Баннеры

TMNT: ShellShock

Объявление


Добро пожаловать на первую в России форумную ролевую игру по "Черепашкам-Ниндзя"!

Приветствуем на нашем проекте посвященном всем знакомым с детства любимым зеленым героям в панцирях. На форуме присутствует закрытая регистрация, поэтому будем рады принять Вас в нашу компанию посредством связи через скайп, или вконтакт с нашей администрацией. В игроках мы ценим опыт в сфере frpg, грамотность, адекватность, дружелюбие и конечно, желание играть и развиваться – нам это очень важно. Платформа данной frpg – кроссовер в рамках фендома, но так же присутствует своя сюжетная линия. Подробнее об этом можно узнать здесь.

Нужные персонажи


Официальная страничка ShellShock'a вконтакте
Skype: pogremuse ; rose.ann874


Форум о Черепашках Ниндзя Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPВолшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMNT: ShellShock » II игровой период » [С2] Don't look back


[С2] Don't look back

Сообщений 1 страница 10 из 14

1

http://savepic.net/5472686.png
Electro

http://savepic.net/5451182.png
Donatello

http://savepic.net/5467566.png
Ninjara


Ночь с 29 на 30 апреля.

В надежде найти свою девушку Донателло решает разбить черепах и их друзей на небольшие отряды. И так легла монета, что Донателло выпала компания Ниньяры. Он все еще ничего не знает об этой девушке, но видит в ней лучик надежды и утешения. Лиса готова поддержать мутанта в его поисках. Но тут ребята сталкиваются с проблемой по имени Электро. И теперь перед ними встает задача - целыми и невредимыми вернуться домой, помешать злодею, и не оставить город без электричества.

Отредактировано Ninjara (2014-05-11 23:55:15)

+1

2

https://31.media.tumblr.com/a6c21927d1bb2359b7e40bb1a7fa237a/tumblr_n56kkvmXYd1tb4ryqo1_500.gif
I'm already loud maybe,
It's a little too late,
Johnny's taking heads off of all the faggots who hate,
'Cause I'm like god, motherfucker, there's a price to pay,
Yeah, I'm a god, motherfucker, and it's judgment day!
_
(Undead!)
You better get up out the way,
Tomorrow we'll rise so we fight today,
And no, I don't give a fuck what you think and say,
'Cause we are gonna rock this whole place anyway.

  Он так многого просил?
Только один свободный день, только для себя, один единственный... Не говоря уж о том, что вообще-то,  в столь знаменательное для каждого человека событие, он, как и любой бы, ждет поздравлений, хоть капельку внимания и учтивости со стороны  своих коллег, со стороны друзей, в конце-концов... Хотя кого он обманывал - у него не было ни одного друга, ни одного существа в этом мире абсолютного равнодушия, который бы обратил на него внимания. давно пора бы было завести себе хотя-бы хомячка что ли... мелочь, а все равно приятно, когда ты хоть кому-то нужен. Именно о таком подарке самому себе он подумывал, даже присмотрел себе мелкого, пушистого грызуна на витрине зоомагазина, мимо которого он проходил каждый день. Макс вспомнил, как сегодня прижался к стеклу влажными ладонями, спрятав подмышку тяжелую тубу с закатанными в ней чертежами, прислонился лбом к холодной прозрачной поверхности, и разговаривал со своим будущим другом через толстое стекло - он уже придумал даже ему имя придумал...  Марко. Мохнатый, апельсиново-рыжий, с широкой соболевой полосой вдоль спинки, черные лапки смешно обхватывали усатую мордашку грызуна, Марко смотрел на темнокожего электрик одним глазом бусинкой и понимающе шевелил розовым носиком - Максвелл готов был поклясться, что малыш понимал его, и тоже всей своей крошечной душой стремится попасть в новый дом. А как Дилан представлял себе сцену представления большой, роскошной клетки купленной для крохи с маленьким домиком-замком, кухни, гостиной, спальни, каждого угла и закутка своей пустой квартиры своему меховому приятелю... Именно этими мечтами о сокровенной встрече он и жил, за весь этот скучный, непривычно вымотавший его совершенно день. Самые обычные упреки о его нерасторопности, сегодня вызывали в душе Макса не просто недовольство, а целый букет возмущения и обиды. Стоя, понурив голову и ковыряя носком потертого ботинка идеально отполированный пол, словно провинившийся школьник, Максвелл еле подавлял в себе желание  тихо напомнить, что у него сегодня не что-то там, а день рождения, и может быть, если у этого человека,  который вновь забрал чертежи Макса, и вряд ли теперь электрик их увидит, есть не сердце, так подобие этого механизма, благодаря которому этот этот может чувствовать, он смягчиться, а может даже, как в тайне надеялся Макс, его поздравит. Простое "поздравляю, здорово", было достаточным, чтобы ему поднять настроение на весь оставшийся день, ей богу, ему бы этого хватило с лихвой!
Но всем плевать...
- Ты бездарь...
Скромное молчание.  Макс чувствовал, как сильно душит галстук, как нервно трясутся ладони. Беглый взгляд поверх очков, на исчезающие среди стопки документов в широком, раздвижном шкафу офиса, его рукой расписанные чертежи. Дилан и сам не мог понять причину, по которой позволяет всем так с собой обращаться... прямо сейчас его, прилежного, грамотного электрика называют бомжом,подобранным с улицы и отбирают его личные изобретения - а он молчит. боясь сказать слово в протест, неловко теребя края галстука, кажущегося столь же нелепым, как и он сам: бледно-зеленым с яркими, багровым волнами.
- Сегодня Найджел взял отгул, а в пятнадцтом секторе проводка превратилась в труху.  - Холодные, презрительно-колкие глаза метнулись в сторону мнущегося у двери электрика. На это жалкое подобие работника действительно иначе то и не взглянуть. Пожалуй паршивей человечка во всей компании поискать надо. Одернув рукава дорогой рубашки, слегка выглядывающей из под пиджака, молодой "глава" медленно закрыл раздвижные двери, повернувшись к Максвеллу худой спиной. - Скажи мне... За что я тебе плачу?
- Мистер Дрейк... - Едва слышно неуверенно пробормотал Макс, робко цепляясь глазами за  замершую посреди комнаты долговязую фигуру, демонстрирующую к нему нескрываемое пренебрежение. - М-м-ис... - Обычно именно со слов об оплате начинались разговоры либо о том, чтобы ее урезать на добрую треть, или о том, чтобы навесить дополнительной работы сверх всего. И предчувствуя начало следующей реплики, Максвелл предпринял отчаянную попытку вклинить свое слово...
- За прогресс. Дилан, я не вижу прогресса, понимаешь? -  Тонкие, худые руки сцепились в крепкий замок за спиной молодого, преуспевающего бизнесмена. Разъяснять простые и вроде бы, достаточно очевидные вещи. Раздражало. - За состоянии проводки во всей компании Максвелл. Чтобы мои люди, не работали как кроты в норах, или шахтеры в подземке, - губы змеевидно изогнулись в мрачной ухмылке, - ... ты должен сделать все возможное, поддерживать электроснабжение здания в годном виде, это важно Максвелл, и согласись, совсем не сложно. Или ты будешь работать... или я уволю тебя.
- Но сэр...
- Раз твой коллега сегодня уже покинул пост, то ты, останешься до ночи, и чтобы когда я пришел завтра в офис, все работало и было в идеальном состоянии. Я не поленюсь, спущусь и проверю, Максвелл.
- Н-но...
- Что-то еще? - Тусклый, ледяной взгляд из-под прозрачных стекол очков пригвоздил темнокожего электрика к месту. Это был такой всеуничтожающий, не терпящий никаких возражений надменный взор, что Макс понял, ему же лучше будет сейчас смолчать. Коротко кивнув, мужчина осторожно попятился к дверям. на языке вертелось обиженное " ... но у меня сегодня день рождения", однако, кому до этого какое дело? У них были все документы на руках, и даже если  на его деле будет красным маркером отмечено, никто в упор не увидит, не сообразит, не обратит внимания... Макс осторожно прикрыл за собой двери и оперся ладонью о холодную стену, тоскливо глядя в чернеющее пространство за окном в конце коридора. Небо уже часа два, как окрасилось в темные краски, с разбавленными голубыми, красными и зелеными вспышками множества зажженных вывесок, вокруг "GETEC" плотной кучей сформировалась целая сеть ресторанов и магазинчиков - жизнь здесь постоянно кипела, не давая почувствовать себя одиноким.
Но порой огней живого города не достаточно, и ты все равно ощущаешь себя так, словно находишься сейчас в центре Северного полюса.
  Без единой души рядом с собой.
В абсолютной, космической пустоте...


