Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » II игровой период » [С2] Отцы и дети


[С2] Отцы и дети

Сообщений 11 страница 13 из 13

1

http://s6.uploads.ru/LWEpa.png

Дата и место: утро и день 8-го и ночь с 8-го на 9-е мая 2013 года; ночные улицы Нью-Йорка, убежище черепашек и штаб-квартира Клана Фут
Участники: Леонардо, Сплинтер, Караи, Шреддер (NPC)

Краткий анонс: неожиданное исчезновение Лео в самый ответственный момент миссии приводит к тому, что его братьям приходится вступить в поединок с Лизардом без его участия. К счастью, все заканчивается хорошо: Мона Лиза спасена, злодей убит взрывом, и вся команда благополучно возвращается домой. Однако, мастер Сплинтер страшно недоволен поведением старшего сына: он считает, тот поступил ужасно, бросив своих братьев посреди опасного и тяжелого боя. Не выдержав, Леонардо страшно ссорится с отцом и вновь покидает убежище, ища утешения на безлюдных вечерних улицах мегаполиса... и все-таки находит его, в лице Караи и ее таинственного наставника.

+1

11

Она запыхалась.

Нет, серьезно! Обычно ей без особого труда давались подобные забеги (все-таки, длительные и усердные тренировки в спортзалах днями напролет, сложные дыхательные упражнения, страсть к паркуру и все дела), но сейчас сердце девушки учащенно бухало где-то в центре груди, как бы намекая ей о том, что все же не следовало столь легкомысленно впрягаться в догонялки с реактивной черепахообразной махиной вроде Лео... Кто бы мог представить, что этот мутант мог развивать такую скорость! "Он что, по десять километров по канализации отмахивает каждое божье утро?!" — сердито размышляла Караи, стоя на краю заветной церковной крыши и уперев ладони в собственные колени, дабы хоть как-то отдышаться. Впрочем, много времени это не отняло — едва восстановив напрочь сбитую дыхалку, куноичи тут же выпрямилась и как ни в чем не бывало отбросила черные пряди волос с лица, а затем неторопливо прошлась вдоль старинного, украшенного причудливыми готическими скульптурами карниза, бдительно прислушиваясь к своему окружению. Взгляд пронзительных светло-карих метался по окрестным зданиям, выискивая темный силуэт поотставшего подростка... А затем девушка вдруг стремительно крутанулась вокруг оси, на ходу выхватив вакидзаси: чего она на самом деле не ожидала, так это того, что черепашка вдруг окажется прямо у нее за спиной. Ишь ты!

"Еще и тихий, зараза... Как можно было не услышать такого здоровяка?!" — несмотря на охватившую ее досаду, Караи все-таки сумела сохранить непроницаемое выражение лица — лишь в глубине суженых зрачков, на мгновение, вспыхнули яркие предупреждающие огни затаенного пожара. Она не любила, когда к ней так... подкрадывались. Тем более, если этим человеком, то есть, мутантом, был кто-то из верных учеников Хамато Йоши. К счастью, Лео был слишком занят своими разглагольствованиями на тему победителей и проигравших; покладисто опустив клинок вслед за движением сильных натренированных ладоней мечника, Караи окинула его привычным снисходительным взглядом. "Все-таки, я не ошиблась, когда решила переманить его на нашу сторону," — успел удовлетворенно подумать девушка, прежде, чем среагировать на слова собеседника.

"Будем считать"? Как мило, — фыркнула она в ответ, доведенным до автоматизма движением пряча вакидзаси обратно в ножны. Чертов джентльмен. — А что, тебе не нравится вид с Эмпайр-стейт-билдинг? Только представь себя на месте огромного ревущего монстра-обезьяны, сшибающего самолеты могучим взмахом волосатых лап, — болтая, Караи вольготно присела на спину одной из жутких каменных горгулий и свесила ноги вниз, бесстрашно покачивая ими на высоте в добрый десяток этажей. Лео предоставлялся выбор усесться где-нибудь по соседству, либо же не смыкающим глаз Бэтменом торчать неподалеку от расслабившейся куноичи, на пару с ней наслаждаясь сияющей панорамой ночного города. Судя по умиротворенной улыбке, замершей на широком лице Караи, она совершенно не торопилась озвучить мутанту свою волю, решив посвятить несколько долгих минут молчаливому любованию открывающимся отсюда видом. Так бы Лео, наверное, и забыл про их глупый спор, кабы спустя какое-то время девушка украдкой не скосила взгляд на его круглую зеленую физиономию и вновь не подала голоса, привлекая внимание мечника.

