Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » Флешфорвард » [ФФ] Everything from the inside


[ФФ] Everything from the inside

Сообщений 11 страница 14 из 14

11

Чуткий натренированный слух не позволил Леонардо пропустить мимо ушей тихую, едва различимую догадку брата. Тем не менее, мечник смолчал, решив отложить на потом экскурсию по своим сложным отношениям с Караи, которые, в конечном итоге, и привели парня к столь печальному результату. Ведь ему предстояло начинать рассказ с самого первого дня, когда антропоморфная рептилия и девушка-куноичи сошлись в дразнящем поединке там, на крышах, а значительно ослабевшие связки уже всерьез грозили оставить лидера немым на довольно продолжительное время, если Лео не сделает хотя бы паузу в своем непростом разговоре с изобретателем.
Поэтому Леонардо был вынужден умолкнуть и прекратить любые голосовые потуги, оставив Донни наедине со своими домыслами. Он сидел словно гранитный истукан, полностью откинувшись на спинку кресла и прикрыв тяжелые, покрасневшие от череды бессониц веки. На первый взгляд могло показаться, будто черепашка задремал, предав свой утомленный мозг целебной силе легкого сна, но это было вовсе не так.
"Все так запутано, Ди, - мысленно ответил он брату, покачивая головой в знак не совсем точного вывода, к которому пришел техник, услышав про девушку. - Как бы мне рассказать... Может быть, одолжить у тебя твой блокнот для записей?" - Лео устремил, было, свой взгляд в сторону мастерской, однако ему все равно пришлось отказаться от подобной идеи. Для серьезного разговора по душам, который плавно тек между братьями, полтора-два  бумажных огрызка, выдранных из рабочей тетради шестоносца, явно окажется недостаточно, чтобы полностью прояснить брату ситуацию с принцессой Клана. Да и сколько ж времени Лео тогда будет писать свой необъятный роман? Час, два? Неделю?
Поди, "Войну и мир" и то быстрее родить можно.

Донателло прав. Первым делом, старшему необходимо восстановиться, привести мысли в порядок, да и собой бы не мешало заняться, чтобы хоть не падать каждый раз в обморок от собственного отражения в зеркале. Ну а затем можно и продолжить расставлять все точки над "Ё", попутно делясь своим богатым жизненным опытом под металлическим каблуком у Шреддера.
Только вот когда это снова случится? Может, горло восстановится не столь скоро, как бы ему хотелось, а такая грубая, хоть и вынужденная пауза, вряд ли пойдет на пользу дальнейшим попыткам лидера вернуть себя обратно в семью с чистой, как говорится, совестью.
"Сегодня, - украдкой покосившись на сгорбленную фигуру Донателло, который расположился на продавленном диване по соседству. - Прости, Ди, так надо".

Ему было больно видеть механика таким бесконечно усталым и осунувшимся, с пугающе мешковатыми веками от хронического недосыпа, без должного энтузиазма в поблекших глазах. Он вообще выглядел ничуть не лучше больного старшего - Лео очень хорошо теперь понимал, какой личный ад тот пережил за последнее время. Да и в целом, Донни, пожалуй, пришлось тяжелее всех остальных: он всегда был слишком сострадателен и целиком уходил в заботу о других, частенько забывая о самом себе.
"А я так и не поблагодарил его. Не успел..."

Леонардо стоило определенных усилий подавить в себе желание мотнуть головой, чтобы обозначить свой отказ от предложенного чая. В последнее время дружба с этим напитком у парня что-то совсем не клеилась, не считая, конечно, вчерашних посиделок с Микеланджело. Раньше он очень любил пробовать всякие сорта чая, особенно зеленого, но сейчас был готов согласиться даже на кружку кофе, который недолюбливал и откровенно не понимал, как Дон мог его хлестать, да еще в таких больших количествах.
Тем не менее, мужественно кивнув брату, мечник неспешно поднялся с кресла и двинулся к кухне, шагая на этот раз впереди изобретателя.

Вообще кухня в логове черепашек была не столько рабочим помещением для готовки и ритуального поглощения еды, сколько неким местом сбора, где в уюте и тепле, идущих от включённой духовки, можно было просто побеседовать за чашкой чая какао о насущных проблемах; разработать очередной план по отвоевыванию мира из загребущих лап врага; выяснить отношения и непонятки на домашней, более спокойной ноте. Ну и пожрать, конечно, не забыть.

