Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » V игровой период » [C5] - You're pretty - Thanks. You terrible.


[C5] - You're pretty - Thanks. You terrible.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://s6.uploads.ru/W1C8w.png
Дата и место: ночь на 21 июля, темные крыши Манхеттена, сухо, жарко, пыльно, сильный порывистый ветер.
Персонажи: Michelangelo, Bete

Краткий анонс: Все плохо. Нет, не так... ВСЕ УЖАСНО.
Мало того Ди повредил зрение, так еще и Ло без вести пропала! Раф все еще не в самой лучшей форме после той аварии по пути к Ниньяре, да и у Майка потрепанные ребра то и дело ломит - ну что за дела. Микеланджело усиленно рыскает по городу, недоумевая, куда, зачем, и почему его подруга ничего ему не сообщила. Ее нашли Футы? На самом деле да, нашли,
и юный мутант Бете, воспользовавшись суетой в связи с вернувшейся наемницей, в неприступной крепости Фут, ускользнул  от своих "нянек" на волю-вольную... где и уловил манящий и очень знакомый "родной" запах, последовав за ним, как ищейка в поисках любимого хозяина.

Отредактировано Michelangelo (2017-06-22 00:54:43)

+3

2

This mental versailles
Is much grander than the lies
You tell yourself to get through the night
Sentenced to drama for life.

  Майк хмурым сычом взлетел на пожарную лестницу, отчего та с дребезжанием затряслась под немалым весом черепашки, и уселся на скрипучих ступеньках на корточках, цепляясь огромными лапами за ее скользкие, ржавые края.
Давненько же он не чувствовал себя так погано.

Сухой, душный воздух битком забитого города. Пыль, грязь, звуки ночной жизни горожан; вой полицейской сирены проезжающей мимо пустой улицы разукрашенной машины, лай злобных, тощих собак из подворотни, звук перевернувшегося мусорного бачка и злобное шипение вспугнутого бродячего кота. Микеланджело поднимает перечерченную множеством смурных морщинок крапчатую физиономию к небу, с упреком взирая на полный "сыр" огромной, янтарно-желтой луны, которая насмешливо склоняется над шпилями небоскребов, чтобы почесать свой пузатый бок. Сильный ветер работает сейчас примерно так же, как сломавшийся кондиционер в тесном кабинете клерка - он усиленно, с воем разгоняет жаркую атмосферу, собирает в небе полупрозрачные облака, что закрывают собой редко вспыхивающие крапинки звезд, но нисколько не охлаждает уставшие, ноющие, перетруженные мышцы. Длинные ленты потускневшей оранжевой банданы словно живые дергаются у весельчака перед носом, переброшенные через напряженное плечо, а он все такой же вымотанный, потный и грязный.
Устало просунув свои огромные ножищи между перекладинами, Микеланджело грузно покачнувшись, свесил задницу над пропастью, скрестив руки перед собой на грязной ступеньке и улегшись на них подбородком. Глаза подростка нервно рыскали по темной подворотне, что располагалась прямо под ним, бледными огоньками мечась в темноте от одного изрисованного безвкусным граффити угла, к другому, в противоположность пустому и обшарпанному, с одиноко перекатывающейся грязной пачкой из под чипсов. Обычно черепашка живо комментировал все, что видел, уделяя внимание любой мало-мальски интересной трещинке в стене, но сейчас его взгляд блуждал по улицам выискивая отнюдь не интересности, или причину чем себя занять на всю оставшуюся ночь. Да и вряд ли это посеревшее горбатое нечто можно было бы назвать прежним раздолбаем Майки с его извечной тягой к развлечениям и болтовне! Скорее уж смахивало на Рафа, в его настроении приближенного к обычному, если переставить глаза, перекрасить кожу, немного отжать жир, пардон, лишнюю мышцу, убрать веснушки и поменять братьям маски.
Что-то сломалось в беспечном юноше.
Что-то заставило его в мгновение ока помрачнеть и осунуться, отчего стали заметно выпирать широкие, угловатые челюсти напряженно сжатых зубов, словно он неделю питался одним кислородом и ничем больше. А улыбка? Разве ты, самый веселый парень на деревне,  не любил улыбаться просто так, чтобы чуть-чуть поднять самому себе настроение, если даже находился совсем-совсем один?