Эта работа порой кажется ему кошмарной и унизительной, хотя Макс с детства увлекался подобного рода вещами, заменяя проводки в электрическом таймере, или заряжая батарею при помощь дольки лимона, которую мать приготовила, оставив на столе, чтобы сделать сладкого лимонада. В семнадцать он уже с легкостью заменял профессионального электрика, всегда поддерживая в доме электричество, а в 19 своими руками создал достаточно мощный блок резервного питания, который бы снабжал энергией на всякий пожарный не только его квартиру, но и ближайших соседей. И уже тогда юноша столкнулся с черной неблагодарностью со стороны не только жильцов, но даже и собственных родителей. Очевидно, все считали, что то, что делает Макс, так и должно быть... ни единого слова  похвалы, одобрения... он хотел бы услышать от отца "я горжусь тобой Макс!". Нет. Этого не было. Они смотрели на него как на кудрявое чудо в очках, которое просто любит совать пальцы в розетку, ну и, раз уж ему это мол, так нравится...
Темно...
Темно, хоть глаз выколи. Теперь, когда Дилан стал еще старше, все порешили, что Максвелл настолько пропитался электричеством, будто у него вместо глаз фонари, и поэтому этому парню ничего не страшно. Пусть разгребается сам, как пожелает.
С тяжелым вздохом, стоя на нижних ступенях ведущих в большое, прямоугольное подсобное помещение, темнокожий электрик выудил из кармана брюк мятый, белый носовой платок, лихорадочным жестом пару раз прижав его к влажным от капелек пота скулам. Кроме того, что в этом богом забытом углу ничего не видно, стоит только протянуть руку вперед, так еще и невыносимо душно. Присев на корточки рядом с пошатывающимся на краю ступеней коробом с инструментами, Максвелл на ощупь перехватил приятно прохладный корпус рации, лежащей сверху инструментов. - Билли? - Звук его голоса словно разбудил что-то, доселе мирно дремавшее в этом "драконовом логове". Максвелл вздрогнул, когда в глубине часть стены с высокими полками осветила неяркая вспышка света. Затем еще одна, узкой полосой пробежалась по ряду пластмассовых коробов.  Еще... и еще... всполыхи суетливо мелькали лишь у одной стены,  казалось, чем то прикрытые со стороны Максвелла, прямо бьющаяся о стенки  занавешенной клетки небесно-голубая жар-птица, или немыслимым образом заточенный в одном месте сгусток молний. Макса так впечатлила эта пляска огоньков, что не сразу понял - рация в его руке уже минут пять хрипит и призывает его спуститься с небес и ответить, что же ему нужно. - Прости Билли, - в ответ невнятное ворчание прерываемое помехами и надрывным треском, - Ты не мог бы отключить подачу тока в секторе пятнадцать? Честно даже повреждений не ви...
- Неа. Слушай, Макс, я через три минуты уже ухожу, прости мужик, ничем не могу тебе помочь.
- Но... -  Он рассеянно повертел в руках замолчавшее устройство связи, - Билли! Но как я... -  Мда. Если его зажарит как мышь, случайно сгрызшую провода в стенке, пожалуй, заглянув сюда, все эти люди просто хладнокровно перешагнут через его скрюченный, обгорелый труп. В слепом отчаянии и ярости, на мгновение захлестнувших его. обиженного, растоптанного и всеми униженного, в самую эту минуту, Макс с тихим всхлипом швырнул рацию в стену. Ему просто хотелось, чтобы люди перестали видеть в нем грязь. Или же вообще его не видеть. Что нужно сделать для этого? Что? На самом деле, жизненные перемены стояли от него очень близко, всего в одном шаге, но он и в самых страшных снах не мог себе представить, какие они будут на самом деле. Негодование все еще кипело в нем, и в кои то веки не было прикрыто маской благодушия и этой щербозубой, вымученной улыбкой. Взяв в руки свой чемоданчик, Макс усиленно гремел всеми ключами и кусачками вкупе с мотками изоляционной ленты, в мыслях со сладкой, довольной ухмылкой разнося все дорогостоящие препараты, скрытые в колбочках, баночках и стойках вокруг в щепки, и плевать, что его уволят на следующее утро и всю оставшуюся жизнь он проведет прижимаясь к грязным стенам с протянутой рукой для подаяний... У него день рождения... Это было бы для его измученной души не меньше приятным подарком, чем пушистый хомяк.
По мере его приближения, лихорадочно бегающие по темной поверхности огни, задвигались быстрее. И хотя путь намеченный тонким лучиком фонаря лежал прямо к высокой лестнице, упирающейся почти в потолок(видимо проводка уже была исправлена в этом месте не единожды), он не мог подавить в себе любопытства, когда проходил мимо. Одним легким движением сдернув брезент на пол, Макс восхищенно замер, направив фонарь на огромный, полукруглый... аквариум. Да, именно аквариум, с толстыми стенками высотой где-то около трех метров, до краев наполненный водой.  Жидкость раскачивалась волнами на поверхности, отталкиваясь от одного края и выплескиваясь за другой, от хаотичного движения гибких, длинных тел жителей этого миниатюрного бассейна. Красивые, юркие, с маленькой, аккуратной головой и серебристой чешуей по всему змеевидному телу, от которого по воде пробегали крохотные разряды, это они вспышками молний разукрашивали узорами стенку напротив. Электрические угри. Чудо природы - существо, которое создает электричество... оно и само похоже на  метнувшуюся в толще воды серебристую искру, сколь быстро двигались эти твари, свернувшись в плотный клубок. Ничего подобного в своей жизни Максвелл еще не видел. А в полусумраке склада, это все еще отдавало непонятной магией, мистикой волшебства, а ящерообразные головы угрей с неподвижными точками глаз - чем не могучие драконы. Почувствовав мгновения сказки рядом, настроение Дилана как-то незаметно улучшилось - все таки пускай и так, но в свой праздник он таки оказался здесь не один. - Привет парень... ты же парень? Не хочешь поздравить меня с Днем Рождения? - Широкая, мозолистая ладонь мягко легла на прозрачное стекло, оставив смазанный отпечаток. Рыба гибко извернулась в кольцо, покачивая головой и уставившись на разговаривающего с нею человека двумя пустыми бусинами.
Они реагировали на слова, обращенные к ним,  клубок живых тел двигался все энергичнее, они плотнее сбивались в кучку, изредка прекращая свою карусель, вперившись маслянистыми глазками в темную физиономию, маячащую за пределами их тюрьмы. От угрей освещение было предостаточным, после того, как мужчина убрал с них  брезентовое покрывало - большая живая лампа светила прямо на разорванные линии проводки. Изоляция сплавилась, размахрившиеся концы разноцветного пучка проводов, роняли искры прямо в мелкий бассейн. Засучив рукава, поправив сползшие на кончик широкого носа, Дилан решительно придвинул шаткое подобие лестницы к искрящей проводке, не забыв надеть перчатки. Конечно, как любой нормальный человек не желающий помирать раньше времени, он бы подождал до утра, уломал бы каким-нибудь образом смилостивиться и отключить электричество в этом секторе, и без риска все сделать. Но стоило ему подумать о том. чтобы спустить ногу со ступеней, как перед глазами возникала худощавая фигура, в дорогом костюме, стоящая к нему спиной...
" ...это важно Максвелл. И согласись, совсем не сложно..."
Да уж. Раз плюнуть просто.
Отступить он не мог. А вот оступиться - запросто!
Макс и сам не понял, что произошло конкретно - то ли порвана перчатка, когда он прикоснулся к подлежащему ремонту куску провода и его так сильно ударило током, что отбросило назад, то ли эта развалюха-стремянка все-таки затрещала по швам от его веса и что-то там сломалось... первое что он ощутил - боль... оглушающую и парализующую тело боль. Мысли, промелькнувшие в сознании, что он сейчас умрет, превратиться в кусок обуглившейся плоти, прямо здесь, прямо сейчас... и тут же потонули вместе с ним в ледяной толще воды. Рухнув спиной в бассейн с угрями, Дилан выплеснул едва ли не пол-резервуара за край, вместе с парочкой змеящихся почти на поверхности угрей, и легче камня опустился на самое дно. Угри... Длинные, пластичные, переполненные энергией...  застыв по углам своего аквариума, они замерли, недружелюбно взирая на растерянного гостя, находящегося в глубоком шоке и даже не предпринимающего никакой попытки всплыть. Несколько секунд, всего мгновение, и эти твари рванулись в сторону темнокожего электрика, закружив в клубке с новой силой, и на этот раз, его эпицентром был яростно брыкающийся и пускающий пузыри несчастный Макс! вспышки по стенам стали еще чаще, еще ярче, вода бурлила от непрерывного движения множества тел и попыток умирающего выбраться из страшного плена. и в какой-то момент аквариум с непередаваемым грохотом развалился на части - лопнувшее стекло не выдержало и осколками разлетелось по сторонам,пустив на пол потоки воды и обездвиженное тело Максвелла, полностью укрытое живыми, скользкими путами... От этого спутанного шевелящегося кома в стороны разбегались серебристые полосы света, продолжающие разрезать темноту подсобки...


- Я умер... - Однозначно он был мертв.
Разве мог бы остаться в живых человек, которого оплели живые, испускающие мощные потоки электроэнергии, скользкие рыбы. И без воздуха, на дне резервуара. Сколько он там  успел пролежать, пытаясь освободится от этих скользких гадин? Час, два? Или всего две минуты? В теле было неприятное ощущение слабости, опустошения, словно Максвелл преодолел только что пустыню пешком. Он все еще лежал ничком, среди постепенно подсыхающей лужи, а рядом с ним, в скрюченных позах валялись дохлые рыбины. одна из них все еще обвивал кисть мужчины. Он чувствовал ее омерзительную, склизкую кожу, прижатую к его суставу, но боялся открыть глаза, чтобы осмотреться и стряхнуть сдохшую тварь с себя.  Дилан уже решил для себя, что двинуться с места он не сможет, он умер, и сейчас его погибающий мозг выдает последние мысли, которых довольно скоро не будет. Одно плохо, для мертвого, Макс испытывал слишком большой дискомфорт. Так и должно быть? Один из угрей в предсмертной агонии извернулся улиткой, задев сухой мордой  локоть распластавшегося мужчины. Тот невольно дернулся в сторону, желая быть подальше от этой мерзости ... и перекатился на бок, тупо уставившись на полки шкафов, нависающие у него над головой. На рай не похоже... Боже мой, неужели ему хоть раз  жизни в чем-то повезло?! Он живой... живой. Но почему так случилось?
Максвелл с огромным трудом принял сидячее положение, упираясь руками прямо в осколки резервуара, раскиданные по полу всего подсобного помещения.
Ощущения боли не было. Ни намека. Только безграничная усталость. Его полностью лишенное сил тело, не хотело подниматься с мокрого пола, и Дилану удалось подняться на ноги лишь с третьей попытки, лихорадочно цепляясь за полки, стойки и  любую поверхность, которая могла бы послужить ему опорой. Еле переставляя ноги, словно вместо них, у него были две деревяшки, Максвелл на ощупь направился к выходу, с трудом соображая, что вообще происходит. На странное свечение, что сопровождало каждый его черепаший шаг, мужчина просто не обратил внимания, все его сознание было сосредоточенно на том, чтобы не наступить на склизкие тела угрей, расположившихся вокруг его влажно хлюпающих  ботинок. А когда он вышел на залитый светом общий, широкий коридор, голубоватое сияние полностью растворилось в лучах множества ламп. Мужчина поднял взгляд на одну, не мигая уставившись на ослепительный источник света... и та разлетелась в пыль, испуганно мигнув, словно Макс в нее выстрелил. Что же происходит?! Покачиваясь, периодически сталкиваясь плечами то  с одной стенкой коридора, то с другой, чудом выживший направлялся в сторону аварийного выхода - третий этаж в этом проклятом здании, за дверью  лестница до двери, как же он преодолеет ее в таком состоянии? Макс об этом не подумал. он просто хотел поскорее убраться отсюда. Но что-то сильно тормозило его и без того очень медленный шаг - пустота внутри него требовала безумия. Мысли были просто сумасшедшие, и как бы он не ссылался на пережитый им кошмар, они не давали ему покоя. Это было что-то среднее, между голодом и желанием хорошенько выспаться, до того сильным... что он сдался.
Прямо за дверью "шкафчик", с понятной каждому привлек внимание мужчины.
с каждым своим движением, с каждой невольно вырывающейся из хаоса в голове странной мыслью, Дилан Максвелл понимал - с ним случилось что-то ужасное.
Но не мог взглянуть на себя в зеркало, чтобы увидеть на что он стал похож, и у него не было возможности в деталях рассмотреть свою голубовато-белую ладонь, распахивающую заветную дверцу, скрывающую мощный поток энергии. Он жаждал.. Да, это было  даже ближе к жажде!  Максвелл ощущал, как электричество пробегает по проводкам, как проходит по стенкам, эта сеть электричества. В отличие от жажды и сводящих суставов, этот "побочный эффект", казался ему необычно приятным.  Не думая, Макс сунул голые ладони прямо в спутанное "содержимое" электрического щитка...
Светопредставление, которое он устроил, обхватив кабель бледными пальцами, почти не удивило его. примерно чего-то такого он и ждал - приглушенного треска тока, мигающих лампочек, взрывающихся маленькими бомбами от перепадов напряжения, в тоннеле рядом с пожарной лестницей гудела лифтовая кабинка, взлетая вверх и опускаясь до нулевого этажа, как бешеная, а электрические приборы, любимые кофеварки и чайники, которым не повезло быть воткнутыми в розетки,  своим взрывом организовали на нескольких этажах  небольшие очаги пожара - пока Макс всасывал в себя энергию, он достаточно ясно уловил запах сгоревшей дорогой кожи - прощайте любимые, удобные кресла... В этом было какое-то удовольствие - ему сейчас так хорошо, а вот когда его "благодетели", давшие ему работу, и как оказалось, едва его не угробившие, почувствую большое огорчение, когда им придется закрыть "джетек"  распустить работников, всех, абсолютно, а так же платить огромные деньги за ремонт арендованного здания.


Макс смутно помнил, как вышел на улицу. Спуск вниз казался ему утомительно-долгим, от высоты немного кружилась голова, и раза два он едва не перекинулся через перила, полетев вниз, но удержался, схватившись за металлическую перекладину... и с интересом наблюдал за пробежавшимся по железу ярким разрядом.  Эти полосы света от кончиков его пальцев, пожалуй единственное, что четко отложилось в памяти, пока он не спустился вниз. О, сколько огней...
Максвелл застыл, выйдя "пьяным" шагом из подворотни, от черного входа в небоскреб, и ошарашенно замер на тротуаре, запрокинув голову вверх. Он никогда не думал, что Нью Йорк это настоящий сгусток электроэнергии..все эти вывески, надписи, фонари, прямо рядом с ним, машины, даже люди с их мобильными телефонами и любыми другими гаджетами в карманах. Это заставляло трепетать... Но его по прежнему никто не замечал... когда шокированный великолепием и тем, что он теперь чувствует мужчина, медленно побрел вперед, прямо наискосок к большому рекламному стенду по проезжей  части.
Ослепляющие фары в лицо настроенного весьма одухотворенно Максвелла, грозный окрик и оглушающий гудок!
Макс испуганно отшатнулся, упав на спину и истерично вцепился одной рукой в широкую решетку пересекающую дорогу поперек, скрывающую глубоко выкопанную траншею сточных вод. - Стойте! н-не... не надо! - Его голос потонул в мощном взрыве, когда и не собирающийся останавливаться автомобиль, резко затормозил, высекая искры, прямо  рядом с Диланом. Возможно что-то у этой машины и было не исправно.... Уже не важно, в принципе, потому что все горело ярким, синим пламенем совсем близко от вжавшегося в асфальт  Макса.
- Я ЭТОГО НЕ ДЕЛАЛ! - Истерично заорал он, пытаясь встать, и хищно оглядываясь по сторонам. Люди, до этого никк не реагирующие на самоубийцу на дороге, внезапно, о надо же, заметили наконец Максвелла, а главное кошмарное пожарище за его спиной, и  криками бросились в рассыпную! Как и машины, увидев, что "существо" подожгло авто, затормозили в линию, освободив вокруг растерянно топчущегося на месте Дилана площадку.
- НЕ ДЕЛАЛ! - Яростно взмахнул руками темнокожий мужчина... и  неожиданно для самого себя, "сбросил" с руки что-то вроде шаровой молнии, которая угодила в вывеску ресторанчика, заставив ее не только погаснуть раз и навсегда, но и свалиться на тротуар, чудом не придавив собой убегающих кто-куда  мирных жителей.
- ЭТО НЕ Я!!!!!!!

