Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на приватную форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя".

Приветствуем на нашем закрытом проекте, посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но также присутствует своя сюжетная линия. В данный момент, на форуме играют всего трое пользователей — троица близких друзей, которым вполне комфортно наедине друг с другом. Мы в одиночку отыгрываем всех необходимых нашему сюжету персонажей. К сожалению, мы не принимаем новых пользователей в игру. Вообще. Никак. Но вся наша игра открыта для прочтения и вы всегда можете оставить отзыв в нашей гостевой.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » VI игровой период » [C6] Somewhere I belong [18+] (Караи)


[C6] Somewhere I belong [18+] (Караи)

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://sg.uploads.ru/t/H7YAZ.jpg

I wanna heal
I wanna feel
What I thought was never real
I want to let go of the pain
I felt so long

Место и время: с 25 по 28 июля, покои Шреддера, далее - японская резиденция Клана Фут, Киото.
Участники: Karai, Leonardo

Краткий анонс: Нелегко Леонардо далось решение остаться в Клане и тем самым упустить, возможно, единственный шанс на спасение собственного панциря. Его нервы если еще не лопнули окончательно, то уже находятся на грани: мечник больше не может изображать преданного солдата, в любую минуту рискуя засыпаться и выдать себя с головой. Возможно, кто-то уже смутно догадывается, что с мутантом что-то не так.  Никакого выхода для Лео нет... кроме Караи, которая все еще верит в свой дар убеждения и просто жаждет навести порядок в японской резиденции Фут, где нахально хозяйничают местные якудза. Только вот одной лететь немного скучновато, не так ли?

+2

2

Как ни крути, а за то время, что Караи провела в американском подразделении Клана Фут, она успела здорово соскучиться по Японии. Оно и неудивительно, ведь она провела здесь всю свою сознательную жизнь — сперва как дочь одного из самых влиятельных людей страны (пускай большая часть населения даже не подозревала о его существовании), а затем уже как его главный помощник и прямой наследник. Минувший год она и вовсе стояла во главе местного штаба, полноценно замещая своего отца на этой должности, в то время как Шреддер наводил порядок в Нью-Йорке — и, стоило признать, девушка отлично справлялась со своей работой. В некоторой степени, как она сама считала, даже лучше своего сурового папаши... о чем, разумеется, благоразумно молчала, лишь хитро улыбаясь своим мыслям после очередного успешно выполненного задания. Именно поэтому Шреддер и вызвал ее к себе, сразу же, как только ему понадобилась дополнительная помощь, сознательно наплевав на все прочие дела в Киото. И Караи, конечно же, немедленно вылетела в США на их личном самолете, заранее предвкушая самую интересную миссию в своей жизни...

Эх, знала бы она тогда, в какое дерьмо это все выльется в конечном итоге!

Сидя в дорогом кожаном кресле у иллюминатора, в глубокой задумчивости подперев щеку кулаком, Караи с довольно-таки отрешенным видом наблюдала за постепенно выныривающим из-за облаков городом — таким удивительным и необычным, очень красивым... и ужасно скучным, если сравнивать с шумным и неоновым Нью-Йорком. Да даже с ее родным Токио! И все-таки, в нем имелся свой, ни с чем не сравнимый шарм. Древний восточный колорит, с которым в жизни не сравнится никакой грязный, перенаселенный Чайнатаун с его обшарпанными уличными витринами и дешевыми китайскими фонариками. Два таких совершенно разных мегаполиса... Она уже и не знала даже, какой из них предпочитает. Равно как и не могла сказать, что она сейчас испытывала, видя перед собой знакомые, причудливо изогнутые крыши старинных построек на фоне разнокалиберных высоток делового квартала. Это были довольно разнокалиберные чувства. От сдержанной радости и облегчения, что вся эта дурная история, наконец-то, закончится, до непроходящей горечи от осознания предстоящей разлуки. Если, конечно, все получится сделать так, как она это себе спланировала. А спланировала она, ни много, ни мало, а побег из Клана — правда, не свой. В любом случае, это была довольно... рискованная затея, и это очень мягко сказано; на памяти Караи за всю историю лишь несколькими людям (или мутантам, если вспомнить недавний побег Алопекс) удалось покинуть это змеиное логово, оставшись при этом живыми и ненайденными. Если что-то пойдет не так, Лео будет обречен — но, с другой стороны, он и так уже давно балансировал на самой грани, готовясь в любой момент расстаться с жизнью. Его нынешнее положение было еще более отчаянным, разве нет? К тому же... еще ни одному предателю, живому или мертвому, не приходил на помощь кто-то из правящей верхушки Клана. Это, на взгляд Караи, значительно прибавляло шансы на спасение... и сильно угрожало ее собственной жизни. Но ведь Шреддер не просто ее мастер, ее лидер — он в первую очередь ее отец.