Осторожно отхлебнув дымящийся напиток, который довольно умело приготовил Донни, накидав в кружку мечника внушительный список целебных трав под самый кипяток, Леонардо поднял на техника глаза и благодарно улыбнулся. Все-таки чай оказался не столь плохой идеей, и уже с третьего глотка парень почувствовал, как в области зудящих гланд разливается успокаивающее тепло и снижается тупая боль под нижней челюстью... "Может быть, я даже смогу сейчас говорить. Хоть бы на сегодня меня хватило, - с аппетитом откусив вчерашнее печенье Майка, старший неспешно сделал еще один глоток. - Ди...- еле слышно, одними губами прохрипел он. Нет, рановато еще, наверное, стоит немного подождать.
Черепашка устало вздохнул и, взяв ложечку, принялся помешивать в наполовину пустой чашке, постепенно углубляясь в свои невеселые мысли. Он не совсем четко представлял себе, как ему стоит начать рассказ о Караи, этой взбалмошной девице, которая захватила его сердце, чтобы Донателло сумел его правильно понять. Конечно, в свое время, технику точно также снесло башню от любви к мутировавшей студентке, но ведь Мона Лиза не являлась дочерью их злейшего врага и даже в Клане Фут никогда не состояла!

Леонардо вдруг осознал, что молчание между братьями как-то уж слишком затягивается, превращаясь в мрачную, гнетущую тишину. "Черт с ним, с голосом! " - Донни, - вновь позвал он, решительно отодвинув в сторону блюдечко с печеньем и развернувшись к изобретателю на стуле. - Ты хочешь знать о ней, я вижу. Нет, дай мне рассказать, - чтобы предотвратить возражения со стороны изобретателя по поводу больной шеи, мечник в безаппеляционном отрицании покачал головой. Да и после нескольких глотков травяного чая голос Лео звучал уже не столь трагично-загробно.- Я в норме, правда. Ты же сам слышишь - кхэ-кхэ! - Леонардо бодро покашлял, аккуратно приложив свою ладонь на марлевую перевязь: голос голосом, а напрягать мышцы все равно было довольно трудно и болезненно. - Так вот, на чем я остановился... В первый раз я встретил Караи на крышах Бруклина, когда сидел один и не знал толком, что мне предстоит теперь делать со всеми своими ошибками, чтобы никто больше не пострадал, – на этих словах мечник прикрыл глаза, живо воскресив в памяти их первую встречу и вдруг незаметно для себя сжав лапы в кулаки. Интересно, если бы у него была возможность отмотать время назад, хватило ли у него духу все повторить сначала? – Она могла убить меня, но почему-то не сделала этого. Зато указала на скрытый потенциал настоящего ниндзя, который якобы заложен во мне, и который я никак не замечаю из-за того, что постоянно нянькаюсь с младшими братишками… - парня передернуло. – И я ей поверил, - монолог лидера постепенно слышался все хуже, отдельные слова сопровождались устрашающе свистящим хрипом, но Леонардо упрямо продолжал свою повесть, лишь делая короткие, но частые паузы. - Когда у меня в башке что-то щелкнуло, и я перешел в Клан Фут, - по дрогнувшим скулам на бледно-зеленом лице мечника, было отчетливо видно, как ему нелегко дались последние слова, - Караи  была рядом со мной, поддерживала меня в любых, порученных мне миссиях и прикрывала мою задницу, как могла, перед Шреддером, - мутант не сдержал горького вздоха. - Я знаю, что она манипулировала мною в угоду своим целям,  пыталась убедить навсегда остаться среди них... Но понимаешь, Ди, однажды я ей признался, что вспомнил свою настоящую семью. Наверное тебе известно, что там любое предательство Ороку Саки карается смертью, а Караи запросто могла все рассказать своему отцу... Так вот, она этого не сделала. И даже пыталась уберечь, прогоняя меня прочь, пока была такая возможность, - на бледных губах мечника отразилась мягкая улыбка, - а я не смог ее бросить. Я люблю ее, пусть это какая-то больная любовь, вопреки рассудку и здравому смыслу. В конце-концов, Караи всего лишь обычная девушка, которой, как и нам, пришлось рано повзрослеть... И знаешь что, Донни? - Леонардо вдруг охватило такое волнение, что он даже с силой сжал крепкое плечо шестоносца, не сводя с него пристального взгляда. - Мне кажется, что Караи - это Мива, родная дочь Хамато Йоши, которая якобы погибла много лет назад. Знаю, звучит слишком сказочно, но у меня есть некоторые подозрения, и... Когда шея пройдет, я просто обязан докопаться до правды. Ты поможешь мне в этом, Ди?