Парень сидел так не долго, от силы минут пять-десять, весь оплетенный змеями извивающимися лентами, обмотавшимися вокруг его натянутой, жилистой шеи, после чего одним бодрым рывком, совершенно незаметно и плавно, сменил свою полурасслабленную позу, оказавшись на верхних ступеньках, обезьяной цепляясь за них руками и раскачиваясь вверх-вниз, для очередного прыжка, который мигом перенесет его тело на крышу жилого комплекса.

Кажется скоро подросток совсем позабудет о том, каким он был раньше.
Беспечным и наивным. Глупым. Он не был готов так рано взрослеть и отказываться от того, что знал столько лет, к чему привык, и то, что изменилось в его жизни... Это было безумно тяжело. Теперь то он начал это понимать по-взрослому.
Это убивало.
Лапа Лизарда на его панцире теперь казалась ему просто легкой пушинкой незаметно опустившейся на плечо, нежели те ужасные испытания, что многотонным грузом рухнули на него сверху всей своей массой,  не жалея ничего в нем - язык устанет перечислять все то, что случилось с ним и его семьей в последнее время. Казалось, только ты обрел надежду на счастливый конец истории, как положительный персонаж, который заслужил свое "... и жили они блабла, хэппиэндитесь дальше дети мои", как тебе тут-же БАМ... В лоб прилетает огромный ком грязи от которой, ты понимаешь, что наверное никогда уже не избавишься. Скажи, Фортуна, ты правда такая жестокая, или чувство юмора у тебя просто скверное?

Опустившись на каменный бордюр, шутник молча достает свой черепахофон, и утирая ладонью со лба дрожащие, прозрачные горошины пота, напряженно разглядывает моргнувший прямоугольник экрана мобильного - не пришло ли сообщение от родных? Вернее, от Рафа, и Мондо. Хотя с внутренним беспокойством Майк ожидал и весточки от Моны Лизы, касаемо шестоносца.
Все было так скверно, что с содроганием сердца напряженный донельзя весельчак, был готов только к дурным вестям. Но ничего... И от геккона ничего. Тишина.
С мрачной миной черепашка убирает ти-фон обратно в нашитый поясной карман, и еще раз бдительно осматривается по сторонам, щурясь и прикладывая руку козырьком к бровным дугам. Дело пошло бы гораздо быстрее, если бы им с Рафом помогали в поисках  находчивый черепашка-изобретатель и старина Лео, но... вот именно что "Бы"...
С отсутствием лидера Майк уже как-то смирился, угас, чувствовал, что больше не было смысла так надеяться и ждать. Не было смысла пытаться что-то сделать и любой его жест, любая попытка все сделать как раньше, приклеить тот огромный недостающий кусок - у него не было больше ни сил ни желания думать, что однажды старший образумится и вернется обратно, в свой дом, в свое убежище, к ним. Слишком многое произошло с тех пор. А вот Донни... Бедный Ди.

Бедные его глаза.

Обладатель оранжевой банданы раздраженно потер кончиками пальцев свои собственные, просто даже не представляя, что испытывает сейчас полностью ослепленный брат.

Конечно Донателло всех убеждает, что он в порядке, что это скоро пройдет, мол, не так уж все это и страшно. Временная слепота возникшая в последствии яркой, ослепляющей вспышки прожектора больше кажется ужасной, чем есть на самом деле. Он подтверждает это широкой щербозубой успокаивающей и привычной улыбкой. И тут же смотрит в стену, мимо них, в пустоту, в одну точку своими резко побледневшими, ставшими почти бесцветными, нервно суженными зрачками на серебристом фоне радужки. Он хочет казаться бодрым и непринужденным, спокойным и утешающим, каким он был на протяжении всех этих недель, заменяя Микеланджело и Рафаэлю, потерянным в пространстве аки заблудшие овцы их лидера, став им управляющей, твердой рукой. А теперь они и этой длани лишились, бестолково сталкиваясь лбами и путаясь в исступленном испуге - изобретатель слеп и беспомощен, и кто точно может сказать, пройдет ли это? В их семье нет медиков... нет врачей... Даже Донателло с его неземным умом, и тот не мог полноценно зваться доктором, а уж что говорить о них, даже о сенсэе! Хорошо хоть Мона пришла, ее присутствие несколько успокаивало взвинченные нервы младших братьев - саламандра была более знающим человеком в этой области, хоть и недоучкой. Зря Донни не хотел ей ничего говорить. Майк был против такого решения, но просьбу изобретателя выполнил. Девушка пришла сама, явно заподозрив что-то неладное, после пары неуклюжих "эсэмэсок" под диктовку Дона от Рафаэля, с телефона техника.
Она догадается... Как бы Дон не старался вести себя как обычно, она догадается.
Наверное хорошо, что Майки и Рафа сейчас нету дома - истерика Моны будет невыносима. Микеланджело чувствует себя так, словно готов вот-вот разреветься на пару с саламандрой от безысходности и липкого, хватающего его за горло страха.