Красиво, да? Мне вдруг подумалось, что тебе понравится взглянуть на город не с зачуханных крыш Гарлема, а откуда-нибудь с более симпатичного ракурса, — хитро молвила она, наблюдая за эмоциями на лице парнишки. — Не думаю, что вам с братьями так часто удается это делать... Ох, извини, — Караи вдруг с напускной жалостью приложила пальцы к губам, — должно быть, тебе невыносима мысль, что вам всем приходится большую часть жизни торчать в темных и вонючих подземельях, — по лицу Леонардо немедленно пробежала странная, едва уловимая тень, но воительнице только того и нужно было: неуловимо придвинувшись поближе к своему приятелю, она проникновенно заглянула ему в глаза. — Тебе ведь самому хотелось бы жить здесь, наверху, — шепнула Караи понимающе, накрыв рукой его мускулистое плечо, — как все нормальные люди. Это ведь совсем не жизнь — постоянно ото всех скрываться. Я бы дала тебе такой шанс, Лео, — уже без лишнего притворства, прямо сказала она, тем самым, возвращаясь к их с Лео многократно прерванным разговорам на тему "нереализованных" талантов черепашки. О да, Караи столько раз за эти дни пыталась уговорить его переосмыслить свое существование и хотя бы отчасти прислушаться к ее мудрым советам... Она планировала делать это дольше, аккуратнее, но разговор со Шреддером внес страшную сумятицу в такие умные и далеко продуманные планы девушки. Если она не предложит этого прямо сейчас, то все ее старания окажутся напрасны... А значит, пришло время брать быка за рога.

Караи смело подвинулась еще ближе к заметно насторожившемуся мутанту, теперь уже обхватив его здоровенный панцирь второй рукой, чтобы комфортно уложить обе свои прохладные ладони на вздернутых плечах юноши.

Если бы только согласился познакомиться с моим отцом, ты бы убедился, что он совсем другой... Не такой, каким ты его себе представляешь. Он заботится о своем клане... и о своих детях, и не ограничивает чужой свободы. Это варварство — прятать таких как вы под землю, будто вас не существует вовсе, — вкрадчиво продолжала она, незаметно массируя такие напряженные, усталые плечи черепашки. — Ты ведь поэтому так часто со мной видишься, не правда ли? Тебе надоело торчать там, внизу. Ты хочешь на волю. Веришь или нет, но в нашем клане даже мутантам не приходится стыдится своего происхождения. У тебя крепкая рука... — кисть девушки плавно скользнула ниже по вздутым, натренированным бицепсам паренька, мягко оглаживая его сухую и нагревшуюся чешую. — Ты неимоверно силен, и при этом двигаешься так быстро и тихо, что умудрился застать меня врасплох. Твой уровень владения ниндзя-то поражает, я ни у кого не видела такого яркого таланта, как у тебя. Серьезно, — перехватив ошарашенный и откровенно недоверчивый (а еще ужасающе смущенный) взгляд Лео, Караи все с той же озорной улыбкой убрала свои загребущие лапки от чужих мускулов и подняла их на уровень плеч, как бы говоря: без шуток! Но тут же вновь посерьезнела. — Я говорила это раньше, скажу и в этот раз: твое мастерство должно развиваться дальше. Может, тебе и не захочется иметь дела с нашим кланом, но я была бы рада, если бы ты хотя бы просто поговорил со Шреддером. Он и сам демонстрировал желание тебя выслушать, правда. К тому же... ты задолжал мне желание, — и Караи невинно похлопала ресницами, решив, что сейчас это будет максимально уместным ситуации. Так сказать, последний туз из рукава.

Едва ли Леонардо захочется огорчать свою подругу... Ведь не захочется же?