И что он ей сделает? Голову отрубит?

От этой мысли, японка едва заметно передернулась и сменила позу, отчасти напряженно вцепившись пальцами в подлокотники сидения. Со стороны могла показаться, будто она банально нервничает при посадке, и не удивительно, что весь полет молча просидевший бок о бок с ней Леонардо тотчас плавным движением накрыл ее ладонь своей здоровенной зеленой лапищей, словно бы успокаивая взвинченные нервы куноичи. Ох уж этот чертов добряк... со своей дурацкой отеческой внимательностью и заботой! Караи торопливо выдернула кисть из чужой хватки, наградив юношу коротким, многозначительным взглядом, напомнив ему, тем самым, о присутствии других высокоранговых футов рядом с ними, и вновь отвернулась к окошку, отчасти сердито ткнувшись носом в костяшки сомкнутого кулака. Болван... Вот именно поэтому ей пришлось взять всю инициативу в собственные руки. Этот дурак попросту не был способен в достаточной мере притворяться холодным или злым. Нет, ну когда-то ему это удавалось, но то было под действием наркотика. Лео и сейчас неплохо играл на публику, но в нынешней ситуации нельзя было ограничиться одной лишь непроницаемой мордой кирпичом да сухими, немногословными репликами в духе "да, сэнсэй", "нет, сэнсэй", "я не опозорю вас, сэнсэй"... А ведь именно так черепашка вел себя при последнем разговоре со Шреддером, когда они втроем обсуждали сложившуюся в Японии обстановку. Караи отнюдь не просто так вызвалась разобраться с местными бандами якудза, в отсутствие строгого надзора совершенно выбившихся из подчинения Фут. Для Леонардо это, возможно, был последний проблеск света в темноте... последняя надежда вырваться из Клана, оставшись при этом вживых. А если повезет — то и невредимым тоже. Интересно, понимал ли это сам Лео? Догадывался ли, чего ради Караи потащила его за собой на другой континент? Там, на приватной аудиенции с Ороку Саки, девица уверенно заявила, что Лео понадобится ей в Киото, чтобы запугать врагов Клана и заново укрепить их позиции в стране. Ей пришлось призвать на помощь всю свою хваленую дипломатию и актерское мастерство, чтобы Шреддер доверился им обоим... Но, к сожалению, у куноичи не было возможности лично посвятить Лео в детали ее хитроумного плана. И вряд ли эта возможность появиться в ближайшее время — рядом с ними постоянно кто-то присутствовал. Ее собственные солдаты, главным образом. Она была готова доверить им свою собственную жизнь... но только не жизнь Лео. Главным образом, потому что приказы Шреддера были для них гораздо важнее. Неизвестно, как они себя поведут, если узнают правду. Она не могла так сильно рисковать. Вот и приходилось старательно делать вид, что они с Леонардо действительно на каком-то непомерно важном для Клана задании — так оно, в принципе, и было, просто с незначительными, кхм, отклонениями от всем известного плана действий. Совсем крохотными, если так подумать...

Может и хорошо, что Лео ничего не знает. Будет вести себя естественнее. Так, как этого от него ждут все остальные. И ее собственный вклад в спасение несчастного мутанта останется нераскрытым... что тоже очень и очень неплохо.

*****

Местная резиденция семейства Ороку почти никак не отличалась от своей американской версии... За исключением того, что роскошный японский особняк не торчал на вершине огромного Нью-Йоркского небоскреба, а вполне себе мирно располагался на твердой земле в окружении большого фруктового сада. Такого, как частенько показывают в разных фильмах про самураев — яркого, сочного, роняющего приторные розовые лепестки чуть ли не круглый год кряду, вопреки логике и здравому смыслу. Может быть, потому, что здесь росла не только сакура, но и другие пышноцветущие деревья? Караи не отличалась глубокими познаниями в гербологии. Да и некогда ей было любоваться здешними красотами, она давно была к ним привычна, в отличие от тетери-Лео, с первых же мгновений широко разявившего свой рот при виде традиционных японских пагод и другой культурной мишуры, коей здесь было более чем в достатке. Караи некоторое время тщетно пыталась призвать юношу к порядку, периодически строго одергивая и даже окрикивая его, видя, до чего сильно он отвлекается на любование местными достопримечательностями ("Аллё! Земля вызывает! Хьюстон, у вас сейчас ТАКИЕ проблемы будут!"), но вскоре махнула рукой на это гиблое дело, даже украдкой усмехнувшись восторженной мине черепашки.