Рафаэль сегодня был непривычно мягок с осунувшимся младшим братом, и необычайно терпелив к его рассеянным, как обычно, порой таким неуклюжим движениям. Майку хотелось спрятаться. Попросить у Рафи убежища, скрыться в крепких объятиях саеносца, исцарапанного и избитого, смятого недавней аварией, с уродливым шрамом на ноге похожим на ожог... свернуться крошечным клубочком обхватив себя за колени, покачиваясь и съеживаясь в комок, задавая только один единственный вопрос - за что?
За что их семья... ЕГО семья это все заслужила?

- "И почему ты ушла от нас?"

Мондо сказал, что Алопекс так и не вернулась, отправившись на старую стройку. Майки, разумеется, не верил, что девушка могла просто так вот, ничего не сказав, не сообщив ему, взять и сбежать. Ло, конечно, со своими опасениями, что во время поисков ее хвостатой персоны воины Шреддера наткнуться на черепах и их друзей, - только вспомнить ее переживания из-за нападения Рене! - могла все же решить отыскать себе куда более скрытное место, нежели квартирушка Мондо (что тоже как-то сомнительно, у геккона есть ВСЕ что нужно для безбедного существования), но она непременно бы им сообщила. Сообщила же? - "Я мог ее обидеть?" - весельчак кривит лицо, напряженно припоминая все свои дела, все свои слова по отношению к снежной куноичи, и сколько не напрягает мозг, не может вспомнить ничего такого, что могло бы оскорбить, или расстроить Ло. Он старался сделать ей только лучше, но никак не наоборот! Но прошлое... та ситуация с Лео, ставшая одной из причин будущей трагедии, ненавязчиво, осторожно давало о себе знать. Вновь и вновь он прокручивал в памяти тот судьбоносный и отвратительнейший момент - злой взгляд старшего, свою надменную улыбку, ощущение холода ночи и чужой кулак на своем лице, навсегда оставивший след не только на аквамариновой коже подростка, но и где-то глубоко под пластроном. Незаживающим шрамом. Майки больше не хотел так.
Он все делал чтобы мутантке было комфортно рядом с ним.
Так почему?

Где ты?

Вместе с Рафаэлем он прочесал старое недостроенное здание, где ютилась его белая подруга, и не нашел ничего. Ни единой зацепки. Только старая сумка с теми дурацкими плюшками, что он испек девушке, которую, похоже, растащили вороны - угощения были разбросаны по всей "комнате" продуваемой верхотуры, а рядом стоял целехонький, слегка обшарпанный бумбокс Рафа, которому саеносец ну очень обрадовался. На Майка ворчать он, конечно, не стал - в кои то веки было не до споров и терок кто чью вещь да взял в личное пользование не спросив разрешения.
Младший брат был сейчас совершенно далек от таких глупостей.

То, что его Снежинка была здесь, подросток знал точно - Микеланджело прекрасно помнил, что магнитолу они с девушкой оставили на крышах старой фабрики, после танцев под открытым небом, когда на парочку напали Рене и его крылатый подопечный. А потом благополучно о ней забыли, не до того как-то было.
Но здесь след девушки и прерывался. - "Донни что-нибудь придумал бы," - кисло подмечал про себя юноша, разбежавшись с Рафом по разные стороны, в поисках белой, косматой шустрой тени.
Ди бы подключил камеры, нашел бы в своем барахле что-нибудь, что непременно бы им помогло, ведь это он сделал, он справился с тем разом, когда Мона Лиза пропала без вести. А так... что могли они сделать? Прошло не так много времени с того момента, когда Алопекс не пришла домой в назначенный час, но Майка уже нервно колотило.
Он знал, что лисица далеко не беспомощная тяночка, не жмется по углам в ожидании своего смелого и отважного рыцаря, но...