+2

12

По правде говоря, Леонардо не терпелось поскорее узнать, в чем состоит желание Караи как победительницы их ночного забега по крышам Нью-Йорка  (пусть и не совсем честного, ага), которое, если верить самоуверенному заявлению куноичи, парню должно не понравиться. Уж не потребует ли она спереть любимую трость мастера Сплинтера в качестве трофея или, скажем, фамильную катану, висевшую посереди его комнаты? А то и еще чего-нибудь такого… Парень мог только гадать, до какой степени дерзости способна дойти богатая фантазия Караи.

Тем не менее, черепашка терпеливо слушал разглагольствования девушки, с прикрытым интересом наблюдая за ее грациозными движениями и пряча смущенную улыбку, пытаясь сохранить более-менее хладнокровное выражение физиономии. Седлать соседнюю горгулью, подобно юной куноичи, он не стал, а предпочел аккуратно занять позицию между двумя статуями, поставив широкую стопу на толстый, извилистый хвост каменного монстра.

Панорама ночного города и в самом деле впечатляла: Леонардо не припоминал, где еще есть такой прекрасный вид альтависта, когда практически весь Нью-Йорк расстилался под ним как на ладони, а у горизонта виднелась бухта с сияющей под прожекторами Статуей Свободы.
"И звезды кажутся уже не такими далекими... – черепашка медленно поднял глаза к сумрачному небу над головой и вдруг почувствовал себя таким маленьким и ничтожным, одиноким мутантиком, который никак не мог найти свое место в огромном мире. – Почему я такой? Для какой цели?» - мысленно вопрошал он, охваченный набежавшей тоской по простым земным радостям, которые не были доступны им, странным созданиям, на грани природного волшебства и издевательства. Ради чего судьба наделила черепашек разумом, превратив их в социальных, мыслящих существ, которые способны связать больше, чем два слова на повторе? Ради того, чтобы всю жизнь прятать свою уникальность от людей и с особой тщательностью следить, чтобы никто случайно не разоблачил их? Тяжело же дается подобная «уникальность», фактически превратив их всех в изгоев и уродов среди обыкновенного, повседневного общества…

И все же находятся люди, которым плевать на причудливый панцирь за спиной, рост под два метра и общий, страхолюдинский вид. Например, она…

А еще Леонардо успел неоднократно убедиться, что она отлично умеет бить по самому больному. Как говорится, и в бровь, и в глаз.

Едва только поняв, что Караи вновь завела свою любимую шарманку на тему убогости жизни в канализации, когда нет никакой возможности продолжить самосовершенствование, шаг за шагом раскрывая свой потенциал, Леонардо тотчас сделался мрачнее тучи. Вся ламповость прекрасного мгновения вмиг улетучилась словно легкая дымка по ветру, выпустив на свободу столь болезненную для него правду. Пока звучали жестокие слова принцессы Фут, мечник сохранял гробовое молчание, лишь неотрывно пялясь куда-то вдаль с отрешенным видом и мало понимая, что именно он с такой тщательностью рассматривает. Однако плотно сомкнутые губы и хмурая физиономия с лихвой выдавали сильное напряжение, исходившее от застывшего истуканом парня. Эх... А ему уже начало казаться, что он довольно ловко приноровился к противостоянию с искушениями, которыми щедро осыпала его девушка при каждом удобном случае…

Но в свете последних событий Леонардо как никогда ощущал шаткость опоры, что до сих пор удерживала лидера в правильности его убеждений.

Невольно он поймал себя на мысли, что на этот раз ему совершенно неохота отмахиваться от колючих слов куноичи с помощью какой-нибудь нелепой шуточки, как бывало обычно. "Может быть, я действительно упускаю свой шанс? - мелькнула в голове крамольная мысль. - Но Шреддер..."

Караи уверяет, что Ороку Саки совершенно не такой, каким черепашка себе его представляет, но Леонардо все еще колебался, не в силах найти внутри своего сердца простоту и легкость, которые помогли бы ему без особых проблем поверить девушке на слово.  Глава Фут являлся заклятым врагом Хамато Йоши – старый крыс неоднократно напоминал сыновьям об этом, а также о том, чтобы те были постоянно начеку, когда дело касалось приспешников преступного Клана.

