Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » IV игровой период » [С4] Knock, knock, you about to get SHELL SHOCKED!


[С4] Knock, knock, you about to get SHELL SHOCKED!

Сообщений 1 страница 10 из 38

1

https://i.gyazo.com/164b51d2dff1ffdb36fafd0a50ba60f2.png


Участники: Alopex, Michelangelo (первая половина отыгрыша), далее A.Rene, Leonardo, Donatello, Raphael, Mona Lisa
Место и время: спустя несколько дней после событий вот этого эпизода
Краткий анонс:
...вот так-то оно и случается в жизни: сперва вы готовы порвать друг друга на мелкие кровавые лоскуты при встрече, а теперь и дня друг без друга прожить не можете. Кто мог знать, что однажды злобная и безжалостная наемница Клана Фут окажется самым преданным союзником Братства Хамато? Правда, подлинное доверие еще только предстоит заслужить, но это дело плевое, особенно, когда тебе помогает сам доктор Алонсо Рене — профессиональная сваха, непревзойденный тамада и опытный семейный психолог в одном огромном зеленом флаконе.

+3

2

Эта семья нравилась ей все больше и больше.

Хотя, вообще-то, Алопекс не особо довелось пообщаться с другими мутантами, помимо добряка-Майки. В первый же день ее пребывания в черепашьем убежище, добрая половина его обитателей предпочла смыться куда-то с ночевкой, и не показывалась вплоть до следующего вечера. Саму наемницу такое положение вещей более чем устраивало — во-первых, ей не приходилось втихомолку просиживать задницу в самом дальнем углу, боясь ненароком потревожить чей-нибудь покой; во-вторых, с Микеланджело было довольно-таки... весело? Да, именно что весело, и вдобавок очень интересно, если не сказать "познавательно": за то короткое время, что они провели в компании друг друга, этот забавный подросток умудрился показать ей столько новых, необычных вещей, сколько ей не доводилось видеть за многие месяцы службы в Клане Фут. Список и вправду был донельзя большим — помимо десятка самых разных вкуснейших блюд, чьих названий она даже не знала до сего момента, а также внушительной коллекции комиксов и фигурок известных супергероев, в него входили: интернет, скейтбординг (взобраться на доску самой ей не разрешили из-за сломанных ребер), игровые автоматы (ее 15 побед против 34 Майка), мыльные пузыри (Рафаэль потом подскользнулся на залитом раствором полу, вот воплей-то было), жвачка (которую они потом два часа выковыривали из ее меха), баллончики с краской для граффити (изрисовали весь тоннель по-соседству), самодельная трубка для метания жеваных бумажных шариков (то-то они повеселились, украдкой обстреляв из нее ничего понимающего изобретателя... правда, досталось потом обоим), содовая (аж носом пошла, Микеланджело чуть не помер со смеху), кошачья "чесалка" (самая чудесная вещь на белом свете!), ну и, конечно же, бразильские сериалы. Правда, с сериалами ее познакомил уже не Майки, а его мастер — и то, вышло это совершенно случайно, уже на исходе второго дня в убежище, когда утомленный дневными заботами Сплинтер опустился в кресло напротив телевизора, а его ушастая гостья заметила это и незаметно присела на подлокотник дивана по-соседству, с круглыми глазами наблюдая за жарким кипением мексиканских страстей. В итоге, когда заметивший пропажу девушки Майк явился в гостиную, взору его приоткрылось до крайности необычное и, что скрывать, милое зрелище: оба — как пожилой, убеленный благородными сединами крыс, так и куда более юная лисица, — сидели едва ли не бок о бок, с приоткрытыми ртами гипнотизируя взглядами светящийся телевизионный экран. Провалив любые попытки вытянуть Алопекс из того омута, в который ей не повезло провалиться всеми четырьмя лапами, Микеланджело в итоге был вынужден присоединиться к сей зачарованной компашке, чтобы благополучно захрапеть на все убежище уже спустя первые десять минут просмотра. Позже, когда сериал закончился, а Сплинтер удалился в свои покои, Ло, словно бы извиняясь перед своим уснувшим приятелем, незаметно укрыла его валявшимся неподалеку шерстяным пледом, а сама тенью нырнула обратно в каморку под лестницей, не забыв плотно притворить за собой дверь.

Той ночью ей впервые пришла в голову мысль о том, что она бы с удовольствием осталась в этом доме навсегда.

Но уговор есть уговор, верно? Как бы ей не претила мысль возвращаться обратно в свой холодный, до ужаса неуютный закуток на вершине недостроенной многоэтажки, Алопекс просто не могла дать слабину и начать упрашивать мастера Йоши о том, чтобы он позволил ей загостевать у них в логове еще недельку-другую... хоть мутантка и понимала, что ей вряд ли откажут в подобной просьбе. В то же время, сама она, вопреки угрызениям совести, старательно воздерживалась от любых разговоров о своем грядущем уходе. Да, нагло, да, эгоистично — но, черт подери, как же сильно ей не хотелось отсюда уходить!

Тем не менее, "больная" тема всплыла сама собой, примерно на утро четвертого дня, когда более-менее свыкшаяся с новой для нее обстановкой лисица, сонно потирая кулаком слипающиеся глаза, уже самостоятельно прошаркала на кухню с целью налить себе молока. Время было раннее, на поверхности еще только занимался рассвет, а потому Ло совсем не ожидала увидеть кого-то на своем пути... Разве что Донателло, который, как она успела понять, любил допоздна засиживаться в своей лаборатории, корпя над очередным самодельным механизмом — но и тот, кажется, видел уже чуть ли не десятый сон у себя в комнате на верхнем этаже. На ощупь прокравшись к холодильнику, девушка на какое-то время замерла перед открытой дверцей, запрокинув ушастую голову и с наслаждением глотая холодный напиток прямо из "горла". Естественно, ей и в голову не могло прийти, что за ней кто-то наблюдает!

Так и знал! — чья-то широченная лапень совершенно внезапно ворвалась в узкий круг света, отбрасываемый распахнутым настежь холодильником, и без лишних церемоний выхватила упаковку из когтистой ладошки песца, едва не расплескав все содержимое. — Прямо из пакета! Шреддера на тебя не хватает, лопоухая, — Ло так и зависла в донельзя глупой позе, изумленно хлопая зенками и тщетно спрашивая себя, как это она умудрилась проморгать появление огромной набыченной тортиллы за собственной спиной... Рафаэль, тем временем, не стал дожидаться, пока пойманная им врасплох лисица что-нибудь залопочет в свое оправдание, и решительно отпихнул ее своим крепким плечом, отвоевав законное место перед холодильником. Кажется, он только что вернулся с поверхности: об этом говорила нахлобученная на панцирь черная байкерская куртка, едва ли не лопавшаяся по швам от распиравших ее изнутри мощных костяных наростов. — Сколько раз твержу: надо было поставить замок на кладовку! Кто теперь станет это пить? — проигнорировав обиженный взгляд мутантки, Раф демонстративно вылил остатки молока в раковину и смял пустую упаковку, запустив ею в расположенный тут же мусорник.

Да там же совсем чуть-чуть молока оставалось, — не выдержав, шепотом возмутилась Алопекс. До сего момента, она предпочитала благоразумно держать язык за зубами и не вступать в дискуссии с этим хамоватым здоровяком, молча глотая все его угрозы и насмешки, однако сейчас его упреки показались ей совсем уж несправедливыми. — Я бы допила и выбросила этот пакет сама, но спасибо за помощь, так уж и быть!

Не за что, — Рафаэль, кажется, не особо впечатлился ее реакцией. — А теперь шуруй с кухни, пока я сам не отшуровал тебя отсюда. И забудь дорогу к холодильнику, здесь тебе не Изумрудный город!— развернувшись к лисице своим поистине неохватным карапаксом, юноша и сам погрузился в изучение внутреннего содержимого холодильника... А затем, недолго думая, извлек на свет божий вскрытую банку из-под сгущенки и... чтобы вы думали, решительно опрокинул ее вверх тормашками, выливая сладкое содержимое себе в рот!

Этого Ло стерпеть уже не сумела: зашипев сердитой уличной кошкой, наемница резко выхватила банку из рук ничего не понимающего мутанта. И как он после этого смел упрекать ее в нечистоплотности!...

Эй! Сам же только что говорил, что так нельзя делать!

Ты тут часом не охурмела, Арбидолка?! — судя по вылупившимся от гнева и непритворного изумления апельсиновым коркам подростка, тот впервые сталкивался с подобной наглостью в собственном доме. — А ну верни жратву на родину! — вцепившись в заветную сгущенку, Раф с силой дернул ту обратно, буквально вырывая свою добычу из загребущих рук противницы. Ло, естественно, по инерции мотнуло следом за угощением, однако она и не подумала разжимать когтей — вот еще, не на ту напал, зеленый! Всегда такая сдержанная, сейчас девушка даже не замечала того, с каким напряжением она вцепилась ни в чем не повинное лакомство, силясь отобрать его у вроде бы законного, но такого неприятного ей владельца. Тому, впрочем, уже очень скоро надоело бороться с какой-то мелкой охамевшей кнопкой: буквально выкрутив банку из чужих лап, Раф со стуком поставил ее обратно в холодильник и показательно грохнул дверцей на все логово, после чего развернулся и, легко подхватив наемницу за шкиряк, точно нашкодившего щенка, понес ее куда-то прочь с кухни — видимо, сдавать на руки Майку, а может, и вовсе намереваясь одним хорошим пинком вышвырнуть песца за порог убежища... Ло, естественно, и не подумала мириться с таким положением вещей, хотя внутри нее уже вовсю ковырялся червячок сомнений, а правильно ли она вообще поступила, ввязавшись в открытую потасовку с главным мускулом команды? Да, пожалуй, все-таки зря... Но лисья обида была столь велика, а чувство гордости столь бессовестно ущемлено, что Алопекс немедля завертелась бешеным ужом, норовя вырваться из чужой хватки, а затем и вовсе зарядила Рафу задней лапой по животу, отчего тот выругался и затормозил буквально в двух шагах от дверей кухни. Воодушевленная этой крохотной победой, Ло еще разок дернулась и, ощутив долгожданную свободу, тотчас пущенной на волю канарейкой вспорхнула на панцирь здоровяка, норовя хорошенько настучать тому по голове за все унижение, однако...

Что здесь происходит, — вполне возможно, эта парочка так и продолжала бы исступленно бороться в темноте, рыча и огрызаясь друга на друга, кабы не грозной скалой выросший в дверном проеме силуэт мастера Сплинтера. Щелкнул выключатель, и яркий свет потолочной лампы во всей красе озарил сцепившихся противников: как донельзя злого Рафаэля, вцепившегося в воинственно распушившийся хвост Алопекс, так и сам наемницу, мартышкой восседавшую на чужом карапаксе и державшую зубами потрепанные концы алой ленты. Еще несколько мгновений ребята неподвижно продержались в составе сей аляповатой композиции, подслеповато щурясь и моргая, а затем нехотя "расцепились", повинуясь строгому взгляду черепашьего сэнсэя. — Еще раз спрашиваю: что вы здесь устроили? Почему вы не в своих постелях?

Сэнсэй! Она еду ворует! — сбросив лису с плеч, Раф в искреннем негодовании ткнул указательным пальцем в ее сторону. Та, в свою очередь, едва не задохнулась от возмущения.

Неправда! Это ты жрешь по ночам втайне от всех! Вот почему ты такой здоровенный!

Чего-о?! Ты на свою-то корму в зеркало глядела?!

ЯМЭ! — оба спорщика немедленно захлопнулись, вытянувшись по струнке и не без опаски уставясь на мастера снизу вверх. Тот, в свою очередь, еще пару секунд устало массировал ноющий висок, как видно, призывая на подмогу все свое годами выработанное терпение, после чего со вздохом оглядел притихшую лисицу.

Я вижу, твои ребра уже совсем тебя не беспокоят, дитя, — сдержанно произнес он, и Алопекс невольно опустила голову, мигом поняв, к чему он клонит. Но в чем смысл отрицать очевидное?

Да, мастер Йоши, — откликнулась девушка со вздохом, отведя взгляд. За спиной Сплинтера, тем временем, появились еще две темные, рослые фигуры — то был отчаянно зевающий Микеланджело и чуть менее сонный Донателло, оба, как видно, привлеченные шумом утренней перепалки. Словно бы не заметив их прихода, старик невозмутимо продолжил:

В таком случае, возможно, тебе хочется подняться обратно на поверхность, — эти слова волшебным образом стряхнули с ребят всю сонливость, заставив их вмиг навострить несуществующие уши... а вот Ло, напротив, предпочла расстроенно свесить их вниз, явно огорчившись услышанному. Заметив это, Йоши тут же наградил воительницу долгим, необычайно внимательным взглядом, в котором, как ни странно, читались доброта и понимание. — Или же... ты хочешь остаться с нами здесь, внизу?

...что? Нет-нет, вы правы, мастер, — мутантка торопливо встряхнула головой, точно сбрасывая с себя горестное оцепенение. — Я и так уже бессовестно долго пользовалась вашим гостеприимством. Каждый должен оставаться там, где ему место, — сказав это, Алопекс невольно покосилась на довольно ухмыляющегося Рафаэля, который, скотина такая, даже не пытался скрыть охватившего его радостного воодушевления. Ну, еще бы — больше никто не станет хлебать молоко прямо из пакета и воровать драгоценные запасы сгущенки... "Троглодит," — мстительно подумала Ло, с поистине кошачьим недовольством шевельнув кончиком пышного хвоста, после чего вновь перевела взгляд на Сплинтера. Тот казался глубоко о чем-то задумавшимся и неторопливо расчесывал когтями собственную заплетенную бороду, не сводя пристального взора с виноватой лисьей морды.

Предложив тебе подняться на поверхность, я не подразумевал того, чтобы ты немедленно покинула наше убежище, — молвил он тихо, проигнорировав мгновенно вытянувшуюся физиономию Рафа — в смысле, "не подразумевал"?! — Однако, если ты чувствуешь себя достаточно здоровой... Днем на поверхность выходить небезопасно, так что ты в любом случае можешь остаться у нас до наступления сумерек. Думаю, мои сыновья не откажутся проводить тебя до твоего...

Еще как откажутся, — громко проворчал Рафаэль, и не думая скрывать охватившего его негодования, а Донателло рассеянно почесал в затылке, как видно, вспоминая, что он планировал сделать этим вечером.

Не знаю, сэнсэй... я ведь хотел заняться апгрейдом ШеллРайзера, — уклончиво произнес он, — и еще надо было кое-что подлатать у Моны на чердаке...

Я! Я могу проводить! — вклинился Микеланджело, оборвав брата на полуслове. Видок у младшего мутанта, в отличие от остальных, был на редкость воодушевленный... Однако он тут же сменился по-детски обиженным выражением: стоило Майку высунуться вперед, как по его затылку со смачным хлопком прошлась могучая длань Рафаэля.

А ты уверен, что на поверхности тебя не будет ожидать гоп-компания футовцев с зубочистками наперевес, дурень?!

Да, Майки, — согласно закивал Донателло, — пожалуй, это не очень удачная затея — идти на поверхность одному... то есть, я хотел сказать, вдвоем, — спешно поправился изобретатель, кинув быстрый взгляд на замершую в сторонке лисицу. — Вдруг ее все еще разыскивает Клан?

Не сомневайся, разыскивает, — помрачнев, угрюмо откликнулась Алопекс. — Было бы наивно ожидать, что Шреддер так просто махнет на меня рукой. Никому из вас не стоит идти на поверхность вместе со мной... это слишком опасно, — все семейство невольно призадумалось над ее словами, и на какое-то время в кухне повисло долгое, напряженное молчание — каждый ломал голову над тем, что же им всем делать в такой непростой ситуации. Было почти слышно, как шустро вращались шестеренки в гениальном мозгу Донателло, или как Раф недовольно скрипел зубами друг о друга — пока, наконец, Микеланджело не рискнул первым нарушить эту звонкую тишину, пожав веснушчатыми плечами и растянув губы в ослепительно-белой, чуточку извиняющейся улыбке:

...голосование?


В общем, в конечном итоге они все-таки решили проводить ее все втроем.

Не то, чтобы с этой идеей все были согласны, в том числе и сама Алопекс — и не только потому, что в последние дни она видела опасность буквально за каждым встречным углом. Просто лисица очень хорошо чувствовала настроение старших мутантов, и ей не хотелось лишний раз действовать им на нервы... В конце концов, ее ребра уже полностью зажили, так что она вполне могла добраться до логова своим ходом, не отвлекая подростков от их дел, но разве кто-то соизволил прислушаться к ее смущенному бормотанию? Разве что злюка-Рафаэль, и то, лишь потому, что он хотел как можно скорее распрощаться с компанией злополучного песца; но разве мог этот недоверчивый, вечно-всех-во-всем-подозревающий брюзга позволить Майку в гордом одиночестве проводить девушку на поверхность! А вдруг там ждала засада? Или, чего похуже, сам Его Сволочейшество Шреддер собственной персоной!

Видимо, мысли Донателло протекали примерно в том же русле, так как именно он предложил добраться до убежища Алопекс не по крышам, как это подразумевалось изначально, а обходными канализационными путями, предварительно показав наемнице карту мегаполиса и уточнив у нее местонахождение ее потайной "норы", и уже затем самостоятельно прочертив максимально краткий маршрут сквозь бесконечный лабиринт темных коридоров. Пока он с высунутым наружу кончиком языка ползал по разложенной по полу мастерской здоровенной картой Нью-Йоркских подземелий, периодически сверяя что-то на экране черепахофона и тихонечко скрипя маркером по бумаге, Ло и ее голубоглазый приятель развлекались тем, что всячески отвлекали гения от его сосредоточенного занятия, то устраивая перестрелку катышками попкорна над его низко склоненной макушкой, то завороженно стуча пальцами по аквариуму с плавающим внутри хвостом Моны Лизы, то барабаня прилипчивые музыкальные мотивы на обломках старых запчастей и стеклянных пробирках из-под химических реагентов. Занятый своим делом, Донни поначалу более-менее сдержанно реагировал на творящееся кругом него безобразие (чай, уже давно привык к шумной компании младшего брата), однако его терпение подошло к концу, когда Майк выстрелил в книжный стеллаж из приделанной к ШеллРайзеру мусорной пушки, с грохотом разнеся часть полок и стоявших на них редких научных энциклопедий. Правда, виновата в этом была как раз-таки сама Алопекс, случайно нажавшая не на ту кнопку... Но разбираться, где чья вина, Донателло уже не стал, а просто молча выставил обоих негодников за порог мастерской, после чего те до конца дня заныкались на кухне, где Микеланджело научил лисицу печь так сильно полюбившиеся ей оладьи. В процессе готовки был благополучно растерзан целый пакет муки и прикончена оставшаяся часть сгущенки, причем не сказать, что большая часть этих продуктов отправилась в тесто... Перед тем, как старые часы в гостиной пробили десять вечера, оба подростка успели наесться до отвала и запихать оставшуюся половину угощений в огромных размеров сумку — правда, зачем они это сделали, Майк говорить отказался, пообещав лисице впечатляющих размеров сюрприз. Оставалось лишь надеяться, что он не вздумал тащить эту кучу оладий с собой в ночной поход до убежища куноичи: едва ли ему пришлась бы по душе перспектива втаскивать этот здоровенный баул на черт-те знает какой этаж заброшенной высотки, где даже лифты не работали. Хотя вообще-то, Ло была бы рада любым съестным припасам... Учитывая, как закончился ее последний "заход" в магазин — она совсем не была уверена в том, что решится на еще одну кражу в ближайшее время, а вся та пища, которой она худо-бедно питалась до роковой встречи с Кланом Фут, увы, давным-давно закончилась либо испортилась, обратившись в гниль. Вот вам еще одна причина, по которой ей так не хотелось отсюда уходить — в убежище у черепашек девушке совершенно не приходилось думать о том, как и где раздобыть еды на завтрак, обед и ужин!

Но, конечно, все хорошее рано или поздно заканчивается. Ведь невозможно же постоянно сидеть у кого-то на шее... Рафаэль отнюдь не зря звал ее оглоедкой и бездонной ямой — мутантка ведь не могла вернуть мутантам деньги за все съеденные ею продукты. Честно говоря, она вообще никак не могла отплатить им за все то добро, что они для нее сделали за столь короткий промежуток времени, пускай не без внутреннего скрежета, но предоставив заблудшей лисице еду, одежду и крышу над головой, а также свою надежную защиту. Никто и никогда не делал для нее ничего подобного... и вряд ли когда-нибудь сделает впредь.

