молодость. По мнению Лео, юность была действительно дерьмовой. - Свежий воздух пошел тебе на пользу, - поправил берет, шарф, немного подал признаки жизни. Леонардо, впрочем, все так же выглядел не внушительным. Но это в данный момент и не нужно было. Дальнейший монолог собеседника, вызвал у него смех, отчего окурок закрутки  улетел куда-то в кусты и был погребен в снегу:
- Интересное мнение со стороны. Блаженный старпер? Такие не выживают в нашем мире, Майки, - тут мутант позволил себе легкую усмешку, после чего приподнялся со своего насиженного места. Да уж, и правда долго засиделся. - Твоя реакция забавна.
И впрямь, за такое количество времени, видеть наяву брата снова довольно странно. Все эти пятнадцать лет, он был лишь воспоминанием. Ненавистным и в то же время желанным. Можно представить, сколько за столь долгое время старший из братьев себе нафантазировал, получая, в какой-то мере, удовольствие от ярких образов в голове. К слову, во многом благодаря наркотикам, картинка в голове красивая и достаточно четкая. Не хуже тех порнофильмов, которые так в свое время любил крутить их "обожаемый" сенсей.
Дальнейшая беседа, правда, была ознаменована третьим и последним участником панихиды. То, что это Раф, у Леонардо не было никаких сомнений. Как и у его брата, с восторгом комментирующего эпохальное появление бойца клана Фут. К слову, все опущенные между ног фразочки, Лео отмахнул, как надоедливых мух, особо не вслушиваясь в этот пустой треп, полный сумасшедшего восхищения, граничащего с безумием. Разглядывая, наверное, самого малоизвестного себе брата, мечник присвистнул, после чего засунул одну из рук в карман за очередной порцией травы.
- Тем не менее, стоило вам увидеть глубоко печальное, - это слово мутант произнес особым тоном, - сообщение, как вы в скором порядке появились здесь, - нотка снисхождения мелькала в голове старшего, но не имела крепкого фундамента, чтобы ровным счетом обратить на нее внимания. - Дело далеко не в тепле наших братских сердец, чего, собственно, ни у кого не наблюдается. Я лишь исполняю просьбу усопшего: привести вас, чтобы вы послушали слова Дона, которые он оставил несколько лет назад. В память о том, что между нами было, - после чего Леонардо достал из внутреннего кармана своей куртки диктофон, прошагал  с хрустом к тому месту, где до недавнего время сидел, чтобы именно туда поставить прибор и включить его. Не сильно громко, с эффектном шума, но голос гения прозвучал в этом богом забытом месте, навевая довольно странную атмосферу:
-... кхм-кхм, Леонардо, Микеланджело, Рафаэль... если вы слушаете эту запись, значит вы живы, а я скоропостижно скончался...
... Здесь не будет каких-то трогательных речей - вас, мудозвонов, они не проймут. Не удивлюсь, если вы даже не выслушаете и будете плясать над моим трупом, но все же, вы не пожалеете, если дослушаете. У меня столько "приятных" для вас слов. Только вслушайтесь, - голос источал наигранный восторг, гений словно играл какую-то роль, причем довольно паршиво.
- Лео. О, сколько между нами было. Ты был блестящим верным псом, пусть и не самым лучшим во многим, м-м-м, аспектах. Однако приятно было тебя использовать в качестве шлюхи и щита все эти годы, хотя я рассчитывал, что ты умрешь первым. Жаль, очень жаль. Но ты ведь присоединишься ко мне, правда?
Майки-и-и. Сколько ты мне в свое время принес головной боли - трудно представить, ха-ха-аа-а. Но я тебе благодарен. За то, что ты так удобно мог засветиться передо мной и удовлетворить мои желания. Спокойным и покорным я тебя очень сильно люблю, малыш, -  легкий смешок. - Надеюсь, ты смог добиться того желанного мускулистого мужика? Слышал, ты долгое время бегал - а может бегаешь? - за ним. Могу только пожелать удачи на любовном фронте, если он не закопает тебя заживо в земле раньше.
Рафаэль. Рафи-бой. Больше не плачешь по ночам в подушку? Надо же, так старательно скрываешь свою хрупкую натуру, за этим мило наблюдать. А вот когда я дал тебе лекарство, чтобы ты, после произошедшего с твоим глазом, мог спокойно отдохнуть, помнишь? Ты выглядел тогда ровно таким же, каким был в нашем детстве: хрупкий, слабый, жалкий. Когда я тебя максима-а-ально нежно трахнул, ты даже плакал, как это постоянно делал много лет назад, - тихий гадкий смешок снова послышался в записи. - Я не мог не рассказать об этом - уж больно терять мне нечего, понимаешь?...