Отредактировано Electro (2014-05-19 14:36:49)

+3

3

То восхитительное чувство, когда ты, наконец-то, смог сдвинуться с мертвой точки. В особенности — после того, как ты потратил добрую неделю на разрешение, казалось бы, совершенно тупиковой проблемы. Знакомство с Кожеголовым обернулось неожиданным успехом, ведь именно этот странный мутант сумел дать гению ценные подсказки по поводу починки сломанного маузера. Кто бы мог подумать, что здоровенный крокодил-переросток так хорошо разбирался в технике! И не только в технике, как сумел выяснить Дон... Новый приятель Микеланджело оказался просто кладезем ценной информации. Создавалось впечатление, что раньше этот громила был не обычной рептилией, а чуть ли не профессором Оксфордского университета. Не передать словами, как сильно Ди был признателен ему за помощь и поддержку — но в данный момент ему было совершенно некогда рассыпаться в горячих благодарностях, ведь на кону стояла каждая минута, если не секунда. Кожеголовый понимал это не меньше, чем сам Донателло, а потому согласился продолжить работу над восстановлением разбитого робота-мышелова в одиночку, в то время как его юный коллега отправился на поверхность с целью отыскать кое-какие важные инструменты. Это значительно экономило их время... и облегчало задачу в целом. Дон не мешкал: он точно знал, где и как ему можно раздобыть все необходимое. Оставив Кожеголового у себя в лаборатории (и на всякий пожарный приставив к нему братьев — проследить за тем, чтобы крокодил не разнес оборудование в очередном спонтанном припадке ярости), юноша метеором вылетел из убежища... Но не успел он добраться до ближайшего канализационного колодца и схватиться ладонями за ржавые перекладины лестницы, ведущие к круглому металлическому люку над головой, как его чуткого слуха неожиданно коснулся тихий плеск воды. Порывисто обернувшись, Донателло с удивлением уставился на стоящую рядом с ним лисицу. Похоже, что Ниньяра решила увязаться следом... только вот с какой целью? Тоже понадобилось на поверхность? Или... ее отправили следом, чтобы она проконтролировала взбудораженного гения и не позволила ему влипнуть в очередную неприятность? Пока Дон мысленно перебирал варианты, лиса невозмутимо приблизилась к нему и жестом указала наверх, словно бы намекая: эй, дружок, ты не забыл, где выход?
Тебе необязательно идти со мной, — произнес он немного скованно. Хотя Ниньяра провела с братьям уже достаточно долгое время, он все никак не мог привыкнуть к ее присутствию. То есть, он, конечно же, понимал, что она была с ними заодно, но... наверно, у них еще просто не было возможности как следует изучить друг друга. Коли уж на то пошло, они даже не заговаривали ни разу, что уж говорить о том, чтобы вместе пойти в город, как сейчас? Как-то получалось, что Ниньяра большую часть времени проводила с Рафаэлем или Эйприл, но никак не с молчаливым и погруженным в себя Доном — и оттого было еще удивительнее видеть ее здесь, рядом с собой. Впрочем, какая разница? С лисой или без, но Донателло был готов к вылазке. Так что, убедившись, что Ниньяра не намерена возвращаться обратно в убежище, черепашка лишь едва заметно пожал плечами и принялся карабкаться наверх, вновь переключаясь на стоящую перед ним задачу. Хмурый и предельно сосредоточенный, он бы и думать забыл о присутствии лисицы, но... разве та могла позволить ему не обращать на нее внимания? Вот уж нет! Как успел понять Донателло, эта особа не терпела, чтобы ее игнорировали. Волей-неволей, а гению приходилось отвлекаться на ее беспечную болтовню, ведь Ниньяра ни минуты не держала рта на замке. Изящной тенью скользя по крышам бок о бок с нахохлившимся изобретателем, она то отвлекалась на любование неоновыми огнями, то указывала рукой на какое-нибудь интересное здание и делилась знаниями о местной архитектуре — боже милостливый, и когда она только успела так много разузнать о Нью-Йорке? Не будь ситуация столь напряженной, Дон с удовольствием поддержал эту беседу, но... ему было банально не до того. Посему юноша продолжал хранить напряженное молчание, а если и отвечал, то до крайности сухо и односложно. Ему казалось, что им с Ниньярой не стоит рассеивать внимание на городские красоты, а, наоборот, сосредоточиться на столь важной миссии, но сказать об этом вслух не позволяло воспитание и, что уж говорить, врожденное чувство такта. Донателло мог быть страшным занудой и погруженным в себя ботаником, но он не умел грубить. А потому смиренно выдерживал общество лисицы, просто мысленно представив на ее месте Микеланджело. Впрочем, Ниньяра, как ни странно, оказалась более собранной и дисциплинированной, чем его младший брат: болтовня болтовней, но она ни на шаг не отставала от умника и с готовностью приходила на помощь, когда видела, что таковая ему необходима. Вместе ребятам удалось собрать на ближайшей свалке все необходимые инструменты, коих было не так уж и много, после чего они все также шустро двинулись в обратном направлении. Правда, на сей раз бежать приходилось чуть медленнее: тяжелая сумка сильно оттягивала плечо и шумно хлопала по бедрам, гремя металлом, так что Дону приходилось осознанно притормаживать и поправлять ее таким образом, чтобы не повредить важных деталей во время очередного прыжка.
Да что б тебя, — едва слышно выругался Донни, когда доверху наполненная сумка в очередной раз шлепнула его по карапаксу: от удара старый шов слегка разошелся, и все содержимое едва не вывалилось в лужу. Притормозив, Дон принялся с молчаливым остервенением запихивать предметы глубже в сумку; заметив это, Ниньяра также остановилась и выжидающе оглянулась на гения через плечо. — Все в порядке... просто инструменты слишком тяжелые. Боюсь, ремень скоро не выдержит, — в его голосе отчетливо послышалась досада. Все еще копошась со своей туго набитой ношей, Дон на минуту-другую замер на краю крыши. Движения его были порывисты и даже лихорадочны: время-время-время... Кое-как поправив разъехавшуюся ткань и для надежности скрепив ее изолентой, нашедшейся в боковом кармане, Донателло вновь рванул с места... да так и замер, как вкопанный, но вовсе не от того, что увидел что-нибудь подозрительное на своем пути. Просто в воздухе неожиданно раздался громкий треск, и часть инструментов все-таки громыхнулась прямиком под ноги парня, оправдав его самые худшие подозрения. Не удержавшись, Дон предельно кратко, но смачно охарактеризовал всю ситуацию двумя особо заумными терминами из горячо любимого им учебника по квантовой физике, и звучало это столь же внушительно, как если бы он банально выругался на манер Рафаэля.
"Коли уж что-то не ладится, так ВСЕ не ладится," — мысленно прокомментировал гений, нагибаясь и с донельзя сумрачным видом поднимая оброненные железяки. Руки дрожали не то от злости, не то от банального переутомления, а мысли (преимущественно негативные) роились подобно облаку злобных, взбудораженных ос. И как тут не психануть, когда все, ну вот буквально все валится из рук? Больше всего на свете ему хотелось плюнуть и как следует попрыгать по крыше, обозленно тряся кулаками над головой и матерясь почем свет, но... он был не один. Краем глаза Дон заметил, что лисица приблизилась к шарящему по темным лужам изобретателю и аккуратно подняла один из тяжелых инструментов. В душе слабо плеснулось что-то, отдаленно похожее на благодарность. Незаметно вздохнув, юноша протянул ладонь и принял "подношение", не в силах не то, чтобы улыбнуться — даже просто согнать со своей физиономию эту чертову усталую гримасу.
Спасибо, — выдавил он, кладя инструмент поверх уже собранной им "горки" металла. Похоже, придется тащить все это в руках... сумка-то явно никуда не годится. Выпрямившись, Донателло хотел было уже сделать шаг по направлению к убежищу, но именно в этот момент прямиком под ногами у мутантов раздался оглушительный автомобильный гудок — до того внезапный, что Дон едва не уронил свою драгоценную ношу обратно в лужу. Подпрыгнув от неожиданности, мутант ошалело уставился вниз, на залитую светом улицу. На их с Ниньярой глазах, какой-то человек едва не стал жертвой дорожно-транспортного происшествия, буквально выскочив на оживленную проезжую часть, прямиком под колеса автомобилей. Прежде, чем кто-нибудь успел среагировать, раздался взрыв, и облако голубоватого пламени резко взмыло вверх, обдав жаром замерших на крыше подростков. Машины, ехавшие за вспыхнувшим грузовиком, немедленно затормозили, врезаясь друг в друга и визжа колесами; несколько человек едва успели отскочить подальше от врезавшегося в электрический столб автобуса. Ну просто какой-то мини-апокалипсис! Все вышеописанное случилось менее, чем за пару-тройку секунд, и Дону с Ниньярой не оставалось ничего иного, кроме как ошарашенно наблюдать за происходящим с безопасного возвышения.
Ну ничего себе, — пробормотал гений, во все глаза пялясь на то, как одна из рекламных вывесок ни с того, ни с сего рухнула вниз, грозя придавить в панике разбегающихся людей. Все происходило очень быстро, но от внимания Дона все-таки не укрылось странное поведение горе-прохожего, из-за которого, собственно, и заварилась вся эта каша. Мужчина, кажется, был в истерике: бешено размахивая руками, он орал что-то на полном срыве, как будто бы оправдываясь перед толпой... странное и пугающее поведение. Чуть придя в себя от изумления, Дон неожиданно понял, что они с Ниньярой находятся на самом видном месте — и пускай люди на улице не догадывались посмотреть наверх, но мутантов вполне могла случайно засечь фотокамера или видеорегистратор... Это было опасно.
Нам... лучше уйти отсюда, — тихо, но решительно произнес Донни, в свою очередь, осторожно пятясь подальше от края крыши. Взгляд темно-серых глаз выжидательно сверлил покрытую мехом спину лисицы. — Ниньяра, слышишь? Нужно уходить. Нас могут заметить.

+3

4

Light it up, you know I need you now
I don't feel like coming down
You always take me higher
I live to feel your fire(с)