Хамато Йоши и его ученики вытащили ее из такой страшной передряги, а она даже не знала, как их отблагодарить.

"Я в неоплатном долгу перед вами," — думала Ло, отрешенно наблюдая за краткими сборами черепашек в дорогу: Рафаэль опять о чем-то спорил с Донателло, видимо, ворча на его самодельную карту, и вообще на всю эту затею с сомнительным путешествием сквозь мрачные глубины канализации... Микеланджело метался по логову, разыскивая свою драгоценную жилетку, а Сплинтер, по своему обыкновению, смиренно медитировал в додзё, предоставив сыновьям полную свободу действий. Уличив момент, девушка незаметно "просочилась" в тренировочный зал и, на цыпочках обойдя неподвижно сидевшего на циновке мастера, опустилась на колени прямо перед ним. Морщинистый веки старика дрогнули и приподнялись, открывая взору ясные лучистые глаза цвета гречишного меда — всегда такие спокойные... Так сильно не похожие на пустые глаза Шреддера. Дождавшись, пока Сплинтер взглянет на нее, Алопекс склонилась в глубоком и почтительном поклоне, едва не касаясь лбом пола комнаты; ребра отозвались едва ощутимым нытьем, но этот дискомфорт ныне казался полной ерундой по сравнению с тем, что девушке пришлось испытать несколькими дням ранее.

Спасибо вам за все, мастер Сплинтер, — произнесла лисица, выпрямив спину, но старательно избегая смотреть в лицо старику. — Мне так жаль, что я ничем не могу ответить на ваше гостеприимство... Я никогда не забуду того, что вы для меня сделали, и я постараюсь вернуть этот долг... когда-нибудь... я очень на это надеюсь, — она замолкла, в конце концов осмелившись поднять взор на безмятежную морду пожилого сэнсэя. Тот едва заметно улыбался ей в ответ.

Жизнь столкнула тебя с обычной человеческой добротой и милосердием, — ответил он как всегда мягко. — А подобные вещи, как правило, рождаются вовсе не из холодного расчета... Это то, что мы безвозмездно дарим окружающим. Одно благое дело дает начало другому, равно как любой дурной поступок порождает целую вереницу бед и несчастий... Каждый из нас сам решает, что для него важнее, зло или добро, но запомни хорошенько, что я тебе скажу, дитя мое: рано или поздно, все возвращается к тому, с чего оно когда-то началось, — когтистая лапа мутанта осторожно накрыла узкое плечо наемницы, тепло его пожав. — Наши пути еще не раз пересекутся в дальнейшем, и даже если к тому времени мы вновь окажемся по разные стороны баррикад — я все равно буду помнить о том, что нас некогда объединило... Как и мои сыновья, — что-то влажное украдкой мелькнуло в густой белой шерсти на правой щеке наемницы, но что именно это было, Йоши разглядеть не успел: зажмурившись, Алопекс неожиданно порывисто уткнулась носом в потрепанный временем воротник халата, обхватив лапами широченные плечи мастера. Сплинтер удивленно моргнул, не сразу сообразив, что она сейчас сделала, но затем все-таки тепло обнял девушку в ответ, позволив ей чуть крепче вжаться лбом в теплое старческое плечо.

...и я тоже, мастер.


Майки, ты же видел карту. Это не тот тоннель, который нам нужен, — обернувшись, Донателло с многозначительным лицом покачал в воздухе многократно сложенным планом подземелий. Прошло уже больше получаса, как мутанты покинули сухое и теплое логово, и теперь гуськом брели по длинному темному каналу, по щиколотку увязая в мутных сточных водах. Державшаяся посередине группы Алопекс, к тому времени успевшая облачиться в куда более привычные ей темные одежды взамен безразмерной белой футболки Моны Лизы, с любопытством обернулась на плеск удаляющихся шагов: оторвавшись от общей процессии, Микеланджело уверенно прошлепал куда-то в сторону, очевидно, взяв курс на внушительных размеров черный проход, зияющий в противоположной стене тоннеля. Остановившись на пороге этого нового коридора, он с широченной улыбкой обернулся к братьям и замершей между ними полярной лисице и кратко махнул рукой в ответ, мол, вы как хотите, а я все равно туда зайду. — ...а, ну да. Точно. — Кажется, до умника наконец-то дошло, что именно Майку могло понадобиться в этой мрачной и сырой дыре, так как он с кислым видом развернулся следом, на ходу пряча карту во внутренний карман плаща. — Кожеголовый... давненько мы к нему не заглядывали. Но, может быть, все-таки в другой раз...?

Кожеголовый? — удивленно повторила Алопекс, как и остальные черепашки, подойдя к темному провалу в стене. — Кто такой Кожеголовый? — желтые глаза наемницы двумя любопытными огоньками светились во мраке подземелья.

Наш хороший друг, — пояснил Дон, забравшись в боковой тоннель сразу вслед за Микеланджело и обернувшись, чтобы протянуть руку младшей куноичи. Ло тут же благодарно уцепилась за его запястье. — Правда, он немного... отличается от других мутантов.

Чем же?

Ну, он очень большой... чем-то похож на Рене, — убедившись, что Ло благополучно вскарабкалась в трубу, гений выпустил ее ладонь и невольно переглянулся с Рафаэлем. Опередивший их Майк уже вовсю подзывал кого-то в темноте, и внимание девушки невольно переключилось на тускло-рыжее пятно его банданы. — Только куда добрее... и человечнее. Главное, ты не пугайся, когда его увидишь, а то он и сам... — прежде, чем юноша успел договорить, откуда-то из черных глубин подземелья раздался чей-то низкий, утробный рык. Мгновенно насторожившись, Ло на всякий случай приняла боевую позицию и даже выпустила когти на пару-тройку сантиметров, привычно готовясь к схватке с неведомым противником... Однако то, что она увидела уже спустя секунду, заставило ее сменить грозный оскал на донельзя ошарашенное, даже откровенно испуганное выражение и в панике отступить назад, подняв дыбом чуть влажный снежно-белый мех на позвоночнике и хвосте. На глазах у потрясенной Алопекс, из сумрака подземелья медленно и грозно вздымалась внушительная гора бронированных мускулов, обтянутая грубой темно-зеленой чешуей с заостренными наростами — как и предупреждал Донателло, этот мутант оказался просто огромным, настолько, что, едва выпрямившись, он уже визуально заполнил собой весь тоннель, от пола и до самого потолка... и это явно не было его пределом. Вообще-то, живя в Клане, Алопекс успела немного свыкнуться с жутковатым обликом доктора Рене, но все равно, столкнуться с подобным ему существом было тем еще, весьма и весьма сомнительным удовольствием. Особенно, если учесть, что встреча эта произошла в заброшенном канализационном коллекторе, при всем сопутствующем готическом антураже, куда больше смахивающем на атмосферу типичного подросткового хоррора. Вся ощерившись, Ло еще немного отступила назад, едва не столкнувшись спиной с замершим позади Рафаэлем — кажется, это уже начинало входить у нее в привычку... Но сейчас девушка, по очевидным причинам, совсем не обратила внимание на сердито закатившего глаза подростка. Знаете ли, как-то не до него было!

...не любит неожиданностей, — усталым голосом закончил Донателло свою реплику. Ло лишь нервозно дернула заостренным ухом в его сторону, не сводя шокированного взгляда с огромной зубастой морды и буквально кожей ощущая, как у нее в загривке прибавляется еще одна парочка седых волосков.

Черт возьми, предупреждать о таком надо!!...

Отредактировано Alopex (2016-07-17 17:14:52)

+2

3

Забавно как все это получалось.
Микеланджело совершенно не ожидал от себя, что так быстро войдет во вкус просвещения этой смешной, пушистой девчонки. Нет, вы не подумайте, что Майк забыл о том, что это очаровательное существо в метр с гулькой ростом и очаровательной, короткой косматой мордашкой с заостренной пуговкой щенячьего носа далеко не невинный ангел ниспосланный ему с небес за все его страдания. Она профессионал-убийца (бывают ли иные профессии для антропоморфных лисиц? Нееее...), и об этом ему, так, осторожненько и ненавязчиво, не забывали напоминать его же родные братья. Кто-то деликатным покашливанием в кулак, когда парень со своей новой подругой кометой пролетал мимо чужого карапакса за порцией хрустящих кукурузных хлопьев на кухню, а кто-то и в более резкой форме, смерив приодетую в одежду саламандры гостью высокомерным взглядом исподлобья. Знаем-знаем. Не сказать, что это обстоятельство хоть чуточку колебало уверенность неплохо провести время с Алопекс у Микеланджело, или как-то негативно сказывалось на его отношении к девушке.

Подумаешь.

Рафа же не смутило, что в его покоях долгое время ютилась хвостатая особа, которая была не так проста и наивна, как Ло, к тому же не раз и не два доказывала то, что она крайне опасна даже в мирной обстановке, и может хоть из обычной заколки сделать смертельное оружие. Правда наглости этим особам обеим не занимать, но Алопекс хотя бы с охотой спокойно осваивала понятия "это нельзя брать, а это можно", а то, что она может представлять собой какую-либо угрозу скромной черепашьей семейке выражалось, пожалуй, только лишь в ее феноменальной способности к уничтожению продуктов в холодильнике. Вот это по настоящему жутко! Особенно, когда весельчак по наивности выложил перед мутанткой стопочку треугольных кусков пиццы, предлагая ей оценить разные вкусы и посоветовать ему, какая на ее взгляд лучше, и вручил ей в руки томатный соус.
Зловеще вымазанную в красном белоснежную морду, чья пасть украшена острым частоколом зубов с которых кровожадно капал кетчуп Майк никогда не забудет. Страшнее только Раф поющий в душе.
- Знаешь... я тут подумал, - аккуратно выхватив из когтистых лапок наполовину опустевшую бутыль с соусом и убрав ее в шкафчик, подросток незамедлительно растянул губы в воодушевленной улыбке, схватив со столешницы пачку бумажных салфеток и не глядя сунув те под холодную струю из крана, - Мне кажется лисам вредно употреблять соус. От него шерсть наверное выпадает... или нет, - помяв в лапах мокрые салфетки, черепашка неопределенно дернул усыпанными веснушками плечами, - ... или да. Лучше не рисковать. Думаю, вкуснее все же будет с майонезом! - бухнув перед озадаченной, давно уже запихавшей за щеку внушительный кусок теста с огурчиками, оливками, грибами и салями вперемешку лисицы литровую банку с чем-то сметанно-белым, юноша без лишних слов придвинулся к подергивающей большим ухом песцу и  прижал мокрую бумажку к ошарашенной морде Ло, умиленно хихикая вытирая с ее коротеньких усов и изогнутой переносицы томатную "кровь", аккуратно убирая этот вампирский образ, навсегда поселившийся в его памяти, - Ну чего ты? Попробуй! - зачерпнув столовой ложкой густую белую заправку, не прекращая елозить перепачканной салфеткой по мохнатым щекам, Микеланджело активно пихнул оную в послушно распахнутую пасть с пережеванной и наполовину проглоченной пиццей. На эту горку размельченного хлеба, Майк не глядя и вывалил майонез, оставив ложку на языке девушки. Ох как активно она зачавкала, с энтузиазмом вылизывая посуду!

Нет-нет. Никакого кетчупа, разве что только на Хеллоуин! Кстаааати...

- А ты любишь праздники? Ну там Рождество, Пасха, Хеллоуин?... Да ладно! Ты и этого не знаешь? Уууууууууу, темнота, идем!

Он знакомил ее с жизнью.
И это юному мутанту безусловно нравилось.

Если домашние задавались вопросом, что именно так привлекало Микеланджело в Алопекс, почему он так с ней носился, откуда столько веселья и безумного актива, от которого стонали все, без исключения, шутник преспокойно нашел бы ответ, чем отличалась пышнохвостая мутантка от тех же Кейси, или Мондо, или Ангел, самых ярых любителей развлечений. Их нечему учить, у каждого свои вкусы и предпочтения, не всегда, и не везде Микеланджело и эти ребята находили взаимопонимание. Конечно же этому сопутствовали яростные споры, ссоры, даже шутливые драки на клюшках Джонса.
Ло была до того наивной, в чем-то даже беспомощной, знающей лишь теневую сторону мира, в котором жила до встречи с ребятами, что Микеланджело считал себя просто обязанным быть не просто тактичным, подчеркнуто-вежливым с Алопекс, и думать о том, что предоставление убежища для этой девчонки есть мера вынужденная, а стать для нее чем-то вроде не знаю... проводника? Не смотря на то, что особой эмоциональностью куноичи не могла похвастать, в отличии от своего чрезмерно богатого на проявление целой кучи эмоций приятеля, в глубине бледных, желтоватых глаз на фоне темного белка, как луна посреди беззвездного, бархатного неба, подросток видел растерянность и значительную пустоту, от которой становилось попросту неуютно. Вот ее то так старательно и заполнял разными приятными мелочами свободной жизни Майк.
И что самое главное, Ло охотно принимала навязчивые идеи и предложения своего молодого "наставника".
Кажется ей нравилось абсолютно все, чем занимал ее парень.

И не только он.

Мастер Сплинтер, например, нашел себе того, с кем можно будет обсудить события любимого сериала и порассуждать на тему, почему Хуан бросил Паулу и изменяет ли она Фернандо с Карлосом. Запутаться можно в этих отношениях и семейных древах вечно заламывающих руки драматических героев экрана. Хорошо, что после этих вгоняющих в сон эпизодов очередной Санта-Барбары мутантка с не меньшей охотой смотрела с мигом проснувшимся Микеланджело какой-нибудь забористый боевичок со стариной Арни, или мультфильм "Леди и Бродяга", искренне не представляя себе, как так можно есть спагетти и при этом столкнуться носами. И вообще, спагетти это вкусно? 
Стоит ли говорить, что главному повару места сия пришлось в который раз за день топать на кухню, чтобы накормить песца макаронами, что пачками хранились у него в специальном пластмассовом контейнере. Ну и фрикадельки, разумеется, пришлось варить, чтобы воссоздать образ блюда того тихого французского ресторанчика. Взбрело же в голову девушке изобразить ужинающих мультяшных псов, спросив, может ли Майк так же повторить с нею перетягивание длиннющей спагеттины между ними. Густо покрасневший весельчак, разумеется, отказался от заманчивого предложения  повторить этот трюк, под предлогом, что еда  в тарелке остынет, пока он будет заниматься подобными вещами, ища такую макаронину, что воссоединила бы их эммм... поцелуем. Конечно девушка не совсем понимала исключительное значение этого момента, да и вообще смутно представляла себе понятие любви и романтики... всего того, что присутствовало в этой бессмертной анимационной картине Диснея. И зачем он поставил именно эту кассету?
- "Надо было включить Том и Джерри", - нервно, красный, как сотня вареных раков в темную веснушку, гремел опустевшей посудой подросток, повернувшись к равнодушно прихлебывающей молоком лисице затылком.
Ой не дай бог завалит вопросами, почему у него изменился цвет лица.
- " Тебе лучше не знать."

Микеланджело не настаивал на том, чтобы Алопекс навсегда осталась у них дома, и в принципе не сильно огорчился, когда одним ранним, очень-очень ранним утром, во время очередного массового набега на холодильник сэнсей намекнул их гостье, что пора уже ей вернуться в свой родной дом. Ну то есть, в то пристанище, что она себе нашла, пока скрывалась от солдат. Интересно, что из себя представляет это место? Он и понятия не имел, какие горестные ощущения испытывала Ло, и как не хотела от них уходить. Не знал он и о том, что за  ужасные условия у нее были до того момента, как она попала к ним. Понятно, что ее гоняли по всему городу и был большой напряг с едой, но насчет этого ей не нужно беспокоиться. В плане продовольствия семейство Хамато все еще обещало помогать куноичи, и скучно ей не будет, он решил постоянно ее проведывать, да и в обиду девушку, теперь то, никто не даст. Так что Микеланджело не заморачивался переживаниями касательно обратного "переезда" фактически выздоровевшей мутантки, а предпочел потратить день с пользой обучая подругу тонкому искусству выведения из себя сдержанного, кремнеподобного душки-Донателло, который очень долго терпел творящийся у него в лаборатории беспредел, пока сумасбродная парочка дожидалась окончания его странных махинаций со здоровенной картой. Как скучно, не правда ли?
Вообще у Майка была куча вопросов - зачем такая большая карта? Почему у гения нет своеобразного навигатора по подземелью? И вообще, долго ли еще? Однако техник продемонстрировал всем своим невозмутимым видом, что ему просто некогда развлекать братишку игрой в "вопрос-ответ".
Значит нечего тогда жаловаться Сплинтеру, что они случайно обстреляли его лабораторию, сам виноват! Вот подумаешь, книжный стеллаж, тоже мне, фигня какая.

Впрочем то, что их выгнали из лаборатории на кухню, вовсе не значило, что последние часы с лопаточкой у плиты как-то огорчили шутника. Они с Ло быстро настряпали громадную гору аппетитных оладьев, четверть которых была, понятное дело, мгновенно поглощена ненасытной лисьей утробой на пару с Майком. Часть он взял с собой просто так, щедро напихав для большей тяжести в походную сумку Донателло, щедро заляпав ее маслом, а оставшуюся кучку выпечки плотно упаковал в здоровенных размеров рюкзак, который примерил на свои плечи, подтянул лямки и поправив затертые ремешки.

Был тут еще один член команды, который любил поесть не меньше, чем полярная лисица.
Микеланджело давно мучила совесть, что ему никак не удается добраться до Кожеголового. Время смутное, не располагало оно к веселым походам в гости, а тут как раз, словно нарочно, путь лежал мимо берлоги старого друга. Перехватив настороженный, непонимающий взгляд на туго набитый мешок за его спиной, Майк коротко хмыкнул. Чем не Красная Шапочка собравшаяся проведать далеко живущую бабушку, верно?
- Тебе понравится, - игриво подмигнул подруге черепашка, одним движением подбросив рюкзак повыше.


- Расслабься чувак, старина Майк знает, что делает, - махнул рукой весельчак, уверенно топая по сырым дорожкам подземных ходов, шлепая широкими, босыми ступнями по лужам. Покрутив головой по сторонам, подросток жестом указал своим спутникам следовать за ним, и бесшумно скользнул за угол - его тень больше напоминала фигуру Квазимодо в двумя горбами благодаря туго набитой сумке поверх панциря. - Бро, я сюда триста лет собирался, а мы в двух шагах проходим, - развернувшись к остальным, парень упер руки в бока, встав в позу чайника. И чего у вас такие морды недовольные? - Рафи не споткнись, Дон береги голову, детка не отставай! - командирским тоном отдал деловые указания юноша, сгинув в черном проеме, потрусив вперед к заброшенной станции метро через пробитую и обезображенную кирпичную стену, ведущую в канализационные туннели города. Невольно подслушав сбивчивые объяснения умника, черепашка громко фыркнул - ну и любит же Ди различные сложности, - ЭЙ! Дружище! - остановившись на пороге чужого, скажем так, дома, если можно назвать это темное, богом забытое место с ржавыми турникетами и покосившейся будкой, в которой и спал мутант-гигант чьим-то жилищем, - ЧУВАК? Ты дома? Это Майк, Ди и Рафи! И еще кое-кто, кто хочет с тобой познакомиться, выходи!
Сбросив с онемевших плеч забитую лакомством сумку прямо на пыльный, отколотый от стенки валун, Майк шумно отряхнул лапы, обернувшись через плечо к неуверенно бормочущему изобретателю и напряженно замершей чуть поодаль Алопекс. Рафаэль вообще похоже считал весь этот поход наверх пустым занятием и тоже не спешил радоваться происходящему, - Зачем ты все так усложняешь, чувак? Скажи просто... большой, двухметровый говорящий... - массивная, широкоплечая фигура накрыла своей гигантской тенью свободно разглагольствовавшего шутника, а тот даже глазом не моргнул, - ... крокодил. И все сразу понятно станет! Разве Рене вообще может сравниться с нашим душкой? Хэхэээй здоровяяяк! - засияв радостной улыбкой парень привычно потянул руки к собранной неулыбчивой  зубастой мине сонно моргающего Кожеголового, облапив его здоровенные челюсти, - Привет, как поживаешь? Прости, не могли заглянуть к тебе раньше, всякие дела... ну знаешь. То тут, то там. Ты похудел что ли? - даже не обратив внимание на нервозную реакцию песца, без устали тараторящий черепашка принялся чуть ли не бегом обходить молчаливого ящера, поглядывающего крохотными изжелта-зеленоватыми глазенками то на суетливого юношу, то на его друзей, уделив особо долгое внимание распушившей шерсть девушке. К поведению Майка давно уже все привыкли. Даже отшельник Кожеголовый.