И все же... Леонардо ведь никогда его не видел воочию, чтобы однозначно увериться в беспощадной лютости своего названного врага. Словесный портрет Шреддера вырисовывался довольно грозным, но… кто знает, как оно там было на самом деле? Людям свойственно ошибаться, принимать желаемое за действительное, а ведь Сплинтер – всего лишь человек, пусть и ставший мутантом…

Мог ли отец намеренно приукрасить свою мрачную историю против Ороку Саки во имя мести?

Весь предавшись внутренним противоречиям, лидер даже как-то не сразу сообразил, что Караи томно дышит ему в ухо, а ее руки, довольно беззастенчиво оглаживают мускулистый рельеф задумавшегося мутанта. От неожиданности парень вспыхнул, вздрогнув всем телом и едва не упустив смысловую нить монолога куноичи, однако все-таки нашел в себе силы, чтобы с явным подозрением отнестись к ее последним словам: - Ты преувеличиваешь, Караи, я не… - да так и замолк на полуслове, почувствовав, что язык будто присох к небу, лишив Леонардо привычно уклониться от умелой лести, которая словно лечебный бальзам растекалась по основательно надломленной натуре мечника.

«Поговорить… Разок поговорить и уйти… Ведь так можно, да? Только один чертов разговор, о котором никто потом не узнает…»

Но что-то все еще останавливало мечника, не позволяя ему тотчас же согласиться на намечающуюся беседу с главой Клана Фут. Как ни крути, он не столь безнадежно наивен и имел некоторые наблюдения, которые подсказывали ему, что все не так просто, как кажется на первый взгляд.
- Почему ты так уверена, что твой отец не захочет нашинковать меня на капусту, как только увидит? – невесело усмехнулся Лео, выпрямляясь во весь рост. – Мы ведь успели немного подпортить ему планы…

Но, разумеется, у Караи даже на это справедливое возражение нашлась куча контраргументов – очевидно, она уже всей кожей ощущала волны колебания и душевных сомнений юного мутанта, у которого практически не осталось сил в бесконечной борьбе собственных амбиций против навязанной ему роли «мистер Бесстрашный Лидер».

Поэтому в какой-то момент Леонардо поймал себя на мысли, что согласно кивает и говорит куноичи «да», а через несколько мгновений, сняв ступню с хвостатой опоры горгульи, прыгает вслед за девушкой в городской океан неоновых огней.
Черный шпиль высоченной башни с ярко-красным отпечатком лапы дракона с нетерпением ждал своего внезапного гостя.

Всего лишь один разговор…

+2

13

Он сказал "да"... Кто бы мог подумать.

В глубине узких, по-восточному раскосых глаз Караи невольно вспыхнули торжествующие огоньки, и на мгновение девушка испугалась, что Лео может заметить это и, таким образом, с ходу раскусить ее обман. Она с большим трудом поборола в себе желание отвернуться, чтобы черепашка не смог увидеть ее довольной улыбки; вместо этого она как ни в чем не бывало поднялась со своего места и лениво потянулась, вскинув руки к темным небесам, старательно пряча охватившее ее нервное возбуждение от пристального взгляда мечника. На самом деле, она бы уже давно на всех парах рванула прочь с этого дурацкого карниза, указывая Лео дорогу к башне — мало ли, вдруг передумает? Впрочем, тот и без нее прекрасно знал, в каком направлении следовало идти: здание штаб-квартиры Клана Фут было одним из самых высоких в городе, а украшавшая его фасад громадная багрово-алая драконья лапа виднелась со всех концов мегаполиса — словом, ошибиться было невозможно. И тем не менее, Леонардо не двигался с места, терпеливо дожидаясь, пока Караи прекратит томно выгибаться на кошачий манер, неосознанно демонстрируя ему свои женские прелести, и первой покинет крышу церкви; вместе они двумя неуловимыми стороннему глазу тенями помчались в направлении указанной постройки, на сей раз уже не соревнуясь друг с другом в скорости и проворстве. Время игр кончилось: теперь им обоим следовало заранее морально подготовиться к предстоящей им встрече со Шреддером, если они хотели, чтобы он в самом деле их принял. Караи то и дело бросала короткие, по большей части незаметные взгляды на бежавшего рядом с ней мутанта, гадая, что же сейчас творилось у него в голове. По правде сказать, ей до сих не верилось, что Леонардо все-таки повелся на ее уговоры. Он выглядел таким серьезным и сосредоточенным... и таким мрачным. Это решение далось ему до-крайности нелегко, она знала это... Неужели его обида на Сплинтера и родных братьев была столь глубока, что он был готов рискнуть буквально всем, что у него было, в том числе и его собственным панцирем, ради того, чтобы добиться хоть чьего-нибудь доверия и понимания? И не просто человека на стороне, а самого Ороку Саки, их смертельного врага!