+2

12

Стоило видеть, как дрогнуло, точно в нервном тике, бледное лицо Леонардо, лишь стоило механику по старой привычке предложить ему кружку горячего зеленого чая. Едва сообразив, что именно он сказал не так, Дон едва ли не хлопнул себя ладонь по лбу — вот ведь болван, и как он мог забыть...! Да уж, на месте Лео, любой бы изобразил неконтролируемый рвотный рефлекс... Но, как ни странно, мечник сдержался. И прежде, чем Донни успел извиниться перед ним за столь нелепое, даже откровенно идиотское предложение, молча поднялся со своего места и первым прошествовал на кухню, так что виновато притихнувшему гению не оставалось ничего иного, кроме как увязаться следом за ним, на ходу продолжая мысленно корить себя за глупость. Однако, он также воздал должное той спокойной, невозмутимой уверенности, с какой их бывший лидер вышагивал по логову: точно и не было вовсе никакого тяжелого ранения, всерьез угрожавшего его жизни, да и ссоры с братьями — тоже... Глядя на него со спины, Дон украдкой приподнял уголки рта в слабом подобии улыбки: во-первых, было приятно осознать, что его напряженные труды в качестве названного фельдшера команды все же возымели какой-то эффект, и теперь Лео выглядел куда крепче и здоровее прежнего (хоть в чем-то техник не слажал, аллиллуйя), а во-вторых, Донни в глубине души страсть как соскучился по его компании. Поэтому, едва дождавшись, пока его старший брат усядется за обеденный стол, гений тотчас засуетился вокруг, быстро наполнив чайник и поставив тот на огонь, после чего начал сосредоточенно выбирать и откладывать травы для заварки — эдакий самодельный лекарственный сбор, для более скорого исцеления раны на шее, восстановления физических сил и расслабления взвинченных нервов.

Держи, — закончив приготовление свежего напитка, Донателло поставил исходящую ароматным паром кружку перед задумавшимся о чем-то мечником, а сам опустился за стол рядом — тоже с порцией горячего чая в лапах. На мгновение, взгляды мутантов пересеклись, и они обменялись сдержанными улыбками... А затем каждый вновь ткнулся носом в свою чашку, размышляя кто о чем. Неизвестно, что творилось сейчас в голове у Лео, но сам Донни сосредоточенно анализировал и мысленно раскладывал по полочкам все то, что он узнал от брата в гостиной. Он так увлекся этим процессом, что даже не расслышал тихого, едва различимого оклика Лео — а тому пока что не хватало сил произнести его имя чуть громче. Дон вынырнул из своих раздумий лишь когда мечник окликнул его во второй раз, теперь уже куда громче и отчетливее... Отставив полупустую кружку на столешницу, Ди с вопросительным видом повернулся лицом к брату, но почти сразу же попытался его остановить, опасаясь, чем мутант вновь потревожит свое больное горло. Леонардо, впрочем, его не послушал... Так что, это теперь уже самому Дону пришлось умолкнуть, давая старшему возможность высказаться. Тем не менее, он все-таки не удержался и бросил на собеседника долгий скептический взгляд, как бы говоря ему в ответ — "ну да, ну да, уж я-то прекрасно все слышу!". Но, опять же, сдержался от каких-либо строгих комментариев, с тяжким вздохом предоставив Лео полную свободу действий.

Раз уж он так сильно хотел рассказать ему об этом...