Ну точь-в-точь как малый ребенок в Диснейленде... Что ты с ним будешь делать.

Долгожданное расслабление пришло лишь когда Караи отослала своих людей, наказав им готовиться к вечерней миссии, а сама повела Лео сквозь просторные, лаконично обставленные комнаты, где немногочисленная мебель и скромная деревянная облицовка, как обычно, причудливо гармонили с современной техникой и дорогущими элементами декора — наверняка из личной коллекции семейства Ороку. Очевидно, что здание постоянно обслуживалось и держалось в идеальном порядке, несмотря на долгое отсутствие хозяев... и также хорошо охранялось, судя по количеству стражей и прислуги. Все, впрочем, очень тихие и незаметные — совсем как в Нью-Йоркской резиденции. Даже еще больше, чем их американские "собратья"... хотя, казалось бы, куда уж больше-то. И сама Караи тоже держалась непривычно строго, без присущей ей наглой расхалябности — ни тебе характерных шуточек, ни ехидных подколов, ни даже элементарного внешнего спокойствия. Отчего-то, девушка совсем не выглядела довольной своим визитом в Киото... Хотя она так часто любила рассуждать об этом городе, без устали сравнивая его с Токио и другими крупными мегаполисами. Сейчас ее с трудом можно было развести на болтовню, да и вообще хоть на какое-то неформальное общение; бледное лицо японки казалось на редкость собранным и непроницаемым. Поднявшись вместе с Лео на второй этаж, Караи все также молча провела его по нескольким длинным, непривычно светлым коридорам — красного цвета здесь было чуть меньше, чем в Нью-Йорке, но он все еще щедро присутствовал всюду, куда только мог упасть взгляд, — и, в конце концов, уверенно толкнула рукой одну раздвижную панель, продемонстрировав спутнику его новые покои. Опять же, это помещение казалось гораздо светлее и приятнее, чем то, где он жил последние несколько месяцев. Здесь и дышалось заметно легче... Главным образом, за счет широкого круглого окна, сквозь которое свободно проникал солнечный свет, частично окрашенный в мягкие лиловые оттенки — все из-за пышно разросшейся снаружи ароматной вишневой кроны, чьи ветви едва ли не проникали внутрь комнаты. Здесь также не было привычной европейской кровати, громоздких тумб или столов — а следовательно, оставалось больше свободного пространства для жизни, тренировок и медитаций.

Устраивайся, — коротко молвила Караи, дав Лео с полминутки на то, чтобы переступить порог и нормально осмотреться по сторонам. — Но не шибко расслабляйся. Этим вечером у нас состоится первая важная встреча с главой клана Такакура. Я хочу, чтобы ты хорошенько к этому подготовился. Проверь все свое вооружение. Полная боевая готовность. Переговоры будут не из легких. Мы отправляемся ровно в половине девятого, — кратко проинструктировав, таким образом, своего растерянного приятеля, Караи решительно повернулась к нему спиной, готовясь покинуть спальню... но все-таки притормозила, как-то странно покосившись на юношу поверх собственного плеча. Кажется, ей хотелось сказать ему что-то напоследок... но воительница быстро справилась с этим неуместным желанием, едва заметно нахмурившись. — Перелет был долгим, — уклончиво буркнула она, пытаясь замаскировать свой странный, мимолетный порыв. — Нам обоим стоит хорошенько выспаться перед встречей. И поесть тоже. Если хочешь, я скажу, чтобы обед принесли пораньше.

