Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » IV игровой период » [С4] Oh You Touch My Tra La La


[С4] Oh You Touch My Tra La La

Сообщений 11 страница 15 из 15

1

Участники: Donatello, Raphael, Ninjara (под конец отыгрыша)
Место и время: Нью-Йорк, ночь с 7 по 8 июля
Краткий анонс: пьянкаа!
Обратив внимание на более чем разбитое состояние младшего брата, Рафаэль решает ненадолго вытащить его на поверхность — развеяться и "выпить немного в компании славных джентльменов", коими совершенно случайно (да-да!) оказывается шайка Пурпурных Драконов, по вящему недоразумению решившая скоротать вечер в том же пабе, что и их злейшие враги-черепашки.

https://i.gyazo.com/a31141ba582d2ada21c19e441deb1e49.png

+2

11

"Зря. Зря-зря-зря-зря..." — страдальчески зажмурившись, едва не уткнувшись лбом в грязную, истертую сотнями локтей столешницу, Дон с физиономией истинного великомученика дожидался, пока страшный пожар в его животе утихнет — ей-богу, и как Рафаэль был способен так спокойно опрокидывать в себя одну рюмку за другой?... Впрочем, долго страдать гению не пришлось. Не прошло и минуты, как его желудок успокоился, а затем по всему телу черепашки начало разливаться странное тепло, заставившее Дона озадаченно приоткрыть сперва один, а затем и второй глаз, после чего подросток настороженно выпрямился и, на всякий случай, еще разок внимательно прислушался к внутренним ощущениям. Хм... ладно. Не так уж и страшно это все было... По-крайней мере, не сильно страшнее, чем когда умник случайно отхлебнул древнего забродившего пива на свидании с Моной, ошибочно приняв то за лимонад. Пищевод, конечно, все еще горел, но уже далеко не так сильно, как в самые первые мгновения, и в целом организм техника, кажется, с достоинством выдержал обрушившееся на него испытание — разве что жутко хотелось запить эту гадость водой, или даже просто зажевать чем-нибудь, ибо привкус во рту теперь царил поистине невообразимый. Словно прочтя мысли Ди, Раф тут же предложил ему кусочек лимона, на что умник откликнулся едва заметным подергиванием века.

Спасибо, друг! А чего ж сразу не перчику или горчицы? Ну, уж коли пошла такая пьянка.

Это обязательно?... — кисло, под стать предлагаемой ему лимонной дольке, уточнил изобретатель, смерив ту скептическим взглядом, но все-таки принял "угощение" из рук саеносца и послушно закинул его в рот. Признаем честно, несмотря на рекордно широкий диапазон знаний чуть ли не по всем известным человеку (или мутанту) наукам и дисциплинам, Донни весьма и весьма скудно разбирался в алкоголе, а потому слепо доверился опыту старшего брата. И не прогадал: несмотря на зашкаливающие горечь и кислоту, съеденный гением лимон каким-то волшебным образом поправил дурной вкус напитка, сделав его чуть менее отвратным, чем он был на самом деле. Худо-бедно проглотив злосчастный цитрус (желудок при этом снова протестующе кувыркнулся под пластроном), Дон утер пальцем выступившие на глазах слезы и ответил кривой улыбкой на одобрительный хлопок чужой ладони по карапаксу: хей, полегче, Рафи, ты же не хочешь, чтобы вся эта проклятая текила выпрыгнула обратно в пустой стакан?

"Надеюсь, теперь ты доволен," — подумал он, еще пару раз скромно кашлянув в сжатый кулак... а затем, вздрогнув, вновь тревожно оглянулся на разбалагурившихся Пурпурных Драконов — звон разбитой ими бутылки, кажется, всполошил все заведение, многое из присутствующих оборвали разговоры на полуслове и прекратили свои занятия, синхронно повернув головы к чересчур шумной компании. "Вот им неймется," — проворчал гений мысленно, однако, все еще старательно давя в себе растущую волну недовольства. Меньше всего на свете ему хотелось ввязываться в очередную бессмысленную драку... И как жаль, что у Рафаэля отсутствовала кнопка "включить-выключить"! Ну, или хотя бы шкала агрессии, которую Донни мог бы контролировать легким поворотом рычага. "Только не вынуждай меня устанавливать ее тебе вручную," — заметив, как решительно закопошился его спутник, Дон тут же напрягся и, упершись обеими лапами в барную стойку, со скрипом приподнялся со своего места, приготовившись дать брату отрезвляющую проповедь — совсем с ума, поди, сошел! Ну куда ж тебя все время так несет?!

Раф! Стой! — пффффф. Естественно, Рафи даже не заметил сего возмущенного порыва, оставив техника с видом выброшенной на сушу рыбы немо хлопать жабрами ему вслед, а сам уверенно попер сквозь толпу, разбрасывать ненавистных ему бандитов — а ну-ка, рискни здоровьем, сунься под гусеницы этому взбесившемуся танку! — РАФ! — Донни едва подавил в себе желание жахнуть кулаком по многострадальному столу. Ох, прекрасно! И чего он, спрашивается, так беспокоится за этого дуралея?! Рафаэль и в пьяном виде был способен в одиночку раскидать весь этот дрянной паб, а не только жалкую компанию подвыпивших Драконов — уж кому, как не его брату, было об этом знать. Так чего волноваться? — Ладно! Делай что хочешь, хоть танго с ними танцуй! Я пас, — раздраженно пробурчал Ди, отворачиваясь обратно к стойке и рывком подтягивая к себе полный стакан виски, так резко, что добрая половина напитка выплеснулась на стол. Однако, заливать в себя остатки изобретатель не торопился: несмотря на обуревавшую его обиду напополам со жгучей досадой, Донателло просто не мог вот так запросто отвлечься мыслями от перебравшего братца-кретиноида, сознавая, что в любом случае несет ответственность за его идиотские выходки. Тревога умника возрастала с каждой секундой, несмотря на все доводы его гениального рассудка, и Донни все-таки нет-нет, да украдкой косился за собственное высоко вздернутое плечо, издали наблюдая за развитием событий, готовый в любую секунду вскочить и броситься на подмогу Рафаэлю.

Не только он один с интересом следил за происходящим у дальнего столика: похоже, что весь клуб с жадностью прислушивался к каждой реплике незнакомцев, боясь упустить хоть одно слово, благодаря чему в помещении воцарилась поистине кладбищенская тишина. Музыку в очередной раз приглушила чья-то коварная рука, так что Дону не приходилось особо напрягать слух: он и без этого прекрасно слышал все, о чем говорили Раф и его противники, внутренне дивясь тому факту, что брат до сих пор не приступил к драке. А ведь Драконы так старательно провоцировали его на атаку!

"Чудеса, да и только," — Дон задумчиво повертел стакан в руке, невидяще уставясь на собственное расплывчатое отражение в темном граненном стекле и с внутренним напряжением контролируя ход донельзя странного разговора. Издевательское упоминание боевых "вилок" Рафаэля заставило его нервно хмыкнуть себе под нос. — "А вот это было зря," — как правило, Раф приходил в бешенство всякий раз, когда оскорбляли его любимое оружие, случайно или преднамеренно — не суть, важен сам факт! Тут Донателло, впрочем, ни капельки его не упрекал. Он и сам злился, когда его любимый посох называли палкой или...

К слову, о посохе.