"Итак, ее зовут Караи," — мысленно подытожил он услышанному, делая очередной донельзя мрачный глоток из чашки. — "Это точно та японка, о которой я подумал. Дочь самого Шреддера... ну и угораздило же тебя, братец!" — да уж, по сравнению с этим "достижением" старины мечника, меркла даже страстная привязанность Рафа к коварной убийце-мутанималке из древней лисьей общины, а также более чем теплые взаимоотношения Майка и беглой футовской наемницы... Можно сказать, что, по сравнению с романтическими интересами всех трех братьев умника, его собственная вторая половинка была просто образцом того, какой, на самом деле, должна быть "нормальная" девушка среднестатистической черепахи-мутанта! Но Лео, вне всяких сомнений, с легкостью уделал их всех. Влюбиться по уши в наследницу вражеского клана и единственного отпрыска их самого злейшего врага — это, простите, еще умудриться надо! "Жаль нельзя вернуться в прошлое и заявить им всем в лицо, что мой выбор спутницы жизни в итоге окажется самым адекватным из всех," — он негромко фыркнул этой шальной мысли, однако, умудрившись сохранить донельзя серьезное выражение лица — все-таки, в настоящий момент ему было не больно-то и весело. Даже наоборот... В долгой, местами слегка запутанной повести Лео было столько невысказанной боли и искренней, неподдельной горечи, что у техника невольно сжималось сердце. Он сочувствовал своему брату... Правда. И вовсе не ругал его за сделанный им выбор. Сердцу не прикажешь — сию донельзя простую истину он уже успел постичь самостоятельно, так сказать, на своем собственном панцире. И не только он один... Только вот что скажут остальные ребята, если когда-нибудь об этом узнают? Смогут ли они понять Лео и его чувства, если однажды он все-таки решится сказать им правду?

Лео... — Ди, не выдержав, предпринял робкую попытку вмешаться в чужой рассказ, но мечник его будто бы и не услышал вовсе. Донни всерьез опасался, что такой долгий монолог окончательно лишит мутанта речевой способности — но, с другой стороны, Леонардо нуждался в том, чтобы как следует выговориться... хоть как-то, хоть кому-нибудь! Так что, умник покорно замолк, с состраданием вслушавшись в его тихое, но такое искреннее признание в любви. Интересно, а сама Караи знала, какие сильные и глубокие чувства он к ней испытывал? И любила ли черепашку она сама? Судя по ее попыткам хоть как-то оградить Лео от возможного гнева Шреддера — что ж, вполне может быть... Только вот теперь они с Леонардо вновь оказались по разную сторону баррикад. И это-то осознание пугало изобретателя в разы больше, чем весь Клан Фут со своим жестоким лидером во главе. Мало того, что Лео обречен на долгие, мучительные душевные терзания, так еще и наверняка не сможет дать Караи полноценный отпор при следующей их встрече... А таковая обязательно случится, рано или поздно, ведь их враги не дремлют. Шреддер ни за что не оставит их семейство в покое. А его дочь, само собой, продолжит сражаться на стороне своего отца и учителя, и будет выполнять любые его поручения. Даже если тот прикажет ей уничтожить Лео и его родных... "А он обязательно ей это прикажет, вне всяких сомнений!" — усиленно размышляя в таком ключе,  и параллельно внимательно слушая своего брата, все еще продолжавшего что-то ему говорить, Донателло с возрастающей нервозностью во взгляде и движениях отпил уже давно остывший чай из кружки, чувствуя, что его мятный вкус больше не приносит ему никакого удовольствия. — "Черт возьми, Лео, меня это беспокоит... но что я вообще могу сделать в такой ситуации? Лишь в очередной раз понадеяться на твое благоразумие... и постараться уверовать в то, что ты действительно больше никогда нас не предашь." — от последней мысли у него аж мороз по коже прошелся. Лапы задрожали, и мутант поспешил поставить опустевшую чашку обратно на стол, пряча это от внимания своего собеседника. Все это звучало так откровенно хреново.... Могли ли события в их жизни сложиться еще хуже, чем сейчас?

Как оказалось уже спустя пару мгновений — да, еще как могли, Донни.