+2

3

Ночами, особенно в моменты изнуряющей бессонницы, Леонардо довольно часто вспоминал и прокручивал в мозгу тот самый день, когда он сознательно отказался от своей семьи, встав на сторону их общего врага. Святые панцири, насколько этот поступок выглядит сейчас… отвратительно. Самый прилежный сын, правая лапа и опора старого сэнсэя вдруг покорно склоняет голову перед рослым ублюдком в доспехах, назвав того "Мастером". По его же приказу бросается с оружием наперевес на собственных братьев и друзей, разом перечеркнув все, чем он доселе так дорожил: сострадание, силу воли, крепость семейных уз и непоколебимость клана Йоши. Леонардо со страхом ловил себя на мысли, что тогда он действительно жаждал смерти Сплинтера как своего личного врага, который мало того, что сам якобы оказался беспринципным убийцей, так еще и постоянно оказывал давление на мутанта, морально уничтожая даже малейшую возможность его саморазвития. Конечно сильно позже, когда мечник все-таки вернул себе здравость и ясность памяти, для него было довольно слабым оправданием, что его постепенно накачивали галлюциногенным дурманом, отчего он и поверил во весь этот бред, идя на поводу у собственных амбиций. Впору корить себя за нечаянное увлечение Караи, которая - рада стараться! - довольно быстро нашла подход к замкнувшейся черепашке, с успехом прожав нужные ей кнопки на больном самолюбии Лео. Полностью отрезанный от своего дома и братьев, парень оказался во власти жестоких установок Клана и, в частности, самого Шреддера. Разумеется, панцирный бунтарь предполагал, что легкой и беззаботной службы у Фут ему отнюдь не светит, однако он даже подумать не смел, насколько неподъемная ноша взвалится на его нравственные плечи. Сломанные, равно как и мертвые, Клану были бесполезны.

Он знал, что не заслуживает даже снисходительности за содеянное, и, прежде всего, за предательство себя самого. Наркотик уже практически полностью выветрился из черепашьего организма, оставив на память мигрени и ночные кошмары в качестве побочных эффектов интенсивной детоксикации. Однако пережить физические недомогания для Леонардо оказалось бы гораздо проще, чем безудержную тоску по своему родному логову, которая лишь неуклонно разрасталась, заставляя его сердце болезненно сжиматься от одной только мысли о своих братьях и отце. Как ему только вымолить у них прощение?...

С таким раскладом и очередной (мать вашу!) сменой приоритетов бывший лидер прекрасно понимал, что уже не может по-прежнему изображать из себя хладнокровного бойца Фут, безоговорочно подчиняясь приказам Шреддера. Раз за разом, пытаясь вмешаться в ход преступных миссий, дабы не допустить непоправимого, Леонардо с завидным упрямством подвергал себя самоубийству - даже удивительно, как ему до сих пор удавалось оставаться вне серьезных  подозрений. Впрочем нет, ничего удивительного в этом не было.

Караи.

Именно ей мутант был обязан тем, что сидит сейчас в кресле самолета, а вовсе не гниет расчлененным трупом где-то в братской могиле изменников. Раздумывая над причинами, которые вынуждали девушку неоднократно отбивать своего приятеля от праведного гнева отца, Леонардо надеялся, что все-таки сумел разгадать их правильно. Он очень хотел бы поговорить об этом с куноичи, прямолинейно и искренне, тем самым расставив, наконец, все точки над "и" в их странных отношениях. А главное - самому признаться ей в своих чувствах… даже если он потом об этом пожалеет.

Украдкой покосившись на свою задумчивую соседку, мечник не сдержал теплой полуулыбки, после чего вновь нацепил хмурую физиономию и, откинувшись назад, смежил веки. Мда… Похоже, что двойственность и полумеры стали теперь постоянными друзьями Лео, здорово мешая тому принять правильное решение. Всей своей душой черепашка отчаянно стремился к своей родне, зато сердце все пыталось удержать его в клане, возле нее... Без особых колебаний поддавшись на столь эмоциональную просьбу Караи, мутант вскоре очутился в рабочем кабинете Шреддера. Собрав всю свою оставшуюся волю в дрожащий кулак и по случаю немногословно поддакивая, Леонардо внимательно выслушивал озабоченные рассуждения отца и дочери о японском филиале Клана, который драконили местные шайки обнаглевших якудза. Судя по всему, из-за их набегов неоднократно срывались довольно серьезные бизнес-планы, что требовало срочного вмешательства одного из главных управляющих всей организации. С грехом пополам Караи все-таки уговорила своего родителя отправить именно ее вместе с черепахой в Киото, чтобы решить эти самые проблемы - ну что тебе, батя, с какими-то гнусными япошками возиться, когда и в Нью-Йорке дел по самое горло хватает?  Разумеется, Леонардо смутно догадывался, что основной повод столь неожиданной командировки кроется далеко не в киотских гопниках и трудностях восточного филиала, однако прежде, чем самолет оторвал свои шасси от взлетно-посадочной полосы, парень уже четко для себя осознал: как бы у них там ни сложилась ситуация в Японии, он будет рядом с Караи до самого конца поездки.