"Какая мне разница," — Караи раздраженно встряхнула наполовину обритыми космами, усилием воли отведя взор от чужого лица. — "Главное, что он клюнул... Посмотрим, надолго ли хватит его решимости," — она ни за что бы в этом не призналась, но в глубине души ей хотелось, чтобы Леонардо прошел этот путь до самого конца, не отступившись и не пожалев о своем выборе. Надеяться на это, конечно, было ужасно глупо... Но все же, все же. — "Если ты вдруг пойдешь на попятную, я лично проткну тебя мечом и заставлю ползком спуститься в свое логово, указав дорогу моим воинам," — мысленно пригрозила Караи мечнику, но тот, разумеется, не услышал ее мыслей. Все его внимание было приковано к высокому, зловещему на вид небоскребу, возвышавшемуся над ними, точно исполинская черная скала; лишь самая ее вершина была украшена на японский манер, завершаясь традиционной деревянной пагодой. Зрелище отпугивающее и манящее одновременно, и безусловно очень красивое. Это причудливое на вид сооружение отличалось от любого другого здания в мегаполисе, совмещая себе Восток и Запад, и невольно притягивало к себе взгляд. Интересно, о чем думал Лео, глядя на него сейчас? Наверное, вновь и вновь спрашивал себя о том, сумеет ли найти внутри ответы на терзающие его вопросы, а может, соображал, как бы незаметно улизнуть, пока Караи на него не смотрит.

Если бы он это сделал, она бы его убила.

Резко затормозив на краю одной из ближайших к небоскребу жилых площадок, подростки на несколько минут замерли в полуметре друг от друга, все также молча взирая на обсидиано-красную башню. Издали этого не было заметно, но при близком рассмотрении становилось понятно, что она далеко не единственная в своем роде: у подножья небоскреба обнажилась чуть ли не дюжина различных пристроек — все они так или иначе были объединены друг с другом общими коридорами, в том числе и навесными, и казались дремлющей стражей своего именитого вассала. Предоставив Леонардо время на то, чтобы как следует осмотреться, Караи расслабленно уперла кулак в бедро и будто невзначай накрыла ладонью рукоять вакидзаси. С виду и не скажешь даже, что она вообще собиралась доставать его из ножен, ноо...