"Так... минуточку...!" — Дон спешно завел руку за спину, лихорадочно сомкнув пальцы в пустоте... а затем с тихим стоном сгорбился на сидении и спрятал лицо в ладонях. "...идиот!" — ну, разумеется, зачем ему посох? Зачем вообще черепашке-ниндзя нужно какое-то там оружие? Ну его, глупость какая! — Бестолочь! Болван! Тупица! — яростно пробормотал Дон себе под нос, несколько раз украдкой постучав себя кулаком по лбу. Заслужил, что б его... И как теперь, спрашивается, помогать Рафу в драке? Разумеется, оба подростка были прекрасно обучены приемам рукопашного боя, но... Оставить посох в мастерской и вспомнить о нем только перед самым началом схватки? Ты это серьезно, Ди? "Этот день проклят," — звучно скрипнув зубами друг о друга, Донни еще раз взволнованно оглянулся на брата и Драконов, боясь упустить из виду тот ключевой момент, когда разговор на повышенных тонах незримо перейдет в эпический мордобой со швырянием стульев и битьем тарелок о лбы друг друга. — "И я сам тоже проклят! На всю голову!" — пока Ди увлеченно корил себя за глупость, Рафаэль, однако, вовсе не торопился с кулаками набрасываться на своих обидчиков. Заслышав его последнюю фразу, Дон ошарашенно вылупил глаза из прорезей маски, а затем вихрем обернулся на табурете, едва не слетев с него задницей. Что-что, простите? Какое наливай, зачем наливай, что наливай?! Увидев, что мутант с грохотом опустился на пустой стул точно напротив главаря шайки, весь паб оживленно придвинулся поближе к недругам, почти целиком скрыв их от глаз изобретателя. Прокрастинировав еще несколько мгновений, Донателло стрелой ринулся прочь от барной стойки, безуспешно силясь пролезть сквозь сгрудившуюся толпу — но куда там... Легче было уложить Рене на обе лопатки, чем протиснуться через это пьяное море размалеванных шлюх и пузатых бородачей!

Простите... позвольте... я очень сильно извиняюсь, но мне срочно нужно пройти вперед! ДА РАЗДВИНЬТЕСЬ ВЫ НАКОНЕЦ, — пока гений со сдавленными чертыханиями работал локтями в давке, главный Дракон уже с многообещающей ухмылкой откупорил очередную бутылку и налил его брату полный стакан, щедро заполнив тот до самых краев — мол, угощайся, дорогой, покажи нам, на что способна твоя мутировавшая печень! Дон вывалился из толпы как раз в то мгновение, когда Раф с мрачным видом поднес стеклотару к губам, готовясь одним уверенным взмахом опрокинуть весь напиток в свою бездонную глотку... Угу, щас. Разбежался. Прежде, чем кто-либо успел среагировать, Дон уже рухнул пластроном на грязный, уставленный бутылками стол, и с размаху накрыл ладонью злополучный стакан, заставив Рафаэля с грохотом поставить его на место. Носы черепашек при этом оказались в опасной близости друг от друга, и бедняге саеносцу наверняка пришлось откинуться панцирем далеко на спинку сидения, дабы спасти свою репутацию отъявленного натурала.

Не... смей... даже... думать... об этом! — тяжело дыша, прохрипел Донни в самую перекосившуюся мину брата и со скрежетом отодвинул его стакан на расстояние метра... ну, почти. Рафаэль, естественно, не собирался ударять в грязь лицом на глазах у всего паба, а потому, быстро вернув на место отвисшую челюсть, с рычанием дернул напиток обратно, едва не вырвав тот из руки гения. Дон едва ли не с шипением вцепился в многострадальный стакан, бестолку силясь отобрать его у Рафа. — А ну верни сейчас же! РАФ!... Я все расскажу сэнсэю!!! — еще несколько секунд с рычанием поиграв с братом в детскую игру-отжимайку, Донателло, в конце концов, был грубо опрокинут со стола на пол, а завладевший стаканом Раф с характерным "глыть-глыть" выпил его до самого дна, как бы показывая брату и Драконам, кто тут реальный босс. Это было плохой идеей: едва поняв, что победа не на его стороне, Дон мстительно обхватил лапами ножки чужого стула и из-за всех сил дернул те прочь, так, что в итоге Рафаэль с чудовищным грохотом навернулся на пол рядом с ним.

Хватит с тебя одной рюмки, ты, пьяница несчастный!

А ну пошли домой, — не дожидаясь, пока Раф встанет на ноги и отвесит ему здоровенного леща, Донни стремительно обхватил руками его могучую шею и плечи, применив на брате один из разученных ими болевых захватов. И пока Рафаэль с ревом молотил кулаками по воздуху, гений уже начал потихоньку отползать к выходу с ним в обнимку — благо, что толпа озадаченно расступилась в разные стороны, давая мутантам дорогу. Очень благоразумно с их стороны... Пока черепашки с пыхтением боролись друг с другом, один за то, чтобы вытащить брата на свежий воздух, подальше от алкоголя, разбитых бутылок и напрочь охреневших Драконов, другой наоборот, за то, чтобы вновь вернуться в их радушную компанию, главарь шайки недоуменно переглянулся со своими приспешниками... А затем неожиданно едко усмехнулся, громко произнеся вслед брыкающимся подросткам:

Да, такое не каждый день увидишь! Давай, хлюпик, уводи своего дружка, покуда он не заснул мордой в салате! Или, еще лучше, в луже собственной блевотины! — этот издевательский выкрик потонул в громовом раскате хохота. Рафаэль завырывался еще сильнее, рискуя в любой момент вырваться из железной хватки техника, и тот лихорадочно стиснул свои объятия, надеясь, что ему хватит сил увести саеносца раньше, чем последний разгромит к чертям весь паб. — Что, зеленый, мамочка не дает повеселиться?! — продолжал веселиться главнюк, с ухмылкой наблюдая за происходящим со своего места. — А ты, долговязый? Тоже боишься блевануть? Так и знал, что вы, амфибии, ни на что не годны! Ну и девчонка, ей-богу! Интересно, кто из них чаще бывает сверху, а, Фрэнки? Бьюсь об заклад, что жирдяй доминирует! — теперь уже над мутантами охотно загоготал весь зал. Что касается ребят, то Донателло замер с Рафом в обнимку, даже забыв на мгновение, что он только что собирался сделать: ошалело распахнув глаза, умник еще несколько секунд анализировал услышанное, а затем медленно повернул голову назад, уставясь прямиком в физиономию бандита, что явно переборщил с насмешками. Стального оттенка глаза холодно блеснули из тени фиолетовой маски, точно лезвие остро заточенного клинка, а раздавшийся вслед за этим голос, вроде бы тихий и вместе с тем обманчиво вежливый, вмиг оборвал чужой смех и заставил толпу озабоченно примолкнуть. Даже Драконы, и те заткнулись, явно почуяв исходящую от техника невидимую угрозу.

Прошу прощения? — неловкое молчание повисло в воздухе, плотное и густое, как вчерашний кисель. Главарь банды приоткрыл рот и тут же немо его захлопнул, явно не найдясь, что ответить. У него в запасе было еще немало обидных шуточек, но в данный момент он что-то не торопился их озвучивать, по всей видимости, нутром понимая, что это в конечном счете выйдет ему боком. Донни, впрочем, тоже не собирался ждать, пока на их с Рафом головы выльется новый ушат отборнейшего дерьма: резко отпустив брата, гений сделал широкий шаг в обратном направлении и как-то незаметно оказался прямо перед вражеским столиком. Не глядя схватил первую попавшуюся ему бутылку и щедро плеснул ее содержимое в пустой стакан, с таким видом, будто делал это уже сотни и тысячи раз. И, не дожидаясь чьей-либо реакции, все так же молча и донельзя грозно взгромоздил задницу на опустевший стул, предварительно с коротким, но пугающим стуком вернув тот в вертикальное положение.