Месяц назад.

-... Как вам? Нравится? Кажется, я слышу скрип чьих-то зубов. Ох, не стоит так переживать. Вам все равно не многим больше меня осталось. Я в это верю и желаю вам, мои горячо любимые братья. До скорого в аду или как вы называете то место, куда жаждете попасть после смерти, хе-хе.
Отжав кнопку диктофона, Донателло, вполне довольный своей речью, положил прибор на стол, возвращая выражение холодной расчетливости. Ощущая, как смерть ходит за тобой по пятам, гений чувствовал, что должен был это сделать. Этот подарок братьям, которые они определенно оценят. Приятно знать, что после смерти, они не будут испытывать чистую радость к этому событию, пускай это предрекало нечто жестокое с его бренным телом. Правда, это не особо Дона волновало. В таком состоянии, он бесполезен, как ученый, все сокровище было спрятано в неработающем, в качестве трупа, мозгу. Так что, пусть делают что хотят, выпуская свою звероподобную сущность наружу. Это вызывало лишь усмешку на его лице.

Some folks will tell me I'm all wrong (He's all wrong)
But I won't listen, not for long. (No, not for long)
My whole life I've planned this trip. (He's planned this trip)
To my plan I'm gonna stick. (He's gonna stick)

- Что-то веселое, Донни? - перед носом ученого возникла знакомая морда его брата. Достаточно большой срок прошел с того момента, как Лео перестал быть самым шумным в семье, напротив, оставаясь теперь едва заметным. Донателло если и испытывал удивление техникой мечника, то не показывал этого, с привычное отстраненностью созерцая не самое, честно признать, приятное для себя лицо.
- В смерти нет ничего веселого, знаешь ли, - стоит подметить, что, несмотря на большое увлечение наукой, Дон никогда не был занудой, что кидает направо и налево заумные фразочки или что-то объясняя. Его речь была на удивление приземленной, а может в свое время гений перерос это ребячество и попытку выглядеть умным. Наверное, когда самому было лет пять.
- Опять ты заладил, - хотя Леонардо тоже со временем не блистал эмоциями, в его голосе прослеживалось легкое раздражение. - Разве не твоя мудатсткая рожа все время избегала всех несчастий и напастей? Особенно от нашего дражайшего "отца". Неужели ты поверил в злой рок? Это же смешно!
- Нет, рок тут не причем. Но ты не поймешь причины, по которой я беспокоюсь о своей жизни, - собеседник на это вздохнул, а Дон положил ладонь поверх своей любимой кружки, покрутив ее на одном месте. - Ты же знаешь, это не просто домыслы, я не бросаюсь словами на ветер. Мне в принципе не важно, что ты думаешь на этот счет, но не выноси мне мозг своей тупой рожей и не менее тупой речью, - взяв кружку за ручку, Донателло встал с кресла, прошагав к валяющемуся у своих ног трупу, - Это то, о чем я просил?
- Да, - самодовольства у брата было хоть отбавляй, он в принципе всех тупыми считал, кто не увлекался наукой. Поэтому слова в адрес Лео были не более, чем обычной манерой беседы меж ними. - Ты был прав, он успешный образец испытания нано-клеток, в разы повышающих возможности человека. Все что было ценное по нему, я так же принес.
Гений опустился на корточки, с маниакальной заинтересованностью поглядывал на свою собственность. При близком рассмотрении, было заметно, что тело только запачкано кровью и вполне себе дышит. Это только больше будоражило сознание, к тому же объект выглядел весьма недурственно. Глотнув холодный кофе, Дон облизнулся, привстал и направился к Леонардо.
- Ты прекрасно поработал, братишка, - в прищуренных глазах алого цвета проглядывалось снисхождение. Такого же оттенка была радужка мечника - одна из черт их внешней схожести. Только взгляд Лео был надменный, ставивший себя выше этих игр в хозяина и его шавку.
Только он ничего не успел ответить. На столе зазвонил телефон и гений сразу же направился к нему. На дисплее высвечивалось имя Эйприл. Не долго думая, гений поднял трубку.
- Хаюшки, Донни-и-и, - веселый задорный голос прозвучал на том конце провода. - Не соскучился по мне-е-е?
- Если только ты будешь со мной сотрудничать, - ученый плюхнулся в кресло и немного на нем раскачивался. - Конечно, ты делаешь неплохой минет, когда заходишь на огонек, но у меня есть братишка, который умеет это делать даже лучше.
Эти слова заставили Лео расплыться в гадкой ухмылке и облизнуться своим длинным языком. Сняв и повесив берет на штатив, предназначенный для капельниц, он взял стоящий неподалеку табурет, поставил его рядом с креслом и повернул его к себе, пока Дон слушал ответ собеседницы:
- А ты упертый сукин сын, - легкая девичья обида звучала в голосе. - Все надеешься, что я тебе помогу? Разве не можешь оставить свои глупости и отдаться плотской страсти? Мое предложение все еще в силе, только согласись на него, - под конец она уже мурлыкнула в трубку, продолжая это кокетничество. Прекрасно слыша то, что звучало в динамике телефона, находясь достаточно близко к нему, Лео, тем не менее, не изменился в лице, раздвигая Дону ноги, двигая табурет и присаживаясь на него. Гений на это только слабо улыбнулся, позволяя старшему делать все, что тому хочется.