Две пары внимательных глаз проследили за Донателло. Мягкая рука коснулась плеча, поднявшегося было Рафаэля. Ей тоже хотелось быть нужной и полезной. Исчезновение Моны Лизы коснулось ее не так, как всех остальных членов ее новой семьи. И все же Ниньяра чувствовала, что должна посодействовать в поисках саламандры. И все возражения она пресекала на корню и не желала слышать, особенно от своего нерадивого соседа по комнате.
Отсутствие Моны Лизы и Эйприл поставило Ниньяру в достаточно интересную ситуацию – ей пришлось жить в одном помещении с четырьмя парнями и надо сказать, что ее это порядком нервировало. Тем более что она не могла сказать точно, какое отношение она имеет к семье черепах мутантов. Фактически она просто проживала в одной комнате с Рафаэлем, и иногда ей удавалось уловить едва заметную краску на щеках мутанта из-за ее некоторых откровенных движений и взглядов. Но девушка не собиралась сдаваться и стремилась произвести хорошее впечатление на всех членов своей семьи.
— Нет, я пойду. Я хочу быть в чем-то вам полезной. — Они переглянулись, и Раф кивнул, предоставляя ей свободу действий. Ниньяра поднялась со своего места и последовала за гением.
В канализации было темно, но черепаху можно было узнать по тяжелым хлюпающим шагам. Со временем она научилась ориентироваться даже при скудном освещении в канализации. Она привыкала к мысли, что это место —  ее новый дом, чтобы кто не говорил. Донателло оглядывается на нее и смотрит непонимающе. Ниньяра же невозмутимо указала наверх.
— Я обещала, вам, ребята экскурсию по городу. Думаю сегодня подходящая для этого ночь. —  Пресекая все возможные возражения Дона, лисица положила лапу на перекладину и начала стремительно подниматься наверх, следом за черепахой.
Ночь встретила двух подростков прохладой и лисица с удовольствием вдохнула воздух полной грудью. Нью-Йорк - он пах бензином, машинами, запахом еды и легким амбре от канализации, которое теперь прочно осело на бурой шерсти лисы. К этому нелегко было привыкнуть, учитывая, что она обладала острым нюхом. Наверное, именно поэтому она часто увязывалась за Рафаэлем в его ночных вылазках. На улицах Нью-Йорка не царил смрад, и лиса могла дышать свободно. Она любила эти вылазки по ночному городу. Ведь ночью город сиял миллионами красочных огней, и они не могли оставить никого равнодушным. Именно ночью, когда зажигались огни, лисица ощущала себя, наконец, на своем месте. Сегодня ночью небо заволокло тучами и в воздухе еще царил запах влажности, а в темных лужах отражались блики фонарей.
Ниньяра не переставала болтать и поспевала за Доном, не отставая ни на шаг и даже умудряясь его обгонять. Она кивком головы указала на одно изданий впереди них.
— Их называют «браунстонмами» и они по праву считаются гордостью Нью-Йорка. Большинство из них были построены в 1840 году. И уже только потом здания начали расти «вверх». —  Ниньяра легко перемахнула на крышу вышеупомянутого здания и с нее улыбнулась Дону. — «Браунстонмом» это здание называется из-за отделки песчаником, столь несвойственной для построек Нью-Йорка. Такие здания достаточно быстро оседали, и потому наверх достраивали еще этажи. — Как ни в чем ни бывало продолжила лиса. Но у Донателло не было настроения продолжать беседу. Он выглядел таким подавленным и совершенно не проявлял интереса к тому, что она рассказывала. Было видно, что все ее попытки поднять Дону настроение пошли крахом. Лисичка обиженно поджала губы. Четверка мутантов жила в самом потрясающем городе Америки — Нью-Йорке. и она не верила в то,что подростки не мечтают взобраться на Эймпайр-Стейт Билдинг и посмотреть на город, который никогда не спит с высоты птичьего полета.
Путь двух подростков окончился возле одной из свалок с грудой металлолома. Лиса все это время стояла рядом и складывала вещи в сумку Донателло. Черепаха не позволил девушке нести тяжелые инструменты, потому Ниньяра шла налегке и впереди Дона, впрочем, она постоянно останавливалась и при случае помогала изобретателю с сумкой. Когда дон тихо выругался, чуткие уши лисы чуть шевельнулись, и она повернула свою острую мордочку, и оглянулась на Дона.
— Тебе точно не нужна помощь? — Ниньяра выжидающе посмотрела на Донателло.  Но у молодого изобретателя было все явно не в порядке. Сумка, доверху набитая инструментами, не выдерживала такого напряжения. И порвалась у Донателло прямо в руках. Лисица посмотрела сочувствующе на своего спутника и тут же бросилась ему помогать. Ей хотелось облегчить его участь, ведь остался еще шаг —  и он снова будет со своей любимой девушкой. И здесь она чуточку завидовала Моне Лизе. Рафаэль вряд ли вспомнит о ее существовании, если она пропадет. Она горько усмехнулась.
Она помогла собрать ему инструменты обратно в сумку, и терпеливо держала ремешок, пока умник заматывал изолентой обрадовавшуюся дыру в сумке. Она отступила от Дона на несколько шагов, давая ему совершить прыжок и первому достигнуть соседней крыши. Послышался треск разрываемой ткани, и Ниньяра зажмурилась, однако инструменты не упали с крыши. Дон сделал вид, что выругался, и здесь лиса не сдержала добродушной улыбки. Ее познание в сленге разительно отличались воспитанных и приличных мутантов,что придавало образу девушки несколько грубые черты. Лисица стремилась стать более женственной и нежной, но это не помешает ей передать свои знания кому-то другому. Тому, кому это больше подходит по образу.
— Напомни мне дать тебе пару уроков. Видно, что тебе не достает словарного запаса, для подобных ситуаций. — Она подмигнула изобретателю. В их доме с недавнего времени царила несколько мрачная атмосфера и она немного угнетала лису.  И девушка стремилась хоть как-то развеять это угрюмое состояние всех обитателей коллектора.
Она бросилась ему помогать и подняла один из инструментов. В темных лужах было сложно что-то заметить, тем более что небо заволокли тяжелые тучи. Дон тем временем собрал остальные и положил их в одну кучу.
— Я помогу тебе донести.— Откликнулась Ниньяра. Она уже набрала себе несколько инструментов и теперь бережно прижимала их к себе. Лисица поднялась с колен и тут же замерла, услышав посторонний звук.
В полной тишине, когда небо заволокло тучами, любой посторонний звук выбивался из колеи. Шерсть встала дыбом. Уж слишком громко и неожиданно прозвучал гудок автомобиля, и это заставило Ниньяру обернуться и посмотреть вниз. Что-то было здесь не так и она почувствовала это.
Какой-то молодой парень, прыгнул под колеса автомобиля. И внезапно раздался взрыв, заставив Ниньяру снова вздрогнуть. Все машины неожиданно затормозили и начали врезаться друг в друга. Водитель автобуса не справился с управлением, и транспорт врезался в столб. Грузовик продолжал гореть, а у виновника происшествия началась истерика. Она больше не могла оставаться безучастной. Пускай ей было немного страшно, но там были люди,которые нуждались в их помощи.
Двоих подростков освещало пламя, и Ниньяра чуть прищурилась. Ее не волновало то, что их могут засечь на камеру, она больше волновалась о людях, которые сейчас задыхались в своих машинах. Дон развернулся и пошел дальше от крыши. Она же не шелохнулась, делая очень важный выбор в своей жизни. Холодные голубые глаза столкнулись с серыми глазами гения, и лиса выдержала его взгляд. Уйти? Вот так просто? В этот момент лиса поняла зачем она направилась следом за гением. Им обоим нужна была уверенность в собственных поступках. и она была в себе как никогда уверена.
— Донателло, там гибнут люди. Мы можем им помочь. Ты слишком зациклился на себе и на своих собственных проблемах. Я не прошу тебя идти со мной, просто оглянись. — Тон Ниньяры был холоден, и она не допускала возражений. — Передавай привет Рафаэлю, аквариумная черепашка.
Она не собиралась уговаривать Дона - на это не было времени. Следующим движением Ниньяра вытащила катану и с оружием наперевес начала спускаться с крыши, оставляя перед гением выбор — последовать за ней, или остаться. "Выбор за тобой". Так было всегда. И так всегда будет. Действовать или бездействовать. Выжидать или идти. Закрыть дверь или открыть. Отгородиться от жизни или войти в нее.

Light it up and let's burn
Light it up and let's burn(с)

+4

5

Скромная личность Максвелла не привыкшая к подобного рода сверхсобытиям, все еще воспринимала разрушения и хаос творящийся вокруг по его вине, с внутренним содроганием - он не верил, что это происходит из-за него. Но глаза боятся - руки делают, - Дилан физически ощущал, как электричество в воздухе, в предметах быта, во внутренностях только-что встретившегося с осью столба автобуса, во множестве проводов, паутиной оплетающих здания, - струится энергия мельчайших электромагнитных частиц, подвластных именно ему. Это непостижимо и странно, но каким-то образом, Максу удавалось заставлять электроэнергию изгибаться под него, соответствовать его собственным желаниям, как бы он не отрицал свою непричастность, мужчина хорошо понимал, что на самом деле крики пострадавших и испуганных горожан, гудки застрявших машин и та искрящаяся вывеска, ныне перегораживающая полностью пешеходный тротуар - его все рук дело.
- " Что со мной стало..." - Только теперь Макс соизволил наконец посмотреть на свои ладони и поразиться своему телу, приобретшему совершенно не естественное для нормального человека голубоватое свечение, проскальзывающие по коже, и под ней, яркие белые искры - он готов был поклясться, что в его венах больше течет не кровь, как заложено в человеке с рождения, а мощными потоками импульса по сети нервов и сосудов перебегает электричество. - " Кто я такой теперь?"
Поглощенный разглядыванием собственного мистического отражения в лужах, Максвелл не обратил внимания на то,  что толстый фонарный столб, с которым встретился бампер школьного автобуса, совсем близко от нашего героя, сильно накренился в сторону, осторожно, с нежным, едва слышным стуком металла о металл соприкоснувшись с соседним фонарем. Это было похоже на незамысловатую прямую стойку из домино - падение одного столба на другой, и тот не выдержав прогнулся под весом соседа, в свою очередь заваливаясь на следующий в ровном ряду вдоль автострады, создав настоящую цепную реакцию. Бывший электрик обратил на это внимание лишь тогда, когда один из столбов гулко обрушился на припаркованный у обочины автомобиль, смяв под собой крышу и разбив вдребезги лобовое стекло "хонды", не забыв перед этим задеть тонкий железный "стебель" своего соседа. Дилан безмолвно следил за падением фонарей, устраивающихся поперек проезжей части в итоге, или падающих на витрины магазинов - один сбил пожарный кран и теперь посреди улицы бил фонтан, заливая все вокруг себя озером... Все это напоминало эпическую сцену битвы со страшным боссом, с большой примесью спецэффектов в типичном, экранном боевичке. Макс и подумать никогда бы не посмел, что окажется в центре подобных событий. Это все не по настоящему!
Это все ему сниться.
Этого просто не может быть!
Максвелл оторопело уставился на натужно поскрипывающую конструкцию, прямо у себя над головой - наконец цепочка падений дошла и до него самого. О... он наверняка сейчас проснется - обычно, когда умираешь во сне, значит грядет скорое пробуждение, а умирал Макс всегда в своих снах-приключениях достаточно часто, чтобы хорошо это знать. Может поэтому он вот так вот замер посреди автострады, вытянув руки по швам, приоткрыв рот и запрокинув голову к небу? Наверное и тут бы история темнокожего неудачника все-таки закончилась, если бы не одно "но"... Метнувшаяся в сторону замершего Максвелла хвостатая, рыжая тень, с силой пихнувшая неудачника в спину, мгновенно вывела того из ступора - неловко упав на спину в полуметре от медленно нагибающегося столба, мужчина в панике выставил ладонь перед собой, словно желая отпихнуть от себя страшную, угрожающе нависающую тень падающей железки... и вполне осознанно на этот раз, с кончиков дрожащих пальцев с голубой подсветкой, слетела переплетенная сеть ярких нитей миниатюрных молний, врезавшаяся в изогнутую ось изуродованного столба, и словно ударом кулака Атланта, отбросившая от пострадавшего Максвелла сей опасный предмет. Облаченный в вспыхивающее облако электрических искр, фонарь буквально оторвался от земли, перелетев через пушистую "спасительницу" Дилана и только каким-то чудом не снеся ей голову, протаранил несколько близ стоящих авто, сбив машины в полыхающую кучку с торчащим вертикально от земли "факелом" мигающих проводов на конце вставшего на самой вершине кострища  ровно прямо, фонарного столба. И как понял Макс, это еще далеко не все, на что он способен... Ладонь тряслась,  заряды бегали по напряженной, онемевшей кисти, а он все еще сидел в мелкой луже и с ужасом таращил глаза на пожарище... Теперь уже невозможно было бы даже при большом желании, сказать, что он здесь не причем. - Со мной что-то сделали... - Он отыскал взглядом ту, которая попыталась его спасти и сама чуть не покалечилась в итоге от своих добрых намерений. Возможно это ему казалось, он уже ничему не удивлялся, в эту ночь он пережил то, что не просто подвластно его пониманию, и сейчас, видеть антропоморфное существо, с пламенеющим при отблесках огромного пожара на фоне рыжим мехом, для Дилана не показалось чем-то сверхудиительным. Он смотрел на нее молча, растеряно и умоляюще, словно сейчас, эта лисица, чем-то сильно напоминающая по фигуре и движениям человека, единственная, кто может ему помочь.
- Что это? - Он вытянул ей навстречу обе свои ладони... и кажется зря - лихорадочное, резкое движение в сторону девушки, и очередной заряд с треском ударяется в стену дома за спиной Ниньяры, оставив после себя огромное, черное, дымящееся пятно, а ведь если бы он дернул рукой чуть ниже, всего чуть-чуть и... Руки непроизвольно сжались  кулаки, и его кожа, а вернее то, что покрывало теперь все его тело с голубоватым сечением, приобрела пурпурные и бледно-бордовые оттенки, словно мужчина-мутант покраснел от натуги - Макс злился. Злился на самого себя, что не может контролировать свои новые способности. Даже если это сон - это его сон! Может он хоть во сне что-то делать так, как хочется ему, а не придуркам в окружающем его бестолковом мире? Раздражение стало переполнять до такой степени, что Максвелл и сам того не заметив, медленно приподнялся над землей на несколько сантиметров, отталкиваемый от мокрого асфальта редкими вспышками испускаемого телом электричества. Он шагнул в сторону мельтешащих, бестолково мечущихся по улице людей, и даже не обратил внимания, как ступает словно в воздух - ступня электрика остается в невесомости на сантиметр-два, параллельно земле и в разросшейся луже от смятого до неузнаваемости пожарного крана, легко можно разглядеть отражение ребристой поверхности подошвы ботинка. Он сделал шаг, еще один... за спиной мелькнула смазанная, зеленая тень и это неожиданное движение среди "равномерного" хаоса, напугало и без того напряженного Дилана - он разворачивается в ту сторону, и беглая молния вспарывает засыпанную обломками ровную автостраду, почти посередине разметки и агрессивно подбрасывает в воздух перевернутую кверху дном машину. Со скрипом, немыслимым грохотом, словно этому поспособствовал сильный, сердитый пинок, автомобиль проделывает эпичный кульбит перевернувшись пару раз и всем своим весом обрушивается на то место, где секунду назад мужчине чудилась угроза в смазанной тени.
Помимо злости в нем вновь проснулось то ощущение непередаваемого садистского удовольствия - энергия, сила, чувство безграничности... он понимал все это теперь гораздо лучше, чем кто-либо из людей, когда-либо живущих на Земле. Хотя он и сам перестал собственно быть человеком - запах гари, панические вопли и треск разрядов от своего собственного тела музыкально переплетающийся с потрескиванием огненного столпа, возвышающегося к небесам, как ему казалось, по размерам не хуже того высотного здания впереди... все это делано его руками... электричеством... Электро? Почему бы нет, это прозвище казалось ему гораздо менее безвкусным, чем его настоящее имя ... И потом люди будут любить, замечать и восторгаться таким богом как он, и с таким именем... Они будут трепетать перед ним... он заставит на этот раз мир прогнуться под него, и не будет никого умолять, упрашивать, надеяться на благосклонность - это вы будете просить его о снисхождении.
Щекотно... что-то меняется.
- Человек с молниями... - Электро поворачивает голову в сторону звука, нарушившего его минутную "медитацию". О? Теперь он замечает, что стоит на крыше лежащей на боку машины. Да, брошенных авто теперь здесь не меньше десятка, и они плотно выстроились по всей проезжей части, но... как он сюда взобрался? Взлетел? Возможно... 
Взгляд пустой и равнодушный - в нем пропали последние искры паники и шока, только пустое безразличие и глубоко затаенный гнев, прикрытый под маской пофигизм к происходящему. Человек с молниями? Звучит мило, но ему больше нравится Электро, - Немедленно спуститесь и выйдите на открытое место, - Полиция, ну куда же без нее - одинокий страж порядка пугливо жался за открытой дверью патрульной машины, чуть-чуть высунув по верху дверцы рупор, видно собрав последние крупицы своей смелости - еще бы, он один одинешенек, а прямо здесь прыгает на молниях светящийся, как елка обвешанная гирляндами, гуманоид. -  Встаньте на колени и руки за голову! Повторяю... - Максвел все еще статуей возвышался на глянцевой, обмытой недавним дождем серебристой "ауди", теперь страшно изуродованной и валяющейся на боку колесами к копу. Голые руки Дилана, покрытые сетью слепящих вспышек свободно свисают вдоль тела, он ссутулится и тупо смотрит на что-то требующего от него полицейского. Он словно не понимает, что от него требуют... или думает... а стоит ли?
- Спускайтесь, или я вынужден буду открыть огонь! 