Несмотря на довольно длительный перелет, молодые люди практически все время молчали, разве только изредка перебрасываясь основными, ничего не значащими фразами. Младшая Ороку была словно бы в прострации, ничего не замечая вокруг себя и явно не желая ни с кем разговаривать. В частности, это было связано с тем, что вместе с ними летело несколько солдат, которых вызвали в качестве личного сопровождения девушки. Не имея возможности даже привычно пошутить, Леонардо мрачно косился на невозмутимых соклановцев, сидящих в соседних креслах, да почесывал запястье, которое неприятно зудело под передавившим его щитком. "Что же ее так гложет? - терялся в догадках парень. - Возможно, Шреддер сообщил ей что-то такое," - краем глаза заметив, как девушка слегка заерзала в кресле, мутант все же рискнул положить свою трехпалую ладонь на ее руку, чтобы хоть как-то поддержать. Мол, ничего, милая, прорвемся! Правда, "милая" тут же выдернула кисть из зеленой лапы, едва не изжарив бедного черепаха взглядом за столь вопиющую бестактность при посторонних. Хорошо, хорошо, я понял… Леонардо только и оставалось, что проглотить досаду, да вновь замереть беспристрастным послушным болванчиком, которого совершенно не волнуют чьи-то там переживания. Может быть, хотя бы вздремнуть получится?...

***

И все же он не мог скрыть своего восхищения. Ведь одно дело знать о Японии по целым сериям манги, историческим книгам и еженедельным трансляциям, и совсем другое - увидеть воочию, со всеми ее неоновыми небоскребами и вековыми храмами, пусть пока лишь в пределах Киото. Лидер черепашек словно бы окунулся в чистый источник древневосточной мудрости, откуда веяло мощной энергетикой самосозерцания и внутренней гармонии. Душевный покой… вот то, чего ему так отчаянно не хватало все это время. Если бы не долгий утомительный перелет и необходимость хотя бы разгрузить свою привезенную амуницию, парень прямо сейчас нырнул бы под тени японских кленов и вишен для релаксирующих медитаций. Даже грозная эмблема красной лапы на темном фасаде здания, которое, в отличие от Нью-Йоркской крепости, больше выглядело как традиционная двухэтажная пагода с пристройками, не могла испортить безмятежность общей картины. Зато внутри дома царил довольно смелый микс из старомодных и нынешних направлений отделки, где отлично сочеталась классика с высокотехнологичным хай-теком. Дорого, удобно, со вкусом. Леонардо вдруг поймал себя на мысли, что находиться здесь ему гораздо комфортнее, чем в американских казармах, и он был бы совсем не против еще раз вернуться сюда. С интересом оглядев свою комнату, куда привела его Караи, он уверенно прошел внутрь, отметив про себя точное соответствие местной обстановки всем его неприхотливым запросам, о которых он когда-то мечтал. Разумеется, подземное убежище черепашек не могло даже наполовину удовлетворить хотелки мечника, но он, в принципе, и не жаловался, ибо никогда не ведал вкуса настоящего уюта - что называется, для собственной души. И вот, кажется, это было оно, то неуловимое и вместе с тем достаточно осязаемое, когда можно было сказать "умиротворение".

- Спасибо, - ровным голосом ответил Леонардо, развернувшись к девушке лицом. Наконец-то, они остались одни, без назойливой охраны, и в какой-то момент парня охватило жгучие желание взять ее за руки и высказаться прямо сейчас. Что он теряет, в конце-концов?  Но он быстро сдержал свои эмоции, лишь молча покивав головой на все ее распоряжения. - Понятно. Исполню и буду готов к назначенному часу.

Мда… Еще поклониться осталось в знак верности своей госпоже - до чего же пафосно это прозвучало! Разве такое начало должно быть у их совместной командировки, аля "понял-принял"? А ведь от внимания мечника, который не сводил своих предательски взволнованных глаз с Караи, не мог не заметить ее некоторое замешательство на пороге и этот, якобы мимолетный, взгляд… Может быть, она собиралась еще что-то сообщить? Нечто очень важное… Нет? - Я хочу, чтобы ты пообедала со мной, Караи,, - плюнув на всю свою напускную холодность, Лео быстрым шагом приблизился к девушке и замер прямо за ее спиной, нечаянно обдав ее шею своим порывистым выдохом. - Расскажи мне все, что тебя сейчас волнует. Время еще есть…

+2


Вы здесь » TMNT: ShellShock » VI игровой период » [C6] Somewhere I belong [18+] (Караи)