...хорошо. Давайте выявим доминантную особь, — все также спокойно предложил Ди, пристально глядя в глаза своего нового противника и сохраняя поистине каменную маску на лице. — Начинайте.

+2

12

Показательно выложив пудовые кулаки на стол, Рафаэль стукнул ими так, что все бутылки подскочили с жалобным лязгом, а налитые стаканы расплескали свое содержимое. Глаза парня приобрели ядовито-желтый оттенок, где кипела затаенная ярость, готовая сиюминутно выплеснуться на все это сборище Пурпурного мусора, но он пока сдерживался и с неослабевающим вниманием следил за действиями главаря шайки. А тот явно играл на любопытную публику, которая плотным кольцом обступила их столик: заносчиво ухмыляясь в сторону широкоплечей фигуры черепашки, громила с особым смаком хряпнул зубами пробку и потянул ее на себя. Раздалось громкое характерное «чпоньк!», после чего дешевое виски было красиво вплеснуто в подставленную стопку для мутанта. Судя по всему, бандит мнил себя этаким графом Монте Кристо, который снисходительно угощает коллекционным вином местного Иванушку-дурачка - уж больно много спеси сквозило в каждом движении самопровозглашенного бармена с обкромсанным ирокезом лилового цвета.
- Какого художника страна потеряла, - мрачно пробормотал Рафаэль, недобро оскалившись и всем своим видом показывая, что ненавистные рожи все равно будут биты хоть бровями, вне зависимости исхода данного «спора». Но для начала стоило продемонстрировать этой собравшейся кучке тугодумов, что их враги – черепашки ОГО-ГО как умеют пить, хоть виски, хоть бензин. Кретины доморощенные! – Не пролил, трясунчик? А то потом будешь плакать своей мамочке, что не честно вышло, - саеносец сгреб в мускулистую лапищу стакан, где пугливо дрожал из-за своей дешевизны виски, и неспешно поднес ее к губам, намереваясь выпить столь непривлекательное пойло в один залп. Духу у него хватало, благо уже доводилось пробовать крепкие напитки в этом баре и даже не окосеть от первого глотка. Ну а вторая-третья  стопка и вовсе пойдет как по маслу, тем более после текилы.

Главное правило номер раз: на великие споры никогда не брать своего младшего брата с хрустальной нервной системой.

С видом рассерженной мамаши Донателло нарисовался буквально из воздуха, грузно плюхнувшись всем своим плащом на стол и подмяв под пластрон пару-тройку бутылок и не меньше дюжины стопок. Рафаэль даже не успел удивиться столь внезапному погодному явлению, как техник самым наглым образом вмешался в алкогольно-потребительский процесс старшего, предотвратив тому даже малейшую возможность хлопнуть рюмашку.
- Эй, Дон, отдай! - немедленно возмутился саеносец, упустивший почти опрокинутый в бездонную глотку стакан. Впрочем, в следующую секунду ему пришлось вжаться всем панцирем в стул и как можно дальше отклонить голову, чтобы избежать вопиющей близости брата. – Может, ты ко мне еще на коленочки заберешься? – с перекошенной от отвращения миной поинтересовался он, а затем попытался дернуть пленный стакан на себя. – Я сказал, отвали! – схватив свободной пятерней за физиономию шестоносца, Рафаэль принялся отодвигать того от себя. Не тут-то было! Порой упрямость Донателло достигала воистину вселенских масштабов, что дико раздражало и навевало на мысль профилактически склеить кое-кому его зарвавшуюся щербину. – Ах, стучать вздумал, винторез продажный? Да говори, говори! Только на что ты рассчитываешь, а? Что я тут же должен послушать твое оперное блеяние? Ты мне не Леонардо, чтобы указывать, что мне делать! - последние слова парень прорычал с особым нажимом, выплеснув наружу всю скопившуюся злобу и тоску по отколовшемуся от них лидеру. Затем он поднапряг мускулы и, как следует ухватившись за лацкан любимого пальто Донателло, со всей силой опрокинул того на пол, едва не оторвав часть материи. Нашел, на кого лезть с воспитанием, нянька недобитая!
И словно в знак победы, Раф немедленно влил в себя стопку виски, даже не поморщившись от должной крепости напитка

Главное правило номер два: никогда не пытайся играть в Леонардо. Все равно ты его не заменишь.

Но едва только саеносец потянулся за новой порцией алкоголя, как стул, на котором он восседал, вдруг страшно качнуло, а затем вовсе опрокинуло, заставив габаритную черепашку рухнуть прямо носом в стертые чужими штиблетами половицы. Он даже не успел понять, с какого рожна земля внезапно ушла из-под ног или хотя бы попытаться привстать на локтях, как в эту же самую секунду почувствовал на себе удушающую хватку Донателло. -  Кха-кха! Пусти меня! – разъяренно прохрипел Раф, без особого успеха попытавшись освободиться от столь неожиданного нападения техника, который принялся куда-то двигать здоровенную тушу брата. – Клоп лабораторный! Получишь ты у меня за всю хурму по своим тощим пряникам! – парень все порывался вскочить на ноги, но широкие ступни никак не могли получить должной опоры и лишь скрябали полураздолбанный паркет помещения. Зато могучие кулаки опасно сотрясали воздух, не переставая. - Ты труп, Донателло... Ищи себе могилку покрасивше, желательно за городом…

Наверное, со стороны это выглядело дико забавно: одна недопьяная черепаха с трудом волочет к выходу другую полупьяную, точно мешок с брюквой, при этом пытается не словить в ухо от хаотичных взмахов кулаков качка и одновременно не разжать руки. Как бы там ни было, а только собравшиеся мужики принялись хохотать, да оно и понятно – чай не каждый день увидишь такое потрясающее зрелище в этом забытом Богом месте. Особенно громогласный ржач вызывали шуточки главаря шайки Пурпурных Драконов, явно взбодренного поддержкой окружающих. Расхрабрившись окончательно, он без всякого смущения принялся полоскать мутантов своим недалеким юморком, носящий пошло-сортирный характер.
- АХ ТЫ, ЖЕРТВА ПЬЯНОЙ АКУШЕРКИ! - разумеется, подобные оскорбления действовали на Рафаэля не хуже красной тряпки на быка: мигом позабыв, что еще несколько минут назад собрался хоронить брата, он взорвался матерным вулканом и с ревом принялся ломиться на ухмыляющегося обидчика. -  ЕЩЕ ОДИН ГУДОК С ТВОЕЙ ПЛАТФОРМЫ И ТВОЙ ЗУБНОЙ СОСТАВ ТРОНЕТСЯ! Я тебе это гарантирую, гнида!

Саеносец искренне недоумевал, почему Донателло до сих пор слушает, как их бессовестно обливают помоями и при этом ничего не делает. А сделать-то нужно всего ничего: просто разжать ладони. Уж Рафаэль продемонстрирует мерзкому выродку, кто здесь король-лев!

Главное правило номер три: даже самые мирные рептилии могут надрать тебе задницу, достаточно нелестно о них погыгыгать.

Похоже, что бесконечное терпение Донателло все-таки лопнуло, либо он просто думать не думал, что на свете существует подобный лексикон. Поди слишком зачитался в свои умные книжки и правильные энциклопедии.