+3

6

Трусил ли Донателло? Сложный вопрос. Сам он так, разумеется, не считал. Не секрет, что Дон всегда был наиболее осторожной и здравомыслящей черепашкой в команде, привыкшей продумывать свои действия на несколько шагов вперед... Ну, за исключением отдельных случаев, которых в последнее время стало как-то уж слишком много. И вот именно по этой причине, Донни не желал покидать крышу и вмешиваться в творящийся внизу беспредел. В конце концов, в этом городе были свои стражи порядка, чья работа заключалась в решении подобного рода... эмм... проблем? Честно говоря, глядя на то, как незнакомец живо разносит на куски буквально все, что попадется ему под руку, Донателло испытывал огромные сомнения по поводу того, что с такой проблемой вообще хоть кто-нибудь способен справиться. Даже они с Ниньярой — что они вдвоем могли сделать против живого сгустка электричества? Бросить в него надувной шарик с водой? Об этом даже подумать смешно.
Ниньяра, идем, — он вновь окликнул лисицу, искренне надеясь, что та последует его зову и вернется домой. Куда там! Обернувшись, девушка пристально посмотрела в глаза гению, и по ее ужесточившемуся взгляду Донателло понял, что она уже все для себя решила.
Донателло, — сухо и твердо произнесла она, сохраняя холодное выражение лица, — там гибнут люди. Мы можем им помочь. Ты слишком зациклился на себе и на своих собственных проблемах, — чего? Она что, думает, что ему все равно? У Дона аж дыхание перехватило. — Я не прошу тебя идти со мной, просто оглянись.
Ниньяра, — Донни сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться и не допустить, чтобы его голос дрогнул от возмущения. Вроде бы получилось. — Я не меньше тебя озабочен судьбой этих прохожих, но это не наша битва. Если попадемся кому-нибудь на глаза — то подставим всю нашу семь... — он так и не договорил. Не то юношу удивила та легкость, с которой он произнес слово "наша", не то он просто спасовал перед убийственно-презрительным взглядом куноичи. А может, и все сразу? Еще пару мгновений мутанты неотрывно смотрели друг другу в глаза, а затем Ниньяра гордо отвернулась, плавно поведя пушистым хвостом в воздухе.
Передавай привет Рафаэлю, аквариумная черепашка.
Ниньяра! Стой!... — Дон запоздало кинулся к краю крыши, но лисица уже резво сиганула вниз, оставив изобретателя в полном одиночестве. Вот ведь упрямая... и безрассудная. Донателло с досадой проводил взглядом стремительно удаляющийся от него силуэт: похоже, ему просто не оставили иного выбора.
"Ну почему, почему меня вечно никто не желает слушать," — ворча, Донни с плохо скрываемым раздражением швырнул инструменты себе под ноги и столь же быстро двинулся следом за лисицей, стараясь не потерять ее из виду. Уже оказавшись на земле, черепашка торопливо метнулся за один из припаркованных у края дороги — и пока что еще целых — автомобилей, укрывшись за его полированным бампером. Слава богу, людей вокруг уже почти не осталось... Дон молча огляделся по сторонам и поправил воротник плаща, стараясь по максимуму скрыть свою физиономию от случайных наблюдателей. Ниньяру данная конспирация не заботила от слова "вообще": едва спустившись вниз, девушка сразу же направилась прямиком к возмутителю всеобщего спокойствия. Дону оставалось лишь догадываться, был ли у нее хоть какой-нибудь план. Вполне возможно, что все-таки был, поэтому юноша не стал ей мешать, предпочтя остаться в укрытии, до тех пор, пока Ниньяре не потребуется его помощь. Высунув голову из-за автомобиля, Донателло напряженно проследил за тем, как его спутница оказывается точно за спиной незнакомца. Не самая мудрая тактика, учитывая, что ты — гигантская антропоморфная лисица... Эдак и до инфаркта довести можно. Впрочем, странный человек не продемонстрировал особого испуга при виде не менее странного существа с ушами и хвостом, да еще и вооруженного катаной. Заглядевшись на приблизившуюся к нему мутантку, он даже не услышал подозрительного скрипа у себя над головой. Реакция Ниньяры была молниеносной: оттолкнувшись сильными задними лапами от потрескавшегося асфальта, бурошкурая воительница все-таки успела вытащить бедолагу из-под падающего фонаря. Донателло с облегчением перевел дух, но его радость длилась недолго: не прошло и секунды, как мощный электрический разряд отшвырнул покореженный столб прочь, с пугающей легкостью подбросив тот высоко в воздух, как если бы это была жалкая зубочистка. Донателло с вытянувшимся лицом пронаблюдал за полетом "валькирии", до тех пор, пока та не врезалась в землю, устроив очередной взрыв. Несколько горящих осколков дождем осыпались на машины, за которыми прятался изобретатель, так что Дону пришлось ненадолго зажмуриться и прикрыть голову рукой. Вновь распахнув глаза, юноша спешно отыскал взглядом Ниньяру — чем дольше она находилась рядом с этим типом, тем больше Донателло убеждался в том, что ей следует отойти от него подальше, метров эдак на сто или двести... а то и на целый километр, если она планировала оставаться живой и невредимой. Очевидно, что незнакомец совершенно не контролировал собственных способностей, и мог, сам того не желая, причинить девушке вред. Плохие предчувствия Дона подтвердились в тот самый миг, когда Электро едва не поджарил лисицу шаровой молнией. Ниньяру спасла только ее реакция и отточенность навыков — не успей она уклониться от этого разряда, все могло бы закончиться очень и очень печально. Не в состоянии больше пассивно наблюдать за происходящим, Дон как можно незаметнее выскользнул из тени автомобиля и, пригибаясь, двинулся к лисице, пользуясь тем, что незнакомец отвлекся на что-то другое. Но даже несмотря на все принятые меры предосторожности, этот маньяк все же заметил изобретателя. Донателло спешно пригнулся, спасаясь от нового заряда. Совсем рядом что-то громыхнуло и пронзительно взвизгнула автомобильная сирена. Вскинув голову, Донни с ужасом проследил за летящим в него "снарядом" и, недолго думая, перекатился через плечо, спасая собственную шкуру. Судя по характерным звукам за спиной, черепашка едва не превратился в мокрое пятно на асфальте... Не тратя времени на разглядывание покореженного металлического остова, некогда бывшего дорогой иномаркой, подросток спешно метнулся к ближайшему укрытию, представлявшему из себя очередной перевернутый набок автомобиль. Выглянув из-за противоположного его края, Донателло шустро ухватил Ниньяру за локоть и втащил к себе, не позволяя ей бездумно двинуться следом за Электро.
Ну, что я говорил? — прошипел он вполголоса, сердито и одновременно до крайности обеспокоенно глядя на лисицу. Он понимал, что Ниньяра настроена серьезно и не станет идти на попятную, хотя в глубине его души все еще теплилась слабая надежда на то, что девушка все-таки образумится и не станет лезть вперед батьки в пекло. — Это слишком опасно! И не смотри на меня так, как ты обычно смотришь на Лео! — Дон раздраженно потряс пальцем в воздухе, как бы намекая, что ей лучше оставить свои сравнения при себе, а то и вовсе засунуть куда-нибудь поглубже под пушистый хвост. Выпустив руку лисицы, Донателло с хмурым видом высунулся из-за бампера, проследив за дальнейшими перемещениями Электро. Сам юноша пока что не давал этому типу никаких имен, да и не горел особым на то желанием. Куда больше его волновало то, что на поле боя появилась полицейская машина... и ее владельцы уже вовсю грозили чужаку огнестрельным оружием.
Они делают только хуже, — едва слышно пробормотал Донни, не отводя взгляда от разворачивавшейся поодаль сцены. — Не думаю, что этот психопат оценит их пальбу... скорее уж, его это только разозлит. И подходить к нему на близкое расстояние самоубийственно... — юноша напряженно потер ладонью наморщенный лоб, по своему обыкновению, перебирая все доступные им варианты. В идеале было бы вывести незнакомца из строя... У Дона создалось впечатление, что этот тип весь целиком состоит из электромагнитных импульсов. Следовательно... следовательно — что? Электричество не действует на дерево, резину и бетон. Теоретически, Дон мог бы спокойно приблизиться к нему на расстояние удара и вырубить родным посохом бо... если бы только не существовал риск словить метательную молнию, коими Электро столь щедро разбрасывался во все стороны. Мда, задачка...
...вода, — наконец, тихо заключил Дон, переведя взгляд на Ниньяру. — Нам нужна вода. Желательно, под большим напором, — говоря это, подросток указал рукой на красный пожарный кран, расположенный неподалеку от того места, где в данный момент буквально витал злодей. — Кто-то из нас должен будет его отвлечь. Кто-то с очень быстрой реакцией. Погоди, — его ладонь спешно легла поверх плеча дернувшейся было с места Ниньяры. — Катана пригодится, чтобы разбить кран. И дерево служит плохим проводником для электричества, так что отвлекать его буду я, — произнося это, Дон рассчитывал, что лисица внемлет холодной логике и не станет спорить, кому из них следует рисковать собственной шкурой ради спасения обычных людей. Тем более, что сам Донателло уже твердо решил, что не позволит Ниньяре лезть на рожон, и не только потому, что жизнь девушки сама по себе казалась ему ценной. Донни не был слепцом, и даже несмотря на собственные душевные терзания, он ясно видел, как Раф смотрит на эту вздорную и самоуверенную куноичи. И этот молчаливый взгляд говорил ему о многом — возможно, даже о большем, чем мог понять сам Рафаэль.

+4

7

Apocalypse is on its way
We're all trained to be afraid
Just animals isthat cant be tamed
We're all just savages

Не наша битва. А разве в этом мире существует различие между нашим и не нашим? Есть грань, что отличает их от остального мира? Хотя нет, не грань – стена. Стена из бетона и асфальта, их недоверия и отчужденности. Черепахи жили в самом потрясающем городе в этом мире, но они его боялись как огня, хотя лисица уже успела почувствовать себя частью ночного Нью-Йорка. Это ведь так просто – слиться с тенью, двигаться параллельно ветру, ловить отражение огней в окнах зданий и распадаться на части от музыки, которая льется из открытых форточек и ночных клубов. Это Нью-Йорк. Это – сама жизнь, и только здесь можно было ощутить все ее краски. А черепахи все время выбирали родную канализацию, где они смогли  спрятаться от всего этого. Они были примерно одного возраста, но Ниньяра успела повидать много больше их. Ее жизнь была много более насыщена, и уж конечно, она не была такой домашней, как эти четверо. Дон запнулся на фразе "нашу семью".
-И правильно, - кивнула лиса. - Твою семью, не нашу. - Она всего лишь гостья в их семье, в их жизнях. Черт же ее дернул пойти тогда за Рафаэлем. На что она рассчитывала? Понравиться вздорному мутанту, почувствовать каково это, когда тебя ценят, не за твой  профессионализм. Но она по-прежнему чужая в этом мире. Но она все еще может показать остальным сколько красок их на самом деле окружает. И она променяла все это на жизнь в канализации, где и солнца то не видно. Они упускают столько всего...Они упускают саму жизнь, никого и ничего не пропуская в свое сердце...
Она просто не могла смотреть, что кто-то вот так подставляет себя под удар. Неужели кто-то совсем не ценит жизнь, которая ему предназначена. Неужели кто-то не готов бороться и цепляться за свое место под солнцем. Ей это было непонятно. Она сбивает его с ног и вместе с ним пролетает пару метров. Ниньяра поднялась на локтях и теперь дрожа, рассматривала светящегося человека. Под его кожей бегали молнии. Его кожа была синего оттенка и сам он весь пульсировал. Она прямо чувствовала то, как двигаются все эти электрические разряды под его кожей. Лиса никогда прежде не видела такого монстра. Хотя в глазах многих людей и она сама была монстром. И все же в нем было что-то завораживающее и пугающее. Причем это пугало до такой степени, что сердце останавливалось, а шерсть на затылке поднималась дыбом. Взрывы за ее спиной были лишь началом.
Ее пугали его возможности. Он в мольбе протянул к ней руки, и тяжелый фонарь протаранил несколько близстоящих автомобилей, и чуть не ударил по самой лисе, перелетев через нее. Она испуганно сжалась и прижала уши, пока грохот от разрушений не утих. Он снова что-то бормочет и протягивает к ней обе ладони. Движение вышло слишком резким и вместо мольбы получилось нечто совсем иное. Луч электричества срывается с ладони и попадает в один из домов, который находился за ее спиной. Она сама едва успевает отскочить, поднявшись на ноги.
-Не бойся меня пожалуйста. Я помогу тебе… - Собственный голос ей кажется тихим шепотом. И все равно он тонет в грохоте.
Она никогда никого не боялась. Она не побоялась даже мастера Чин-Хана, когда тот ступил на остров Тумана и заставил уйти с ним. Даже тогда, маленькой девочкой, потерявшей родителей – она не боялась. Она сейчас смотрела на то, как этот человек парит над землей, и теперь сердце лисы ушло в пятки. Это был самый настоящий страх. Но она не должна была бояться, это ведь она подвела Дона под удар. Она выдыхает и считает до пяти.
Раз… Это Электро который поднимается медленно и постепенно, чем несказанно выводит из себя
Два… Это перепуганные люди которые столпились. Для них все, что ненормально-нужно уничтожать
Три... Это она сама, вступившая на путь войны.
Четыре… Война это всегда жертвы. Готова лди она жертвовать?
Пять… Это Донателло, который дает ей шанс.
ПЯТЬ.