Он не хотел оставлять ее одну.

Картина падающей снежно-белой кометы, задевающей боками балконы аж до треска ломающихся ребер, так и стояла у него перед глазами.

Она сильная, и одновременно с тем слишком слабая и хрупкая, чтобы Микеланджело мог бессовестно забыть об Алопекс и посчитать, что даже если и правда что-то случилось, она справится со всем самостоятельно. Это не так.

И от этого всего Майк разрывался изнутри.

Черепашка замечает слабое движение со стороны одного края просторной площадки. Он напрягается на мгновение, впиваясь пальцами в шероховатое каменное ограждение, но тут же расслабляется, нервозно передернув сильными плечами и отвернувшись. На крышу к нему забирается здоровенная черепаха - уж такой горбатый силуэт он каждый день привык видеть, и Майку и в голову не приходит, что это может быть кто-то чужой, кто-то незнакомый ему - всех черепашек Нью-Йорка, простите, по пальцам пересчитать можно. Лео бы бегал в свите из черномордых солдат, Донни физически сейчас не в состоянии и трех шагов пройти чтобы не стукнутся лбом о косяк, а значит, остается либо Раф - либо Квантер. Последний так и вовсе носа не показывает из убежища четверки, запершись в гостевой комнатке и стараясь не вмешиваться в чужие дела.
- Ну как, есть новости? Нашел что-нибудь? - гулко, сипло спрашивает весельчак, продолжая неотрывно вглядываться в линию горизонта и предоставляя его собеседнику беспрепятственно приблизиться к его скрючившейся, балансирующей на краю, неосторожно равнодушной фигуре.
Он и понятия не имел, что навестить его одинокую морду сюда заглянул вовсе не Рафаэль, бдительно рыскающий по вонючим проулкам как и сам конопатый, а кто-то более... любопытный.
И более опасный.

Совершенно ранее ему не знакомый, и так похожий на него самого.

+3

3

Get down with the victim
We both know you need them
You're stuck in the middle
Of all irrelevance
And your heart is beating
Cause you know that you gotta
Get out of the middle
And rise to the top now

Наконец получилось сбежать от главного папки. О, это было сложно, это было очень сложно, ведь еще и братья совсем не хотели помогать своему брату-чудику. Там охрана, тут охрана, там и сям наблюдение, но Бете на то и сын своих отцов, что и из не такой ловушки заботы вылезет и в самую узкую щель, свободы ради, пролезет. И он выбрался, младший безумец выскользнул из лаборатории на улице лавного города, где прежде никогда не был. Тут пахло ссаниной, тошниловкой, воняло бродягами и последствиями секса двух бомжей в переулке. О, как же нравилось Бете вдыхать аромат этих улочек, где родился и вырос его второй отец. Облизываясь, точно не просто гулять вышел, но еще и малиновый пирог отведал на дорожку, клон скользнул в один из переулков, где не было лишних звуком и, помимо крыс вообще никого не было. Длинный язык облизнул всю морду, нунчаки скрипнули на поясе, и черепаха припал носом к земле, утыкаясь мордой точно в люк канализации.

Его папочка там. Он оттуда вылезает. Папуля. Но сейчас никакого родного аромата клон не почуял, помимо нечистот и очередного намека на гниль в трубах. Надо было искать, пока было время, пока главный отец не дернулся на поиски излишне активного сыночка. Время было против языкастого чудика, оно буквально давило на пятки, пока обладатель шипастого панциря шнырял по темным улочкам города, то и дело щурясь и разглядывая вывески ночных забегаловок.

When you've made it
Won't ya tell me what to do
Cause I'm playin' it all wrong
When you made it, when you made it
Won't ya tell me what to do
Cause I'm playin it all wrong

Одна улица сменялась второй, а следом третьей. Пару раз Бете наткнулся на ночную шпану и одним лишь своим видом заставил их обосрать свои штаны, отчего уже сам чуть не вывернул свой желудок наружу. Люди крайне противно пахли. Когти грубо и громко царапали стены домов, ведь языкан не желал прятаться, словно надеялся, что сам отец найдет его и они «поболтают» на краше одного из домов. О, крыша!