И о, чудо! Рафаэлю, наконец-то, вернули долгожданную свободу – техник так неожиданно расцепил свои загребущие грабли, что саеносец тюкнулся темечком об паркет, предварительно хлопнув глазами от некоторого ошеломления. Впрочем, он довольно быстро сел, а затем и вовсе вскочил на ноги, для приличия потыкав ноющие мышцы шеи и плеч, и поспешил обратно к столу, где уже восседал его младший брат с самым суровым видом. В такие минуты, когда Донни заталкивал свою назойливую школьницу куда поглубже и пинком выстреливал в свет настоящим мужиком, Рафаэль невольно проникался уважением к изобретателю. Ведь может, когда хочет!
«Респект и уважуха, мужик!» - мысленно похвалил шестоносца старший, возникнув укороченной горой прямо за братским панцирем для поддержки. Надменно сложив руки на пластроне, он вперил желтые очи прямо в громоздкую фигуру бандита, однако тот еще шире ухмыльнулся двум рассерженным черепашкам, ощерив ряд металлических фикс, которые дерзко блеснули в полумраке бара.
- Что, пить тоже за ручку будете? По одному уже стесняетесь? – тем не менее, громила все-таки взял другой стакан с чем-то недопитым и, вновь откупорив зубами пробку, налил туда виски. – Давайте, детишки, позабавьте нас.
- Засохни, гербарий! – рявкнул в ответ Рафаэль звенящим от бешенства голосом и стукнув кулаком по столу. Он уже находился на последних болтах взвода, которые уже шатались и дымили вовсю, не желая больше выслушивать этого самодовольного болвана. – Еще один писк, и…

Поглощенный перепалкой с вконец охамевшим бандитом из Пурпурных Драконов, саеносец как-то упустил из виду Донни, поэтому вряд ли теперь мог объяснить, почему тот после одной стопки виски вдруг звучно стукнулся лбом об столешницу и тут же выключился, точно прожженный, непросыхающий неделями алкаш. Зато раздались новые взрывы смеха, а сам верзила уже откровенно сотрясал ветхую штукатурку потолка икающим гоготом, заглушая грохот музыки.

Этого парень вынести уже никак не мог. Достаточно! Он и так был слишком сдержан практически весь вечер!
- А давайте еще за дружбу синявских котиков выпьем! – с напускным спокойствием усмехнулся Рафаэль, прежде чем порывисто ухватил за горлышко одну из уцелевших бутылок. – Чур, я разливаю! - … и со всего размаху треснул по башке первого попавшегося Дракона, заставив того взывыть от боли.

+2

13

Просто удивительно, до чего легко можно забыть о привычной осторожности, когда дело касается ущемленной гордости! Вроде бы всегда такой умный и предусмотрительный, настойчиво отговаривающий братьев и их общих друзей от заведомо провальных авантюр, тихоня Дон периодами и сам мог выкинуть что-нибудь на редкость идиотское, о чем, конечно же, потом очень глубоко сожалел. Вот и сейчас, решительно взгромоздившись на место Рафаэля, гений был готов яростно отстаивать их общую, ээм, семейную честь, хотя где-то в глубине его совестливой души, само собой разумеется, беспрестанно копошился крохотный червячок сомнения. Ну ладно, допустим, не такой уж он был и крохотный, этот проклятый червь-переросток размером с грабоида, но отступать было уже поздно, да и некуда — вставший за спиной техника Раф невольно закрыл Ди последнюю тропу к бегству, кажется, впервые за долгое время показывая, как он горд своим вечно робеющим братцем.

И почему ему приходилось идти на такие жертвы ради одного-единственного одобрительного взгляда в свою сторону?...

Отчего-то страшно рассерженный этой мыслью, Донателло с донельзя мрачным видом схватился за собственноручно наполненную им рюмку (может, стоило все-таки заранее посмотреть, что именно он туда налил?...) и, в кои-то веки отбросив все сомнения прочь, одним резким движением опрокинул ее содержимое прямиком в горло, не оставив ни единой капли на дне стакана. Умник даже не ощутил какого-либо привкуса от напитка — все сразу же оказалось у него в пищеводе, лишь вскользь опалив его чувствительные стенки. "Не так уж все и плохо," — успокоенно подумал механик, с выразительным стуком вернув рюмку обратно на стол и устремив нарочито-грозный взгляд на слегка растерявшегося лидера Пурпурных. Изумление главаря, впрочем, длилось совсем недолго: едва только Ди уперся локтями в замызганную столешницу, как прежняя издевательская ухмылка вмиг вернулась на помятое щетинистое лицо, и братьям невольно пришлось выслушать очередной поток гнусных оскорблений в свой адрес. Разумеется, Раф не мог так просто это стерпеть: от души грохнув кулаком на весь паб, он мигом зарычал в ответ на искрометные шутеечки бандита, в то время как его спутник, наоборот, предпочел хранить гробовое молчание, и вообще едва ли слушал, что ему там сейчас говорили. Все внимание Донателло сосредоточилось на его донельзя странных внутренних ощущениях: желудок гения, и раньше демонстрировавший свое категорическое неприятие алкоголя, вдруг зловеще расклокотался под толстым черепашьим пластроном, точно древний хтонический ужас, пробуждающийся от многовекового сна... А затем вся комната вдруг резко расплылась перед глазами озадаченно притихшего мутанта, и последний, картинно закатив светлы очи, с размаху бухнулся рожей на прилавок, на несколько долгих минут полностью выйдя из строя.

Все-таки, зря он не поглядел на этикетку...

Рафи! Эй, ты где? Смотри, что у меня есть!
И что это за консервная банка с ушами...?
Это робот, на дистанционном направлении, помнишь, мы видели такого по телевизору? Ты еще сказал, что отдал бы все свои игрушки за такого!
Ты что... сам его сделал? Из тех железяк, что мы нашли в старом коллекторе? Ничего себе!...
Да! И еще я добавил ему убирающиеся колеса и залил все щели клеем, чтобы он мог ездить и не тонул в воде... И гляди, вот тут еще дополнительный шарниры — теперь он может складываться пополам, если нажать кнопку на пульте!
Это... правда круто. Ты дашь мне с ним поиграть?
Рафи, ты чего? Я же для тебя его сделал! Только, пожалуйста, не сломай, я так долго его собирал...
Серьезно?! Донни, ты самая лучшая черепашка на свете!