- Приветствую Микеланджело. Донателло, Рафаэль, - дружелюбно кивнув гостям, добродушный гигант вперился глазенками в песца, внимательно изучая еще одного мутанта, понятное дело, ведь их не так уж и много, и все знают друг друга в лицо, - Кто это с вами?
- Знакомься. Это Алопекс. Наша новая подруга!
- Говори за себя, - едва слышное ворчание Рафа мигом было перекрыто бесконечным потоком болтовни младшенького, так яро жестикулирующего, что похоже саеносец опасался попадания пальцем Майка в свою смурную морду, - Слушай, Кожеголовый, скажи, что у тебя есть затычка?
- Короче такая история, Клан Фут был когда то ее кланом, - активно помогая себе размахивая лапами, не прекращая монолога отказав себе даже в короткой передышке, подросток одновременно пытался открыть рюкзак, к слову, источающий весьма аппетитные ароматы которые нос оголодавшего крокодила игнорировать был не в состоянии. А желудок Кожеголового с готовностью отозвался на это требовательной трелью.
- Простите, - виновато бормотнул мутант, прикрыв здоровенными ручищами светлое брюхо.
- Говорю похудел! Что ты ел то? Не важно, мы все исправим, чувак, я принес дофига вкусняшек... В общем Шреддер тот еще гад, детка от него сбежала, мы ее еле от солдат отбили, она у нас недолго пожила, вы обязательно подружитесь, как никак мы все теперь на одной стороне, вот, лопай, кстати, не много ли сахара? А как тебе апельсиновая цедра? Раф сказал, что ему больше без цитрусов нравится, Дону вообще похрен, Ди, ты чувствуешь различия между лимоном и апельсином? Ло понравилось, думаю корицу положить...
- Все очень вкусно, - жадно чавкая проговорил крокодил, горстями запихивая в пасть угощение. Простите, я очень голодный, - Рад ф-стрече Алопекс, - с трудом проглотив разжеванный ком, Кожеголовый все с тем же извиняющимся видом провел тыльной стороной когтистой лапы по тонким губам, смахивая крошки, - Друг моих друзей - мой друг. 

+2

4

Нет, пожалуй, Майк все-таки ошибся: даже если бы воительницу заранее предупредили о том, с кем ей придется иметь дело, она бы вряд ли оказалась в достаточной мере подготовлена к этой встрече!

Все также грозно дыбя свой роскошный белый мех, в одно мгновение раздувшись до размеров огромного снежного шара, Алопекс продолжала испуганно скалиться в ответ на пристальный взгляд неподвижных вертикальных зрачков, утопающих в желто-зеленом болоте радужки. Ее собственные бледно-желтые глаза двумя здоровенными кошачьими лунами поблескивали в темноте, сполна выдавая охвативший ее богатый спектр эмоций — от чисто инстинктивного желания рвануть наутек и до готовности обороняться до последней капли крови, как за саму себя, так и за своих отнюдь не беспомощных спутников. И тем сильнее было охватившее лисицу изумление, когда Майки без какого-либо страха обхватил руками здоровенные зубастые челюсти и стиснул их в крепком приветственном объятие... Да что уж там, увиденное повергло Алопекс в глубочайший ступор, вынудив ее застыть с приоткрытой пастью и недоуменно задранной к потолку "бровью", в то время как сам шутник уже вовсю заваливал Кожеголового новостями и донельзя заботливыми расспросами о его крокодильем самочувствии. Здоровяк, впрочем, не спешил на них отвечать, предпочтя сперва радушно поприветствовать своих гостей, а затем повнимательнее присмотреться к замершей поодаль мутантке, словно бы оценивая ее на предмет скрытой опасности. Ло, в свою очередь, не спешила подходить поближе, предпочитая настороженно наблюдать за происходящим со своей безопасной позиции. Даже тот факт, что Микеланджело вполне себе мирно общался с этим грозным товарищем, не мог заставить ее вот так просто взять и приблизиться к Кожеголовому для дружеского рукопожатия. К счастью, весельчак совсем не обратил внимания на охватившую ее робость, а вот стоявший рядом саеносец издевательски ухмыльнулся, невольно продемонстрировав заостренные клыки, и самоуверенно скрестил мускулистые руки на пластроне — что ты хвост поджала, трусишка эдакая?

Я слышал, что полярные лисы очень вкусные, — шепотом обратился он к Алопекс, и та с досадой отвела треугольные уши назад, предпочтя никак не откликаться на эту насмешку. Микеланджело, тем временем, уже вовсю закармливал своего приятеля свежеиспеченными оладушками — вот, значит, кому предназначалась вся эта здоровенная бадья! Интересно, сколько еще у подростка было вот таких необычных друзей, которым он с радостью подкармливал в свободное время? Ло осторожно вытянула шею и с любопытством повела чувствительной пуговкой носа, втягивая и запоминая запах Кожеголового. Не то, чтобы она горела желанием сталкиваться с ним в будущем, но... Майки, кажется, был очень сильно привязан к этому здоровяку. Стоило видеть, с каким искренним энтузиазмом юноша возился со своим огромным зеленым другом, квохча над ним подобно заботливой курице-наседке... Да, странно, да, непривычно, но разве это зрелище не подкупало? Вон, и братья невольно усмехались, наблюдая за этой щенячьей возней, что уж говорить про Алопекс! Все то время, пока она находилась в компании Майка, бывшая наемница не устала поражаться безграничной доброте черепашки в оранжевой повязке. Она впервые видела настолько общительное и любвеобильное существо — и просто не могла не поддаться его солнечному обаянию. Вот и сейчас, дотоле напряженный и взволнованный взгляд песца неуловимо потеплел, хоть и не растерял до конца былых тревожных ноток: какой-то частью своей души, она все еще ощущала таившуюся в Кожеголовом нешуточную угрозу...

Наверное, ей просто требовалось немного времени, чтобы как следует к нему привыкнуть.

Друг моих друзей — мой друг, — эта фраза окончательно заставила ее успокоиться. Сменив оскал на прежнее безэмоциональное, равнодушно-собранное выражение, Ло молчаливо кивнула в ответ на реплику старшего мутанта, показывая, что разделяет его дружелюбный настрой, и вообще рада знакомству. Пока крокодил с аппетитом лакомился притащенными Майком вкусностями, Донателло еще разок пробежался взглядом по карте, затем сверил какие-то данные на экране черепахофона, и в конце концов обратился к младшему брату, привлекая к себе его внимание:

Может, зайдем еще разок на обратном пути? Нам бы с одной проблемой разобраться, пока на улицах еще не рассвело, — и гений с многозначительным видом кивнул на их ушастую спутницу, в тот момент пусть и со сдержанным, но все-таки неприкрытым интересом рассматривавшую вытянутую морду Кожеголового, а конкретно его с аппетитом клацкающие зубастые челюсти. Майки, разумеется, не преминул скривить ему гримасу в ответ, но все-таки поднялся с корточек и покорно двинулся обратно, не забыв еще разок крепко обнять своего приятеля на прощание. Дождавшись, пока юноша догонит их на выходе из тоннеля, Ло приготовилась уже нырнуть в темноту вслед за остальными, но отчего-то притормозила и, обернувшись, неуверенно помахала крокодилу своей широкой когтистой лапой. Несколько мгновений, Кожеголовый просто молча смотрел на лисицу своим жутким немигающим взглядом... а затем вдруг добродушно махнул ей в ответ. Этот в общем-то совершенно обычный, но такой милый жест подействовал на Алопекс до крайности положительно: пусть девушка не улыбнулась, но кончик ее пушистого хвоста обрадованно шевельнулся из стороны в сторону, выдавая ее заметно приподнявшееся настроение, после чего Ло, уже не задерживаясь, бледной тенью скользнула прочь из крокодильего убежища, спеша нагнать остальных.

Алопекс не умела так легко и быстро наводить "мосты" в общении, как это делал ее голубоглазый приятель, но, кажется, она только что обрела еще одного хорошего друга... И эта мысль грела ей душу ничуть не хуже, чем трогательное прощание со Сплинтером или присутствие рядышком троих, быть может, пока не очень-то и доверяющих лисице, но таких верных и надежных товарищей, как Майки и его старшие братья.


Всего ребятам потребовалось чуть меньше часа, чтобы преодолеть хитросплетение городских тоннелей и, в конце концов, остановиться у подножья глубокого канализационного колодца — как утверждал Донателло, отсюда и до убежища Ло на карте было буквально рукой подать. Эти слова подростка вызвали дружный вздох облегчения: всем чертовски надоело впотьмах бродить по мрачным подземным коридорам, да и от царящих внизу вони и ядовитых испарений не на шутку разболелась голова. Естественно, мутантам хотелось поскорее выбраться на свежий воздух... Всем, включая саму Алопекс. Да, в гостях у черепашек было очень здорово, она еще никогда и нигде не проводила время с таким удовольствием (за исключением той короткой вылазки в заснеженный лес в Фэйрбэнксе), но давайте будем честны: даже несмотря на все ее скрытые опасения, напрямую связанные с повторным столкновением с Кланом Фут, лисице не терпелось вновь увидеть открытое небо у себя над головой. Поэтому, едва выбравшись из люка на чуть влажный после летнего дождя асфальт, Алопекс в первую очередь вскинула кверху свою заостренную мордаху и полной грудью вобрала в себя пьянящий аромат озона с едва уловимой примесью свежескошенной травы и мокрой земляной почвы — видимо, где-то неподалеку подстригали газон. Будь ее воля, куноичи и дальше бы выползшим из грота привидением торчала на открытой местности (благо, кругом не было видно ни единой живой души), обалдело принюхиваясь к тончайшим переливам запахов, давая полную свободу ранее старательно заглушаемому обонянию... Но рядом с ней по-прежнему обреталась троица вечно настороженных мутантов, и они вовсе не собирались дожидаться, пока Ло вволю продышится и разомнет только-только исцелившиеся ребра. Получив более чем ощутимый тычок локтем в бок, девушка тут же опомнилась и метнулась под защиту спасительной тени: несмотря на наличие густого снежного меха, Алопекс умела прятаться так, что визуально сливалась с яркими пятнами электрического света на изрисованных граффити стенах и грязном асфальте. Теперь, когда у нее появилась возможность более-менее внимательно осмотреться по сторонам, она быстро узнала это место — совсем неподалеку отсюда находился тот самый продуктовый магазин, который она тщетно пыталась обокрасть в ту памятную ночь, когда судьба в очередной столкнула ее у юными учениками Хамато Йоши. Невольно поежившись воспоминанию о своем отчаянном бегстве и последовавшем за ним болезненном падении с крыши, Алопекс на всякий случай еще раз обвела округу донельзя бдительным взглядом, желая убедиться, что за ближайшим к ним углом не кроется толпа до зубов вооруженных наемников.

Все чисто, — будто прочтя ее мысли, шепотом произнес Донателло. — Куда дальше, Алопекс? — дернув заостренным ухом в его сторону, Алопекс перевела взор чуть выше, задержав его на темном силуэте недостроенного небоскреба, что монументальной скалой возвышался над россыпью жилых пятиэтажек. Морда песца неуловимо помрачнела, но едва ли кто-то из присутствовавших сумел обратить внимание на сию крохотную перемену, да и слишком уж темно было в той подворотне, где они сейчас дружно прятались; так ничего и не ответив на вопрос изобретателя, Алопекс молча повернулась и прыжком вскочила на нижнюю ступеньку раскладной пожарной лестницы, указывая дорогу остальным. Подросткам волей-неволей пришлось ее догонять, и вскоре вся компания уже бодрыми прыжками мчалась по городским крышам, следуя за ярким белым ориентиром в виде распушенного лисьего хвоста. На сей раз, долго бежать им не пришлось: преодолев несколько безлюдных перекрестков, бывшая наемница вновь спустилась вниз и ненадолго задержалась у бреши в покосившемся металлическом заборе, дожидаясь, пока черепашки спрыгнут на землю рядом с ней. Убедившись, что никто не отстал, Ло бесшумно скользнула на территорию строительной площадки и в несколько прыжков достигла подножья высоченного башенного края, где снова замерла в немом ожидании. Ее шерсть мягко серебрилась в темноте, отражая тусклое свечение луны в облаках.

Мы пришли, — произнесла девушка негромко, наблюдая за тем, как все три подростка осторожно подходят к ней, то и дело подозрительно оглядываясь по сторонам — видимо, боялись, что где-то здесь их будет поджидать вражеская засада... Разумеется, ничего такого и в помине не было, но мутанты все равно казались предельно собранными и настороженными. Ло не обижалась на такую их реакцию, хоть и чувствовала внутри себя непонятную, смутную горечь, вызванную таким их поведением. Она ведь совсем не желала им зла... — Все в порядке, не бойтесь. Здесь никого нет... я надеюсь, — говоря это, Алопекс и сама на всякий пожарный еще разок осмотрела заваленный строительным мусором пустырь, а затем подняла голову, отыскивая взглядом нужное ей окно. — Спасибо, что проводили. Если хотите, можете подняться наверх вместе со мной, и я покажу вам свой... свое укрытие, — она в последний момент исправилась, осознав, что ни в коем случае не может назвать это место "домом". Тем не менее, футы по-прежнему ничего не знали об этом местечке, а значит, она могла чувствовать себя здесь в относительной безопасности. Да и был ли у нее выбор? — Мне кажется, так будет честно. Вы спасли мне жизнь и показали свое тайное убежище, хоть и понимали, что я могу быть для вас опасна, — продолжила Алопекс серьезным тоном, плавно переводя взгляд с одной зеленой физиономии на другую. — Мы так долго были врагами... Я устала от всего этого. Устала вечно желать кому-то смерти. Я хочу стать вашим другом, — как же непросто ей давались эти слова! Вроде бы такие простые и бесхитростные, они упрямо отказывались выходить наружу, поэтому голос лисицы звучал как-то глухо. Тем не менее, она говорила совершенно искренне, не боясь заглянуть в глаза своим притихшим собеседникам. — Поэтому, если вы не против... может, попробуем начать все с самого начала? Пожалуйста... — девушка чуть склонила голову, невольно прижав уши к черепной коробке. — Мне больше некому довериться в этом городе. Я постараюсь стать для вас самым верным союзником. Только дайте мне шанс, — вновь подняв глаза на черепашек, Алопекс успела увидеть, как коротко переглянулись между собой Рафаэль и Донателло, видимо, не зная, стоит ли им доверять ее обещаниям. Что касается Микеланджело... Выражение, застывшее на его круглом лице, было не так-то просто расшифровать: юноша казался предельно задумчивым, странно взирая на свою умолкшую приятельницу, но стоило той перевести на него взгляд, как непонятное выражение тотчас сменилось теплой, ободряющей улыбкой. Не дожидаясь, пока его братья что-либо ответят на сей проникновенный монолог лисицы, он легко вскочил на одну из толстых металлических балок, служащих подпоркой для огромного башенного крана, и вопросительно оглянулся на остальных — мол, ну вы там как, идете?

Ладно, — помешкав, умник тоже принялся взбираться следом за шутником и его хвостатой подругой, хотя и не сказать, что он был в восторге от данной затеи. — Но только быстро. Раф, ты с нами? — получив отрицательный ответ, двое младших подростков дружно пожали плечами и продолжили карабкаться дальше, оставив ворчуна топтаться внизу на строительной площадке в компании горячо любимой пачки сигарет. Не без сожаления покосившись сверху вниз на его гладкую темно-зеленую макушку, Ло быстро догнала оставшихся с ней ребят, радуясь в душе, что хотя бы эта парочка не стала отказываться от ее гостеприимного приглашения. Хотя, наверное, Донателло тоже предпочел бы остаться внизу — судя по кислому выражению его лица, единственная причина, по которой он все-таки решил поглазеть на чужое логово, было его нежелание оставлять Майка наедине с беглой наемницей. Мало ли, вдруг она по-прежнему блефовала и просто пыталась заманить ребят в ловушку? Ну, или хотя бы кого-то одного из них.

Какие же они все-таки были недоверчивые... Но она сама виновата, что заставила их так о ней думать.

Некоторые вещи просто нельзя исправить простым словесным раскаянием.

Сюда, — как только ребята достигли самой вершины крана, лисица проворно перебралась на его длиннющую вращающуюся "стрелу" и уже по ней пробежала до нужного ей окна. Дон с Майком не отставали, несмотря на то, что им пришлось взобраться на порядочную высоту, где дули пронизывающие ветра, грозившие в любой момент скинуть их вниз резким непредвиденным порывом. Очутившись внутри лестничной площадки, встретившую их поистине кладбищенскими темнотой и молчанием, лисица извиняющимся тоном обратилась к своим спутникам: — Здесь не успели построить лифты... да и все равно электричества нет, чтобы они сюда ездили, а по ступенькам подниматься слишком долго и муторно. Вот я и пользуюсь этим старым краном. Так намного удобнее, — девушка на мгновение примолкла, как и ее спутники, вслушиваясь в зловещий вой ветра в заброшенной шахте лифта, больше напоминающий стон ожившего покойника. Ох, а ведь она уже успела отвыкнуть от всех этих странных звуков... — За мной, — махнув рукой, Ло скользнула дальше в глухой мрак недостроенного помещения. Шаги мутантов гулким эхом отражались от голых бетонных стен... Да уж, атмосфера здесь царила поистине жуткая, однако Ло грела мысль о том, что она, наконец-то, сможет показать друзьям свою собственную жилую нору. И плевать, что та и рядом не стояла с порядочно захламленным, но таким уютным черепашьим логовом! Куда важнее было осознавать, что теперь и Майки с братьями могли приходить к ней в гости в любое время, и вообще они теперь вроде как были в расчете, верно? Они показали ей свое убежище, а она им — свое. Все по-честному... наверное.

Мы почти пришли, — к тому моменту, как ребята, наконец-то, добрались до нужной им комнатушки, настроение Алопекс успело подняться примерно до той же отметки, на которой оно держалось все минувшие дни, а то и чуть выше. Она подумала даже, что Майки непременно оценит открывающийся из ее окна вид на ночной мегаполис, и вообще ему должно понравиться то, как хитро она все здесь продумала! — Осторожнее, — Алопекс отбросила одну руку в сторону, останавливая бредущих следом за ней черепашек, и ткнула пальцем куда-то вниз, — здесь нужно идти по балке... вот так, — говоря это, Ло грациозно прошлась вперед по узкому железному "мостику", перекинутому от стены до стены прямиком над головокружительной высоты черной бездной прямо посреди недостроенного этажа. Стоило видеть лица, с которыми братья уставились на невесть откуда взявшийся перед ними колодец! Алопекс, тем временем, уже добралась до противоположного края и плавно соскочила обратно на холодный каменный пол, нетерпеливо блеснув глазами в полумраке. — Сюда! — дождавшись, пока Донни с Майком вновь окажутся рядом с ней, лисица с возрастающим энтузиазмом метнулась в соседнюю комнату и с разбегу вскочила всеми четырьмя лапами на продавленный пружинный матрас, лежавший у дальнего окна, разметав хвостом мятые бумажные упаковки из-под давно съеденных ею бисквитов. Ее пышнощекая мордашка буквально светилась довольством и гордостью за собственную находчивость. — Здесь мое логово. Теперь вы тоже знаете, где я живу, — плюхнувшись задницей на импровизированное ложе, Алопекс задумчиво оглядела устроенный ею бардак. Мда, жаль, не успела убрать все эти пустые обертки, рваные одеяла и давно засохшие кости пожранных ею голубей... Еще и эти грязные бутылки из-под молока! Ну, зато здесь было куда светлее, чем в других помещениях, благодаря огромным оконным проемам. Само собой, не застекленным — это ведь недостроенное здание, ау.

Не бог весть что, конечно... но сгодится для беглой лисьей наемницы.

Отредактировано Alopex (2016-07-25 04:53:52)

+2

5

There's a room in a hotel in New York City
It shares our fate and deserves our pity
I don't want to remember it all
The promises are made if you just hold on
Hold on, hold on, hold on, hold on

Что будет, если черепашка-мутант решит подать анкету на сайте знакомств?