Never know who you can trust
How far is hate from love
Turn on before you, you turn on us
We'reall just savage

Как сказал один великий человек:
«Это не наша битва…
-Но мы в нее ввязаны. – Эхом повторила Ниньяра, лапа лисы замерла на рукояти катаны, готовая в любой момент вытащить оружие и вступить в бой. Вот только как было сражаться с этим психом, который у нас еще оказывается и летает?
И тут внезапно лиса заметила зеленую тень. Дон был рядом и охранял свою упрямую спутницу. Теперь она, по меньшей мере, почувствовала себя увереннее. Значит, он все-таки не вернулся домой, а бросился ей на помощь? Любой человек из клана оставил бы ее там и посмотрел бы, как она выберется из этой передряги. Но Донателло был другим. Электрический человек, нет, Электро, тоже это почувствовал и тут же электрические снаряды подняли в воздух машину и тут же метнули ее туда, где секунду назад мелькал Дон. Лиса испуганно охнула. Она надеялась, что с черепахой ничего не случилось, и он успел отскочить. Она была шокирована поступком Дона. Поступила бы она сама точно так же? Неужели для него она приравнялась к членам семьи, которых нужно защищать? Неужели он принял ее? Вот так быстро – без объяснений и признаний в прошлых грехах? Он даже не требовал ничего взамен.
Лисица же не находила в себе силы двинуться с места. Она не отрывала взгляд от поднимающегося вверх Электро. И теперь он уже достиг высоты одного из зданий и уже оттуда смотрел на собравшихся зевак и пострадавших жителей. К жизни Ниньяру вернуло только то, что ее кто-то дернул за локоть. Лиса замотала головой и посмотрела на черепаху. Тот не теряя времени, потащил ее за автомобиль, и конечно меньше всего лиса ожидала нотаций, которые тут же незамедлительно последовали. Она с вызовом смотрела на Дона, готовя для него обидные слова, которые он потом может внести в свой словарик «плохих» слов. Но Дон уже все прочел по ее взгляду, который метал молнии, не хуже Электро. В порыве чувств лисица схватила его ладонь и крепко сжала. В ее голове роилось множество вопросов, но не зря говорят, что война обнажает душу. Она попыталась все выразить прикосновением, эмоции на ее пушистой мордочке менялись редко и внешне она сохраняла полное спокойствие.
-Дон, он убьет их. Убьет всех, если мы не вмешаемся. Представь, сколько человек могут пострадать. Это не наша битва, но это наш путь – защищать людей.
О, а вот и «бобики». Она называла американскую полицию названием, которое она вычитала из книг и газет. Да и несколько раз сбегая от полиции она убедилась в том, что они похожи на этих бобиков. Просто бестолково тявкают, но если вцепятся – уже не оторвать. Но лисица никогда не позволяла схватить себя за пушистый хвост. Ниньяра напряглась, услышав сирену и угрозы, которые были адресованы Электро. Это все могло только разозлить монстра. Хотя, может быть, пули сделают свое дело и выбьют из него дух. Но это вызовет еще больше жертв и разрушений, а они оказались здесь для того, чтобы предотвратить это.
-Значит, нужно атаковать издали и именно тогда, когда он будет меньше всего ожидать. Может быть он и псих, но он не глуп.
Никогда не стоит недооценивать врага. Все действия Электро можно было легко просчитать, и сейчас, Ниньяра знала, чем это должно было закончиться. Она кивнула в ответ на указания Дона. Ей по два раза было не нужно повторять. Однако, когда она дернулась к Электро, стремясь поскорее покончить с монстром, но Донателло ее останавливает, жертвуя собой. Ниньяра посмотрела на него удивленно и немного раздраженно. Но она же ловчее и быстрее него, но лисица благоразумно проглатывает все возражения, чувствуя, что гением что-то движет.
-Не дай сделать из себя жаркое. – Она подмигнула Дону. Да, пожалуй, она не сможет посмотреть его братьям в глаза, если Донателло погибнет из-за нее. Да, и тогда Рафаэль ее еще больше возненавидит. Лиса усмехнулась, ей не хватало только вечного бубнежа над ухом из уст черепахи.
-Ты зря стараешься Донателло, ему наплевать, - хотела было добавить Ниньяра, но промолчала. Возможно Дон знает то, что недоступно ей.
Лисица, пригибаясь под машинами, подбежала к крану. Изогнутый широкий клинок проходит между лопастей крана, и Ниньяра уперлась ногой в трубу и, действуя оружием, как рычагом сорвала кран. Хлынула вода и Ниньяра снова метнула взгляд на Донателло, который развлекал Электро. Неужели у них получится закоротить монстра, и хотя бы лишить его сверх способностей, которые так изменили его? Она не представляла какого это быть человеком- а потом вот так – стать чем-то совершенно иным. Если бы у нее был выбор, она бы выбрала другую жизнь – видит Бог. У нее выбора не было. И когда выбора не останется, она вряд ли так же полезет на рожон, как сделала это сегодня.
Еще никто и никогда не делал для нее такого. Просто так пожертвовать жизнью. Броситься грудью на амбразуру ради той, которую он знает от силы две недели. Она была поражена этой степенью доверия, и именно это дало трещину в холодном сердце Ниньяры. Возможно, пришло время снова поверить в то, что этот мир не так безнадежен, как ей казалось? Возможно, у нее еще есть шанс завести семью и близких, которых она лишилась.
Слова, так много слов крутится в ее голове. Но больше всего ей сейчас хотелось плакать. Но она же слишком сильная. Она сама показала себя холодной и резкой и немного грубой. У нее же каменное сердце. Но черепахи были другими – и сердце у них было другое, более мягкое и чувствительное, и сейчас она это почувствовала. Для нее мир обретал новые краски и давал ей надежду на новую жизнь.

SAVAGES

Отредактировано Ninjara (2014-06-27 01:43:01)

+3

8

Подчинятся. Они хотят, чтобы Максвелл подчинился...
Равнодушное, каменное лицо электрика принимает раздраженное выражение - полные губы, едва выделяющиеся на фоне его мерцающего овала лица, кривились в недовольной гримасе, а широко раскрытые, по-рыбьи тупо выпученные немигающие глаза превратились в презрительные щелочки, взирающие на дрожащего человечка в форме внизу, как на мерзкого таракана.  Именно человечка, и именно это сравнение жалкого насекомого под ступней, как родившегося заново Дилана. Никто... никогда... больше... не... будет... ему приказывать! Прошло то время беспрекословного подчинения и покорности, да, он жил с этим чувством собственной ничтожности, мирился с ним слишком долго. Он сосуществовал с этими унижениями фактически с рождения, когда все, с кем бы он не имел дел, начиная от его дорогих родителей и заканчивая начальником на работе, постоянно грозившим мужчине увольнением, хором твердили только одно - ты жалок Максвелл. Ты настолько жалок, что твоя планка находится где-то гораздо ниже плинтуса, и не понятно, как ты еще находишься рядом с нами... Сколько самомнения у них о себе, сколько никчемной гордости. Сон ли это, или не сон, но злость и обида, бурлящие в его сердце, как в раскаленном котле, были вполне себе настоящие. Грубые, покрытые рабочими мозолями, некогда обтянутые темной кожей пальцы, до этого расслабленные и вздрагивающие от переполняющего его напряжения, сжимаются в плотный кулак, ногти впиваются в внутреннюю стороны ладони... у него должна идти кровь... Но вместо нее, теперь в жилах субъекта течет чистая энергия, которая просто так, ни за что не покинет его тело.
- Повторяю! - Рупор нова содрогается от голоса перепуганного стража порядка, и он совершенно не скрывает своего страха - прекрасно видно, как он дрожа, пригибается за своим единственным укрытием, так и норовя заползти под машину, уж больно грозным, больно необычным был нарушитель. Молодой полицейский то и дело нервозно поправлял лацкан формы, косясь на полыхающие остовы автомобилей, горками возвышающиеся за плечами подсвечивающейся фигуры зависающей над перевернутой машиной. Да, ему одному здесь явно не обойтись... - Нарушитель, выйдете на открытое место, или я вынужден буду открыть огонь. Всем разойтись! Назад! - Он энергично замахал руками, разгоняя суетящуюся вблизи толпу. Кто посмелее, брался за телефоны и лез вперед, а парочка подростков нашлась уже с фотокамерами и безрассудно притискивалась ближе к эпицентру разрушений, пытаясь эффектно заснять вон того чувака, в дыму и искрах, что не сделаешь, ради популярности в своей школе... - Я сказал разойтись! Сер? - Отвлекшийся на несносных мальчишек, оказавшихся прямо рядом с полицейской машиной молодой офицер, заметил плотную фигуру в плаще вынырнувшую из расплывчатой дымки пожара, оказавшуюся в опасной близости от сумасшедшего субъекта. Клубы дыма плотно окружали смелого незнакомца, крепко державшего в руках палку, или что-то вроде того. Полицейский лихорадочно вцепился в рупор, на истеричной ноте гаркнув, - Сер, немедленно покиньте площадь. Сер, повторяю, я не шучу! Вы находитесь в опасности, немедленно покиньте... ах чтоб вас, - он уронил рупор, закрыв глаза от резкой, белой вспышки, прямо рядом с собой - стайка дурачков все же решилась воспользоваться этим моментом и заснять смерть глупого героя, оказавшегося на "поле битвы".
Застывший Максвелл так же не оценил выходку юных горожан, закрыв лицо обеими ладонями и зло зажмурившись. Еще один щелчок и вспышка... - Уберите... КАМЕРЫ! - размашистое движение локтем, и ветвистый разряд молнии вновь вспорол покрытие мостовой, расшвыривая во все стороны каменную крошку и брызги с грязных луж, усеивающих  проезжую часть, теперь разбомбленную так, что по ней словно проехался целый парад грузового транспорта, не иначе... Удар молнии поднырнул под сине-белое авто с характерной эмблемой "полиция Нью Йорка", подбросив машину и зло "оттолкнув" незадачливых фотографов назад, вместе со стражем, который лихорадочно стал вытаскивать из кобуры свой пистолет, лежа по пояс в луже, под перевернутым капотом. Перепуганные ребята безо всякого сожаления оставили дорогую, разбитую аппаратуру в грязной воде, а вот зато те, кто все-таки не решился подойти ближе, с довольными улыбками успели заснять их вытянувшиеся лица, кроме смазанных кадров того ужаса, что творился на перекрытой проезжей части. Правда последняя выходка  странного... существа, несколько поумерила пыл школьников, и они уже гораздо менее уверено толпились вокруг происходящего на дороге. Многие убрали телефоны в рюкзаки и попятились за ограждение вдоль дороги, предпочитая наблюдать с безопасного расстояния, но никто явно не собирался расходится. Не каждый день такое увидишь... 
Состояние ужаса, что охватило бедного полицейского, который уже сто раз проклял свою профессию, и то, что этот кошмар случился в его смену,  не передать словами. Он сталкивался только с мелкими хулиганами, которые залезали в лавки с пирожными, или пытались вскрыть банкомат, однажды, предотвратил нападение на леди с соблазнительно увесистой сумкой. Но никогда еще в своей карьере, этот парень не встречал на своем пути нечто, больше похожее на стихийное бедствие в человеческом обличье, не поддающееся никакому внятному объяснению. Как человек, он совершенно логично боялся происходящего, не вписывающегося в рамки обыденной жизни полицейского, но как единственный представитель закона, он должен был защитить народ, столпившийся за его спиной, ну, или, хотя бы попытаться это сделать! И кажется мокро ему скоро будет не только от того, что он плашмя лежит в луже... Оружие с силой отдает в хлипкое плечо, стоило только нажать на курок... в конце концов, он предупреждал! Громкоговоритель изломанный и искореженный смялся в лепешку под крышей перевернутого авто,  и у юного стража нет возможности окликнуть две мечущиеся в дыму фигуры, - ВЫ НА ЛИНИИ ОГНЯ!
Пули попадают в тело, пропитанное электричеством, с тихим треском исчезнув в облаке крошечных молний окружающих в страхе прикрывшего голову бывшего электрика - ему было больно, но вовсе не так, как он ожидал.  Возможно в его переродившемся организме существовала своя защита, но всполохи электрических зарядов мягко обволокли  конусообразные, металличесские инородные тела, попытавшиеся прорваться сквозь искрящую оболочку Максвелла и причинить ему немыслимую боль. Он теперь мог себя защитить... Он больше не будет это терпеть. Пули со звоном падают на  землю, пружинисто откакивая от покореженных листов железа, вплетаясь мелодичным перезвоном в симфонию всеобщего ужаса, под дружный испуганный гомон зевак. Дилан медленно опустил скрещенные перед лицом кисти рук, со злобным оскалом оглядываясь по сторонам, словно виновник всех его неприятнотей был где-то тут. у него под боком... И здесь правда, кто-то был.
- Вы... - Гортанный крик эхом разлетелся по изувеченной площади, вынуждая притихших горожан сделать еще один боязливый шаг назад, готовясь к бегству.  Лучше бежать... сломя голову, и как можно дальше отсюда! -... Вы больше не будете в меня стрелять! Никогда... - дверца иномарки отрывается с легкостью крыла хрупкой бабочки, заслонив психопата щитом от нового выстрела. Уже не страшась своих собственных сил, мужчина взмывает вверх, зависнув в паре метров от потрескавшегося асфальта, и заслоняясь импровизированным щитом до тех пор, пока полицейский в истерике  не всадил в гладкий металл все патроны, оставшись совершенно безоружным. - Я заставлю вас уважать меня! - Вывески близстоящих к дороге магазинчиков истерично замигали,  плюясь искрами, а авто, которым повезло все еще остаться целыми, хором оглушили собравшихся включенной сигнализацией - городская жила электрочастиц живо реагировала на настроение того, кто отныне являлся неотъемлемой ее частью. - Я - Электро... - Отшвырнув дверцу не глядя в сторону, он едва не попал в маленькую девочку - перепуганный насмерть ребенок каким-то немыслимым образом отделился от толпы зевак, пытаясь убежать от страшного зрелища, да вот только глупое пятилетнее создание передвигало ножками вовсе не в ту сторону. Зажатая в  толпе мать рвалась к дочери, плакала и кричала, но за всем гомоном, витающим над площадью и проезжей частью, ее почти никто не слышал. А когда заметили... нерадивую мамашу пришлось удерживать на месте втроем.
- Я... Электро... У меня сегодня День Рождения, и я покажу вам, как устраивать фейверк и зажигать на праздничном  торте свечи! - Он стремительно срывается вниз, оставляя за собой смазанный багровый след, словно падающий с небес метеор, и кулаки мужчины с яростью ударяют по земной поверхности - молнии посылаемые Электро ранее были просто цветочками, по сравнению с той взрывной волной электрического заряда, что пробежалась сейчас по асфальту, корежа его, переворачивая застывшие плиты острыми концами вверх, взорвав светящиеся стенды рекламных щитов, в ряд попадавших на мостовую - несчастную Ниньяру  окатило холодным душем из крана, который благодаря миниатюрному землетрясению ушел на полкорпуса в яму и струя воды била теперь вверх, как знаменательный фонтан триумфа Максвелла, к частью, гася разрастающийся позади Дилана пожар, не давая тому расползтись еще дальше - парковые деревца, так заботливо подсаженные в кадки рядом с пешеходным тротуаром полыхали адским факелом.