"В детстве ты явно ценил меня сильнее..." — не без труда отлепив щеку от грязного, неприятно липкого стола, Дон, сонно моргая, с растущим недоумением пронаблюдал за творящимся кругом него средневековым беспределом, даже не сразу осознав, что собственно происходит. Где-то высоко над головой очнувшегося изобретателя по-прежнему бешено грохотала музыка и мигали разноцветные световые пушки; подбадриваемая тяжелыми раскатами гитарных рифов, разъяренная толпа потных, бородатых мужиков и не менее агрессивных женщин, все как одна с растрепавшимися прическами и воинственно колыхающимися по ветру грудями, увлеченно разносила и без того остро нуждавшееся в ремонте помещение; тут и там мелькали чьи-то руки, ноги, пивные кружки, крохотные дамские сумочки, искаженные в свирепом оскале подвыпившие морды... Глядя на все это великолепие, Донателло как-то даже не торопился поднять задницу со стула, смирно клипая напрочь ошалевшими глазенками и предательски медленно анализируя создавшуюся вокруг него... ситуацию, назовем это так. "Много же я пропустил," — отрешенно подумал техник, все также заторможено проследив взглядом за пролетевшим мимо него грузным телом какого-то неудачливого пьянчуги. Последний, описав красивую дугу в загустевшем от едких алкогольных испарений воздухе, живописно приземлился на один из чудом уцелевших столов по соседству от Дона, разумеется, вмиг разломав его в мелкие щепки. Моргнув, Донателло осторожно развернулся на своем покосившемся сидении, желая высмотреть Рафа в толпе — и на удивление быстро справился с этой задачей, почти сразу же углядев брата в самом эпицентре битвы. Донельзя счастливого, преисполненного какого-то странного, непривычного одухотворения на широкой скуластой физиономии, от души размахивающегося пудовым кулаком в приветственном ударе по очередной перекошенной мужицкой роже... Словом, явно чувствующего себя в родной стихии и явно не собирающегося так скоро возвращаться с небес на землю. "Да и... панцирь с тобой," — тяжело вздохнув, Дон все также неторопливо повернулся обратно к столу, и не думая вмешиваться в происходящее. Возможно, он просто еще не до конца оправился, а может, просто окончательно смирился с чужими заскоками, сочтя себя абсолютно лишней фигурой на игровом поле. Покуда вокруг мутанта разворачивалась третья мировая война в масштабах придорожного кафе, сам Донателло предпочел взять в лапу ту самую бутылку, чье содержимое едва не отправило его в черепашью Вальхаллу, и таки пробежаться взглядом по этикетке, после чего гений плавно отвел руку в сторону и аккуратно вылил напиток на пол, сочтя это самым достойным его применением. Кажется, кто-то из Драконов с матом поскользнулся на разлившейся пене, но Донни даже бровью не повел: поставив опустевшую тару обратно на стол, техник принялся внимательно изучать названия оставшихся перед ним пиво-водочных изделий. В конце концов, он счел один из них более-менее удовлетворяющим собственному вкусу (а главное, желудку) и чинно плеснул выбранный напиток себе в рюмку, по-прежнему стойко игнорируя творящееся вокруг него безобразие.

А что еще ему оставалось делать?

Даже с размаху бухнувшийся панцирем на дрогнувший от непомерной тяжести стол Рафаэль не сумел вывести техника из этого поистине странного, пугающе-меланхоличного состояния; и покуда саеносец с грозным рычанием пытался сбросить с себя навалившегося сверху лидера драконьей шайки, одновременно с тем призывая Дона хоть к каким-то конструктивным действиям, последний лишь неопределенно пожал плечами в ответ, и не думая влезать в чужие разборки. Раф и без него отлично справлялся.

Прости, братишка, но я пас, — мрачно откликнулся Ди, пригубив немного виски из стакана и не без внутреннего злорадства пронаблюдав за тем, как его спутник одним мощным пинком отбрасывает хулигана прочь и тут же с ревом бросается следом, норовя выбить из противника всю его идиотскую придурь. Злосчастный стол почти сразу же оказался перевернут и отброшен куда-то далеко в сторону, но Донни все равно продолжал упрямо торчать на своем заметно покосившемся стуле, из последних сил делая вид, что его совершенно не трогает происходящее в баре. Нет, ну правда, чего от него ждали? Что он радостно помчит дробить зубы местным завсегдатаям на пару с радостно скалящимся Рафаэлем? Если бы его брату грозила настоящая опасность, Донни давным-давно бы это сделал, но сейчас ему просто хотелось максимально абстрагироваться от этой бессмысленной драки... покуда какому-то придурку не пришла в голову заведомо провальная затея врезать табуретом по крепкому черепашьем панцирю. Замерев на долю мгновения, Донателло с молчаливым недоумением прислушался к треску распадающегося на части предмета комнатного интерьера... а затем мрачно повернул голову к атаковавшему его пьянчуге, смерив того донельзя угрюмым взглядом исподлобья.

Серьезно?... — хмуро осведомился гений у опасливо притихшего мужчины. Тот не ответил, с совершенно отупевшим выражением лица взирая на мутанта сверху вниз. Пока они играли в косые гляделки, откуда сбоку послышался очередной гневный вопль Рафаэля — кажется, Дон все-таки заставил его переосмыслить собственное незавидное положение. Судя по напряженному звучанию его голоса, саеносцу реально требовалась подмога... И пускай Рафи скорее удавился бы собственным ремнем, чем открыто признался в этом кому-либо, он все-таки попытался достучаться до совести опасно насупившегося изобретателя — а тот, в свою очередь, соизволил откликнуться на сей тщательно завуалированный призыв о помощи и молча поднялся на ноги, одним движением опрокинув в себя последние крохи спиртного.

Ладно... поиграли в обиженного на весь свет буку, и хватит.

Прошу меня извинить, — отодвинув знатно подзависшего бородача, Донни решительно двинулся куда-то сквозь бурлящую толпу, ориентируясь на рычащий голос Рафа — и, в конце концов, обнаружил того прижатым за мускулистые лапы к стене сразу пятью взмыленными противниками. Да уж, так себе позиция... Тенью возникнув за спиной грозно поигрывавшего "розочкой" Дракона, гений все также молчаливо потыкал его пальцем в плечо, привлекая внимание бандита к собственной подвыпившей персоне. — Вечер добрый... и спокойной ночи, — пусть кулак у Донателло был далеко не таким тяжелым, как у его старшего брата, но бил он все также крепко и прицельно. Бедолага ласточкой отлетел прочь от врезавшего ему по носу подростка, на ходу врезавшись в собственного подсобника, отчего оба мешками полегли на пол рядом с Рафаэлем, долгожданную дав свободу его левой руке. — Не благодари, — сухо буркнул умник, хватая за спину следующего хулигана и с усилием оттаскивая того прочь от саеносца, невзирая на оказываемое им бешеное сопротивление.

"Хотя, ты наверное и так не собирался этого делать..."

+2

14

Халк ломать, Халк крушить!

Как же Рафаэль обожал такие редкие моменты, когда можно полностью забыть об обычной осторожности, о хитроумных приемах ниндзя и о необходимости постоянно думать о последствиях. Правда, последнее относилось скорее к Донни с его фанатичным стремлением перестраховать каждый свой шаг, когда еще даже ногу не приподнял над землей. Знатных любителей активных действий напролом, в заевшем режиме "ветер в харю", Майки и Рафа всегда утомляли познавательные заминки техника, когда тот отчаянно пытался внедрить в пустые бошки братьев хотя бы призраков благоразумия. А уж про Леонардо и говорить не приходилось - уникальная способность мечника спокойным, волшебно вездесущим голосом построить всю команду в ряд с пометкой " шаг влево, шаг вправо – расстрел без предупреждения" часто доводила саеносца до белого каления.

Так бывало раньше.

Рафаэль все отдал бы за то, чтобы снова услышать строгий оклик лидера, от которого сводит зубы в еле сдерживаемом бешенстве…

- АХ ТЫ Е*АРЬ ПАНЦИРНЫЙ! (нет, не этот)Ты крупно пожалеешь об этом, м*дила! - схватившись ладонью за рассеченный стеклом лоб, Пурпурный Дракон издал хриплый рык с протяжными матными гласными, после чего раскатисто рявкнул своим дружкам: - МУЖИКИ, ВАЛИ ЧЕРЕПАХУ!
- Потрясающая мысль! – кровожадно  ухмыльнулся в ответ Рафаэль, окинув быстрым, злым взглядом  остальных, которые на доли секунды притихли, сраженные некоторой озадаченностью. – Итак, цветочки... Кто первый рискнет подудеть в свои заборчатые клавиши? – выставив вперед обе ладони, черепашка нахально поманил затупивших верзил к себе, призывая тех, наконец, разморозиться и броситься на него.