Довольно неожиданно, правда? А ведь именно об этом сейчас вспоминал Микеланджело, беспокойной  тенью шлепая по проложенному умником маршруту, едва не стукнувшись лбом в карапакс медленно ползущего впереди Рафаэля. Черепашка отрешенно пинал ногами опустевшую сумку из под оладий, косился на молчаливых и таких серьезных(мы девушку провожаем, или на войну идем?) братьев и с беззвучным любопытством следил глазами за покачиванием пышного, лисьего хвоста, являющимся своеобразным белым маячком, рядом с напряженным солдатиком вышагивающим во главе экспедиции изобретателем.

Знаете как это происходит? Ну, интернет, друзья-точка-ру, и так далее? Вообще очень просто. Стандартные вопросы со стандартными ответами, даже для мутантов, разве только что подросток не слабо озадачился тогда с графой "вес", задумчиво просидев около получаса над этой строкой, после чего решился уточнить у Донателло - не слишком ли он толстый для своего роста, может весы какие неправильные, и не надо ли ему худеть? Девочки не любят толстых парней, в журналах об этом все статьи пестрят! В общем глупо это все было... Рост, вес, глаза, телосложение, цвет волос(поставим пробел), увлечения - кому все это надо? Пару лет назад Майкстер погряз в пучине интернета, совсем потеряв связь с реальным миром, просто потому, что ему дико стало тесно в вечном заточении глубоко под землей. Он хотел приключений, хотел покинуть наскучившую ему пеструю комнату, один раз изменить свой до зубного скрежета наизусть выученный распорядок дня и оказаться по ту сторону решеток, сквозь которые в доджо проникал бедный свет с улиц. Хотел познакомиться с кем-то...
Он любил своих братьев, и всегда мог положиться на них, но ему чего-то не хватало. Извне. Другого.
Нового и интересного.

Что будет, если черепашка-мутант решит подать анкету на сайте знакомств?
Да ничего хорошего, уж поверьте. Особенно когда приходит осознание того, что это ну... бесполезно? Никто не знал об этом, даже перед Ди Майк нашел тучу аргументов к своему внезапному вопросу о черепашьем ожирении. Тогда подросток получил неплохой такой жизненный урок. Без понятия, задумывались ли об этом остальные, но именно тогда весельчак отчетливо внезапно осознал, что никогда не сможет как это... быть нормальным? Он не может покинуть убежище чтобы сходить куда-то со своими новыми друзьями. Да что там, он даже не в состоянии показаться из тени, прекрасно зная, что его необычная внешность может заставит обычного человека поседеть. Совершенно не важно соответствует ли вес твоему росту, и что ты любишь, и как хорошо готовишь и умеешь играть на гитаре - кому нужен мутант? Кто к такому привыкнет? Это вообще возможно?

Как оказалось.
Кто бы мог подумать, что эта странная, а для кого-то и откровенно страшненькая четверка зеленых парней заведет целую кучу друзей, а кое-кто даже умудрился обзавестись своей второй половинкой и наладить личную жизнь. Все это как-то странно и противоестественно. Стоило копнуть чуть глубже, однажды выйти из тени навстречу приключениям, и тех, за кого они готовы драться до последней капли крови стало гораздо больше, чем в старые-добрые, привычные дни затворничества под землей. Получается, совсем не обязательно искать кого-то? Не обязательно пытаться быть тем, кем ты не являешься и прятать тяжелый панцирь под кучей одежды, чтобы хоть как-то сойти за человека.
Черепашка пристально наблюдал за легкими, невесомыми шажками пушистой куноичи, уже успев привыкнуть к ее бесшумному, крадущемуся движению, благодаря которому Алопекс у них в убежище уже однажды с легкостью смогла выудить у отвлекшегося весельчака из под носа все оставшиеся чипсы, зайдя со спины и фантастическим образом не хрустнув пакетом, который черепашка держал в руках. Когда они с братьями спасли эту девушку в темных подворотнях, Майк уже сказал о том, как на самом деле может шутить судьба, как она любит неожиданные повороты и шокирующие внезапности. Которые не всегда обязательно должны быть плохими, вопреки вечным опасениям таких зануд, как Леонардо, или Донателло.И именно такая, переменчивая жизнь научит тебя все воспринимать, как должное, - " И все-таки она такая смешная," - черепашка едва заметно, пока никто не видит, осторожно растягивает уголки губ, когда мутантка умилительно, словно большой, косматый кузнечик, подскакивает на месте, перепрыгивая через ржавое колено старой трубы, выглядывающей из сырых, поросших мхом, серых стен коллекторного хода.
Не нужно никого искать и пытаться быть не тем, кем ты являешься.
Тот, кому ты нужен таким, какой ты есть, сам обязательно тебя найдет.

I just need enough of you to dull the pain
To get me through the night until we're twins again
Until we're stripped down to our skeletons again
Until we're saints just swimming in our sins again
And there's a jet black crow droning on and on and on
Up above our heads droning on and on and on
Keep making trouble 'till you find what you love
I need a new partner in crime and you're my shotgun

 
Кстати о теме "поиска".
Как-то слишком долго они шли на выход, после того, как покинули заброшенную станцию метро, ставшую территорией их приятеля крокодила. По прикидкам подростка, который предпочитал, обычно, такими вещами не заморачиваться, предоставляя планирование и мозговую деятельность тем, у кого это получалось лучше всего, они должны были уже, примерно, минут пятнадцать-двадцать назад ткнуться макушкой в тяжелый, металлический люк отделяющий ребят от городских улиц. Или у него плохо с чувством времени, или они попали во временную петлю, потому что шутника не отпускало ощущение дежавю, когда компания второй раз проходила мимо расписанной вульгарным граффити замшелой кирпичной кладки с торчащими под потолком пучками обкусанных проводов.Можно было бы конечно вежливо подергать Дона за рукав, напомнить братишке, что кажется они здесь уже проходили, вдруг он забыл, но Микеланджело лишь на пару мгновений притормозил напротив произведения уличного искусства, озадаченно поскребя затылок и оглянувшись на мрачно вышагивающего в двух шагах саеносца - заметил ли подобную "аномалию"? Если Рафаэль и обратил внимание, что они ходят кругами, то виду не подал. Угрюмая мина старшего брата выражала всю дорогу примерно только одну эмоцию - нахрен это дерьмо. Раскрывший было рот и поднявший палец обладатель оранжевой повязки, так и не решился сказать о своих догадках вслух, рассеянно почесав сим воздетым перстом тыльную сторону трехпалой ладони. Ну это... окей. Раз всем кажется, что все нормально, то и его тоже эээ... все устраивает.
Оп, а вот и выход.

Нетерпеливо вскарабкавшись самым последним по вбитым в камень скобам наверх следом за остальными, мутант сел на краю колодца, беспечно поболтав ногами над пустотой внизу, запрокинув голову к усыпанными россыпью сияющих, звездных искр небу, поймав концами апельсиновой ленты порыв прохладного ветра и они ярким флагом дернулись в воздухе - того и гляди улетят в темные дали, оторвавшись от туго затянутого узла за высоким воротником панциря. Хорошо то как... Но рассиживаться здесь не стоит. Уж больно место открытое. Глянув снизу вверх на остальных, Микеланджело подтянул раскачивающиеся над бездной гигантские ступни к себе, пересев на корточки и аккуратно переместил круглый "блин" на его законное место, закрывая проход. Выпрямившись, подросток с готовностью воодушевленно вперился в чужие спины, деловито отряхивая грязные, в плесени и болотной тине ладони, в итоге без всякого зазрения совести тайком вытерев их о наплечную сумку стоящего рядом шестоносца - отлично, куда дальше? Пока весельчак возился с колодцем, остальные уже сгруппировались вокруг мраморным изваянием застывшей Алопекс, торопя ее поскорее указать правильный путь. И хотя Майку ужасно нравилось стоять посреди проезжей части, открытым для любых атак, рискуя получить звездюлей от любой тени, благо вокруг буквально рай для жаждущих черепашьей крови врагов, все же он был согласен с ребятами, и поспешил, едва только девушка отмерла, скрыться за ближайшим мусорным баком, облокотившись о него боком и поджидая остальных, нет-нет да бросая мечтательные взгляды в виднеющийся промежь высоток кусочек ночного, небесного покрывала. Стоит ли говорить, как все-таки приятно чувствовать кожей свежий, прохладный воздух? А не терпеть вонючие испарения из сточных каналов!
 
- Как думаете, где она живет? - обратился черепашка к остальным, торопливо поспевая за братьями, столь же активно прыгая по скрипучим ступеням пожарной лестницы вслед за молчаливой куноичи. Ребятам надо было  выжидать и притормаживать - где спокойно могла пройти пушинка-Алопекс, не всегда в состоянии без приключений пропрыгать три здоровенные тортиллы, масса каждого из которых едва ли не переваливала за центнер, а кое-кто и эту отметку давно переплюнул. Бедная конструкция натужно кряхтела и того и гляди, рассыпалась бы по кускам, словно разломанный лего-конструктор. Так что братьям-аккробатам приходилось то и дело тормозить, чтобы пропустить вперед того кто легче, быстрей, или тяжелее, играя в смешных джентельменов и протягивая здоровенные лапы вперед "после вас". Дальше путь казался более легким и доступным, уж по крышам то скакать бешеными козлами они привыкли, и майк тут с удовольствием оторвался, ненадолго позабыв причину их вечерней вылазки, с восторженным писком мелькая между выхлопных труб и чердачных помещений, вовсю предаваясь сладкому чувству свободы и беззаботности, что давно уже просилось наружу, запертое в клетке четырех стен дома. Пробежка хоть и выдалась короткой, но довольный прогулкой черепашка и эту стремительную пробежку умудрился превратить в игру, стараясь поднять настроение не только себе, но и угрюмому Рафу, и настороженному Дону, периодически, словно темный фантомас, игриво выпрыгивая на братьев из мрака, не на много опережая их, с шутливо-агрессивным оскалом, умудряясь обежать и перебежать братьев, залихвастски, с гоготком приглашая их его осалить. Глупо наверное, но это неплохо помогало расслабиться. Особенно Рафу, ведь он наконец мог отвлечься от своих мрачных мыслей обращенных к песцу и сосредоточится на дразнилках младшего братишки. Это ли не интересней, особенно, когда конопатая физиономия то и дело выскакивала перед ним корча рожицы и задиристо ухмыляясь!

Может они могли бы и дальше чисто по мальчишески валять дурака, да их пробежка закончилась так же стремительно, как и началась - вся троица едва ли не попадала с края многоэтажки, когда лисица резко дала по тормозам, а затем так и вовсе спрыгнула на мостовую. Прямо перед великанских размеров недостроенной высоткой. - Туда? - с сомнением в голосе уточнил, то ли у девушки, то ли у ребят, то ли вообще задал риторический вопрос в пространство Майк, опасливо сунув голову в дыру и покрутив ею туда-сюда, проверяя заброшенную местность на наличие опасных факторов. И нет, почему-то он нисколько не боялся, что куноичи возможно завела их прямо в ловушку, ведь это как ни крути, а было бы вполне логично. Все опасения подростка были исключительно насчет того, что за их подопечной все еще могла идти охота. Пока она была с ними, армия Шреддера могла устроить засаду для мутантки, обнаружив ее домик. Могла? Запросто могла.
Приблизившись к терпеливо дожидающейся у покосившегося фундамента этой городской Годзиллы Алопекс, юноша с любопытством уставился на переплетения балок и голых кирпичных стен, между собой представляющих хаотичное нагромождение пустых этажей. Что-то было прикрыто целофаном и надежно скрыто от чужих глаз, а что-то было совершенно открытым и этаж со временем жутковато почернел и зарос мхом под влиянием погодных условий, а единственными жильцами в пустых комнатах были только паразиты. Это там она живет?
Ух ты...
Опустив взгляд на совершенно серьезную, собранную мутантку, Майк  ни слова не сказал, равно как и остальные внимательно вслушиваясь в ее собранную, деловую речь. Подросток пристально глядел на нее сверху вниз, не спеша сразу бросаться обещаниями и увещеванием, что ну что ты, все в порядке! Она осознавала, насколько важна была их встреча, их помощь ей, предлагала взглянуть на свой постоянный кров... Сказать, что для Микеланджело это значило очень многое, значило не сказать ничего вовсе - он больше всего на свете ценил это.

Доверие.

И пытался, честно, всегда пытался сделать так, чтобы и братья тоже научились доверять кому-то быстрее, стать более открытыми и готовыми протянуть руку помощи. Без веры нельзя жить. И не смотря на потенциальную опасность исходящую от наемницы, бывшей убийцы клана Фут, Микеланджело очень хотелось верить, что ее слова искренни и правдивы, и он готов был разрушить стены недоверия братьев своим поведением, если это действительно поможет. Коротко улыбнувшись ушастой воительнице, обладатель нунчак кометой взвился на ближайшие крестовины сваренных вместе металлических перекладин, рассевшись на них, словно глазастый филин, цепко держась за них обеими руками.
Хотел ли он посетить пристанище своей новой подруги?
Конечно хотел.

Микеланджело же надо знать, куда ему наведываться в гости!

Раф остался внизу. Не удивительно, да и не следовало ждать от их ворчуна желаний тащить свой здоровенный панцирь наверх, рискуя в любой момент низверзнутся с края - что поделать, особой грацией Рафи не отличался. Так что проворная парочка Дон-Майк прытко следовала за их экскурсоводом, пытаясь догнать прытким зайцем убегающую вперед лисицу.
- Хы! - перекатившись на ржавую ось старого крана, подросток постучал по его железному корпусу, прислушиваясь к натужному гулу всей старой конструкции. Та аж застонала, заскрипела под весом могучих рейндж... то есть могучих мутантов, - Круто! - он бегло глянул себе под ноги. Ух, высоко то как! Дон рядом опасливо цеплялся за низко вибрирующие железки, наверняка проклиная и чрезмерно веселого брата, и его новую подругу, и этот треклятый кран до кучи, - А ты все двери маскируешь, смотри как надо дом прятать! - одна впечатляющая картинка разрухи сменялась другой, и это... и пугало, и восхищало одновременно! В шахту лифта просто грех не бросить камушек и не послушать, как он со свистом пролетает кучу недостроенных уровней вниз. А уж если представить, как сам туда падаешь, дрожь берет. Но... неужели Алопекс здесь действительно живет? Все это конечно весело, но Майкстер искренне недоумевал, с каким спокойствием относилась пушистая кроха ко всей этой... разрухе, уверенно уводя своих спутников все дальше, в глубь. Словно это такие привычные, такие обыденные вещи, что от этого становилось не по себе даже больше, чем если бы от живой картинки падающей в беспросветный коридор вглубь черепашки. В глубине души перед взором Майка было что-то вроде их логова - оно тоже ведь находится в не особо симпатичном месте, но при этом неожиданно уютное, просторное и совершенно не похоже, что оно находится в канализации. А, вокруг сточные воды, бегают тараканы и крысы, но в их домике об этом нет и напоминания!
Почему то ему казалось, что у Ло дело обстояло так же.

Наверное поэтому подросток не сразу понял, что они пришли, отупело оглядываясь с видом "куда смотреть?".

Наступив на что-то, что при ближайшем рассмотрении оказалось не больше не меньше крохотным птичьим черепом, обглоданным до девственной белизны, мутант нервно сглотнул, озадаченно шумно поскребя ногтями собственный пластрон. Донателло застывший рядом выглядел не менее ошарашенным.

- Ээээ... вау, - неуверенно отозвался на последнюю реплику девушки весельчак, приблизившись к одной из пустеющих оконных рам, осторожно выглянув наружу - концы маски вот уже второй раз дернуло резким порывом, - когда шутник спешно засунул голову обратно в эм... помещение, яркие ленты, длинные и рваные, все еще продолжали трепыхаться где-то на улице, - Слушай, здорово ты устроилась. Высоко, вид отпадный, весь город как на ладони, верно Ди? - Дон что-то неуверенно буркнул в ответ, продолжая отрешенно скользить глазами по обшарпанным стенкам, - Но мне кажется, знаешь... как друг и союзник, ты заслуживаешь более безопасного места, - наставительно ткнул пальцем в пустоту черепашка, - Пустые шахты, краны, это прикольно, но, сама понимаешь, жутко неудобно да и крыша худовата. Давай... а давай ка мы тебе найдем что-нибудь а? Что скажешь? Донни, есть мысли?

There's a room in a hotel in New York City
It shares our fate and deserves our pity
I don't want to remember it all
The promises are made if you just hold on
Hold on, hold on, hold on, hold on

+2

6

Более чем странные выражения, застывшие на зеленых физиономиях подростков, насторожили лисицу. Не то, чтобы Алопекс ожидала от мутантов бурного проявления восторга, учитывая, в какое мрачное и непривлекательное место она их завлекла, но... Что-то явно было не так. Не то в ее словах, не то в самом окружении — а может, и в том, и в другом сразу? Наемница озадаченно примолкла, с настороженным видом уставясь на черепашек в ответ, молчаливо ожидая, что же они, наконец, ей скажут... А те явно не торопились с ответом, предпочтя какое-то время ошарашенно рассматривать холодные серые стены с пышным цветением плесени и грязный, покрытый толстенным слоем пыли голый каменный пол, мысленно гадая, в чем же тут подвох. Якобы жилое помещение куда больше напоминало старую обувную картонку, годящуюся в лучшем случае для разовой ночевки, но никак не для постоянного обитания человека или любого разумного существа ему под стать; теперь-то было ясно, отчего Ло так сильно походила на драную уличную кошку при первой встрече с Микеланджело и его братьями. В то время, как Ди просто молча водил до крайности странным и неопределенным взглядом по сторонам, его конопатый спутник чуть ли не на цыпочках приблизился к оконному проему, аккуратно переступая через тут и там разбросанный мусор, и высунул голову наружу, явно прикидывая высоту этажа. Услыхав его нарочито-бодрый и оживленный голос, Алопекс мигом повеселела и с готовностью закивала в ответ, усердно болтая ушами-лопухами в сгущающемся полумраке комнаты: да-да, верно, она хорошо постаралась и отыскала себе по-настоящему надежное укрытие! Хорошо, что Майк догадался ее похвалить, а не то бы Ло снова огорчилась — в первую очередь тому, что найденное ею убежище было откровенно ужасно. Не то, чтобы она была полнейшей дурочкой и не соображала, в каком страшном беспорядке она жила до своего знакомства с черепашками, просто... Девушка как-то даже не задумывалась над тем, что кому-то придет в голову ее пожалеть или задуматься о том, чтобы подыскать ей более приличное убежище. Поэтому она даже не сразу поняла, к чему это клонил ее голубоглазый приятель. Вот уже которой по счету раз, Алопекс оказалась полностью сбита с толку: чисто по-человечески нахмурив несуществующие брови, обозначенные рваными краями бледно-фиолетовой маски, лиса вопросительно посмотрела на Донателло, как и Майки, ожидая ответной реакции гения. Изобретатель, конечно же, откликнулся не сразу. Еще несколько мгновений он внимательно оглядывал внутреннее "убранство" помещения, словно бы что-то напряженно обмозговывая, но затем повернулся обратно к Микеланджело и просто спокойно кивнул в ответ. Все еще ничего не понимая, Алопекс еще разок перевела взгляд с одного лица на другое, а затем... Затем, что-то вдруг резко прищелкнуло в ее голове, и до лисицы, наконец, дошло.

Вы... вы хотите найти новое логово? — переспросила она странно дрогнувшим голосом. — Для... меня? — стоило признать, минувшие дни были полны сюрпризов, а так же непривычно ярких и бурных проявлений эмоций, чего ранее за Алопекс совершенно не наблюдалось... Но сейчас она, кажется, была готова разорваться в клочья от переизбытка чувств. Изжелта-черные, всегда такие жуткие и бесстрастные глаза куноичи округлились в неподдельном изумлении, приняв совершенно человеческое выражение, и какое-то время песец просто немо разевала клыкастую пасть, не зная, что и сказать. Со стороны казалось, что она вот-вот разрыдается, как маленькая девочка, но этого, к счастью, не произошло; вместо того, чтобы зареветь белугой от преисполнившей ее душу благодарности, Алопекс снежной вьюгой метнулась обратно к братьям, звонко разбросав металлические банки и-под консервов, и мохнатой тушкой повисла между основательно прихреневшими мутантами, крепко обхватив лапами шеи обоих и от души стиснув их вот уже во втором по счету объятии за минувший вечер. Донателло аж ойкнул, невольно согнувшись в три погибели и звучно столкнувшись лбами с не менее удивленным младшим братом. Рука умника на автомате дернулась куда-то к поясу, словно бы желая выхватить что-то из кармана пояса — к счастью, ни Майки, ни тем более Алопекс не заметили этого странного движения. Стыдно признать, но в первый момент Ди показалось, что лисица решила их атаковать. Будь это и в самом деле так, ее бы немедленно поджарил мощный заряд электрошокера — да-да-да, теперь Дон предпочитал подстраховываться заранее. Хорошо, что ему так и не пришлось применять сей... инструмент в деле. Помешкав, гений все же убрал ладонь от подсумки и осторожно поднял ее к взъерошенному плечу бывшей наемницы, осторожно пожав то в ответ. Быть может, Донни не был готов так скоро и безоговорочно довериться этой пышнохвостой особе, как это сделал Майки, но уже и не мог относиться к ней с прежней хмурой настороженностью.