- И как я раньше не понял, - ругает сам себя клон, щуря правый глаз в сторону пожарных лестниц, ведь черепахи ночами только там и бегают. Откуда знает? Да хрен знает! Может главный папка рассказывал, клон уже и не помнил, но вот на крышу забрался и присел на её краю, складывая руки-лапы на каменную плитку. Тут так сильно не смердело, что не могло не радовать любителя разнообразия ароматов, но не вони. И откуда-то спереди несло своим. Родным. Папуля!

Бете кинулся вперед, перепрыгивая с крыши на крышу, цепляясь хвостом и когтями за уступы, если крыши были так далеко друг от друга, а одного прыжка с разбегом не хватало, чтобы перемахнуть всё расстояние разом. Клон словно не чествовал усталости, продолжая нестись вперед, на источник такого желанного запаха. Даже слюна потекла из пасти, стекая по острым, точно акульим, зубам. Сын хотел увидеть своего отца. А когда, наконец увидел… Этот Микеланджело был меньше, чем думал клон, да и выглядел он сейчас не лучше побитой собаки в прошлом переулке. Яркие глаза чудика стали напоминать две тонкие щёлочки холодного недовольства, когда батя его еще и перепутал с кем то, хрен знает кем.

- О, да, я определенно нашел, - облизнувшись, клон вышел из черной тени цистерны с водой, гулко хохотнув, - тебя, папуля. Встречай сынулю и радуйся, а то задолбало искать тебя.

Хвост грубо прошелся по крыше, когда Бете медленно потянул свои лапы к нунчакам, пользуясь замешательством дарителя днк.

You can't fight the friction
So ease it off
Can't take the pressure
So ease it off
Don't tell me to be strong
So ease it off
You can't fight the friction
So ease it off

+2

4

Микеланджело быстро сфокусировал взгляд на горбатом нечто, что назойливо тащилось к нему на крышу. Драма драмой, а он ниндзя, или где, чтобы всякой чертовщине давать себя врасплох до летального исхода застать? Вернее, невольно внимание Майка приковалось исключительно к непомерно длинному хвосту и не менее длинному языку, что хищно свисал из зубастой пасти ночного гостя. И лишь потом черепашка ошарашенно посмотрел в крохотные, хитрющие голубые глазки на фоне потрескавшемся капилларами белке, что зловеще поблескивали в темноте. Ты кто такой, ты зачем? Я тебя не приглашал!
Не дожидаясь пока черепахоподобная тварь напрыгнет на него с кулаками (это у него за поясом что, нунчаки?!), Майк лихо перекатился через плечо назад, и застыл в положении на одном колене, уже зажимая подмышками жесткие, увенчанные грузилами парные палочки наизготове. Что-то подсказывало черепашке, что встреча с сим странным существом ничего хорошего ему не сулит!