Сей хамоватый жест подействовал на дружков пострадавшего главаря Драконов, словно красная тряпка на быка – по мужикам будто прошлась волна массового осознания реальности: панцирный недомерок, который и на улицах порядочно портил кровь группировке Пурпурных, оборзел окончательно и явно нарывается, чтобы ему вломили по самое первое число. Сразу втроем, габаритные мужики возмущенно повскакивали с диванчика и, выпятив здоровенные угрожающие бугры с лиловыми татуировками, прыгнули на саеносца, едва не опрокинув стол с уцелевшей посудой и техником-мутантом во главе стаканов. Однако Рафаэль и лысой бровью не повел: разведя в стороны лапы, он легкомысленно принял троицу нападавших на свои костистые амбразуры, вместе с ними повалившись в наспех сплетенном кольце объятий. Разумеется, драться с тремя шкафами на пластроне, да еще под действием горячительных напитков, было крайне неудобно: заторможенная реакция не давала черепашке возможности как следует сфокусироваться на своевременных уворотах, и вскоре Рафаэль словил довольно чувствительный удар по квадратной скуле.
- Вам…уф!... только с бабами и драться! – скривил он губы в презрительной усмешке, едва только почувствовал досадную вспышку боли на морде. – …и то проиграете! Показать, как надо? – резко откинув голову назад, он вдруг размашисто врезал костяным лобешником прямо в переносицу одного из Драконов, который сотрясал физиономию черепашки благовониями недавнего кальяна из своего щербозубого рта. Кровь брызнула во все стороны, заставив пострадавшего мужика взвыть не своим голосом, в результате чего тот быстро скатился с карапакса мутанта кому-то под стол. – Теперь ты, друг волосатых мартышек! – следом за товарищем был отброшен второй громила при помощи увесистого тумака под ребра. – Ну а тебе, как приятный бонус, – бесплатная путевка на Таити, - саркастически возвестил  Раф, порывисто ухватив за грудки оставшегося негодяя и обеспечив тому полет бреющей ласточки, используя лишь направляющий мотоциклетный ботинок. Где-то в глубинах помещения раздался страшный грохот, приправленный звоном битого стекла и целым паровозом разноголосого мата: очевидно, черепашья катапульта запулила преступное тело прямо в гущу чужих столиков, за которыми отдыхали остальные посетители бара. – Вот так-то, едрить вас в кочерыжки коромыслом, уроды!

Довольно бойко поднявшись на ноги, мутант мысленно приготовился к новому нападению со стороны разъяренных членов преступного синдиката Пурпурных Драконов, которые явно не успокоятся после своих позорных полетов по углам и пуще прежнего возжелают напинать ненавистной рептилии за всю китайскую малину. Ведь такие безмозглые полена не способны понять даже с десятого раза, когда целесообразно устраивать махачи без особых потерь – неудивительно, что их группировка продолжает огребать снова и снова, в каждой уличной стычке подставляясь под удары зеленой братии.

А вот их главарь Хан – совсем другое дело.

У этого, абсолютно невменяемого и непробиваемого ни с какого бока великана в голове еще перекатывались отголоски низшего разума, а мышечной массой он превосходил любого спортсмена в лучших традициях рестлинга и бодибилдинга. Судя по отличной физической форме, в которой постоянно находился глава всех Пурпурных Драконов, Хан довольно много времени уделял собственной подготовке вместо того, чтобы набить мозгами соломенные черепушки своих подручных: последние жестко расплачивались за тугодумность даже в самом элементарном налете на кошельки поздних старушек.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что каждый член шайки лиловых татуировок люто ненавидел мутантов с японским оружием наперевес, и готов рвать им шершавые глотки хоть зубами…

- Пришел твой последний час, мерзкая рептилия! – перед Рафаэлем вновь  пафосно распрямил свои плечи самый здоровый из группы Драконов, угрожающе хрустнув костяшками пальцев. На гладком блестящем лбу красовалась внушительных размеров царапина от бутылки, вокруг которой уже образовалась багровая корка крови. - Сначала ты, затем твой болезненный собрат-очкарик!

Ну да, ну да. Уже бегу.

- Страшно-то как! – Саеносец нарочито округлил глаза до предельного максимума и жеманно схватился за свою кепку, изображая кошмарную игру крайне паршивой драмы. – Ах, что же мне теперь делать? - впрочем, на разочарование собравшейся публики представление окончилось довольно быстро, и уже через пару секунд мигом преобразившийся парень, с искаженным от ярости лицом метнулся на обидчика. Смачный апперкот вместе с левым хуком достигли нужной цели, однако самому Рафаэю также пришлось отразить подбородком довольно увесистый удар. Мутант аж челюстями прищелкнул, да с такой силой, что едва не зафонтанировал собственными зубами изо рта. – Арррх!... Нехороший человек!

Чем больше тумаков пропускал саеносец, тем злее он становился, и вскоре подросток в тупом исступлении махал кулаками с той грубой неуклюжестью, словно все эти пятнадцать лет ему давали уроки вождения трактора по самоучителю «для чайников».

Обстановка кабака заметно накалилась, и теперь в гражданскую войну силача с лиловыми беретами повально втягивался прочий народ, который до этого только бестолково лупил глазами, мерзко скалясь своими гнилыми зуботочками да издавая фоновый гул неодобрения. Причем, пьянчугам было совершенно до лампочки кто кого месит, кто где находится и кто вообще главный зачинщик конфликта. Они отрывались от души, работая пудовыми конечностями направо и налево в попытках измудохать каждого, в поле мутного зрения. На самого черепашку бросалось сразу по двое-трое, которые, правда, довольно бойко разлетались в разные стороны, снося люстры и табуреты, врезаясь в чужие тела и порождая новые вспышки гнева для очередного замеса. Его зеленая физиономия, с застывшим на ней выражением какого-то безумного самодовольства, уже вовсю хвасталась росписью из синяков на скулах да разбитой с левой стороны губой, однако в данную минуту внешний вид саеносца совсем не волновал.

Как и то, о чем он поведает завтра  Сплинтеру, сверкая столь впечатляющей рожей по всему убежищу…

У него вообще не получалось хотя бы на секундочку остановиться, чтобы выдохнуть и поразмыслить о бренности окружающего мира: на парня вновь набросился главарь шайки Пурпурных Драконов, изрыгающий отборный мат прямо в шершавый нос Рафаэля. Охваченная жаркой борьбой, парочка как-то незаметно очутилась рядом со столиком, откуда и было положено начало всей этой вакханалии. За ним все еще неподвижно сидел Донателло, в самом центре пентаграммы из полупустых бутылок и стаканов. Краем недобитого глаза саеносец заметил, что техник, наконец-то начал неуверенно шевелиться, подавая первые признаки жизни.
- До-он! …уф! – верзила пихнул коренастого мутанта прямо на столешницу рядом с Доном, и Рафаэль, мимолетно вылупив на младшего сумасшедшие от продолжительного мордобоя глаза, недовольно буркнул: - Поднимай свои сонные булки, эфир заждался уже!

Но Донателло отказал. Он вообще сидел, отрешенно откинувшись на спинку стула, с меланхоличным взглядом осени, словно решительно не хотел понимать происходящий Содом и Гоморру вокруг него. Впрочем, интеллигентный механик всегда был далек до простых животных радостей любого неотесанного мужлана.