"Не вынуждай меня, Лео," — угрюмо подумала она, искоса наблюдая за эмоциями на квадратной зеленой морде. — "Ты знаешь, я не хочу этого," — хах, да откуда ж ему было это знать? Слава богу, юноша не оборачивался в ее сторону и не подозревал о том, что его "подруга" была готова одним быстрым и неуловимым движением перерезать ему глотку — если бы только он вдруг решил отказаться от всей этой затеи. Молчание явно затягивалось, и Караи, против воли своей, начинала нервничать. "Ну же, скажи мне что-нибудь, балбес ты эдакий!" — сложно описать словами ту волну облегчения, что затопила ее в тот миг, когда Леонардо наконец-то изъявил желание продолжить их путь. Ее рука  плавно соскользнула с ножен, оставив несчастный клинок в покое, а сама она позволила себе невинно улыбнуться в ответ — да-да, конечно, идем дальше, нам вооот сюда. Несколькими прыжками спустившись вниз на тротуар, девушка повела мутанта сквозь длиннющую, не менее полкилометра протяженностью, безлюдную, но очень хорошо освещенную парковую аллею с тесно посаженными вдоль нее раскидистыми японскими вишнями, навстречу главным воротам, являвшим собой ничто иное, как ритуальные врата-тории. Лео шагал бок о бок с деловито прищурившейся куноичи, кажется, поневоле залюбовавшись местными деревьями — те хоть и не цвели в это время года, но все еще притягивали к себе взгляды. Создавалось впечатление, что они неожиданно оказались на территории старого Токио, или любого другого старого японского города; здесь не было слышно привычного городского шума и пахло на удивление свежо, как в лесу после дождя. Пользуясь тем, что внимание Леонардо сосредоточенно на любовании здешними красотами, Караи снова улыбнулась, на сей раз уже с откровенным умилением, и незаметно обхватила массивную трехпалую лапищу подростка своей собственной тонкой, но сильной ручонкой. Чем дальше они заходили, тем больше она ощущала себя хозяйкой положения, и тем больше уверенности сквозило в ее действиях... Она чувствовала, что каждый новый шаг приближал ее к победе, и с трудом удерживалась от того, чтобы не подпрыгивать на ходу, как маленькая глупая девчонка — Лео не следовало знать, до чего сильно ее радовала вся эта ситуация.

Как бы ей хотелось, чтобы Саки испытывал такое же довольство на месте своей предприимчивой дочурки.

Дальнейший путь к башне отнял не так много времени: несмотря на то, что территория небоскреба тщательно охранялась, на пути к главному входу им не встретилось ни единой живой души. Леонардо это могло бы показаться странным, а вот Караи прекрасно знала, что за ними пристально наблюдает с полсотни внимательных, наблюдательных и холодных глаз. Солдаты Клана показывались на свет лишь в тех случаях, когда им был отдан соответствующий приказ, а в остальном предпочитали скрываться в глубоких тенях, как и подобало настоящим воинам-ниндзя. Если бы Лео явился сюда в гордом одиночестве, из его горла уже давным-давно торчала бы гладкая оперенная стрела; но сейчас его сопровождала сама госпожа Караи, и никто из местных стражей не издал ни единого звука, не только позволив ребятам беспрепятственно взойти по высокой черной лестнице, но и спокойно пропустив их внутрь здания. Внушительного вида стальные двери распахнулись будто бы сами собой, открыв взору мечника огромных размеров приемный зал — вполне типичное фойе для огромной межконтинентальной корпорации, способной позволить себе определенную, сдержанную роскошь. Традиционные японские мотивы мелькали буквально во всем, начиная от оформления стен и заканчивая самим интерьером помещения, но было здесь также и довольно много привычных глазу вещей, таких, как, например, большие рекламные транспаранты и огромные плазменные экраны, не выключавшиеся даже глубокой ночью. На одном из них долю мгновения расплывалось в короткой надменной ухмылке лицо чернокожего мужчины в белом докторском халате и очках, самоуверенно скрестившем руки на груди — мгновение, и оно рассыпалось на множество сверкающих пикселей, сложившись в холодную металлическую надпись "StockCompany". Не дав Лео толком оглядеться по сторонам, Караи решительно потянула его дальше, проведя через бесконечный ряд кресел, причудливых бонсаев и служебных стоек — должно быть, в дневное время здесь яблоку негде было упасть. Невесть откуда вынырнули панельные двери лифта; подпихнув юношу в его массивный панцирь, Ороку ткнула пальцем в одну из кнопок, уверенно отправив кабину куда-то навстречу небесам.

Удивительно, но поездка вышла короче, чем это можно было ожидать, при такой-то высоте здания.

Когда дверцы снова распахнулись, глазам Леонардо предстал очередной длинный коридор, но на этот раз они были здесь не одни. Два безликих воина в традиционном облачении Клана Фут — глухое черное одеяние с гладкими металлическими доспехами и алеющей эмблемой на груди — встретили из по обеим сторонам прохода... Кажется, их ничуть не удивило появление Караи в обществе здорового зеленокожего мутанта с катанами. Молчаливо поклонившись, они вновь заняли свои позиции и более не шелохнулись, позволив ребятам выйти из кабины и направиться дальше. Любые шаги терялись в царящей здесь мрачной, негостеприимной тишине, а по пути то и дело встречались все те же безымянные стражи, похожие друг на друга, как две капли воды, по всей видимости, что-то охранявшие там, за своими многочисленными дверьми, за которые Лео пока что не было дано заглянуть. Пройдя еще пару таких коридоров, Караи подвела мечника к еще одному лифту и вновь направила его вверх, после чего, наконец, оборвала повисшее между ними странное и напряженное молчание.