Хах? — с легкой ноткой удивления в голосе откликнулся гений, внезапно ощутив крепкую хватку Лео на собственном мускулистом плече. Нервно вскинув голову, Донателло округлившимися, даже слегка посветлевшими и от изумления глазами уставился точно в лицо бывшего лидера, далеко не сразу поверив услышанному. Ему даже показалось, что он ослышался, ну, или просто не так его понял... Караи — Мива? Уж не забредил ли бедолага в процессе разговора? Может, Дон тоже случайно подмешал ему каких-то галлюциногенных трав в напиток, или просто выбрал не то сочетание чайной заварки...? Умник, не удержавшись, бросил короткий и встревоженный взгляд на свою собственную пустую кружку... А затем вновь ошалело уставился в глаза мечника, все еще не спеша верить услышанному. Уж простите, все это казалось не много, не мало, а бреднями сумасшедшего! "Жар у него, что ли?" — плавно подняв одну руку, Донни с искренней заботой накрыл ею бледный лоб мутанта, но, к своему удивлению, не обнаружил у него никаких признаков резкого повышения температуры. Хм.

Я... — он неловко прокашлялся, ощущая себя откровенно не в своей тарелке. — Я не знаю, Лео... С чего тебе вообще пришла в голову такая странная мысль? Мива погибла в том же пожаре, что и Тян Шень, и с какого перепугу Шреддер стал бы ее оттуда спасать? Она была дочерью его худшего врага. Да и, он ведь сам был тяжело ранен, ну, ты помнишь, Сплинтер так часто нам об этом рассказывал. У него обгорела вся левая половина тела... К тому же, — по мере того, как Донателло втягивался в это словесное рассуждение, его голос звучал все более громко и уверенно. — С тех пор минуло уже почти 16 лет... Шреддер вполне мог жениться на какой-нибудь другой женщине, и она бы родила ему дочь. Скорее всего, так оно все и было... Откуда у тебя вообще возникла идея, что Караи ему неродная? Он сделал ее своей наследницей. По-твоему, дочь Сплинтера смогла бы заполучить столько доверия и власти? — и Дон теперь уже сам внимательно посмотрел в глаза мечника, как бы предлагая ему серьезно поразмышлять на эту тему. Поднявшись, умник собрал пустую посуду со стола и понес ее к мойке, на ходу прислушиваясь к происходящему за своей спиной. Уж не обиделся ли Леонардо на его решительные доводы и опровержения? Ему бы не хотелось вновь ссориться с братом, тем более, чем они только-только начали возвращаться к своему былому уровню доверия и взаимопонимания. Поставив чайные кружки в раковину, Дон в напряжении оперся руками на ее холодные железные края, решая, что ему сделать или сказать дальше.

Послушай, я правда не шибко верю в твою безумную теорию, но... раз для тебя это так важно, я сделаю все, чтобы узнать правду, — помолчав, сдержанно произнес он в конечном итоге. — Правда, я пока что понятия не имею, как именно мы собираемся все это выяснять... Я еще подумаю над этим. Обещаю.

+2

13

Надо было видеть, как вытягивается физиономия ошарашенного изобретателя, едва до его ушей донеслось столь эпичное предположение, что Караи якобы умершая дочь Сплинтера – Мива. Уже сама мысль об этом находилась где-то в районе безумия и фантастики, и Леонардо ни капельки не удивился, когда отчетливо прочел в нервно заблестевших зенках Донни, мол, а не сбрендил ты, часом, братец, пока томился в своей футовской колокольне? Всем, конечно, известно, что мозг старшего подвергся чайно-наркотическому препарированию, но не до такой же степени, пардон? Мечник даже ждал, когда Донателло озвучит вслух свои сомнения насчет наличия у лидера рассудка и хотя бы зачатков здравого смысла, однако вежливому технику вполне хватило тактичности оставить все наводящие вопросы при себе. 

«А вот Раф с Майком точно бы покрутили пальцем у виска, - плавным движением протерев влажные губы салфеткой, Леонардо невесело усмехнулся. – Они бы и слушать наверняка не стали…»

Расслабленно откинув свой панцирь на спинку стула и сцепив пальцы в замочек перед собой, старший мутант послушно слушал Донни, который сыпал вполне разумными аргументами, почему строптивая дочурка Шреддера ну никак не может оказаться дочерью Хамато Йоши. Не пытаясь встрять между пространными рассуждениями шестоносца, Леонардо кивал головой, словно бы соглашаясь с каждым словом брата. Смысл было перебивать прямо сейчас, когда Донателло на все сто процентов уверен в своей речи? Да и звучит все донельзя правильно и очевидно… разумеется, до тех пор, пока изобретатель остается не в курсе некоторых…кхм, нюансов, относительно девушки. 