- Ну и хрен с тобой, нежное собрание технических сочинений! – просипел саеносец, прежде чем напрячь мускулистые ручищи и буквально отшвырнуть от собственного пластрона командира головорезов, а затем улететь добивать оного, пнув на прощание многострадальный стол ногой. – Немощь!

Он готов был куролесить хоть до завтра.

Для Рафаэля подобная драка ради драки носила реабилитационный характер, когда парень мог выпустить из души своего мятежного беса, готового крушить и раздавать всем подряд, лишь бы дать ход наружу всему негативу, скопившемуся в нем за последнее время. Раздражение буквально всем, злость и напряжение от неизвестного завтра уходили с каждым ударом, вымывались кипящим в крови адреналином, и саеносец обретал долгожданную свободу. Правда, ненадолго.

- А что так мало-то, всего пятеро? – с едкой иронией заметил Рафаэль, вновь дернув пригвожденным к стене предплечьем, которое удерживало аж двое крепких удальцов, пышущие особенно терпким перегаром. – Боитесь какую-то низкорослую амфибию?

- Закрой пасть! – Весь в предвкушении сладкой мести, главарь шайки Пурпурных Драконов навис над саеносцем грозной горой, перекатывая в ладонях бутылку без днища, с острыми краями. – Добегался, сученыш панцирный!

И хотя мутант продолжал вызывающе ухмыляться против
нику, который, наконец, оказался в преимуществе, внутри все ж послышался легкий перезвон тревожного звоночка. Ну да, сейчас кому-то будет больно… А больно – совсем не прикольно, уж Рафаэль-то отлично это знает. Ничего, в первый раз, что ли?

Неожиданное появление Донателло и (вот это да!) его вступление в драку прямо с ходу, существенно взбодрило саеносца, хоть он и не высказал должной радости, а наоборот снисходительно заявил изобретателю:
- Решил, наконец-то, оторвать свою ученую задницу от стула? У меня все под контролем! – Освобожденная ладонь парня в одно мгновение сжимается в увесистый кулак, который ломит промеж глаз пьянчуге, цепляющегося за бицепс с другой стороны. Другой левой - мутант окончательно разделывается с дерзкими смельчаками, умудрившиеся его обездвижить. Повернувшись к Донни, Рафаэль размашисто хлопает того по плечу, с широкой улыбкой заявив изобретателю: – …но я рад разделить эти танцульки с тобой, приятель!

Встав панцирь к панцирю, оба черепашки вызывающе смотрели образовавшееся вокруг них кольцо громил, которые несколько притихли, не решаясь бросаться на братьев. Один, довольно серьезный боец (хоть и пьяный, едва ли способный изобразить даже самый детский прием кун-фу) – куда ни шло, а вот двое…

- Поставим наш веселый хоровод на паузу? – цинично осклабился Рафаэль, сплюнув сгусток крови прямо на пол и угрожающе взмахнув пудовым кулаком. – Кто у нас самый смелый? – внезапно его взгляд задержался на недопитой бутылке, которую сжимал в ладони один из собравшихся вокруг ребят мужиков. В один прыжок подскочив к владельцу стеклотары, саеносец довольно бесцеремонно заграбастал спиртное себе, плечом отпихнув несколько ошарашенного хозяина. – Спасибо за любезность, я запомню! – сделав прямо из горлышка внушительный глоток, он на мгновение зажмурился, прикрыв локтем губы, чтобы выждать алкогольный взрыв в собственной глотке. - УУУУХ! - Какое-то время он так и стоял, ссутулившись, однако едва только организм начал успокаиваться, и на смену бурлящему кипению в районе желудка пришло приятное, расслабляющее тепло, Рафаэль приоткрыл глаза и довольно улыбнулся, протянув бутылку механику: - Неплохое пойло однако. Взбодрись, Донни, за счет заведения,  - и снова пьяно прыгнул в самую гущу толпы, издав протяжный рык дикаря.

Увлекшись очередными разборками, сопровождаемыми грязным низкосортным матом с обеих сторон, Рафаэль как-то не обратил должного внимания, что уже самозабвенно метелится около входной двери в бар, откуда он и явился, всем своим видом изображая заядлого завсегдатая. Донателло, уже давно отчаявшийся выпинать из бара разошедшегося брата хоть каким-нибудь способом, решил попробовать немного схитрить, умело манипулируя бросавшимися на них верзилами, незаметно для всех подводя всю их потасовку поближе к выходу.
- Э... Лечу что ли? – только и успел удивиться саеносец, прежде его буквально выбросило из здания, мордой вперед прямо в примятый куст рядом с парковкой. – Куда я? Зачем я? Донатеееееллллло….ик!

Отпустило что ли?

+2

15

Whoa Black Betty, bambalam
Yeah Black Betty, bambalam
Black Betty had a child, bambalam
Damn thing gone wild, bambalam

Ну, конечно же, у него все было под контролем. Как же иначе! Донни, не удержавшись, бросил на брата короткий, но предельно ироничный взгляд, а затем от души пнул своего Дракона ногой по мускулистой заднице, отправив того в короткий полет до ближайшей мусорной урны. Пожалуй, удар вышел даже слишком крепким, судя по сдавленному воплю бандита и оглушительному звону пустых бутылок... Дон не без смущения покосился на собственные большие ладони — наверное, это все из-за выпивки. Однако прежде, чем гений успел как следует подосадовать на свой не в меру захмелевший организм, на его плечо вдруг опустилась тяжелая длань Рафаэля. "Не так уж сильно я и пьян, оказывается," — успел подумать Ди, в полной мере оценив размашистый жест саеносца, от которого у него аж колени подкосились. — "...в отличие от некоторых!" — обернувшись к Рафу, умник несколько мгновений вглядывался в его возбужденно сверкающие, прямо-таки лучащиеся счастьем и довольством глаза... а затем молча покачал головой из стороны в сторону, по всей видимости, окончательно смиряясь. Он был бы только рад прекратить весь этот цирк, но что он мог сделать против Рафаэля? Его брат очевидно наслаждался учиненным им беспорядком, до такой степени, что едва ли не попискивал от радости, точно мальчишка, добившийся у взрослых разрешение на поездку в Диснейленд. Ну и что с ним таким поделать?...

Лучше бы ты танцевал с настоящими девчонками, братец, — со вздохом пожурил Рафа изобретатель, впрочем, без лишних споров становясь с ним спина к спине... а точнее сказать, панцирь к панцирю. — "А не с этим пьяным сбродом, что только рад вытрясти нас с тобой из карапаксов!" — закончил он уже мысленно, принимая боевую стойку и с мрачным, предостерегающим видом держа кулаки на уровне груди. Видел бы их сейчас мастер Сплинтер! Ох уж и достанется им обоим по возвращению... Но, если честно, никакое, даже самое суровое наказание не могло сравниться с тяжелым отцовским взглядом, полным вселенской грусти и разочарования. Жаль, Рафи совсем об этом не думал. Он всегда жил одной минутой, совершенно не задумываясь, чем в конечном итоге обернется для него то или иное действие. Иногда Донни даже втайне ему завидовал... Особенно сейчас, когда он уже все равно никак не мог повлиять на сложившуюся ситуацию. Ну не бросать же Рафа одного против целой толпы злобных, накаченных бугаев! Донателло оценивающе пробежался взглядом по стене пьяных бородатых морд, спрашивая себя, есть ли у них шанс отбиться от них вдвоем. Или лучше все-таки попытаться решить проблему миром? Ненадолго воцарившаяся в помещении пауза как нельзя кстати подходила для громкой, успокаивающей речи... Но прежде, чем Донни успел собрать в кучку тараканами разбегавшиеся от него мысли, как Рафаэль вновь самоуверенно привлек всеобщее внимание к своей зеленой, уже порядочно поднабравшейся персоне. Не меняя позы, Ди в легком недоумении скосил глаза сперва на шумно булькнувшего глоткой саеносца, а затем — на радушно протянутое ему спиртное. Поколебавшись, техник нехотя принял сие подношение, гадая, что за таинственная (и наверняка очень горючая) жидкость попала в желудок его брата. Впрочем, какая в панцирь разница? Проводив взглядом грозно заверещавшего на тарзаний манер Рафаэля, Дон вновь с сомнением посмотрел на полупустую бутылку в своей руке... а затем, пожав плечами, опрокинул в себя оставшуюся часть напитка.