- Если бы я был одним из твоих клиентов, то об отказе не было бы и речи, - легкий металлический скрежет послышался где-то в районе нижних пластин черепашки. Рабочий фартук, заляпанный кровью, был отодвинут в сторону, чтобы не мешался. Вторая, более мягкая на ощупь ладонь, так же коснулась области паха, высвобождая набирающий эрекцию член. Спящий пленник был довольно возбуждающим, а умелые пальцы и язык брата подготовили орган к оральным ласкам. Дон протяжно выдохнул и усмехнулся. - Но твои разработки, будучи студенткой, меня интересуют больше прекрасного женского тела.
- Как честно от обманщика, вроде тебя, - игривость в голосе пропала, оставив только простое девичье коварство. - Только тебе нужен мой ум в придачу. Ничего не видишь, кроме своего проекта и готов на все ради него. Я права?
Металлическая, отчасти, рука держала член у его основания, когда губы Лео коснулись головки пениса, смачивая его слюной и влажно причмокивая. Пусть это действие было ожидаемо, Дону нужно было немного набрать воздуха, чтобы продолжить разговор вполне обычным своим тоном:
- Разумеется, я всю жизнь положил на него. Поэтому хочу то же сделать и с тобой, крошка, - опуская взгляд на брата, он в первую очередь увидел, как алые глаза Лео смотрели на него. Что-то дикое в них было, злое, но при этом насмешливое. Так брат редко на него смотрел, и это обычно было не к добру. Тем не менее, мутант улыбнулся, положил свободную ладонь на макушку любовника, ощущая под искусственной кожей холодную металлическую пластину, что эстетически прикрыла вмятины и грубые шрамы на голове. С годами, лидер мутанималов стал выглядеть привлекательнее. Та любовь и привязанность, что тот испытывал в юности, только портила его, позволяла мечтать. Теперь Леонардо не убегает от проблем - он создает проблемы другим.
В этот момент взгляд черепахи снова опускается к пульсирующему в его кибернетической руке члену, вбирая его себе в рот неспешно, даже слегка поддразнивая своей медлительностью. От этих действий были немного другие ощущения, но не менее, а может даже более, приятные. Размышления о брате плавно перетекли к бессмысленному разговору с Эйприл, ответ которой Дон успешно прошляпил. Ну, еще бы.
- Я говорю, меня не волнуют твои планы, да и вообще твой разум, Донни. А вот возможности тела мутанта заставляют временами подтекать, - снова эта приторность в голосе, которая, может, и заставила бы немного позлиться, если бы не сосущий его член Лео, начисто выбивающий все желание хоть сколько придавать окружающей суете значение. Правда разговор по телефону несколько отвлекал и не позволял в полной мере сосредоточиться на собственных ощущениях, периодически сжимая ладонь на голове Лео и рефлекторно толкая к себе, желая большего. - Мои трусики и сейчас мокрые, когда я представляю, как ты ебешь меня в задницу какой-нибудь любимой игрушкой во всех позах и желательно в тесном грязном помещении, - по ту сторону даже послышалось, как девушка томно вздохнула.
- Хах...ах, будь моя воля, Эйприл - я бы давно все сделал своими методами, - такт становился быстрее, а хуй - глубже в чужом рту. С каждым разом влажная и теплая дорожка, оставляемая губами Лео, наполняло тело приятной тяжестью. Стоит признать, что чем дальше дело заходило, тем меньше представлялось возможности контролировать свои мысли и речь. Периодически слышались тяжелые сладкие выдохи, что пока выглядело весьма адекватно. - Но тогда, хах, от целого пирога я получу лишь кусочек, причем не очень большой. Но чем больше, - тут Донни убрал трубку от себя, издав легкий стон. Рукой он давит сильнее к себе, заставляя заглотить весь его член полностью. Леонардо пусть и часто язвил, что пред ним скачет, как верная шавка, но не любил командования над собой в такие ситуации. Приостановив оральные ласки, дразняще пощекотав кончиком языка каменный стояк, берет кисть гения и убирает конечность с головы, причем сжимает ее так больно, что Дон на время забывает, как ему до этого было хорошо. И в принципе урок усвоил и возвращает обратно к слуховому отверстию телефон, - ты упрямишься - тем меньше у меня остается вариантов воздействия на тебя. Лучше получить хоть маленький кусочек, нежели ничего, - Донателло снимает очки и вертит их свободной рукой, наблюдая за продолжением минета и в полной мере это чувствуя, пакостно хихикая.
- Ты такой бука, Дон, - рыжая бестия стала наигранно бурчать, словно это действительно могло бы изменить решение собеседника, пока вовсю полируют его хер. И то, что она ответила после, гений не слышал. Он в какой-то момент просто выронил из рук мобилу, с хохотом и стоном вперемешку максимально расслабленно устроился в кресле, уже полностью сосредоточив фокус ощущений на зону паха.
Эйприл же не сразу поняла, что ее не слушают. После, конечно, спросила, слышит ли он ее, на что получила в ответ какой-то шорох мебели и рваное дыхание, ну и скользкое влажное причмокивание. Девушка, поняв в чем дело, матюгнулась и отключилась.