Второй бастион пал... хоть и не торопился это демонстрировать.

Не стоит благодарности, — сдержанно откликнулся гений, будто невзначай выныривая из загребущих объятий песца, и кашлянул в кулак, маскируя захлестнувшее его смущение. — Майки прав, место в целом неплохое, если ты хочешь спрятаться от Шреддера и его людей, но оно мало годится для постоянного житья. Возможно, я сумел бы довести его до ума, но легче действительно отыскать что-нибудь более... приземленное, что ли. Проводить воду и электричество на такую огромную высоту — та еще задачка, — в то время, пока Донателло с глубоко задумчивой миной делился своими умозаключениями, Ло тихонько выпрямилась и замерла перед братьями, сцепив ладони замочком за своей спиной, вся целиком обратившись в слух. Рассуждения умника, безусловно, были очень важны, но сейчас Алопекс едва ли могла адекватно воспринимать поступающую информацию. Душа ее пела, и причиной тому была вовсе не радужная перспектива скорого переезда в какое-то новое, более комфортабельное логово, а тот простой факт, что черепашкам оказалась небезразлична ее дальнейшая судьба. Морда лисицы вновь приняла бесстрастное выражение, но сияющий взгляд Алопекс то и дело скользил с одной воодушевленной мины на другую, сполна отражая охватившие девушку радость и непонятное внутреннее воодушевление. Впрочем, не такое уж и непонятное: она была счастлива, что ее удивительное знакомство с Кланом Хамато не закончится на том, что они просто вежливо пожмут руки и разойдутся, точно корабли в море; наоборот, ребята продолжат активно общаться друг с другом и, скорее всего, их союз еще больше укрепится со временем. По-крайней мере, Ло очень сильно хотелось в это верить. У нее ведь никогда еще не было таких друзей... По лицу куноичи пробежала странная, до предела задумчивая тень: нет, она ни за что не упустит шанс их завести. — ...следовательно, новостройки мало подходят для таких целей, и нам лучше подыскать тебе какое-нибудь старое, желательно, не очень давно заброшенное здание, в котором уже присутствуют все основные коммуни... ладно, я обязательно подумаю об этом в свободную минутку, — заметив, что его уже давно никто не слушает, Дон легко и быстро свернул свой пространный монолог — и вправду, какой смысл обсуждать это прямо сейчас? — Пойдем, Майки, нам пора возвращаться домой, — сказав это, Донателло развернулся и первым двинулся в направлении выхода, на ходу извлекая черепахофон из-за пояса. — Я напишу Рафу, пускай знает, что мы уже в пути, — на мгновение отвлекшись от написания смс, умник дружелюбно махнул Ло рукой на прощание, и та неуверенно помахала ему в ответ. На самом деле, ей совсем не хотелось, чтобы парни уходили так скоро, ведь это означало, что ей предстояло снова остаться в гордом одиночестве, но разве Алопекс смела их задерживать? Мимо сиротливо замершей на месте лисицы веселым ураганчиком пронесся Майк, светя улыбкой примерно с той же яркостью, как Донни — экраном своего Че-пода.

Еще увидимся, детка! Я загляну к тебе завтра, не скучай! — это обещание отчасти взбодрило приунывшую было девушку. Подняв голову, Ло благодарно посмотрела вслед унесшемуся подростку, взметнувшему на прощание сочными морковными лентами банданы. Запоздало вспомнив о том, что она сама ничего не сказала на прощание, воительница открыла было рот... и также молча его захлопнула, лишь украдкой тяжело вздохнув себе под нос. Кругом нее, впервые за долгое время, воцарилась полная и гнетущая тишина, нарушаемая лишь отдаленным свистом ветра за окном. Что теперь? Попробовать навести порядок? Плюнуть и улечься спать? Теперь, когда Майка больше не было рядом, девушка неожиданно поняла, как сложно ей, оказывается, было придумать для себя какое-нибудь интересное и увлекательное занятие. Забавно... раньше она даже не задумывалась над подобными вещами, предпочитая просто... жить? Да нет... существовать. Ничем не интересуясь, ни о чем толком не задумываясь, не испытывая ни печали, ни скуки, ни тем более одиночества. За каких-то пару-тройку дней, черепашки умудрились показать ей столько разных новых вещей, в красках продемонстрировав лисице все преимущества жизни обыкновенного мутанта, что теперь, едва оставшись наедине с самой собой, Алопекс как будто бы оглохла и ослепла разом. Ни тебе веселых шуточек Микеланджело под боком, ни ярких разноцветных граффити на стенах, ни веселого бормотания включенного телевизора на фоне, ни тихого писка игровых автоматов, ни восхитительных запахов готовящейся выпечки...

К слову, о выпечке.

Невольно огорченно шмыгнув носом при воспоминании о черепашьем убежище, Ло почти сразу почуяла до боли знакомый аромат оладий, невесть откуда взявшийся в воздухе, и тут же с подозрением к нему принюхалась, точно ищейка разворачиваясь на месте и настороженно поводя заостренными ушами. Источник дивного запаха обнаружился моментально, лишь стоило девушке опустить взгляд на продавленный матрас и увидеть вроде как забытую Майком сумку. Опустившись на корточки рядом с ней, не прекращая жадно принюхиваться, Алопекс подцепила когтями металлический язычок молнии и осторожно потянула тот на себя, открывая взору внутреннее содержимое сумки. Как она и ожидала, внутри оказалась целая гора оладий, уже сильно остывших, но все таких же вкусных —  неужели Микеланджело оставил их здесь специально для нее?... Зная, как сильно его знакомая любила набить свое бездонное брюхо... Оставив выпечку нетронутой лежать на полу комнаты, Алопекс выпрямилась и легко запрыгнула на грязный подоконник, высматривая снаружи троицу плечистых, обманчиво грузных силуэтов. Ждать пришлось недолго. Едва только Майк и его братья вновь оказались в поле зрения мутантки, как она тут же вся обратилась во внимание. Ей было безумно интересно наблюдать за черепашками даже с такого огромного расстояния... В темноте послышался звонкий, ехидный смех Микеланджело — юноша только что спикировал на плечи мирно курившего в теньке Рафаэля, за то тут же получил увесистый подзатыльник. Не подозревая о том, что за ними кто-то следит, подростки дружно двинулись прочь с заброшенной строительной площадки, на ходу обмениваясь какими-то веселыми и беззаботными репликами, и наблюдать это было сплошным удовольствием. Уголки черных губ невольно дернулись, будто бы готовясь вот-вот растянуться в подобии неуверенной, теплой улыбки, но этому выражению так и не было суждено появиться на заостренной лисьей мордашке. Совершенно неожиданно, когда все трое черепашек уже практически скрылись из виду за высоким дощатым забором, один из них все-таки обернулся и размашисто повел рукой у себя над головой. Кто это был и с кем именно он прощался — догадаться было несложно... Вроде бы такой простой и незатейливый жест, а сердце все равно взволнованно забилось в груди, и Ло, не удержавшись, украдкой помахала юноше в ответ, хоть и понимала, что Майк не сможет различить ее блеклый силуэт на фоне мрачных бетонных стен небоскреба. Но этого и не требовалось, они оба прекрасно это понимали.

Некоторые вещи можно было только почувствовать, но не увидеть.


Как ни странно, но последующие дни, проведенные Ло в ее секретном убежище на вершине недостроенной многоэтажки, ни в коем случае нельзя было назвать скучными или неинтересными. Точнее даже так: их можно было назвать такими лишь отчасти. Все то время, пока Алопекс в одиночестве торчала в своей продуваемой всеми арктическими ветрами "берлоге", было старательно заполнено уборкой этой самой "берлоги" от скопившегося внутри мусора. В первую очередь, девушка постаралась избавиться от всех рваных этикеток, обглоданных костей и вскрытых упаковок из-под еды, служивших источником до крайности неприятного, тошнотворного амбре; затем Ло попыталась хорошенько выбить многострадальный полуразвалившийся матрас, избавив тот от лишней пыли и грязи. Песец даже не постеснялась слямзить пару чистых простыней из-под окон жилых домов в соседнем квартале, а Майки, вдобавок, притащил ей вдоволь плотных стеганых одеял, благодаря чему дождливые летние ночи перестали быть такими холодными и промозглыми. Собственно, визиты Майки и стали тем главным обстоятельством, благодаря которому Алопекс не сходила с ума от скуки и безделья. Подросток ей не солгал: он и вправду навестил ее следующим вечером, а потом еще, и еще... Каждый такой приход шутника казался настоящим праздником; само его появление было сродни вспыхнувшему во тьме фейерверку и ярко освещало собой ее скучное и неприветливое убежище, раскрашивая то во все цвета радуги. Буквально: в один из своих ежевечерних визитов, Микеланджело догадался принести лисице целый ящик баллончиков для граффити, и несколько часов было посвящено тому, чтобы как следует разрисовать унылые бетонные стены лисьей квартирки. И пускай Ло тогда щедро надышалась ядовитыми испарениями, отчего у нее потом весь день жутко болела голова, она чувствовала себя по-настоящему счастливой, с довольными миной валяясь на своем импровизированном ложе посреди мерцающих во тьме рисунков — краска оказалась флюоресцентной. Интересно, а сам Майки об этом знал? Честно говоря, Алопекс не терпелось показать ему столь неожиданный результат их совместной работы... Только вот, в этот вечер Майки почему-то не пришел к ней в гости. Может, у него тоже голова разболелась? Бестолку прождав его пару часов, Ло вконец отчаялась. Она как-то совершенно незаметно привыкла к тому, что Микеланджело навещал ее каждый божий день, и теперь одиночество с двойной силой навалилось на основательно приунывшую мутантку. Она, конечно же, понимала, что у ее нового друга могут возникнуть какие-то другие, более интересные и важные дела... Но все же. Куда он мог деться? Он же сам пообещал накануне, что придет к ней снова! Выбравшись из разворошенного гнезда простыней и одеял, Алопекс проделала несколько встревоженных кругов по теперь уже чистому и куда более опрятному помещению, нервозно покачивая хвостом из стороны в сторону и разминая когтистые ладони друг о друга. Это, увы, не дало ей нужного успокоения, и в итоге девушка истуканом замерла посреди комнаты, обдумывая свои дальнейшие действия. А вдруг случилось что-нибудь... нехорошее? По своей натуре, Алопекс вовсе не была паникершей, но неприятные мысли буквально не давали ей покоя, мешая заняться каким-то другим, более полезным делом. Взобравшись на свое любимое окно, мутантка посидела немного на краю подоконника, болтая задними лапами в воздухе, но так и не смогла отвлечься. В конце концов, ей это просто надоело. Разве что-то мешало самой отправиться в гости к черепашками и заодно убедиться в том, что им не грозит какая-нибудь беда?

Да... кое-что мешало. Отсутствие карты, например.

С другой стороны, ей никогда не требовались карты, чтобы уверенно ориентироваться в незнакомой местности.

Даже если это была Нью-Йоркская канализация.

"Да что я теряю, в самом-то деле," — не выдержав, Ло решительно поджала колени и приготовилась один длинным и затяжным прыжком переместиться на ржавые крепления стоявшего неподалеку строительного крана... Однако еще раньше взгляд куноичи задержался на крохотной черной точке, уверенно приближавшейся к тому же самому крану, но уже снизу. Естественно, это был Микеланджело — она сразу же его узнала, даже особо не присматриваясь. У кого еще был такой внушительный "горб" за плечами и яркая оранжевая маска? Мутант явно спешил, сознавая, что безнадежно опоздал на встречу, но все еще стремясь наверстать упущенное время... У девушки буквально от сердца отлегло. Ничуть не обиженная на своего не шибко пунктуального товарища, даже наоборот, ужасно обрадованная его долгожданным появлением на горизонте, Алопекс белкой соскочила с подоконника и прямо так, на четвереньках, с огромной скоростью помчалась сквозь путанный лабиринт недостроенных шахт и коридоров, точно счастливый пес, встречающий своего хозяина в поздний час после работы. Как бы Майк не торопился, а Ло спокойно его опередила, за какие-то жалкие секунды добравшись до нужной ей площадки, где и притаилась в глубокой тени, с пылающей озорством мордашкой дожидаясь, пока юноша заберется в здание сквозь незастекленный оконный проем. Как только Микеланджело оказался внутри, мутантка воздушным гимнастом кувыркнулась к нему откуда-то с потолка, а точнее, с верхнего лестничного пролета, да так и повисла в воздухе вниз головой, точно огромный белый нетопырь — разве что крыльев не хватало.

Сюрприииз! — прорычала она чуть ли не в самый нос подростка, весело оскалив частокол мелких, но очень острых зубов.

Отредактировано Alopex (2016-08-22 22:33:21)

+2

7

Смешная... Она действительно смешная, эта пушистая, неугомонная барышня, готовая в любой момент подхватить самую глупую, самую безумную идею Майкстера. Пускай братья и относились к радостной инициативе мир-дружба-жвачка авторства Микеланджело с должным скептицизмом, особенно это выражалось в беззастенчивом мордоворотстве душки-Рафа и его привычном всем "нихачу-нибуду". Ди же, то ли в угоду младшему братишке, то ли потому, что просто был чувак с мягким, чутким и романтично-драматичным сердцем, жалостливый и так далее, худо-бедно пытался поверить в добрые намерения бывшей наемницы, и даже схватился за идею найти ей годное жилье, мигом закопавшись в поплановые прикидки, как должен выглядеть приличный лисий дом. Избушка и чтобы не ледяная.
Потирая шею после счастливого, крепкого захвата обрадованной  лисицы, Майк широко улыбаясь покосился на монотонно разглагольствующего брата, не забыв умиленно вздохнуть, сложив руки на пластроне - гению только дай волю порассуждать, да покопаться в чем-либо. Не важно, обустройство ли это дома родного, али чужого жилья, то ли машина, то ли самолет, то ли чайник. Отвлекшись от мерного бузения шестоносца, Майк птицей подлетел к оконному проему, и опять высунул свою конопатую физиономию, пустив длинные концы банданы свободно парить на ветру победоносным флагом; приложив к глазам под козырек мозолистую лапу, шутник, сильно прищурившись, молча принялся крутить головой, в поисках знакомого, плечистого силуэта Рафаэля, вредно оставшегося дожидаться младших у подножья строй-башни. Ага, кажется он его увидел - бывалый глаз четко выловил из тени рельефную фигуру здоровяка, хоть и не мог точно сказать с такой высоты, чем занят угрюмый мутант. Ох ну и маленьким же он отсюда казался!

Мгновенно среагировав на голос умника, Микеланджело встрепенулся гигантской канарейкой, перехватив лапой дергающиеся на ветру ленты, прижав их к широкой, закованной в броню груди и грузно ввалился обратно в недостроенное помещение, едва не запнувшись о валяющиеся тут и там куски бетона и прочий неубранный строительный (и не только) мусор.
Суетливо переступив на месте, вернув не на долго утерянное равновесие, подросток резво вскинул голову, проследив светящимися глазами за исчезнувшем в полумраке серых стен Доном, юноша спешно метнулся следом, не забыв перед уходом "ослепить" свою новую подругу, смущенно жмущуюся посреди полупустого помещения улыбкой во весь рот, махнув аж обеими руками, отчего бандана, словно хвост воздушного змея, изобразила за его панцирной спиной волнообразные, художественно-закрученные движения, едва не запутавшись на концах в лютый узел, - Еще увидимся детка! Я загляну к тебе завтра, не скучай! - в итоге всеж таки споткнувшись о какую-то железную невидаль, торчащую из пола и только чудом не оцарапавшись и не шлепнувшись панцирем на бетон, пыхтя, сопя и ворча себе под нос, проскакав пару метров на одной ноге,  черепашка безо всякого стеснения раскатисто заорал вслед напрочь исчезнувшему из поля зрения изобретателю, - ДИ! ЧУВАК! МЕНЯ ТО ПОДОЖДИ!

Долговязого шестоносца шутник догнал уже на кране, где Дон проворной лягушкой скакал по железным перекладинам, сигналя отстающему братишке все еще белым, во мраке, квадратом черепахофона в его руке.
- Донни, притормози, - повиснув на секундочку на железной трубе, закинув на нее свои шершавые, мускулистые локти, и едва не столкнувшись с техником лбами, который оказался по ту сторону строй-техники, давно ржавой и никому не нужной, Майкстер тревожно уставился на выжидательно замершего брата,- Мы ведь... Мы ведь сделаем это, да? - поймав недоуменное движение массивных бровных дуг под истрепанной лиловой маской, Майк снова растянул губы в ухмылке, на этот раз неуверенной и извиняющейся, словно ему было страшно неловко, что он считай "заставил" старшего заниматься поиском жилья и облагоустраиванием "новенькой", которой в принципе сам не очень доверял. И хотя юноша может и не успел уловить то дерганное движение к припрятанному в карманах электрошокеру, Микеланджело все прекрасно понимал.
- Я знаю, никто ей не верит. Ну... кроме меня, я хочу, чтобы ты просто знал, Ди. Мне это очень сейчас нужно. И то, что ты согласен помогать ей... В общем, спасибо бро, я это очень ценю, то, что ты делаешь для меня... для нее! Надеюсь однажды Раф тоже будет относится к ней... лучше.
Кажется старший мутант несколько растерялся с таких неожиданных "спасибо", дождем посыпавшихся на его голову. Но тем не менее его широкая ладонь осторожно тронула усыпанные веснушками плечи, сжав их в ободряющем жесте, а на оливково-зеленой трудолюбивой физиономии показалась осторожная ответная улыбка с лукаво мелькнувшей щербиной промеж верхних резцов, - Все нормально Майки, на самом деле рано благодаришь, ведь мы еще даже не приступили к поискам. Да и в этом нет ничего особенного. Никто не должен существовать в такой разрухе...
- Сказала двухметровая черепаха живущая в канализационных туннелях под городом, - шире прежнего, не без ехидства заухмылялся довольный словами гения Майкстер, положив подбородок на скрещенные перед собой руки.
- Неплохо обустроенных между прочим!
- Когда ты уже сделаешь нам джакузи???
С веселым хихиканьем братья лихо соскочили с железного гиганта, перебегая по уже заученному пути, уверенно спускаясь вниз, где их терпеливо, если можно так сказать, дожидался саеносец, выкуривая, должно быть, уже десятую по счету сигарету и опустошив свою пачку почти целиком.
- Шшшшшшш, - приложил палец к губам весельчак, коварно подмигнув замершему в двух шагах, намеревающемуся спуститься нормальным, обычным ходом Донателло, и выразительно потыкав указательным вниз на мирно попыхивающую удушливым дымом зеленую лысину. Разумеется Ди против таких затей, но, что с Микеланджело делать-то, не маленький. Разве только потом наставительно побухтеть пострадавшему от кулаков Рафаэля дуралею "а ведь я предупреждал!"