Едва только долговязый ученый смолк, снедаемый сомнениями относительно установления истинной личности принцессы Фут, как Леонардо чуть смежил свинцовые от болезненного недосыпа веки и ненадолго погрузился в астрал, собираясь с мыслями. Он уже довольно давно начал строить всякие версии насчет своей подруги, порой, намеренно доводя их до абсурда, чтобы затем с чистой совестью отметать неприемлемое, с хрустом ломающееся об элементарную логику. И все равно эта нить истины постоянно ускользала от него, с упрямой настойчивостью не желая раскрываться перед мечником полностью.

Несколько рассеянно постучав пальцами по старенькой скатерти, Леонардо издал короткий вздох и поднял свой взгляд на брата, полный решимости.

- Ты абсолютно прав, Донни, - парень невольно поморщился от вмиг взнывшей раны, чувствуя, как болезненно напряглись рассеченные сухожилия. Машинально прикрыв ладонью бинт и отчаянно стараясь не обращать особого внимания на усиливающуюся резь, он продолжил, делая вынужденные паузы между словами: - Знаешь… я и сам отказывался… думать так… запрещал себе… даже подобные мысли… Это же полная чушь, что …что  Мива не погибла! – его вдруг захлестнули эмоции, отчего Леонардо незаметно для себя повысил и без того натужный хрип. – Знаешь, когда я … когда я начал подозревать? Я нашел случайно… фотографию у нее… спрятанную под подкладкой… ножен…Такая, знаешь, старая… почти выцветшая… - пришлось умолкнуть, чтобы прочистить пересохшее гордо надрывным приступом кашля. По-хорошему, мечнику требовалось прекратить терзать свои связки столь длинным рассказом, ибо они и так уже открыто грозились помереть сиюминутно, предупреждающе снизив голос Лео до свистящего полушепота. – Так вот, про фотографию… Она подгорела с левого края и надорвалась. Там на ней изображена женщина, и…

…тишина. Несчастное горло черепашки окончательно провалилось в безмолвие, да еще аккурат в самый ответственный момент, когда лидер уже был готов выложить Донателло жизненно важную часть своего сбивчивого повествования. Ну зато теперь можно с успехом изображать рыбу, выброшенную на берег и отчаянно шлепавшую губами.

«Проклятье! Ну почему именно сейчас?! Я был так близок!» – не справившись с порывом злой досады, Леонардо в сердцах стукнул кулаком по столешнице, что вся оставшаяся посуда, еще не успевшая переехать в раковину, аж подпрыгнула, жалобно звякнув фарфоровыми стенками. Впрочем, старший ниндзя довольно быстро собрался обратно и, заметив, с каким испуганным выражением на лице застыл техник, виновато улыбнулся – мол, не серчай, бро, просто нехорошо получилось.

Более идиотской ситуации сложно было себе вообразить.

«Все-таки придется прибегнуть к бумаге, - потер переносицу мечник, обессилено смежив веки, будто налитые свинцом. – Раз нет иного способа…» - он раскрыл ладонь и протянул ее к среднему брату, после чего сложил мозолистые пальцы на другой кисти руки, взмахнув ими «волной» по воздуху, словно что-то писал.  Не нужно было родиться телепатом с увесистым генеалогическим древом, дабы расшифровать сию незамысловатую пантомиму, поэтому Донателло тут же сообразил беззвучную просьбу брата и поспешил удалиться за ручкой с блокнотом.

Едва только гений вновь появился на кухне и протянул вожделенные канцелярские принадлежности, как Леонардо выхватил небольшую книжечку из широких лап черепашки, одновременно с этим отстегивая колпачок с ручки. Он писал быстро, твердым четким почерком, что любой, даже контуженный на оба глаза, был бы в состоянии прочесть слова парня. Постаравшись обрисовать все максимально кратко, но в то же время доступным текстом, во избежание лишней писанины, бывший предатель развернул к склонившемуся над столом Донни свое письмо, чтобы тот мог ознакомиться с ним.