"Dr. Weird's Mystery will be continued shortly.
By the way, doctor, is mystery your soul pleasure?"
"Young man, what could be more pleasant than mystery?"
"Well, music. I mean the kind of music a man can hum and whistle when they feel on top of the world."

Спустя какое-то время, с чувством выполненного долга своей самодовольной личности кончив в рот своему любовнику, Дон с довольной харей крутился на кресле. Пусть он и был выше многого того, чего присуще любому смертному, пойти на поводу собственного либидо вполне себе мог. Если, конечно же, все делается так, как ему нравится. И сейчас был этот самый момент.
Правда, Леонардо так не считал, когда резко встал, снова развернул кресло к себе и выплюнул сперму прямо в лицо гению. Тот даже охренел весьма заторможено, зато хриплый и злой голос лидера слышал очень четко. Еще бы, тот спецом наклонился, чтобы его было хорошо слышно:
- Разберись с этой дрянью как можно быстрее. Иначе это сделаю я, и ты точно не получишь и кусочка своего чертового пирога, - сняв с головы бандану грязно-фиолетового цвета, Донателло принялся вытирать лицо, ощущая от происходящего не то раздражение, не то веселье.
- Неужели ревнуешь, пупсик? - шепотом спросил Дон. - Так бы сразу и сказа-а-ал.
- Я не просто ревную, я в ярости, мой высокообразованный брат, - процедил он. - И на сей раз тебе стоит поспешить. Часики тикают.
- Лучше займись нашим планом, - холодно бросил в ответ Дон. Смерив друг друга взглядами, Леонардо, наконец, отпрянул от него.
- Да пошел ты нахуй.
Лео, кажется, немного обнаглел, по мнению Дона. Стоит лидеру немного обрезать рацион секса и заняться более полезными делами. Как и гению.