- Папуля? Сынуля? - вскинул бровные дуги подросток. Без шуток, это звучало даже еще более странно, чем языкатая тортилла на голову выше весельчака - и откуда он взялся? Сбросив с себя мрачное оцепенение, парень быстро осмотрелся по сторонам, отчаянно надеясь увидеть неподалеку еще одну черепахоподобную фигуру, и чтобы на этот раз это был ни кто иной, как старина Рафи! - Ты явно меня с кем-то спутал, дружок. Тебе не кажется, что я слишком молод для того, чтобы стать отцом? - шлепнул себя по груди трехпалой ладонью, осторожно выпрямляясь и продолжая аккуратно пятиться к краю площадки, пяткой "прощупывая" пути отступления. Завороженно проследив за взмахом длиннющего языка, который аки жало заостренным кончиком был нацелен прямо в веснушчатую физиономию Микеланджело, юноша быстро вскочил на высокий бордюр прямо у себя за спиной, опасно балансируя над пропастью. Он не Рафи чтобы нападать на все что движется и притесняет, да и как-то настроения не было месить эту хрень непонятного происхождения. Тень плотно окутывала силуэт громилы, и все, что мог разглядеть весельчак, так это крупный, шипастый панцирь за спиной незнакомца, рогатую башку, голубые, злобные зенки, хвост, как у ящерицы и толстые накаченные ноги как у кузнечика, или у... - "Да ладно," - внезапная догадка ударила парня по маковке как молот могучего великана! Майк аж закачался на месте и резко присел на корточки, вцепившись пальцами одной руки в потрескавшуюся кирпичную кладку, глухо шкрябнув по камню ногтями. - "Да не может такого быть! Или..."
По мере приближения неведомого чудовища, лицо подростка вытягивалось, а челюсть постепенно оказывалась где-то на земле, и подобрать ее он был не в силах. Определенно точно у этого "сынули", даже в сумерках, Микеланджело смог разглядеть странного, неестественного цвета кожу - грязновато-желтую, с легким зеленым оттенком. И морда... Свою собственную физиономию юноша каждый день в зеркале видел, и знал каждый изгиб и линию скул и угловатой переносицы, чтобы сказать... что он смотрел на сильно искаженного себя самого, которого то ли через мясорубку и отбивные молотки пропустили, предварительно накачав тестостероном и "Растишкой", то ли завели в темный угол к таксидермисту и пришили лишний хвост и язык. Ну хвост ладно, им цеплять можно, вещь удобная, тут Майк даже спорить бы не стал, и сам не отказался бы такой иметь в качестве пятой вспомогательной конечности, но язык то зачем? Это что... намек на то, что он такой болтливый что ли?
Обидно черт возьми!

- Слушай, чувак, я к тебе с обнимашками не побегу, уж извиняй, - шутник вытянул шею, присматриваясь к незнакомой черепахе, и невольно коснулся крепко сжатым кулаком с нунчаками своих щек, - Боже, у тебя тоже есть веснушки...это чере-чер-чертовски мило. Значит я твой эм... ты мой... мы типа... - живо зажестикулировал черепашка, безуспешно пытаясь выразить более-менее четкую мысль. - "Святые панцири, где же Ди, когда он мне так нужен объяснить эту чертовщину?!" - Может ты прекратишь это делать? У тебя язык во рту как помещается? Ты его в трубочку что ли складываешь? Я читал в комиксах про злобных клонов, но увидеть одного из них в живую... Не, ну я конечно все равно симпатичнее. И сколько вас? Кто вас сделал? А ты умеешь читать мысли? Телекинез, телепорт? Танцевать как я умеешь?

Глупые вопросы дождем просыпались на уродливую голову незнакомого мутанта, явно с целью отвлечь его от агрессивных действий. Существо разумное, но психически не стабильное - даже у Майка не хватило бы извращенности сознания назвать цистерну с мутагеном, что сделала его из мелкой безмозглой рептилии в говорящего, ходячего антропоморфа со знанием ниндзюцу "мамой"! Обращение языкастого к его персоне подобным образом весьма настораживало... да и пугало, знаете ли. Панцирь, ну почему он с Рафом разделился, саеносец сейчас поди на вашингтонском мосту десятую цигарку выкуривает от скуки, пока его младшего братишку тут эта желтая стремная хрень жестко "прессует"! Майк толком и понять то не мог - что ему делать с такой новостью? Вообще можно вырубить этого "сыночка", - "Если еще получится.." - связать цепями кусаригам и допереть его в лабораторию к Дону, пускай ковыряется с новой игрушкой, выяснит, что это такое и откуда, ведь у Майка совершенно не было времени на такие вещи - он должен искать Ло. Но тут был один небольшой такой нюансик... много небольших нюансиков!
Теперь Ди даже простецкий тостер не починит и пластырь не налепит, куда уж ему разбираться с новым мутантом! Ну разве что под диктовку Моны.

Черепашка гибко отпрыгнул еще дальше от протянутой к нему трехпалой лапищи чужака, не забыв поразиться тому, какие у этого монстра когтищи. Больше всего они вдвоем сейчас напоминали обезьяну и смотрителя зоопарка, который пытается ее поймать. И в роли смышленой мартышки выступал ни кто иной, как Микеланджело, плавно перемещаясь по периметру прямоугольной площадки, звучно шкрябая выпуклым тылом панциря по каменной кладке, едва ли не искры высекая - он не создан для страстных объятий с незнакомцами, которые, вероятно, были созданы по его образу и подобию психанутым ученым-ящерицой. Не, ну а кому еще придет фанатичная идея слепить "из глины" черепахоподобных чудовищ с огромными хвостами, которые называют их, черепашек, "папочками"! Наверняка в этом замешены Фут, Лизард, и прочие красивости. Интересно, знает ли о них Лео? И если да... если их правда четверо...
Как он воспринял свое кривое отражение? А может он тоже в этом участвовал?