"Да ну вас всех к черту!"

Крепкое пойло немедленно ожгло не в меру чувствительный пищевод мутанта и всей своей огненной мощью низринулось в его желудок; зажмурившись, Донни на какое-то время полностью выпал из реальности, справляясь с сильнейшим рвотным позывом, но на сей раз, хотя бы, не стал грохаться в обморок. Кое-как продрав слезящиеся глаза, умник сдавленно икнул и бросил опустевшую тару куда-то себе за спину, кажется, случайно угодив ею по лбу какому-то из Драконов. Ну, упс... Хотя, знаете ли, даже не жалко ни капельки! И извиняться за это он тоже не будет, не-а. Ноуп!

"И все-таки, пора отсюда сваливать," — несмотря на стремительно захватывающий его сознание хмельной туман, Дон все же еще не успел наклюкаться до такой степени, чтобы окончательно перестать контролировать свои действия. Бросившись на подмогу Рафу, что уже умудрился к тому времени собрать на собственному горбу чуть ли не добрую половину всех присутствующих в пабе байкеров, Донателло вполне себе точными и крепкими ударами начал раскидывать их противников в разные стороны, таким образом, подстраховывая своего не в меру драчливого брата. В перерывах между взмахами и уворотами от встречных атак, гений по давно въевшейся в его натуру привычке ускоренно анализировал мозгом все происходящее вокруг, пытаясь сообразить, как бы ему поскорее вывести Рафаэля на улицу. Учитывая, что все внимание саеносца в настоящий момент было приковано к его обожаемым Драконам, он бы даже ухом не повел в сторону механика, орущего что-то на тему очередного тактического отступления... Так зачем же тратить силы попусту? Поразмыслив еще немного, Дон решил в кои-то веки не препятствовать чужому развлечению, а, напротив, воспользоваться им в собственных целях, потихоньку расчищая для них дорогу и направляя увлеченно месившегося брата в сторону ближайшего выхода. Это было несложно, учитывая, что Рафи почти не смотрел по сторонам, равно как и гроздьями виснувшие на его плечах бандиты; нужно было только вовремя отодвигать с их пути других бойцов, а также опрокинутую в пылу драки мебель. Чем Дон и занялся, в конечном итоге, доведя саеносца чуть ли не до самого порога забегаловки.

"Ну все, повеселились и хватит," — мысленно подытожил он, радушно приоткрывая и удерживая одну дверь — и очень вовремя, так как уже в следующий момент Раф с громогласным ревом пронесся мимо него панцирем вперед, отброшенный могучим ударом одного из Драконов. Дон сочувствующе прижмурил один глаз, вслушиваясь в оглушительный треск кустов снаружи и последовавшую сразу за этим грязную ругань мутанта, но все-таки не смог удержаться от легкой торжествующей ухмылки. Как, однако, ловко получилось! Не тратя больше ни секунды драгоценного времени, Донни торопливо выскользнул из гремящего, орущего и едва ли не подпрыгивающего от фундамента до самой вывески здания, пока его самого не вышвырнули наружу вслед за Рафаэлем. — ВСЕМ ДО СВИДАНИЯ! БЛАГОДАРИМ ЗА РАДУШНЫЙ ПРИЕМ! И вам тоже отдельное спасибо, уважаемый! — прежде, чем окончательно уйти, Дон успел-таки выхватить бутылку из рук какого-то зазевавшегося пьянчуги... а затем спешно прикрыл за собой обе входные створки, спасаясь от целого запла брошенных вдогонку братьям ножей, вилок, пустых стаканов, стульев и великого множества других, не менее увесистых, опасных для жизни и здоровья вещей. На мгновение прислонившись к двери карапаксом и раскидав лапы в разные стороны, Дон быстро отыскал взглядом выползающего из-под куста Рафаэля. Тот очевидно намеревался вернуться обратно в паб и возобновить прерванную драку, но Донателло не позволил ему и шагу ступить. Бросившись к мутанту, он крепко схватил его за плечи и рывком развернул в противоположном направлении, тут же принявшись из-за всех сил подталкивать брата куда-то прочь от треклятого заведения. К счастью, на сей раз Раф не сильно ему сопротивлялся... То ли вконец опьянел, то ли чересчур крепко словил чужим кулаком по собственной лысой черепушке.

Все, все, Рафи, достаточно! Валим отсюда, дружище, пока они не вызвали копов или, чего хуже, бригаду психиатров! — скороговоркой пробормотал техник, успокаивающе похлопывая товарища ладонью по плечу. — Ну же, давай, работай граблями... Э, нет, только не к байку! Постоит здесь, ничего с ним не случится! На, держи, — Дон торопливо сунул Рафу отнятую у алкаша бутыль, надеясь, что хоть это отвлечет его от мысли о поездке. Рафаэль и трезвый-то водил так, что хоть сразу душу богу отдавай, а что же он станет вытворять верхом на любимом мотоцикле?! Донателло в который уже раз пожалел о том, что догадался подарить своему брату такую опасную игрушку. Кое-как отпихнув мутанта прочь от стоянки, Донателло потащил его дальше по тускло освещенному проспекту, выискивая взглядом подходящую для укрытия подворотню. Наконец, ему удалось найти какой-то тесный безлюдный проулок, и гений тут же затащил Рафа в спасительную тень, где они оба, не удержавшись на ногах, со стуком бухнулись панцирями прямо на грязный асфальт. Только тогда Дон позволил себе выдохнуть с неимоверным облегчением, прислонившись плечом к исписанной граффити стене... А затем сердито выдернул бутылку из рук саеносца, тут же сам припав губами к его узкому стеклянному горлышку. Сделав несколько глубоких, не в меру жадных глотков, Донателло с явной неохотой позволил Рафу забрать у него это чертово пойло и с громким вздохом прислонился затылком к холодной кирпичной поверхности, давая отдых своему избитому, отчаянно болящему во многих местах телу. Только сейчас стало понятно, до чего сильно он устал и запыхался.

Ты... ты придурок, Раф, — простонал Ди, накрыв лоб обеими ладонями и ощутимо нажав их основаниями на свои крепко зажмуренные веки — эдакий молчаливый жест вселенского "нунахуя?!". — Ну на кой черт... мы оба в это... влезли?... Дай сюда! — отняв руки от лица, Дон повторно отнял у брата злосчастную бутыль и сделал еще один большой глоток, после чего поднял тару на уровень глаз, с напряжением всматриваясь в бултыхающийся внутри нее напиток. — Что это еще... за дрянь?... знаешь?

She's always ready, bambalam
She's so rock stedy, bambalam
Whoa Black Betty, bambalam
Yeah Black Betty, bambalam
Alright

+1


Вы здесь » TMNT: ShellShock » IV игровой период » [С4] Oh You Touch My Tra La La