- БУГАГАШЕЧКИ! - рухнув кулем на чужой карапакс, вовремя соскочив с него на землю, чтобы старший сам не рухнул рожей на асфальт, подавившись цигаркой, и выпрямился, бодро отсалютовав вредно покривившему мордой Рафаэлю, отщелкнувшему от себя бычок и опасно хрустнувшему костяшками пальцев, - Э! Э, не надо, - предусмотрительно накрыл лапой крапчатую маковку подросток, сделав короткий шаг в сторону, - Яж тебе просто так рад, ну чо ты!
- А это я тебе просто так радуюсь! - ворчливо пробасил Рафаэль, очевидно, немного смягчившись от вида испугавшегося побоев весельчака, ограничившись на этот раз одной смачной затрещиной. Ой... но терпимо. Да, вполне себе так терпимо. Подняв взгляд на готически заброшенное, и только кажущееся таким, уж они то знали, строение, черепашка напряженно всматривался в черные проемы пустых, не застекленных окон, высматривая знакомое, белое, как снежный комок посреди весенней, грязной улицы пятнышко, по которому определенно точно будет очень скучать. Как высоко... и так далеко, а под этим углом еще и ничего, совершенно ничего не видно. Заметив растерянно потирающего ушиб весельчака, Раф с мрачной миной проследил глазами в ту же сторону, куда безотрывно пялился младший, - Жертва моды не может жить без любимой пуховой подушки? - едко поинтересовался он, на что Майк покорно опустил нос, чувствуя себя... не то чтобы смущенным, но все же как-то неуютно, под пристальными, желтовато-охристыми глазами главного мускула команды. Неловко сместив лапу с затылка на собственную шею, шутник зябко, неопределенно передернул плечами, - Я просто к ней привык.
- Любители принести всякую живность, а потом бегать с мисками для корма и домиками в комплекте с когтеточкой.
- Смею напомнить, у тебя и своя "живность" имелась, причем умудрялась делить с тобой одну комнату, до сих пор задаюсь вопросом - как?!
- Ну ты мне тут еще поумничай! Я тебе тоже "смею напомнить", что я ее к себе не приглашал, само пригласилось!

Микеланджело их почти не слушал. Во всяком случае он не хотел себя с кем-то сравнивать, и никак не мог считать Алопекс чем-то вроде "потерянной зверушки", так она говорила? И хотя она действительно была потерянной, одинокой и загнанной в угол, но не зверьком, не животным... хоть и не человеком, чего уж греха таить, он этого и не отрицал. Она... она просто была Алопекс, без каких-либо расовых определений и принадлежности. И она в нем нуждалась, не меньше, чем он сам нуждался в ее обществе рядом с собой. Тяжелые панцири соприкасаются с его собственным, с характерным скрипучим звуком, и он все еще ждет, когда этот братский "перестук" дополниться еще одним звучанием, которого ему так не хватало.
От этого было пусто на сердце. Эйприл, Мондо, Ниньяра, Мона и Кейси - они все были замечательными, и всегда весельчак был готов разделить с любым из них бесподобную авантюру и придумать очередное развлечение. Или побывать в утешающих объятиях - крепких ли мужских, или нежных женских ладошках.
Но...
Они в нем не нуждались. Они были сами по себе.

Почему он видел Ло такой потерянной и ищущей защиты и спасения от одиночества? Он действительно был ей нужен?

Прежде чем нырнуть за прогнивший дощатый забор, быстро семеня следом за сдержанно перебрасывающимися легкими подколами братьями, шутник резко дал по тормозам и развернулся всем корпусом в сторону железобетонного монстра, подпирающего Атлантом ночные небеса. Он просто махнул рукой, даже не задумываясь о том, видит ли его пышнохвостая куноичи.
По крайней мере, он на это надеялся.
И надеялся на то, что она в нем нуждалась не меньше, чем он сам в ней.


Все последующие дни, Майк успешно развлекал девушку, не пропуская возможность порадовать ее самим собой, очередной порцией вкусного угощения и разными развлечениями, которые придумывал весельчак, чтобы скрасить жизнь песца в неблагоустроенном жилище. Он делал все, что было в его силах - буквально. И надо сказать, за дни почти полного отсутствия Микеланджело в родных пенатах, остальные во всю наслаждались воцарившейся тишиной - ни тебе чересчур громко вечно включенного телевизора, ни тебе сотрясающих все убежище звуков гитары, когда весельчаку вздумается попрыгать на кровати с музыкальным инструментом в обнимку, а на кухне вас встретит только молчаливая  гора немытой посуды и голодный Кланк. Правда братьям все же не удавалось расслабиться окончательно - потому что, когда шутник возвращался, он буквально выдергивал старших из их укромных уголков и выгонял на улицу. Зачем? А то как же. Искать новый дом для Алопекс!
Правда Рафа особо донимать все же парень не рисковал, к тому же, Рафаэль периодически куда-то уезжал, а на вопросы Микеланджело, собственно, куда Рафи постоянно валит, однажды Дон глубокомысленно изрек "побыть наедине с морем!", что звучало как то не в духе далекого от таких романтических вещей саеносца, но, судя по всему, ничего серьезного и можно успокоиться и не дергать Рафа. К тому же тот в такие деньки пребывал в приподнятом настроении, а портить ему настрой себе дороже. Так что чаще всего Микеланджело обходился помощью гения.

Донни наверное уже сто раз пожалел о своем согласии.

Не замороченный правилами о морали и ответственности, Майкстер ничтоже сумняшеся, не обнаружив Ди на его законном месте в лаборатории, бежал на чердак саламандры, неизменно находя поздним вечером гения именно там. На диване, с Моной на коленках. К столь бесстыдному виду сладкой парочки Майк уже начал привыкать, так что деловито пропихивался сквозь чердачное окно мутантки, под негодующие шипения голубков нахально забирал техника из загребущих лапок ящерки и самолично вытаскивал его за воротник карапакса на улицу - чувак, чувак, пора шариться по заброшенным зданиям, ты же помнишь об этом, да? И Майка ну совершенно не беспокоил тот факт, что умнику придется потом изворачиваться перед своей возлюбленной, придумывая, зачем Майк его "выкрал".
Разочек разозленный Донателло даже фактически послал младшего на три буквы, захлопнув перед его носом тяжелые створки чердачного окна на все засовы, всем своим видом показав, что ему нужен отдых, горячий чай и любимая женщина.
Майк обиделся, но не то чтобы очень. Поскребся минут этак пятнадцать в створку, обозвал Дона "не любящим младших черепашек, эгоистичным обманщиком, который обещал найти жилище для Ло!" (тут по закрытым оконным створкам что-то мощно бухнуло с обратной стороны, серьезно так их встряхнув, аж до скрипа - судя по всему то был кулак изобретателя) и уплелся восвояси. Искать "домик" самостоятельно.
Ведь как не приводи в порядок раздолбанную вхлам "стройку", все равно - полы грозились обрушиться, потолок пропускал все что угодно, а из окна хоть и шикарный вид, да вы возможно рискуете рухнуть с высоченного подоконника в бездну головой вниз. Лифтовые шахты, железяки, о которые легко можно проделать себе в боку дырку, и так далее и тому подобное.
Как оказывается сложно найти подходящее место.
И чем дальше шло время - тем больше отчаивался весельчак, видя, как живет его подруга, не смотря на все его старания.

Он и сам загнался, и загонял бедного Донателло - изобретатель уже с явной неохотой, позевывая и разминая затекшие, изнывшиеся плечи ползал следом за своим энергичным, неугомонным братцем, проверяя все доступные и недоступные места, где чисто теоретически могла бы заселиться антропоморфная лисица, чтобы жить достаточно вольготно и без лишних глаз. Такое впечатление, что все мало-мальски приличные места были либо стерты с лица земли, либо в них все-еще жили, дожидаясь, когда здание окончательно развалиться на части. Но нельзя же это так оставлять! Нельзя! Хоть черепашка и сам прилично устал, он старательно не показывал этого, носясь взад-вперед и заглядывая в битые окна, прижимаясь своей широкой мордахой к грязному стеклу.
Не то... не то и снова не то.
- Пошли уже, - в голосе шестоносца сквозит не только бесконечная усталость, но и общее недовольство - ведь младшенький не давал ему ни дня полноценного отдыха с тех самых пор, когда Алопекс вернулась в свое бывшее жилище, - Уже поздно, мы сегодня слишком задержались. Я спать хочу.
- Постой постой... смотри вон там, еще. Ну... последний раз, ну Ди, ну пожалуйста, - сделав большие, выразительные, круглые глазенки и молитвенно сложив большущие ладони, Майк буквально вытянул из бедного, измученного Донателло согласный вздох. Окей, еще пару домов...
- Но с одним условием...
Бледные, похожие на прозрачные, дрожащие на ветру капли росы глаза Майка медленно обрели прежнюю форму и размер, вопросительно взирая на старшего снизу вверх.
- ... завтра никаких побегушек в поисках жилья, ладно? Я хочу уже нормально побыть с Моной, мне надоело каждый раз оправдываться перед ней и придумывать отговорки, куда ты меня утаскиваешь в ночь. Договорились?
Микеланджело, с минуту-другую задумчиво почесывая впалую щеку, наконец чинно кивнул головой, в момент пасхальным зайцем скакнув с места, низринувшись в пролет между многоэтажками. Он бы и себе, пожалуй, организовал денек отдыха, а то измаялся ужасно. Да и, терпением Ди лучше тоже не злоупотреблять...
Донателло бывает очень упрямым, а то и, чего уж, жестокосердным, если слишком долго играть на струнах его стальных нервов. А сам Майк отыщет хибарку то, как ему хотелось бы? Ох... да черта с два.

В итоге и изобретатель и весельчак проспали все на свете, чуть ли не до утра мотаясь по злополучным крышам. Всепонимающий сенсэй на этот раз, видя вымотанные физии учеников, да и вообще, будучи в курсе всех их злоключений, обнять и пожалеть ведь, решил дать сыновьям заслуженный отдых и сделать небольшую поблажку, устроив им должный "выходной". Так что когда пошатывающиеся парни выползи из кроватей, надевая банданы задом наперед, старый крыс предложил им дальше доспать положенные молодому организму часы, братья не задумывались, бухнулись обратно в любимые кровати. А вот Рафаэля суровый треннинг и комплекс утренних упражнений, увы, стороной не обошел. Так что саеносца прогнали по всем параметрам, если не надбавили сверху, пока гений и его брат-дуралей, которому на месте не сидится, сопели в обе дырки.
Ничего удивительного, что выспанный как никогда Майкстер, благополучно пропустил в сладких грезах время, когда должен был быть уже в заброшенной стройке вместе с Ло. Едва раскачавшись, подросток с бешеной скоростью принялся носиться по помещению, спугнув мирно дремавшего на диване кота, в спешке собираясь на встречу под вредное похмыкивание наблюдающего за ним из спортзала Рафаэля.
- Подвинься! - прокряхтел юноша, протиснувшись между плечистым саеносцем и дверным косяком прямиком в святая святых обладателя красной маски. Под его обыкновенное "эй! куды лыжи навострил!", подросток деловито сграбастал в загребущие лапищи бумбокс, стоящий на низеньком столике, под музыку Раф часто и делал отжимания и монотонное потягивание штанги, и рыжим вихрем исчез из поля зрения саеносца в сторону кухни, где свалил в большой, целофановый пакет заранее приготовленные вчера с утра угощения: маффины, куски пирога и лазаньи. Зажав подмышкой с одной стороны скейтборд, с другой бумбокс, Майк бегом помчался на выход, не забыв перед этим рявкнуть на все убежище так, что эхо его голоса прокатилось над высоким потолком залы:
- Народ! Я свалил короче!

Неудобно то как получилось, вот ей богу.
взбираясь по хорошо знакомому ему пути в тайное укрытие воительницы, парень проматывал в голове тысяча и одно извинение, и не мог придумать ни одного достойного. Ло конечно знала, что ребята усердно шныряют по подворотням и проулкам в поисках дельного, годного местечка, и пока их список "допустим сойдет" очень и очень скудный, но она и понятия не имела, что весельчак ради этого вообще считай не спит, и братьев припахивает к бессонным ночам. Вряд ли бы ей это понравилось. Карабкаясь по перекладинам крана, сохранившим отпечатки его собственных ладоней, стерших застарелую ржавчину, мутант недолго повисел над пропастью, напряженно хмуря лоб и поправив болтающийся за панцирем скейт, бормотнул что-то себе под нос, и потащился дальше, заранее уже себе представляя, как, должно быть, расстроена Алопекс тем, что ее приятель внезапно позабыл о пунктуальности. Стыдно ли ему было?
В этот раз очень.
Черепашка в самом мрачном расположении духа и с нехорошим предчувствием гулко топал по коридору, вдоль обшарпанных серых стен, и совершенно не был готов к тому, что прямо перед его мордой с потолка внезапно свеситься косматый, пушистый ком, жутковато поблескивающий по крокодильи зубастым оскалом и белыми бусинами на темном фоне белков глазами!

Стоит ли говорить, что ополоумевший от ужаса весельчак побросал все, что у него было и с коротким, девчачьим визгом, просто напросто бухнулся на спину, вытаращившись на "ужас летящий на крыльях ночи" и не сразу, ой не сразу сообразив, что за неведома "нечисть" решила его поприветствовать! А уж когда хозяйка сей экстравагантной конуры свалилась ему увесистой пятой точкой прямо на пластрон, пока он качался на выгнутом карапаксе туда-сюда, пытаясь привести в нормальный режим свое нервно колотящееся сердце, парень сдавленно хрюкнул, рефлекторно схватив удивленную тем, что балка не выдержала ее веса и свалилась, в свою очередь, бедолаге Майку на грудь, за тонкую талию, приподняв на весу и сдавленно пыхтя, обморочно закатывая глаза.
- Хух... - сдавленно пыхтя, черепашка кое-каком сел на своем месте, откинув в сторону железный прут, покоявшийся у него на пластроне и опустив потрясенную мутантку на свои колени. Серьезно покачав головой, Майк показательно громко икнул и воздел кверху толстый палец, - Больше... ик... так не делай! - шлепнув себя по пластинам, мутант состроил горестную мину, - Серьезно, я чуть из панциря не выпрыгнул. Ух... Прости, что задержался. Буду честным, я вчера дико устал, сенсэй дал поспать еще пару лишних часов. Ну ты как тут без меня? Соскучилась? - призажмурившись, с благодушной усмешкой, подросток притянул к себе ненароком уроненный бумбокс, проверяя его на целостность - если он его сломает, ребята его убьют. Сначала Раф, потому что это его любимый хлам.. потом Дон, которому уже надоело без конца чинить вещи за криворуким Микеланджело.
Нет, слава богу, все в порядке. Даже не поцарапался.
Из чего он сделан?!
- Я тут кое чего принес. Тебе понравится. Сегодня мы можем погулять допоздна, я тут короче подумал... Я видел тут неподалеку отличную крышу, с гладким покрытием, чистую, голубей даже нет. В общем... Хочешь я научу тебя танцевать? А... - он протянул девушке туго набитую сумку, - Это твой обед и ужин. Лазанья, кексы, тосты, жирное, сладкое, все, как ты любишь. А еще прокатимся на скейте. Как твои ребра? Сможешь залезть мне на спину? Ай ай ай, когти, осторожнее, - поднимаясь с пола, а Алопекс с его коленей, Майк тихо попищал, когда когтистые лапки девчонки ненарочно царапнули его неприкрытую обмоткой часть мускулистых ног. Больно!

+2

8

"...ничего себе!"

Если бы Алопекс знала, до чего громко и, что уж скрывать, пронзительно отреагирует ее приятель, она бы, наверное, десять раз подумала, прежде чем решилась его напугать. А то и вовсе бы отказалась от этой рискованной затеи: слух, знаете ли, дороже! От оглушительного вопля Майки, куда больше смахивавшего на ультразвуковую трель в исполнении доморощенной актрисы из любого дешевого фильма ужасов, аж в ушах заложило, да с такой силой, что Ло напрочь оглохла на пару-тройку мгновений и сама едва не свалилась на пол от неожиданности. Игривый оскал на испачканной бледно-фиолетовой кляксой мордашке мигом сменился выражением полнейшего недоумения; округлив глаза на манер двух кошачьих фонарей, Алопекс изумленно воззрилась на рухнувшего подростка сверху вниз — даже с такого перевернутого ракурса, последний казался до ужаса напуганным... Неужели перестаралась? Судя по тому, что Микеланджело аж упал, со стуком ударившись панцирем о голый бетон и выронив свои многочисленные пожитки... Да, пожалуй. Мутантка потрясла ушами в воздухе, тщетно пытаясь избавиться от царящего в них звона, а затем чуть склонила голову набок, продолжая озадаченно взирать на Майка с потолка. Однако прежде, чем Ло успела сказать хоть слово в свое оправдание, ее значительно ослабшего слуха коснулся новый, куда более подозрительный звук, поневоле заставивший ее отвлечься от распростертого на полу весельчака и резко опустить (или, точнее, поднять) голову. Взгляд лисицы обеспокоенно уперся в погнутый металлический штырь, за который она цеплялась — судя по глубоким трещинам, разбежавшимся по камню у самого его основания, тот был готов вот-вот сломаться под весом хвостатой акробатки.

Ой-ей.

Ваа! — коротко не то вскрикнув, не то тявкнув, Алопекс увесистым снежным комом рухнула на Микеланджело, успев-таки перевернуться в своем стремительном полете с потолка на кошачий манер (а может, это просто задница перевесила), и в итоге с размаху шлепнулась на пластрон юноши. Конечно, весила Ло не так уж и много, но и ее более чем скромной массы вполне хватило, чтобы несчастный черепашка едва из панциря не выпрыгнул. К слову, и сама Алопекс довольно крепко ушиблась о крепкую костяную защиту подростка, но все равно это не шло ни в какое сравнение с тем, что довелось пережить бедняжке Микеланджело, на которого мало того, что свалился весьма и весьма упитанный песец (это все твои же картофельные пирожки и оладушки со сгущенкой, Майки, да-да-да!), так его еще и прибило выпавшим следом железным прутом — и спасибо, что тот не воткнулся точно ему в лоб! Несколько секунд, оба мутанта с донельзя ошалевшими физиономиями раскачивались из стороны в сторону на выпуклом карапаксе Майка: им обоим требовалось немного времени, чтобы прийти в себя и понять, целы ли их кости и внутренние органы. "Дурная была затея," — мысленно подытожила Алопекс, готовясь приподняться на локтях и на всякий случай пощупать собственную мохнатую ягодицу, на которой обещал расплыться внушительных размеров синяк... Но не успела. Крепкие трехпалые ладони Микеланджело цепко ухватили замешкавшуюся лису за талию и с удивительной легкостью приподняли ее над чужим пластроном, будто какую-то невесомую, набитую ватой плюшевую игрушку. Ло изумленно хлопнула ресницами, не сразу поняв, что тот собирается с ней делать... А затем внезапно обнаружила себя сидящей на коленях шутниках. Вообще-то, за все то недолгое время, что девушка провела в компании Микеланджело, она уже успела привыкнуть к его прикосновениям: Майки оказался довольно общительным и, что главное, шебутным малым, и мог без раздумий схватить приятельницу за руку, чтобы отвести куда-то, или, например, вполне спокойно прижаться к ее плечу своим собственным, показывая какую-нибудь интересную книжку или комикс... Да и сама Алопекс, помнится, до неприличия крепко обняла его на прощание, когда они с Донателло первый раз проводили выздоровевшую куноичи в ее "родное" логово. Так, казалось бы, чему здесь смущаться? Майки же не мог просто взять и спихнуть ее на грязный бетонный пол, в конце концов! Слишком уж он был добрый и воспитанный. И все же, Алопекс растерянно притихла на своем новом месте, опустив уши и молчаливо взирая на отдувающегося, чуточку даже покрасневшего после "принятия на грудь" откормленной мутантки и увесистой металлической балки паренька, молчаливо слушая то, что он ей говорил. Заостренная лисья морда при этом отразила самое искреннее раскаяние. Ну да, верно, зря она туда залезла и вообще его напугала... Он ведь мог серьезно ушибиться.