Мы направляемся в личные покои Шреддера, — объяснила она спокойно и деловито. В ее голосе больше не слышалось привычных насмешливых ноток, но несмотря на это Караи продолжала умиротворенно улыбаться — хоть какое-то облегчение для взбудораженных нервов увязавшегося с нею подростка. — Через минуту-другую ты увидишь моего отца, таким, каким его вижу я сама: без доспехов, без оружия и без злого умысла в душе. Не вздумай смеяться над моими словами, — она чуть нахмурилась, позволив своей улыбке на мгновение увянуть, — ты явился сюда по своей воле, в поисках правды и ответов на терзающие тебя вопросы — и он не откажется их тебе дать, но в обмен потребует смирения и уважения. Ты воспитанник нашего злейшего врага, но ты, по крайней мере, не побоялся прийти к нему на разговор — ему по душе твоя отвага. Ничего не бойся, — она сделала шаг навстречу явно робеющему мутанту, снизив голос до мягкого, проникновенного шепота. Ее руки аккуратно поправили его тусклую, отчасти сбившуюся повязку, точно галстук на груди. — Он не причинит тебе никакого вреда, если только ты сам не дашь ему такого повода. Но ты ведь не собираешься выкидывать глупостей, да? — Караи мягко потрепала юношу за впалую побледневшую щеку. Их кабина плавно затормозила на самом верхнем этаже и беззвучно раздвинула свои двери. Теперь они стояли на пороге просторной, но очень скромно обставленной комнаты, все внутреннее убранство которой состояло из пары-тройки массивных деревянных шкафов и стоек с традиционными японскими доспехами. Электрическое освещение здесь отсутствовало как таковое. — Ну, иди, — не дожидаясь, пока глаза Леонардо свыкнутся с царившим здесь мягким полумраком, Караи подтолкнула юношу в плечо, буквально заставив его сделать шаг вперед. Сама она осталась где-то позади него, предоставив мутанту самостоятельно пройти дальше — навстречу приглушенному сиянию свеч и бумажных фонариков.

Шреддер уже ждал его в противоположном конце помещения, в компании двух неизвестных футов, неподвижно стоявших за его спиной. Сам Шреддер — неужто это в самом деле был он? — сидел на коленях перед низким деревянным столиком, одетый в простое светлое кимоно с широким серым поясом, и был занят тем, что заполнял какие-то бумаги. Однако, когда Лео встал прямо перед ним, Саки отложил писчие принадлежности и спокойно взглянул на своего гостя. Совершенно обычный на вид мужчина, как и все японцы, узкоглазый и темноволосый, но с куда более жестким, продолговатым лицом, не выражавшим ничего, кроме сдержанного интереса. Холодные черные глаза цепко пробежались по всему мускулистому силуэту черепашки, нигде не задерживаясь, но и не упуская из виду ни единой детали.

Хамато Леонардо, — он плавно поднялся со своего места, обнаружив необычно высокий для своей нации рост. Кажется, он был примерно со Сплинтера, а может, даже чуть выше последнего. Голос Шреддера был под стать его внешности — такой же спокойный и равнодушный. Тем не менее, он первым склонил голову и плечи в приветственном поклоне. — Хадзимэмаситэ. Ты старше, чем я тебя представлял. Присаживайся за мой стол, — в его тоне не было и намека на приказ, но звучал он до того веско, что об отказе не стоило и думать. Не дожидаясь, пока Лео среагирует на его приглашение, Саки первым опустился обратно на циновки, плавно одернув широкие рукава своего одеяния.

Отредактировано Karai (2017-08-07 02:22:24)

+2


Вы здесь » TMNT: ShellShock » II игровой период » [С2] Отцы и дети