Лицо дергается от скопившегося напряжение после прослушивания данной записи. Лео, конечно, вполне ожидал что-то подобное, но слышать воочию было... неприятно что ли. По крайне мере, что-то такое на лице лидера было написано. Тем не менее, гений обосрал и оставшихся братьев, и этот факт заставил как-то пакостно ухмыльнуться, пока Майк и Раф довольно быстро зверели. Немудрено, если прозвучит что-то вроде "и за этим дерьмом мы в такую срань притащились?", в чем, в принципе, были правы. Но ведь пришли. Чего, собственно, стоит ожидать от такого пидораса, как Дон? Трогательно расписанного завещания с дележом нажитого имущества? Если это так, то, несмотря на возраст, братишки были донельзя наивными. Это заставило уже заметно усмехнуться.
- Майки, а ты знал, что твой крутой братик плачет, как девчонка? - и все же, в мимике Лео оставался сдержанным, что чертовски могло провоцировать публику на совершенно необдуманные действия. И впрямь, стоило достать очередную самокрутку и только-только зажечь ее кончик, как разозленный Рафаэль быстро сократил между им и старшим расстояние, схватив за куртку, роняя зажигалку в снег. Рефлексы мечника сработали на опасность, схватив одной рукой за катану и частично ее обнажая из ножен. В ответ в лицо Леонардо опасливо светился огонек кибернетического глаза Рафа, явно не внушая ничего хорошего.
Однако, мутант был еще здрав умом, чтобы влезать в неприятности.
- Хе-е-ей, Раф, успокойся, я нисколько не хотел тебя обидеть, - дурацкая улыбка озарила лицо черепахи. Забавно, что это его сейчас младший яростно хочет начистить морду, а не наоборот. Как когда-то давно. Но это не значит, что самый старший и некогда самый безумный из братьев сейчас стал совсем тюфяком и размяк. Но если так будут думать окружающие - сие не повредит. В любом другом бы случае, Лео с удовольствием вырвал бы этот красный глаз своей металлической рукой. Эдакое противостояние побрякушек почившего гения. - Давай не будем, ну-у, устраивать побоище на этой холодине в скоро приближающуюся метель? А то штабелем поляжем рядом. Глупо выйдет, согласись.
Кажется, это сработало. По крайне мере, хватка ослабла, но это произошло как раз тогда, когда ветер опасливо усилился, продувая незащищенные места мутантов, вынуждая все же свернуть разборки и задуматься над тем, где им стоит переждать непогоду. Не было, конечно, особого удовольствия держаться в данный момент вместе, но как-то и выбора не было. Особенно после того, как Леонардо направился к довольно непримечательной возвышенности и снял засыпанную снегом ткань, демонстрируя белоснежный снегоход, на котором, собственно, и добрался до места и перевозил гроб с телом, надгробие и интрументы.
- Я предвидел, что погода может измениться, поэтому заприметил уже пустующую хижину в лесу, - под "уже", мечник явно имел в виду, что позаботился о хозяине заблаговременно. - Если не имеете планов окоченеть здесь в метель в надежде словить сигнал и вызвать своих соратников - следуйте за мной, я покажу дорогу.

So hate me
You might as well hate me
And go on, berate me
Until the day you die.

Отредактировано |Leonardo| (2016-02-22 07:07:08)

+2

7

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано |Raphael| (2016-11-28 00:58:06)

+2

8

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано |Michelangelo| (2016-12-04 22:28:32)

+2

9

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано |Leonardo| (2016-12-04 22:02:30)

+2


Вы здесь » TMNT: ShellShock » Альт Вселенная » [А] I Want to Kill You Like They Do In the Movies |21+|