Прости... — пристыженно откликнулась Алопекс, чуть опустив голову, но все-таки не отводя взгляда от широкого веснушчатого лица своего приятеля. Пробыв целую неделю в его компании, девушка как-то незаметно для себя самой начала перенимать отдельные черты характера Микеланджело — например, любовь к розыгрышам и веселым проказам. И теперь неосознанно их воспроизводила: то были ее попытки найти свое место в этом новом, пока что мало знакомом ей мире. Примерно также ребенок копирует модели поведения родителей и других взрослых, за которыми ему довелось наблюдать какое-то время... И пускай роль завзятого шутника пока что давалась ей с трудом, Алопекс чувствовала, что ей нравится вести себя подобным образом. В глубине ее прозрачных, бледно-желтых глаз, несмотря на охватившую девушку вину, до сих пор плескались нотки тщательно сдерживаемого веселья: все же, Майки очень забавно вопил, когда пугался чего-то... "Я больше не стану так делать," — хотела было добавить Ло к своим извинениям, но все же придержала язык за зубами, понимая, что вряд ли сможет сдержать это обещание. Вместо этого, мутантка еще разок покосилась вниз, решая, стоит ли ей слезть с чужих коленей, или же можно и дальше сидеть на своем месте, покуда Майки сам не захочет встать. Вообще-то, так ей было вполне комфортно и тепло... Да и близость подростка вовсе не отталкивала лисицу, скорее, наоборот, ей было приятно находится рядом с ним, ведь он даже пах по-особенному, свежей выпечкой и прочей вкуснятиной. Украдкой втянув носом этот едва уловимый запах, Алопекс по-звериному встряхнулась верхней частью своего тела, избавляясь от приставшей к меху пыли и мелкой каменной крошки... и только после этого обратила внимание на странный предмет, что весельчак держал в своих руках — кажется, она уже видела его, причем не один раз, в то время, пока гостила у черепашек и их пожилого сэнсэя.... Устройство больше всего напоминало ей обычный магнитофон, но казалось меньше и компактнее. Интересно, зачем Майки притащил его сюда? — Ага, скучала, — рассеянно, но вполне честно откликнулась Алопекс на последний вопрос друга, после чего вопросительно ткнула когтем в бумбокс. — Мы будем слушать музыку? — ей нравилась музыка. В логове черепашек ее можно было довольно-таки часто слышать то из одной, то из другой комнаты, а иногда ритмичные мелодии лились со стороны гаража — приглушенные, но все-таки хорошо различимые. Пару раз Ло даже останавливалась, чтобы нарочно к ним прислушаться, и пускай смысл большинства песен оставался для нее несколько... размытым, девушка все равно наслаждалась этими мгновениями. Наверное, Майки заметил это и решил, что его приятельнице будет гораздо веселее, если она сможет слушать музыку и у себя в логове... Однако, как выяснилось вскоре, шутник придумал кое-что гораздо интереснее. Отведя взгляд от магнитофона, Алопекс изумленно уставилась на собеседника, решив поначалу, что он шутит.

Танцевать?... — эхом откликнулась лиса, чувствуя себя заведенной в тупик сим неожиданным предложением. Разумеется, она знала, что такое "танцы", но, опять же, ей ни разу не приходило в голову попробовать это самой. Вообще-то, идея и впрямь была интригующей, и Алопекс совсем не возражала против того, чтобы взять у Майка пару простеньких уроков, тем более, что, как она сама уже успела выяснить, этот мутант умел неплохо отплясывать — достаточно было вспомнить, как он тряс, эээ... хвостом на кухне в их первое утро в черепашьем убежище. Такое зрелище черта с два выветрится из памяти! Но... перспектива покинуть ее безопасный угол, пускай даже в компании Микеланджело, сильно напугала воительницу. Да, именно что напугала: если вспомнить, Алопекс в принципе старалась как можно реже покидать свою темную и промозглую башню, дабы не столкнуться лишний раз с бывшими со-клановцами. А тут... Майки предлагал не только выбраться наружу, но и устроить развеселые танцы под луной, включив музыку на полную громкость и даже не пытаясь укрыться от посторонних взглядов. Страшно представить, как много солдат фут могло слететься поглазеть на сей открытый урок... Едва подумав об этом, Алопекс ощутила, как неприятно вздыбилась шерсть на ее затылке. Нет-нет-нет... глупая, опасная затея! Вся опасливо замерев, девушка даже не отреагировала на протянутую ей сумку со свежими продуктами — хотя Майки, должно быть, убил целый день на готовку, лишь бы порадовать свою вечно голодную подругу.

Прокатимся... на скейте... — все еще ошеломленная услышанным, Алопекс как-то упустила из виду тот момент, когда Микеланджело все-таки начал подниматься на ноги, одновременно с тем заботливо придерживая лису за талию, чтобы та не скатилась кубарем с его коленки. И лишь сполна осознав смысл его слов, суетливо соскочила на пол и отпрыгнула на пару шагов, в спешке даже слегка оцарапав щиколотку мутанта когтями. Ну упс. — Погоди! — воскликнула она, широко распахнув глаза и как-то даже беспомощно глядя на Майка снизу вверх. — Я... я не уверена, что это удачная затея. Меня ведь ищут по всему городу, помнишь? — девушка отступила еще дальше в тень, все также неуверенно вздернув худые плечи и обхватив себя за локти. — Что, если... если футы нас заметят? Может, лучше остаться здесь? Здесь безопаснее, — поток неуверенного бормотания был довольно-таки решительно пресечен оптимистичными увещеваниями Майка, и Ло невольно смолкла, однако, по-прежнему не демонстрируя столь яркого энтузиазма, коего, должно быть, добивался от нее шутник. Тем не менее, когда Микеланджело с лучезарной улыбкой сграбастал мутантку за руку, буквально силком вытащив обратно в пятно яркого лунного света, та не стала проявлять особого сопротивления: во-первых, Майк все равно был гораздо, гораздо сильнее, и не только в физическом плане — исходящие от него волны тепла и уверенности с пугающей легкостью рассеивали любые проблески страха в душе мутантки, вынуждая ее проглотить собственные неубедительные доводы в пользу того, чтобы остаться этой ночью в укрытии. Во-вторых, Ло отчаянно не хотелось выглядеть конченной трусихой в чужих глазах. А еще, лисица опасалась обидеть приятеля своим решительным отказом — он ведь, черт возьми, так старался, чтобы она не скучала! Словом, Алопекс почти не трепыхалась, и на повторное требование Майка вскарабкаться на его панцирь ответила хоть и молчаливым, но все же беспрекословным повиновением, покорно запрыгнув на покатый карапакс, где и устроилась на манер здоровенного белого кошака, покрепче вцепившись лапами в костяной воротник мутанта, так, чтобы случайно не порвать когтями ткань его обожаемой темно-серой жилетки. Роскошный хвост песца при этом на мгновение обвился вокруг пластрона черепашки, а затем вновь расслабленной колбаской повис за их спинами, чтобы не мешать дальнейшему продвижению подростка.

Только давай не терять бдительности, — тихо произнесла Ло на ухо другу, с опаской высунувшись из-за его мускулистого плеча. — Ладно? Я не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое.

+2

9

She says she's no good with words but I'm worse
Barely stuttered out
«A joke of a romantic» or stuck to my tongue
Weighed down with words too over-dramatic
Tonight it's «it can't get much worse»
Vs. «no one should ever feel like.»

  Она выглядела не слишком то воодушевленной.

Задорная улыбка Микеланджело даже на полминутки исчезла, сменившись до крайности усталой и раздосадованной миной - в самом деле, он уже столько раз все это слышал. Вот скука то, а. Туда не ходи, то не делай. "Там может быть опасно!" - не эту ли фразу до безрассудства обожали Дон и... Лео. Черт, а ведь действительно, как часто старший брат бухтел у нашего оболдуя над ухом, пичкая его нравоучениями, буквально на пальцах показывая Майку, насколько безрассудны его желания и глупы поступки, словно  матушка Готтель прыгая вокруг Рапунцель, обматывая вокруг весельчака его оранжевую маску за неимением волшебных, золотых волос. Дурацкие правила. Глубокая складка промежь бровных дуг стала еще глубже, на долю секунды нагнав на лицо шутника мрачную, черную тень - воспоминания о старшем брате-предателе были не лучшим моментом перед запланированным весельем. К черту. К черту, черту все эти заморочки и опасения, хотя, если так прикинуть, Алопекс то права была - но Майку сейчас меньше всего хотелось думать об этом. Вновь просияв улыбкой, как ни в чем не бывало, весельчак бодро пожал плечами, равнодушно махнув в сторону широкой лапой - ой да подумаешь в самом деле. Что они, зеленые что ли? В смысле опыта, не цвета конечно!
- Брось, - фыркнул парень, ловко перехватывая широкую кисть песца в свою ладонь, осторожно, но крепко ее сжав и навязчиво потянув девушку ближе к себе, вынуждая выйти из тени на рваное пятно лунного света, - Чего боятся, когда с тобой такой большой, сильный и смелый я? - залихвастская улыбка юноши стала чуть шире и черепашка озорно подмигнул своей новой подруге, кивнув себе за плечо, - Если так рассуждать, дык и состариться то можно, в четырех стенах сидючи. Знаешь сколько всяких поговорок есть? Волков не бояться, в лес не ходить. Кто не рискует - тот не пьет шампанского! Не спрашивай меня, что такое шампанское, какая-то французская дрянь которую пьют аристократы за обедом. Не парься детка, - он выпустил Ло из цепкой хватки и крутанулся на месте, подставив куноичи свой покатый карапакс, упираясь руками в жесткие, перетянутые бинтами-эластичной обмоткой колени, - Ну давай, полезай.
Дождавшись, пока Ло наконец вскарабкается на его панцирь, Майк успел почувствовать себя зрелой дамой в меховом манто, едва не запутавшись в пышной шерсти огроменного хвоста, подросток выпрямился, с кряхтением поправив широкие лапы лисицы, слегка неуклюже свешивающиеся по обе стороны ребристых боковин костяной защиты мутанта. На самом деле ее вес он не ощущал от слова вообще. Зато парень представлял себя утопающем в курином пухе. Помниться однажды, по молодо... ну когда ему было лет этак 8, он выкрал у братьев подушки и вывалил из них пух и перья на пол в доджо, где с удовольствием рухнул на эту белую перину затылком вниз. Примерно так и ощущал себя Микеланджело сейчас, оказавшись под толстым, теплым слоем лисьего меха, щекочущего ему затылок... вместе с тонкими усами, на носу его спутницы, когда Ло сунулась мордашкой к виску Майка. Он аж сдавленно хихикнул себе под нос.
- Как ты там? - "подбросил" девчонку на спине он, мотнув головой, чтобы длинные ленты банданы оказались у него спереди, прикрывая пластрон и весело позвякивающие "брюлики" на жилистой шее, - Хорошо устроилась? Удобно?
Увы, он не мог посмотреть, насколько хорошо устроилась его пассажирка на костяном горбу юного мутанта, так что оставалось уповать на то, что девчонку не сдует с его спины при бешеных скачках лягушонка-Майка... и что с нее не облетит вся шерсть. Она там прочно ведь к коже приклеена? Надежно?
Подпрыгнув для верности, как-бы проверяя, не слетит ли с него его пышнохвостый груз снежным кулем, Майк с ухмылкой вдарил пяткой по краю скейт-доски, ловко подкинув тот вверх, затавив совершить в воздухе со свистом пару оборотов, и подхватив подмышку, быстро наклонился сграбастав в другую лапу затасканный бумбокс, - Ох, да не бойся крох, - попытавшись заглянуть в глаза лисе, парень повертел лобастой головой по сторонам, а затем так и вовсе запрокинул ее вверх, - Я же большой черепашка, к тому же вспомни, как я навалял тем футам в подворотне, а? Как раскидал их! - ... и благополучно забыл, что был там вовсе не один! - Они там всю дорогу как котята пищали. Потому что я крутой, потому что я сила, я мощь, я огонь, я сме... кхм... кхм... - заметив, как напряглась Ло, тут-же закашлялся юноша, скромно отодвинув ногой притащенный им хавчик в темный угол и смиренно потопав в сторону "парадного входа" - огромной дыре в кирпичной стене, через которую, он, собственно и пришел сюда, - Как-нибудь я дам тебе почитать "Хоббита", и "Властелина колец", - скинув скейтборд на землю, парень наступил на него ногой, удерживая на месте и отодвинув доску к длинным, ржавым трубам, что исчезали прямо в застывшем уродливыми подтеками сером бетоне. Покрепче прижав к себе магнитолу, и одной рукой поправив сползшее худенькое тельце песца, Микеланджело с глубоким вздохом обратил взгляд в сторону бесконечных переплетений балок  впереди, напоминающих лес густой, и внушительный, черный силуэт крана на фоне вечернего неба сохранившего красноватые оттенки фактически растворившегося в полумраке заката. Сквозь эти затейливые переплетения прекрасно видно отполовиненный лик луны - так высоко ею можно налюбоваться всласть и не сетовать на уродливые коробки высоток, заслоняющие всю природную красоту ночи. Порывистый ветер в очередной раз нервно дернул выглядывающие ленты оранжевой маски - Майк поймал их и скомканно запихал под воротник.
- Поехали? Держись крепче, и не вздумай отпускать, готова?
Впрочем он не стал дожидаться ее ответа.

I'm two quarters and a heart down
And I don't want to forget how your voice sounds
These words are all I have so I'll write them
So you need them just to get by

Со стороны могло сложиться впечатление, что подросток совершенно неожиданно ступил прямо в пропасть, мгновенно исчезнув из виду, вместе с белом комком шерсти на своих плечах - только и мелькнул на прощание кончик вставшего дыбом, круглого хвоста. Кажется можно даже расслышать падение огромного зеленого тела в пустоту... Хотя нет - в бреющем полете ступни черепашки довольно прочно, словно прилипли к кажущемуся таких хрупким под его мускулистой массой плоскому куску дерева и пластика, местами высекая целый сноп ярких искр при трении металлического составляющего дна любимого борда и ржавой поверхности, балансируя и покачиваясь, с заливистым гоготом, явно получая искреннее наслаждение от своего безумного полета, весельчак пулей пронесся прямиком до широких труб, составляющих грузный остов крана, кажется едва не врезавшись в него со всего маху пластроном. Цепко перехватив лапами одну из перекладин и одним движением захватив скейт под сгибом колена, юноша со свистом описал дугу и с грохотом шлепнулся пятой точкой на очередную широкую железку, заставив ее мелко задрожать и аж прогнуться вниз. Уж не забыл ли он о невесомой Ло за спиной, вцепившейся в обезумевшего "спидстера" всеми имеющимися когтями?
Нет, как оказалось.

- УХ! - задыхаясь от восторга хрипло выдохнул шутник, глянув себе под ноги, все еще зажимая коленом потертый скейт, - Быстрее получилось, а? - и действительно. Половину пути до земли они точно срезали, и теперь колотый асфальт вперемешку с грязной землей был всего в десятке метров ниже. Только и оставалось, что мартышкой пропрыгать по стенкам. Перехватив доску, Микеланджело закинул ее на плечо, предлагая своей ошалевшей от быстрого спуска спутнице забрать ту к себе. Тяжелый бумбокс бы она вряд ли где-то смогла устроить за затылком парня. - Погнали дальше?


Майку нравилось вот так свободно скользить по крышам, гоняя голубей и прыгая через чердачные будки. И в этот раз он не без гордости старался показать бдительно зыркающей по сторонам девушке все свои навыки профессионального скейтбордиста. Пару раз они даже останавливались по воле самого Майкстера, потому что "здесь идеальное место чтобы показать тебе парочку трюков". И каждая похвала, или восхищение, слегка неуклюжее и от того безумно милое, заставляло черепашку гордо задирать нос и сиять веснушками и улыбкой, шутливо раскланиваясь перед своими зрителями в лице верной Алопекс. До места, которое он облюбовал для танцев в лунном свете, парочка добиралась как-то ну до неприличия долго, задерживаясь на площадках-хафпайпах и устраивая показательные выступления. Ведь черепашка даже поставил мутантку лично на доску, искренне забавляясь ее попыткам вырулить вокруг торчащего дымохода котельни, то стоя на задних лапах, то устало плюхнувшись на задницу и проехавшись на скейте, словно на санках. Тогда юноша не сдержавшись, присоединился к своей спутнице, лично покатав девушку на скейте, стоя на нем одной ногой и подпирая своей широкой ступней худую спинку песца. Правда в итоге перистая шерсть хвоста застряла в колесиках, так что от этой затеи пришлось отказаться.

Они вдоволь повеселились.

Не смотря на то, что до просторных крыш фабричного здания по производству игрушек, добираться всего ничего, ребята со своим тихоходством были на месте только через полтора часа, после того, как покинули нору бывшей воительницы Фут.

- Отлично, мы пришли, - запыхавшийся черепашка размашисто бухнул затасканный, многострадальный бумбокс на невысокий бордюр, охватывающий периметр их танцевальной площадки. Как ни крути, а отличное место он нашел! Отпнув ногой с тарахтением укатившийся в сторонку скейт, мутант отвел руки назад, снимая со своего карапакса свою молчаливую пассажирку и усаживая ее рядом  с магнитофоном. Глянув за пределы их танцпола, Майк с задорной ухмылкой глянул на тихо-мирно застывшую у его бока лисицу, - Видишь? Никого нет, и никто нам не помешает. Звуки завода заглушат музыку внизу, а нам и так неплохо. Верно? - снова одарив девушку одной из самых своих радужных улыбок, парнишка уверенно ткнул пальцем в панель, выпустив одним движением ритмичную волну. немного времени у юноши ушло и на то, чтобы выбрать нужную песню, а когда он убедился, что играющее в колонках создает должное настроение, с минуту постояв над аппаратурой, притоптывая носком и покачивая головой в такт  мелодии, он попятился назад, разведя широченные лапы в стороны, словно призывая Алопекс - смотри на меня. И не забудь поапплодировать танцору потом!

Быстро посмотрев вниз, Майк странно причмокнул, словно ему отчаянно не нравился пыльный пол, а вернее, крыша старого здания. В принципе так оно и было. С тоской посмотрев на свою мозолистую, широкую лапищу, словно сейчас вот с ней собирался расстаться раз и на всегда, парень резко нагнулся, встав в стойку на одной руке, грациозно, не смотря на габариты дрыгнув слоновьими ступнями в воздухе, - Надо было захватить с собой хоть картонку, но что поделаешь. Не отказываться же от этого, верно? Из боязни испачкать руки! - снова сверкнул улыбкой черепашка. Знатно перепачкав не только ладони, но и длинные оранжевые ленты, Майк снова принял положение твердо стоя на широких ступнях и ткнул в собственную грудь двумя большими пальцами, - Гляди сюда малышка. В танце главное - ритм. Это как тренировка, или бой, ну ты знаешь, главное вовремя... правильно поставить ногу, отодвинуть руку, и уклониться. При этом твои движения сочетаются и выглядят очень красиво, плавно. Ритмично короче. Тело должно двигаться... вот так... Давай Снежинка, иди ко мне, попробуй повторять за мной. У тебя получится, Ло!

Dance, Dance
We're falling apart to half time
Dance, Dance
And these are the lives you'd love to lead
Dance, this is the way they'd love
If they knew how misery loved me

+2

10

Хотелось бы ей с такой же несокрушимой уверенностью относиться ко всему происходящему, не испытывая страха и разумных опасений по поводу успеха предстоящей им миссии!...

Все еще порядком напряженная, Алопекс слегка поерзала на сгибе чужого панциря, выискивая наиболее удобную позу — как для себя, так и для Микеланджело. Хорошо, что она была такой мелкой, иначе Майку наверняка пришлось бы поддерживать ее упитанный задок обеими руками. А так, Ло просто скрючилась на самой вершине черепашьего карапакса, покрепче ухватившись лапами за сколотые края костяного "воротника" и гибко поджав мохнатые колени, предоставив юноше полную свободу действий. Чем он и воспользовался, тут же подхватив доску для скейтбординга и смело приблизившись к краю лестничной площадки, явно вознамерившись перемахнуть обратно на строительный кран. Вопреки ожиданиям, лиса не продемонстрировала какого-либо страха при виде глубокой черной бездны под ногами юного мутанта: она и сама зачастую спрыгивала отсюда вниз, желая сократить время на спуск, и в принципе не особо страшилась высоты, зная, что здесь ей всегда найдется за что схватиться лапой — путь до земли был слишком хорошо ей знаком. Потому девушка лишь коротко кивнула в ответ, подтверждая свою готовность к предстоящему прыжку, и пусть Майки не мог этого увидеть, он, судя по всему, не шибко озаботился царящим за плечом сосредоточенным молчанием, предпочтя не тратить время на пустые уговоры и сразу приступив к делу. Буквально.