«На фото у Караи изображена женщина, ее мать. Точно такое же фото стоит в медитационной учителя Сплинтера, Тянь Шень. Фотографии абсолютно разные, судя по той же бумаге – у Караи оно более блеклое и мятое, чем у сэнсэя. Я не мог ошибиться, слишком часто разглядывал ее портрет, занимаясь мантрами вместе с сэнсэем. А еще у Караи есть небольшой шрам от давнего ожога (где – не скажу, не спрашивай!) Мое предложение – пойти к учителю и подробно расспросить его о том злополучном дне, когда случился пожар. Также рассказать обо всем, что я тебе только что сказал… точнее, описал здесь. Ну как-то так…» - он вновь прислонился к спинке стула, чувствуя, как с его плеч словно гора падает. Поверит Донателло в очередные россказни брата или нет, Леонардо сделал все, что только смог. И он намерен был дальше бороться за прояснение столь туманного прошлого девушки, которую успел так полюбить, вопреки самому себе и собственным убеждениям.

По крайней мере, у Караи только что появился шанс обрести настоящую семью.

+2

14

Честно говоря, Донателло уже всерьез жалел о том, что они с Лео вообще начали весь этот дурацкий разговор. И вовсе даже не потому, что он по-прежнему с большим скепсисом относился к высказанной их бывшим лидером догадке — к черту Шреддера, к черту Караи, к черту даже бедную, давно покойную Миву! Куда больше техника занимало сейчас то, с каким надрывом брат делился с ним своими отчасти безумными умозаключениями, как видно, не на шутку обрадовавшись тому обстоятельству, что хоть кто-то из ребят согласился его выслушать. Хриплый, надтреснутый голос мечника то и дело дрожал, хрипел и неуклюже обрывался на полуслове, кроме того, несчастного юношу терзал громкий и мучительный кашель, и в какой-то момент на скатерть перед Лео брызнули крохотные, едва видимые глазу капельки крови. В тот же миг,  черепашка вдруг резко замолчал, похоже, окончательно "посадив" свое истерзанное горло, и с такой силой хлопнул ладонью по столу, что Дон аж подпрыгнул на месте от испуга.

Так, ну хватит, прекрати сейчас же! Сколько можно мучить собственный организм, черт возьми?!

Эй... эй, ну тише, спокойно, — несмотря на охватившее умника справедливое возмущение столь явному пренебрежению в исполнении важных врачебных предписаний, его собственный голос звучал довольно тихо и донельзя встревоженно. Он даже сделал шаг навстречу беспомощно умолкнувшему Леонардо, протягивая к нему свои большие трехпалые ладони, словно бы останавливая его этим ненавязчивым жестом. — Не надо так издеваться над раной, я очень тебя прошу! Она же едва затянулась!... — убедившись в том, что его брат больше не собирается трагично харкать кровью, Дон еще раз внимательно оглядел перевязь на чужой шее, проверяя, как она там поживает, и лишь после этого, наконец, сосредоточился на жестах старшего мутанта, без особого труда разгадав их значение. На его губах при этом мелькнула слабая, невообразимо усталая, но все-таки очень теплая улыбка: опять ты в своем репертуаре, Лео. — А ты все также силен в пантомиме, как я погляжу. Приятно осознавать, что какие-то вещи не меняются с течением времени... Сиди здесь, я сейчас вернусь, — послушно выйдя обратно в гостиную, техник довольно быстро разыскал небольшой и относительно чистый блокнот, кажется, один из тех, что по случайности угодил в вездесущие лапы Микеланджело — наполовину исчерканный сложными математическими формулами и наполовину же разрисованный какими-то карикатурными, разноцветными мордами. С иронией покосившись на изображение большой тортиллы в супергеройском плаще и маске, с подписью "восхитительный и неповторимый Черепашка-Титан!" (и у кого, спрашивается, фантазия больше разыгралась, у Лео или Майки?), Донни молча вернулся на кухню и протянул находку терпеливо поджидавшему его мечнику, заодно вложив ему в ладонь найденную в подсумке шариковую ручку. Усевшись обратно за стол и подперев щеку одной рукой, Ди на какое-то время смиренно затих в сторонке, с присущим ему вселенским терпением дожидаясь, пока Леонардо вкратце изложит все свои доводы на бумаге. Впрочем, его собственные мысли при этом были довольно далеки от Караи-Мивы и вообще от Клана Фут: в настоящий момент, Донателло куда больше тревожило самочувствие лидера, а не его странные умозаключения. Взгляд изобретателя то и дело возвращался к перевязанному горлу Лео, подолгу задерживаясь на том месте, где под многочисленными слоями марли скрывался жуткий, уродливый шрам, все никак не желавший заживать; глядя на эту уже слегка покосившуюся перевязь, Дон с тяжелым сердцем спрашивал себя о том, сколько еще времени должно пройти до полного выздоровления и какими методами он мог бы ускорить сей процесс, при условии, что юноша прекратит, наконец, бередить этот чертов расползающийся шов.