Отредактировано Electro (2014-08-11 18:18:05)

+2

9

Несколько долгих мгновений подростки просто молча и напряженно смотрели друг другу в глаза, ведя ожесточенный мысленный спор на тему того, кто из них двоих сейчас должен подставлять свою шкуру под шаровую молнию. Донателло знал, что его слова звучали откровенно противоречиво — лисица и вправду была быстрее и проворнее, ей было бы куда проще отвлечь этого психопата или уклониться от его убийственного заряда, в то время как Дону было под силу разбить пожарный кран и направить струю воды в нужном направлении... Но разве изобретатель мог позволить Ниньяре жертвовать собой у него на глазах? Вот почему Донни никогда не смог бы стать полноценным лидером. В нем не было той решимости, того доверия к членам своей команды и той ответственности, которую он был готов взгромоздить на собственные плечи в случае провала миссии, то есть, всего того, чем располагал его старший брат. Лео бы позволил лисе подойти к Электро на близкое расстояние. Дону же просто не хватило на это духа. Вот почему он так настаивал, чтобы Ниньяра занялась помпой, вот почему он не позволил Майку отвлечь Кожеголового, и вот почему он всегда стремился справиться с проблемой в одиночку... Слабость? Пожалуй. Ему еще предстояло научиться многим вещам, в том числе и способности идти на риск, когда это необходимо. А пока что ему вполне хватило того случая, когда он скомандовал Микеланджело увести за собой отряд футклановцев. С тех пор в душе гения поселился непроходящий страх. Страх за жизнь своих родных. Конечно, лису с большой натяжкой можно было назвать членом семьи, но... Она уже продемонстрировала черепашкам, что на нее можно положиться в случае беды, а главное — она всегда сражалась на их стороне. Не Донателло первым протянул ей свою ладонь... Это сделала сама Ниньяра по отношению к братьям, в ту самую ночь, когда последние были атакованы Рене и его ниндзя. Следовательно, она была их другом. А разве друзей подвергают опасности? Донни искренне надеялся, что все эти мысли и переживания сейчас в полной мере отразились в его глазах, так, чтобы куноичи смогла понять их самостоятельно. И, похоже, ему это в какой-то степени удалось, так как лиса все же сдалась и неожиданно тепло подмигнула умнику.
Не дай сделать из себя жаркое, — шепнула она, и ее поросшее густым бурым мехом плечом осторожно выскользнуло из хватки мутанта. Дон лишь устало улыбнулся и едва заметно кивнул в ответ — да уж постарается, а куда деваться-то? Проводив взглядом пушистый хвост лисицы, багровым всполохом промелькнувший между покореженными остовами перевернутых автомобилей, гений вновь прижался панцирем к своему импровизированному укрытию и осторожно выглянул из-за капота, пытаясь отыскать взглядом знакомый искрящийся силуэт. Пока они с лисой болтали, Электро уже успел отойти на порядочное расстояние и теперь неумолимо приближался к полицейской машине, за которой вот уже несколько минут безуспешно разорялся молодой коп — даже отсюда можно было рассмотреть его побелевшее лицо и трясущиеся от волнения руки, удерживающие громкоговоритель на весу. За спиной парниши толпилась огромная толпа зевак, все с телефонами и планшетами, приготовленными к съемке... Донателло звучно шлепнул себя ладонью по лицу, а затем вновь напряженно уставился на Электро, чуть разомкнув прижатые к переносице пальцы и решая, как ему приблизиться к этому психопату. Не хватало еще угодить на первые полосы газет и прослыть местным Суперменом или Человеком-Пауком, стоящим на страже города... Пожалуй, густой дым мог бы скрыть его от посторонних глаз и вспышек фотокамер, но стоило помнить о том, что и сам Дон окажется фактически ослеплен едкими испарениями, которые наверняка попадут ему в глаза. Так и не придумав ничего более путного, юноша как можно более незаметно выскользнул из-за автомобиля и двинулся вперед, короткими перебежками сокращая расстояние до замершего посреди дороги Максвелла. Укрытием ему служили все те же перевернутые машины или покосившиеся фонарные столбы. Оказавшись в непосредственной близости от Электро, в считанных метрах от полыхающего автобуса, Донни снова замер, подняв ладонь к лицу, так, чтобы загородиться от искр и волн испепеляющего жара, и пристально наблюдая за разворачивающимися в стороне событиями. Молодой полицейский все надрывался в свой дурацкий рупор, и в его голосе все явственнее звучали истерические нотки. А разрушитель был уже совсем рядом... Поняв, что больше мешкать не стоит, Дон закусил губу и медленно, осторожно выступил на свет, мысленно взмолившись небесам, чтобы дымовая завеса надежно прикрыла его от посторонних взглядов. И почему именно он вечно вляпывался в подобное дерь...
Сэр! — юноша нервно вздрогнул, осознав, что полицейский обращается непосредственно к нему, но тут же покрепче сжал выставленный перед собой посох. Спокойно... эти люди еще не понимают, кто он такой, ведь иначе бы к нему обращались не как к человеку. — Немедленно покиньте площадь. Сэр, повторяю, я не шучу! — да, да, это мы уже поняли. Не нужно быть гением, чтобы осознать — никто не стал бы шутить в подобной ситуации... ну, разве что старина Майки, но того, к несчастью, — или наоборот? — сейчас не было рядом, так что некому было разрядить повисшее в воздухе напряжение. Сосредоточенно нахмурившись, Донателло сделал еще один крохотный шажок вперед, стараясь не отвлекаться на металлические команды, изрыгаемые громкоговорителем, и максимально сосредоточиться на предстоящей ему задаче по отвлечению Максвелла. Но прежде, чем юноша успел подать голос и переключить внимание Электро на свою странную персону, их обоих буквально ослепил целый каскад ярчайших вспышек — да какого панциря, неужели так обязательно щелкать камерами в такой ответственный момент?! Дон, не выдержав, отнял одну руку от древка Бо и загородил ею свою искаженную в болезненной гримасе физиономию. Как будто ему не хватало этого треклятого дыма...
Не снимайте!... — крикнул он в слепой надежде, что зеваки все-таки послушаются и уберут свои фото- и видеозаписывающие устройства. Куда там! Разумеется, никто не услышал его в творящейся кутерьме. Зато Дилан, кажется, всерьез разозлился — Дон мог заметить краем глаза, как перекосилось его и без того жуткое лицо, сквозь которое голубоватой сетью просвечивали пульсирующие электричеством жилы. Плохо... очень, очень плохо. — Хватит! Вы сделаете только ху...
Уберите... КАМЕРЫ! — голос Электро неожиданно взвился до оглушающих басов, прозвучав даже громче полицейского рупора. Донателло торопливо отпрянул назад, уворачиваясь от каменных осколков — очередная молния ударила прямиком в асфальт, окончательно разбомбив и без того треснувшее дорожное покрытие. Полицейская машина с натужным гулом подорвалась высоко в воздух и тут же бухнулась обратно, вмиг обратившись в гору искореженного металлолома — слава богу, никого толком не задело, включая самого Дона. Этого простого "фокуса" оказалось более чем достаточно, чтобы толпа в ужасе поддалась куда-то назад, едва ли не устраивая давку на залитой багровыми отсветами мостовой. Заметив пистолет в руках упавшего в лужу копа, гений тут же выбросил ладонь в его сторону, не то играя в Чарльза Ксавье, не то просто желая предупредить парня о том, что его идея, мягко говоря, неудачна.
Стойте! НЕ СТРЕЛЯЙТЕ В НЕГО!... — на самом деле, проблема была даже не в жалости (хотя, конечно, Дону не хотелось бы стать свидетелем чужой смерти, даже такого опасного типа, как Максвелл), а в том, что пули едва ли могли причинить Электро какой-либо ощутимый вред... скорее уже, окончательно взбесить. Разумеется, его предупреждающий вопль вновь остался без внимания: насмерть перепуганный коп выпустил в противника почти всю обойму, вынудив Дилана в страхе загородить лицо руками. Дон предпочел последовать его примеру, стремительно развернувшись панцирем к заистерившему копу и слегка пригнувшись к земле, отчаянно надеясь, чтобы какая-нибудь шальная пуля не угодила ему в затылок или плечо. Прекрасно, просто восхитительно! И как, спрашивается, он должен отвлекать эту ходячую трансформаторную будку, если ее внимание полностью сосредоточено на доблестном страже правопорядка?! Теперь Донни оставалось ну разве что сплясать хулу на вершине горящего микровэна, чтобы как-то отвлечь Электро от мирных жителей и их горе-защитника в полицейской фуражке... Опустив ладони, Дон в полном отчаянии уставился на беснующего поодаль Максвелла — последний вполне себе благополучно загораживался оторванной автомобильной дверцей, до тех пор, пока у бедного копа не закончились патроны. Но даже после этого Донателло не спешил приближаться, понимая, что так он лишь сделает ситуацию еще хуже... хотя, разве могло быть хуже?
...как выяснилось спустя считанные мгновения, все-таки могло. Заметив бесхозного ребенка на противоположной стороне улицы, Дон едва не выругался вслух — проклятье, да что с этими людьми не так?! Куда вообще смотрели родители это дево... ЭЙ! Глаза изобретателя расширились, когда он заметил угрожающий замах Электро и летящий в малышку "снаряд". Донателло сам не заметил, как рванул с места в карьер, едва успев сгрести бедного ребенка в охапку. Оторванная дверца вскользь царапнула подростка по панцирю, оставив памятную царапину на толстой костяной защите, но то была сущая ерунда по сравнению с тем, чем все могло бы закончиться, не среагируй изобретатель вовремя. Тесно прижав девочку к груди, Дон с разбегу перекатился через плечо и в растущей панике уставился в ее бледное детское личико — цела ли? Судя по огромным вылупленным глазищам и приоткрытому в немом изумлении рту, дитё чувствовало себя в относительном порядке, что, разумеется, не могло не радовать... если на мгновение забыть о том, что сейчас его заботливо держало на руках большое зеленокожее существо, больше напоминающее орка из страшной, волшебной сказки. Ну, или гоблина... или кто там был главным отрицательным персонажем в книгах для дошколят?
Трооолль, — подсказала кроха, доверчиво протянув ручонки к широкой перепачканной физиономии мутанта и с неожиданной силой потянув его впалые щеки в разные стороны. Дон с облегчением выдохнул, на мгновение прикрыв глаза. Что ж... тролль так тролль, главное, что он не нанес этой девочке тяжелую психологическую травму уже одним своим видом.
Он самый... кажется, — неуверенно промямлил гений, осторожно высвобождая лицо из цепкой детской хватки. Так... пора было возвращаться к прерванному делу. А вот ребенка следовало бы поскорее отдать родителям — если бы он еще мог увидеть, где они сейчас находятся! — Давай-ка мы найдем твоих маму с папой, хорошо? Покажешь мне, где они находя... Да чтоб тебя!...
Неожиданной силы взрывная — или, скорее, энергетическая — волна с размаху врезалась в несчастного мутанта, отшвырнув того далеко назад. Девочка на его руках испуганно завизжала, в то время как сам Донателло лишь покрепче стиснул ее в объятиях, из-за всех сил стараясь не выпустить ребенка из рук. С грохотом врезавшись панцирем в один из чадящий дымом автомобилей, Дон с шипением сполз на землю, но тут же вскочил и рванул в сторону, подальше от "эпицентра" в лице взбесившегося Электро. Теперь уж ему было не до маскировки: несколькими большими прыжками преодолев расстояние до разбитого пожарного крана, гений торопливо ударил по тормозам и еще по инерции проскользил полметра на широко расставленных ногах — земля была влажной от бьющих во все стороны брызг воды. В итоге юноша просто неуклюже бухнулся задницей рядом с упавшей на землю лисицей и, недолго думая, всучил ей мокрого и дрожащего ребенка.
А ну-ка, подержи, — сипло скомандовал он, чувствуя в себе нездоровое желание просто оставить Ниньяру в обнимку с бедной девочкой, схватить собранные накануне инструменты, вскочить на ближайший уцелевший мопед и... умчаться в закат, пока панцирь цел. Но, разумеется, это были лишь мечты, а в реальности именно Дону предстояло решить, что же им всем делать дальше. Очевидно, что их первоначальный план провалился к чертям — помпа была разрушена, и даже если бы ребятам удалось направить струю в нужную им сторону, Электро уже все равно отошел слишком далеко. Впору было схватиться за несуществующие волосы и выдрать из них пару внушительных клоков — и какого панциря они вообще влезли в эту авантюру?!...
Ну, и что теперь? Перейдем к плану "Б", которого пока что еще даже в природе не существует? — осведомился Дон, не скрывая едких ноток в голосе. Сидя в ледяной луже под импровизированным фонтаном, подросткам, кажется, только и оставалось, что трястись от холода и беспомощно наблюдать за тем, как их противник продолжает исступленно крушить улицу. А вдалеке тем временем уже раздавались пронзительные сирены — на место происшествия уже вовсю стекались местные пожарные части и вызванное копом подкрепление. Страшно представить, что Максвелл сделает с этими ни в чем не повинными людьми, когда они вновь попытаются открыть по нему огонь...