Панцирь его дери...

- Так чего тебе надо?!

+3

5

Болтает, болтает, как же много он болтает. Чудак щурился, выпускал язык, едва заметно шатался на месте и продолжал слушать тот словесный понос, что лился из пасти папули. Да, он явно в эту черепашку своим характером пошёл, вот только нашла коса на камень и в итоге вместо просто болтливого появился еще и безумный. И сейчас этот безумец готов был не столь обнять второго папку, сколько попытаться вскрыть его побитый в драках панцирь и позыркать, что тот прячет внутри себя. Может заначку какую себе для органов найдем, м?

Подходя в папке медленно и замирая вблизи, точно кот перед прыжком, Бетэ срывается с тихого прыска на хохот, чуть ли голову, назад не опрокидывая в этот момент. Батя хотел знать куда больше, чем должен был вообще знать о своем сыне, то-то он обрадуется, когда поймет, что и дядей успел стать. Себе на горе. Да и поймать себя в итоге не позволил, прыгун чертов. Хвост нервно зашевелился за спиной хозяина, Чудак явно не оценил нежелание отца к более близкому знакомству с родным сыном. Язык вновь прошелся по губам назло реплике Майка про засовывание его в рот. Хрен ему, Бетэ был крайне буйным ребёнком и редко кого и когда слушал.

- Мой язык способен заползти туда, куда тебе и не снилось, Майки, - он перешёл с прозвища на прямое обращение, точно внутренний переключатель щелкнул на отметке «адекватный». – Я бы поспорил, кто из нас симпатичнее, минуту назад с таким кислым лицом стоял, что Сплинтер на его фоне красавцем бы выглядел. Что? Я же твой сын, блять, конечно, я знаю о своем «дедуле», видишь, даже хвост от него по наследству перешел.

Хвост за спиной громко шлепнул по трубе, что вела от бака с водой, создавая округ приглушенный звон. Клон выжидал, когда же Майки сделает резкое движение, когда он спровоцирует своего сыночку на драку, да такую, что будет возможность побить черепаху и оттащить его тело к Рене. Возможно, его за это позволят, ведь он будет первым, кто уложил своего папочку на панцирь и раздавил следом.

- Знаешь, - Бетэ склонил голову немного в бог и почесал когтями свою пятнистую морду, словно бы снова забыл, зачем пришел. – А я ведь видел твоего братишку… как там его, Леонардо? Он остался доволен своей новой семьей. В особенности мной, ведь я не настолько болтун и идиот, насколько им являешь ты, папуля… - язык снова показался из пасти и опустился чуть ли не до пояса клона, пока тот глумливо похихикивал. – Грустно, да? Быть ненужным и брошенным родным старшим братиком, батя…

Хотелось довести, хотелось вывернуть наизнанку его душу и поглядеть, какой же Майки в бешенстве или злобе, может ли он стать таким, каким стал Леонардо, вступив на темный путь и позабыв о всем, чему учил его крыса. Схватившись за свои нунчаки, клон решил перейти от разговора к делу, не мытьем, так катаньем, но он взбесит батю и вот тогда они поиграют так, как только отцы и дети играть способны. Прям там, на крышах ночного города, перепрыгивая через переулки, гоняя друг друга, точно в салочки. Салочки… А почему бы и да?

- Эй, Майки? – в попытках схватить или подловить черепаху, Бетэ вспоминает про свой хвост и вполне удачно ловит им отца за ногу, плотно сжимая кольцо конечность. – А ты летать умеешь?

Мерзкий смешок и клон разворачиваясь, набирает скорость и швыряет родственничка в сторону открытого полета, едва ли не с крыши вниз. Да, экспериментами этот безумец пошел явно в ящерицу.

+3


Вы здесь » TMNT: ShellShock » V игровой период » [C5] - You're pretty - Thanks. You terrible.