Хмм, — негромко протянул Донни себе под нос, с трудом выныривая из своих усталых размышлений и покладисто опуская взгляд на придвинутый к нему блокнот, с легким скепсисом вчитываясь в слегка сбивчиво выведенные строки — раз Леонардо так сильно этого хотел... Впрочем, уже совсем скоро взгляд умника прояснился и стал куда более внимательным, даже откровенно пытким: фотография Тян Шень? Вот это уже действительно казалось странным. И если застарелый ожог, якобы виденный Лео на теле "принцессы" Фут (Дон, конечно же, не стал уточнять, где и при каких обстоятельствах его братец умудрился рассмотреть сию до крайности пикантную деталь внешности Караи, но у него, разумеется, немедленно зародилась парочка смелых теорий на этот счет), еще можно было как-то объяснить — мало ли, обожглась где-то, с кем не бывает! — то снимок покойной жены Сплинтера, невесть каким образом оказавшийся в руках дочери его злейшего врага, уже как минимум настораживал. Дочитав письмо до конца, Донни задумчиво примолк на какое-то время, вновь и вновь его перечитывая, одновременно рассеянно потирая пальцами собственный широкий подбородок. Наконец, он снова поднял глаза на молчаливо дожидавшегося его реакции Леонардо. — Ладно... пожалуй, в этом я с тобой соглашусь: фотографии Тян Шень там явно делать нечего. Либо Шреддер запудрил мозги собственной дочери, внушив ей, что на месте Сплинтера некогда находился он сам, что уже само по себе звучит как бред умалишенного... либо здесь и вправду что-то нечисто. Хорошо, — он со вздохом накрыл лапой блокнот, аккуратно вырывая исписанный Лео лист и, сложив его вчетверо, спрятал к себе в карман: незачем Рафу или Майку это знать... пока что. Дону ужасно не хотелось скрывать от них подобные вещи, но сперва стоило как следует во всем разобраться. — Твоя взяла. Пойдем к Сплинтеру и спросим у него обо всем... Но только когда ты полностью выздоровеешь. Нет, это мое главное условие! — заметив, что его брат смотрит на него с явным протестом и укором в потускневших, окруженных глубокими синяками глазах, Донателло вскинул палец кверху и, нахмурясь, решительно покачав головой из стороны в сторону. — Ты едва можешь разговаривать, и вообще... Караи прожила шестнадцать мирных и спокойных лет под надзором Шреддера и, очевидно, сможет прожить так еще пару-тройку недель, безо всякой угрозы для собственной жизни. Ей не о чем беспокоиться... в отличие от тебя. Я настаиваю на том, чтобы ты сперва подлечил свое горло, а уж потом можешь расследовать это дело сколько твоей душеньке угодно. Естественно, вместе со мной, — поднявшись из-за стола, Дон прошелся мимо брата и мягко похлопал его лапой по плечу. — Допивай свой чай и отправляйся на боковую... Чем скорее ты поправишься, тем быстрее сможешь расспросить сэнсея и выяснить правду о Караи. А для этого тебе нужно чаще отдыхать и меньше чесать языком, — улыбнувшись уголком рта, Дон, наконец, оставил брата в покое и направился к своей любимой кофеварочной машинке, как видно, решив приготовить порцию горячего эспрессо. Чаи чаями, а ему явно требуется несколько глотков бодрящего напитка, чтобы успокоить взвинченные нервы и как следует разложить мысли по полочкам. Да уж, задал ты работенки для усталого профессорского мозга, Лео!

И тем не менее, Донателло был готов хоть в Шерлока переодеться и часам разглядывать сквозь лупу упомянутый ожог на тощей заднице Караи — лишь бы только его любимый старший брат был счастлив и здоров.

+2


Вы здесь » TMNT: ShellShock » Флешфорвард » [ФФ] Everything from the inside