"Мамочки!" — вообще-то, Ло всегда считала себя достаточно смелой и даже на редкость отчаянной персоной, но куда ей было тягаться с самоубийственной бесшабашностью Микеланджело! Вместо того, чтобы взять предварительный разбег и просто аккуратно перескочить на строительные леса, черепашка предпочел с одного шагу низринуться в темневшую под ними пропасть, с хриплым, улюлюкающим воплем промчавшись на доске по совершенно отвесной каменной стене, налету высекая яркие желтые искры. Больше всего это походило на вертикальный спуск в хорошо известных всем американских горках, только без ремней безопасности и какой-либо страховки. Ничего удивительного в том, что даже у храброй старушки Алопекс аж шерсть дыбом встала: поначалу широко распахнув свои бледные глазищи, мутантка сама не заметила, как скользнула обеими ладонями за край чужого панциря и крепко обхватила жилистую шею подростка, прижавшись пушистой щекой к его затылку, и еще несколько секунд с затаенным дыханием следила за стремительно приближавшейся к ним земной твердью, но затем, не удержавшись, все-таки крепко зажмурилась и спрятала заостренную мордашку, точно это могло спасти их от неминуемого столкновения с грязным асфальтовым покрытием. Дальнейшие мгновения были заполнены леденящим страхом и зловещим воем ветра в ушах, но затем их падение вдруг резко оборвалось: ухватившись лапами за одну из ржавых перекладин, Майк с проворством опытного циркового акробата перебросил через нее свое накаченное, обманчиво-массивное тело и с характерным стуком приземлился задницей на холодный металл. Где и счел нужным вежливо осведомиться по поводу самочувствия своей хвостатой приятельницы — мол, ну чо там, как ты там, родная? Лишнего кирпичика случаем не найдется, а то и полноценного бетонного блока?

"Я тебя убью," — беззлобно пообещала Алопекс вместо ответа, нехотя вынырнув из-за накаченного веснушчатого плеча и коротко покосившись вниз, дабы оценить оставшееся до земли расстояние. Ладно... в конце концов, она и сама была ярой любительницей экстремальных спусков, разве не так? Просто она привыкла делать это самостоятельно, а не болтаясь мешком на чужой спине. Разомкнув жаркое кольцо объятий, грозившее рано или поздно удушить ее сверстника, Ло сползла чуть ниже по выпуклой поверхности круглого черепашьего панциря, и только после этого все же решилась подать голос, понадеявшись, что Микеланджело не заметит ее испуга. Мутантке вовсе не хотелось выглядеть трусихой в его глазах.

Неплохо, — сдержанно откликнулась она, вновь переведя взгляд на видневшуюся ей часть пухлощекого, усыпанного веснушками лица. — Только в следующий раз лучше дай мне заранее какой-нибудь пакет, чтобы я не испачкала тебе жилетку... опять, — с иронией добавила Ло, вскользь проведя самым кончиком хвоста по носу озорно ухмылявшегося ее словам подростка, так, что тот аж оглушительно чихнул на всю стройку — так тебе и надо, хе-хе. Покорно перехватив врученный ей бумбокс, Ло быстрым движением сунула крохотный магнитофон себе под мышку и снова покрепче вцепилась свободной рукой в капюшон горячо любимой Майком накидки. Н-но, лошадка! Как, должно быть, забавно они смотрелись в тот момент со стороны: полярная лисица-мутант с музыкальным коробом в лапах, верхом на черепашьей версии Соника в ярко-апельсиновой повязке ночного мстителя, в свою очередь, пафосно разъезжающим по городу на разукрашенном скейте... Ей-богу, это даже звучало смешно, будто начало какого-то плохого анекдота.

И они шли танцевать!

Yeah, you could be the greatest, you can be the best
You can be the King Kong banging on your chest
You could beat the world, you could beat the war
You could talk to God, go banging on his door

По мере того, как оба мутанта все больше отдалялись от заброшенной новостройки, служившей временным пристанищем Алопекс, угрюмая настороженность последней медленно сходила на нет. И пускай бывшая ученица Шреддера ни минуты не прекращала вертеть ушастой головой по сторонам, рыская взглядом по окрестностям и без устали высматривая в густых тенях силуэты наемников из теперь уже вражеского для нее Клана Фут, внешне она казалась куда более спокойной, чем в тот момент, когда они с Майком еще только-только собирались покинуть логово. Во многом, конечно же, это была заслуга самого Микеланджело: паренек делал все возможное (и невозможное тоже), лишь бы удержать на себе внимание лисицы, призывая на помощь весь свой талант непризнанного скетбордиста. И как бы ни была сильна тревога его пушистой знакомой, та все же не могла не отдать должное его стараниям. Весельчак с поразительным для его более чем внушительного телосложения проворством перемахивал через различные препятствия, будь то неожиданно выскочившая из темноты старая дымовая труба, или узкий провал между стенами близ построенных домов, или хаотично проложенные тут и там вентиляционные шахты, причем так быстро и легко, что Ло периодически приходилось срываться на бег, лишь бы не отстать от своего гиперактивного приятеля. Пару раз она даже теряла его из виду, но, к счастью, Майки просто не умел хранить молчание дольше нескольких секунд, так что Алопекс довольно легко находила его по голосу либо (чаще всего) заливистому, дразнящему хохотку. Вот еще одна поразительная особенность шутника: он совсем не боялся привлечь к себе чужое внимание. Да, на крышах совсем никого не было, кроме них двоих, но, все-таки, Алопекс старалась вести себя гораздо тише и осторожнее. Просто потому, что она привыкла всегда держать уши на макушке, в прямом и переносном смысле этих слов: мало ли, какая опасность могла подстерегать за ближайшим углом? Но рядом с Микеланджело, любая конспирация вмиг летела куда-то в глубокие тартарары. Не раз и не два Ло хотела сделать ему замечание, но всякий раз слова замирали у нее на языке, так и не обретя звучания — растерянная и временами даже откровенно сбитая с толку чересчур беззаботным поведением мутанта, Алопекс только и могла, что просяще коснуться пальцем собственных губ, призывая Майка с тишине, но все ее вялые попытки, разумеется, были изначально обречены на провал. В конце концов, девушка и вовсе от них отказалась, решив, в случае чего, просто молча сгрести юношу в охапку и рывком уволочь поглубже в тень, невзирая на большую разницу в размерах. Но время шло, а опасностью даже не пахло, и постепенно Алопекс расслабилась до такой степени, что даже сама начала принимать участие в разбитных трюках Микеланджело, а разок даже, забывшись, восхищенно поаплодировала ему в ответ на очередной головокружительный прыжок, впрочем, тут же пугливо опустившись на корточки и завертев треугольными ушами по сторонам — вдруг кто-нибудь услышал?

Тяжело это было, в один вечер отказываться от въевшихся в кожу привычек... И тем не менее, она старалась из-за всех сил, тщетно пытаясь избавиться от терзавшего ее изнутри беспокойства. Получалось топорно, но все же, Майку удалось отвлечь свою приятельницу от постоянных оглядок через плечо, без лишних церемоний поставив отнекивавшуюся мутантку на свой скейт и заставив ее опробовать сей непривычный для нее вид экстремального спорта. Как выяснилось, разъезжать по крышам на доске — та еще задачка; Ло честно старалась объехать возникавшие на ее пути препятствия, и вроде бы даже неплохо держала равновесие, но в итоге быстро сдалась и, поразмыслив, просто уселась на свою пушистую пятую точку, предоставив Майку возможность перехватить инициативу в собственные руки. Ловко встав на скейт позади отдыхающей Алопекс, юноша с веселым смехом провез ее через всю площадку, да так живо, что аж дух захватывало... Веселье оборвал некстати зацепившийся в колесо клочок белоснежного лисьего меха, и в течение следующей четверти часа, Микеланджело с добродушным фырканьем выпутывал хвост подруги из захватившего его "плена", пока Ло молча дула щеки и пучила глаза в героических попытках сдержать рвущийся наружу жалобный скулеж — нет, ну больно же, черт возьми!... Едва оказавшись на свободе, Алопекс мстительно сдернула с Майка его огненную повязку и еще какое-то время ураганчиком носилась по крыше, улепетывая от вопящего в шутливом негодовании подростка: будет знать, как над ней смеяться!

You can throw your hands up, you can be the clock
You can move a mountain, you can break rocks
You can be a master — don't wait for luck
Dedicate yourself and you can find yourself

Вдоволь набесившись, ребята, в конце концов, достигли своей цели — и целью этой, к легкому недоумению воительницы, оказалась широкая полупустая площадка на вершине какого-то крупного промышленного здания. В то время, как Майки с донельзя довольным видом настраивал радиоприемник, его спутница с пристальным вниманием изучала окрестности, сразу же отметив, что крыша, на которой они сейчас находились, слишком уж хорошо просматривалась. Единственным более-менее адекватным укрытием в радиусе доброй полусотни метров казалась высокая водонапорная башня, но и та не могла отбросить достаточной тени, чтобы скрыть мутантов от посторонних глаз. Разумеется, все это не могло внушить Ло достаточного спокойствия, и она вновь дала волю своим потайным страхам, с различимой нервозностью махнув хвостом из стороны в сторону: может, все же стоило найти какое-нибудь другое, менее открытое место?... И уж тем более не стоило так громко включать этот дурацкий магнитофон! Девушка аж дернулась всем телом, едва по ушам ударили первые ноты незнакомой музыкальной композиции, и тут же бросила почти умоляющий взгляд в сторону Майка. Нет, ну правда, нельзя ли потише? Слова и ободряющая улыбка шутника, увы, ни капли ее не успокоили, и Ло еще раз настороженно огляделась вокруг, прежде, чем опасливо усесться на краешек невысокого каменного бордюра и вновь переключить свое внимание Микеланджело, к тому времени уже успевшему встать на крыше вверх тормашками. Вот ведь неугомонная душа! Алопекс едва слышно вздохнула, пронаблюдав за тем, как юноша снова твердо встает на ноги и небрежно отряхивает ладони от прилипшей к ним грязи. Ладно... Хорошо, допустим, благодаря шумно грохочущему внизу заводскому цеху, их и вправду никто не услышит. Но что, если их кто-нибудь увидит?

"Он совсем ничего — и никого — не боится," — не то с недовольством, не то со сдержанным восхищением подумала бывшая наемница, не сводя глаз с рослой фигуры черепашки. Разноцветные электрические огни жилых окон и слепящих неоновых вывесок четко обозначали его контур на фоне сияющих небоскребов Манхэттена, и этот фон удивительно ему шел. Микеланджело вообще сам по себе был подобен яркому, переливающемуся всеми цветами радуги огню, и смотреть на него было сплошным удовольствием... Особенного, когда он так красиво и уверенно двигался, ничуть не смущаясь посторонних взглядов, а даже наоборот, словно бы намеренно приковывая их с своей искрящейся персоне. Алопекс против воли отвлеклась на рассматривание темного силуэта мутанта, не забывая, впрочем, внимательно прислушиваться к его словам. Голос Майка вообще неплохо ее успокаивал, да и в целом Ло, безусловно, было очень интересно слушать его объяснения, такие простые и доступные, в отличие, к примеру, от совершенно заоблачных нотаций Донателло. Проведенная юношей нехитрая параллель между танцем и искусством боя пришлась Алопекс по вкусу: прежде она никогда не задумывалась ни о чем подобном, да и вообще не представляла себя радостно отплясывавшей под заводную музычку из дешевых колонок. Согнув одну лапу в колене, она покрепче обхватила ту руками, с расслабленным и одновременно ужасно задумчивым видом устроив заостренную мордочку поверх. Изжелта-черные глаза зачарованно следили за каждым движением ее "учителя", оценивая всю красоту и смелость его движений. Майки и раньше пританцовывал от радости либо скрытого нетерпения на глазах у недоумевающей лисицы, но Ло еще ни разу не видела, как он танцует в полную силу... Казалось, что это не Майк подстраивался под музыку, а музыка подстраивалась под него самого — и это зрелище не только изумляло, но поистине завораживало.

Как бы ей хотелось научиться чему-то подобному.

Standing in the hall of fame
And the world's gonna know your name
Cause you burn with the brightest flame
And the world's gonna know your name
And you'll be on the walls of the hall of fame

Словно прочитав мысли девушки, Микеланджело немедленно предложил ей присоединиться. Ло невольно ужаснулась сей перспективе, представив, как нелепо она будет смотреться рядом с таким опытным и умелым танцором — нет, ну правда... Имело ли смысл вообще все это повторять, зная, что она все равно никогда не достигнет такого же уровня? Алопекс отрицательно покачала головой в ответ, сочтя как минимум недостойным становиться рядом с Майком и портить его танец своими неумелыми движениями.

Нет-нет, ты продолжай... у меня вряд ли так получится, — тихо откликнулась она, приподняв когтистую ладошку в вежливом отказе, но Майка это ни капли не смутило. Его широкая зеленая кисть уверенно перехватила запястье мутантки, заставив ее с протестующим ойканьем вскочить с нагретого местечка и сделать пару запинающихся шагов вперед, буквально силком вытащив девушку на импровизированную "сцену". — Майки!... Я же совсем так не умею... — протестующе, с явной досадой в голосе воскликнула Алопекс, нехотя становясь сбоку от иронично усмехавшегося подростка. Тот и не думал останавливаться, продолжая легко пританцовывать на месте и подавая лисице свой задорный пример. Волей-неволей, а Ло пришлось задвигаться в одном ритме с приятелем, поначалу весьма неуверенно перетоптываясь с лапы на лапу и покачивая в воздухе пышными бедрами и хвостом. Что ж, ладно... В конце концов, это было не так уж и сложно. По-крайней мере, ничуть не сложнее, чем повторять какие-то простые боевые приемы во время тренировки с учителем Шреддером... и намного приятнее, учитывая, что сейчас ее мастером был не жесткий и требовательный Ороку Саки, а добряк Микеланджело, готовый в любой момент подхватить ее либо дать ценную подсказку. Впрочем, и этот малый был полон сюрпризов! Заметив, как тот совершенно неожиданно развернулся в противоположную сторону, вопреки навязанному ей ритму, Ло в последний момент успела крутануться следом, невольно повторяя чужую импровизацию. — Эй! — деланно возмутилась она, впрочем, и не думая скрывать веселых ноток в собственном голосе. Уверенность ее росла, и теперь уже лисица с относительным успехом копировала все более и более сложные движения, "подбрасываемые" ее юным учителем танцев; совсем без промашек, конечно, дело не обходилось, но от того им было еще веселее и интереснее. Особенно, когда сам Микеланджело едва успел повторить неожиданно смелое движение Алопекс, решившей, в кои-то веки, выделиться и показать своему другу, что и она тоже на кое-что способна. Синхронно прогнувшись, ребята на мгновение замерли в низшей точке, обратив свои лица к темным небесам и держа спины параллельно земле — а затем плавным броском вышли из этой позиции, позволив музыке взять полный контроль над их телами.

Be students, be teachers, be politicians, be preachers
Be believers, be leaders, be astronauts, be champions
Be true seekers

В какой-то момент, плавно развернувшись после очередного импровизированного танцевального па, Майки мог обнаружить, что его подруги более нет рядом: опустив ушастую голову, пристально глядя себе под ноги, Алопекс теперь уже в одиночку кружилась по крыше чуть поодаль от замершего на месте мутанта, с каждым новым оборотом поочередно приподнимая то правую, то левую лапу, старательно вторя этим незамысловатым шагом звучавшему в воздухе четкому барабанному ритму. Поначалу все такая же внимательная и сосредоточенная, лисица постепенно расслаблялась, и движения ее становились все более и более раскрепощенными. Ло уже фактически не задумывалась о том, насколько правильно она двигалась, просто наслаждаясь захлестнувшим ее ощущением абсолютной свободы. Музыка струилась сквозь все ее существо, точно вода сквозь песок, принося с собой неведомые спокойствие и умиротворение; ни редкие дождевые капли, то и дело ударявшие ее по взъерошенному белому меху, ни холодные порывы ветра, ни отдаленный шум мегаполиса — ничто из этого сейчас не могло отвлечь девушку от ее бесхитростного, такого легкого и воздушного танца. Наконец-то слова Микеланджело начали обретать свой истинный смысл... Расслабленно сомкнув веки, Алопекс, наверное, впервые в жизни позволила себе забыть обо всем на свете, включая бесчисленные страхи и тревоги, которые так долго терзали ее измученный рассудок. Она так устала вечно чего-то бояться, и искать ответы на беспокоившие ее вопросы о смысле собственного существования... Какая к черту разница, зачем ее создали и кем ей предстояло стать в дальнейшем? Человек, мутант или же дикий зверь, главное, что она все еще была жива и могла свободно дышать, полной грудью вбирая в себя прохладный ночной воздух, наслаждаясь каждым мигом своего пребывания в этом огромном и странном мире — не в этом ли заключалось ее подлинное счастье? Запрокинув голову к звездам, Алопекс сама не заметила, как ее тонкие черные губы, кажется, впервые в жизни растянулись в искренней улыбке, вмиг осветившую всегда такую серьезную, совершенно безэмоциональную лисью морду... А затем неожиданно сорвалась в высокий прыжок, залихватски взметнув в воздухе пышным снежным хвостом и подняв целый вихрь из опавших листьев и мелкого бумажного сора. В тот момент, когда ее лапы снова коснулись земли, Микеланджело уже был рядом с ней, с одобрительным смехом подхватив спонтанную выходку бывшей наемницы и точь-в-точь скопировав чужое приземление — чтобы в следующую секунду они уже оба продолжили сей неугомонный танец, избавясь от последних сдерживающих их цепей.

Standing in the hall of fame
And the world's gonna know your name
Cause you burn with the brightest flame
And the world's gonna know your name
And you'll be on the walls of the hall of fame

Страха больше не было.

Заливисто хохоча и обмениваясь широкими, задорными ухмылками, ребята то без капли смущения сходились вплотную друг к другу, то резво отпрыгивали прочь, то носились наперегонки, то с донельзя серьезными минами исполняли какие-то торжественные па, то просто бесились как ненормальные — словом, развлекались как могли, полностью забыв про всякую осторожность и не думая обращать внимание на то, что творилось вокруг. И чем дольше они танцевали, тем ярче сияли небеса над их головами, и легче становилось на душе; и казалось, что во всем мире больше не было никого, кроме них одних, вечно юных и бесконечно счастливых, упивавшихся каждым мгновением своей изумительной дружбы... Да, пожалуй, именно так это и можно было назвать. Теперь уже не было никаких сомнений в том, что они были друзьями — возможно, лучшими в своей жизни.

Как можно было думать о чем-то плохом в тот момент?

Yeah, you could be the greatest, you can be the best
You can be the King Kong banging on your chest
You could beat the world, you could beat the war
You could talk to God, go banging on his door
You can throw your hands up, you can be the clock
You can move a mountain, you can break rocks
You can be a master — don't wait for luck
Dedicate yourself and you can find yourself
Standing in the hall of fame

Последний сумасшедший оборот вокруг собственной оси — и земля резко уходит из-под ослабевших ног основательно запыхавшейся, безостановочно смеющейся Алопекс, отчего та с писком валится куда-то на спину, окончательно потеряв равновесие. И лишь крепкая лапа Микеланджело спасает ее от болезненного удара задницей о твердое бетонное покрытие, с легкостью дернув обратно мутантку обратно к себе; хохоча, ребята все-таки валятся в грязь, где и замирают на несколько долгих минут, едва ли не в обнимку сидя посреди крыши и тщетно силясь отдышаться после сумасшедшего танца под луной. Музыка в колонках затихает, оставив их наедине с собственным основательно сбитым дыханием и сдавленными смешками — что ни говори, а урок танцев удался на славу!

...у тебя нос запачкался, — остановив свой взгляд на довольной физиономии Микеланджело, Алопекс осторожным движением руки стерла пятнышко грязи с чужого носа и еще долю мгновения с улыбкой смотрела в прозрачные глаза мутанта, сама не подозревая, до чего непривычно радостным и умиротворенным казалось выражение ее заостренной лисьей мордахи. Наверное, стоило наконец-то сказать ему "спасибо"? За все, что он для нее сделал в эти чудесные, необыкновенные дни... Приоткрыв рот, Ло уже приготовилась было сполна выразить юноше свою благодарность, но в этот самый момент что-то заставило ее отвлечься. Смутная, едва уловимая тень промелькнула по лицу черепашки, и Алопекс немедленно дергано вскинула голову, настороженно скользнув взглядом по темному небосклону. Как раз вовремя, чтобы успеть заметить странный крылатый силуэт на фоне тускло мерцающих созвездий — слишком уж крупный для обычной птицы или летучей мыши, но все же отдаленно их напоминающий. Все радостное настроение как рукой сняло; резко попятившись на четвереньках прочь от недоуменно замершего мутанта, Ло с возрастающим страхом огляделась по сторонам, не сумев подавить сдавленного рычания. Взгляд бледно-желтых глаз беспокойно заметался туда-сюда, в тщетных попытках выискать источник смутного беспокойства. Как она могла позволить себе так надолго потерять бдительность?!

Майки... мне кажется, здесь кто-то есть.

+2


Вы здесь » TMNT: ShellShock » IV игровой период » [С4] Knock, knock, you about to get SHELL SHOCKED!