+4

10

Легко придумать справедливую цель..
Великую цель,
Из тех, что любимы толпой...
Еще мне нужен безупречный герой,
Могучий герой,
Что всех поведет за собой!(с)


Мелькнула ярка вспышка от фотоаппарата и куноичи подпрыгнула  и пригнулась, спрятавшись за одной из покореженных машин. Какого черта? Нет, люди на самом деле странные существа – жить надоело что ли? Ради красивого кадра бросаться на рожон – нет, они точно психи. Она – куноичи. С детства приученная смотреть смерти в глаза видела, сколько опасности несет в себе Электро. И если так пойдет и дальше он сможет смело вставать на одну планку с Рене, давая нервному докторишке еще 10 очков вперед. Но Ниньяру не устраивала роль беззащитной героини драмы – она ведь была воином, а значит, могла постоять за себя.
Однако присутствие камер, задело не только Ниньяру, но и примадонну сегодняшнего вечера – Электро. «Какая нервная истеричка», - успела подумать она, до того, как услышала голос Донателло и почувствовала холодок, пробегающий по спине. Молния прошла совсем рядом с мутантом, оставляя после себя каменную крошку и пыль, и угодила прямиком в полицейскую машину, подорвав ее. Все происходящее с ними сейчас было воистину достойно какого-нибудь современного боевика, как одного из тех, что так любит Майк.
-Ну, что, Донни теперь мы звезды Ю-туба. – Нервно засмеялась Ниньяра. Ситуация начала принимать крутые обороты, и она уже успела пожалеть, что рядом с ними нет остальных. Но кто знал, что простая вылазка за инструментами, может стоить мутанту и лисице жизни. Но раз уж они стали звездами интернета теперь отступать было больше некуда, главное теперь не превратится в решето и не поджариться.
Первые выстрелы прозвучали оглушительно, и лиса прижала уши с кисточками к голове, стараясь отгородиться от этого шума и хаоса. Сразу же за ними последовал испуганный голос Дона. Ох, как бы его самого не задела шальная пуля. Но у Дона был панцирь, который в случае чего мог спрятать черепаху от опасности, в отличие от присутствующих здесь людей. И тут Ниньяра заметила, как от толпы зевак отделилась маленькая девочка, и ужас сковал куноичи. Она приметила в толпе мать девочки, которая уже билась в истерике. Так, они оба именно там, где они должны быть. На своем месте. Донателло был ближе к девочке и успешно спас ее от шаровой молнии Электро, которая неслась прямо на ребенка. Лисица испуганно зажмурилась и отвернулась, почувствовав, как волосы тяжелой копной ударили по плечам. Когда пальба стихла, она нашла в себе силы повернуться. Донателло и девочка к счастью были целы и невредимы. Ниньяра выдохнула. По крайней мере, теперь, под надзором черепахи жизни девочки ничего не угрожало. И тут Донателло приметил ее.
Изобретатель поспешил к куноичи, держа малышку на руках, но по дороге поскользнулся и упал, держа девочку на вытянутых руках. Лисица приняла ребенка и посадила его к себе на колени. Девочка протянула руку, чтобы погладить лисицу и та ощутимо вздрогнула. Маленькая ручка коснулась макушки лисицы и провела по мягкому бурому меху.
-Киса? – Вопросила девочка, зарываясь ладошками в теплый мех. Ниньяра натянуто улыбнулась и кинула убийственный взгляд на Донателло. Делать то ей с этим сокровищем, что?
Ниньяра вскинула голову и почувствовала, как по темной бурой шерсти стекают капли ледяной воды, делая лисицу, больше похожей на мокрую крысу. Она достала клинок, которым вскрывала помпу и положила его обратно за спину. Хвост взметнулся, поднимая еще одну тучу брызг. Да, кажется им с Доном все равно не избежать трепки от старших братьев семейства – Леонардо и Рафаэля. Благородного воина всегда характеризуют его жертвы. Главное, чтобы тебя не преследовал страх, когда ты будешь ее приносить. Но  страх в душе Ниньяры все, же был и он не касался предстоящей трепки. Она опасалась за жизнь Дона и людей, которые их окружали плотным  кольцом. Неужели мутант и, правда, не понимал почему. Только потому, что у них есть свои враги, это не снимало с них обязательств, как с защитников города. И если ты принял на себя эту ответственность, то будь добр следуй ей до самого конца. Но, кажется, на сей раз, они ввязали в авантюру, из которой не было выхода. И если «гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе», - старая прописная истина, которая как нельзя точно характеризовала упрямый нрав куноичи.
Одежда после холодного душа плотно прилипает к телу. И становятся видны особенности тела куноичи, более заметной становится пышная грудь девушки и  тонкая талия. Ниньяра поежилась, но отступать было поздно. Она была обязана прикрыть изобретателя, дабы он не окочурился до того светлого момента, как спасет свою даму. Вопрос в другом, кто спасет ее. Ах да, она же слишком сильная и уверенная в себе, чтобы нуждаться в помощи.
Но Донателло был в панике. И черт, раздери они действительно во многом были и оставались подростками и, хотя между ними была разница всего в год, сейчас она чувствовалась особенно остро. Ниньяра выдохнула. Она должна взять на себя ответственность, как старшая. И пусть потом Рафаэль всех собак на нее спустит. Уши с кисточками вздрогнули, заслышав приближение машин с сигнализациями. Спасательная команда была еще сравнительно далеко, но уже стоило надеяться на них, и их присутствие принесет мутанту и лисице ту самую надежду на спасение которую они ищут.
-Если нет плана, значит надо импровизировать, а не сидеть под холодным душем и предаваться отчаянию и панике. Донателло, это ты у нас должен быть героем. Так что слушай меня внимательно сюда. Прежде всего, нужно доставить девочку к родителям, она для нас обуза, которую мы к тому же подвергаем смертельной опасности. Так что сначала нужно избавиться от нее. Потом, смотри. – Она повернула его голову в сторону подъезжающих машин. – Среди них есть пожарные, пока они будут тушить взрывы, мы сможем направить один шланг на Электро. Но кто-то по-прежнему должен его отвлекать и на этот раз это буду я. – Дон хотел ей было что-то сказать, но куноичи не позволила ему, приложив палец к губам. – Со мной ничего не случится, и я, наверное, не стою такой трогательной заботы. Береги себя, Донни-бой.
С этими словами лисица поднялась на лапы, и вытащила катану. По острому, идеально наточенному лезвию стекали капли воды, смывая каменную пыль и песок, но сама лисица на это не обратила внимания. Пока она взбиралась по взагроможению из машин, Электро проводил торжественную речь, от содержания которой лисицу тошнило, и она не собиралась скрывать своего презрения. Да, поначалу ей было его жалко. Хотя слабые люди не достойны даже этого. И Электро не был достоин даже жалости. Она начинала к нему испытывать только ненависть и презрение. А вот та маленькая девочка, что сейчас испуганно прижималась к матери и не отрывала восхищенных глаз от куноичи нуждалась в защите, как и остальные люди. Которые были здесь. Ее катана ловит отсвет молний. Электро близко, пожалуй, даже слишком близко для беспечной куноичи. И именно ее беспечность ее погубит.
-Хей, батарейка-переросток. – Куноичи гордо вскинула голову, выставляя катану впереди себя и готовая в любой момент соскочить со своего места, если ее жизни и рыжей шкуре будет угрожать опасность. – Знаешь, они тебя лишь бояться, но не уважают, потому что на самом деле ты жалок и достоин не больше внимания, чем та кучка мусора. – Она умело уклоняется от пролетающей мимо молнии, сделав широкий размашистый шаг в сторону. Это было близко. Куноичи нервно сглотнула. – А теперь мы потушим твою свечку, и ты останешься прежним неудачником, которым был. – Видимо в этот момент Электро замкнуло, а пушистой леди удалось его достать до такой степени, что он отреагировал на ее словесный выпад. Ниньяра пытается уклониться от молнии, и ей это почти удается, но мех опаляет жаром, ткань тонкой кофты порвалась, оголяя грудь девушки, и демонстрируя ее сторонним наблюдателям. Ниньяра была в абсолютном бешенстве. – Ах ты тварь! – Зарычала она. Зверя никогда не стоит спускать с поводка, иначе он может обнажить свою истинную сущность. – Chisai chinchin*. Дон, сейчас! И перестань на меня так смотреть. - Она зарделась, гнев постепенно отпускал ее, и девушка возвращалась к своей реальности и будням, где ей все еще грозила опасность, называемая Электро.
Она пыталась унизить Электро, и если он при падении убьется головой об асфальт, то так тому и быть. Энергетическая волна разрушила колоннаду из машин, на которой до этого стояла лисица. Она грациозно приземлилась, поодаль взмахнув хвостом, и обеспокоенно посмотрела на новенький ожог на плече. Кожа неприятно зудела, но ее с детства приучали терпеть боль. На тренировках у своего мастера приходилось терпеть и не такое. Она наскоро завязала кофту, чтобы не щеголять оголенными телесами. Ниньяра прислонилась лбом к холодной дверце покореженной машины, по которым лилась вода из раздолбанной помпы. На несколько секунд можно было выдохнуть спокойно. Лисица прикрыла глаза, чувствуя, как по венам разносится боль от ожога, оставленного Электро. О, она себе уже представляет вытянутое лицо Рафа, и то, как он начинает снова на нее рычать, скрывая под грубостью свое беспокойство за жизнь куноичи. Да, кажется, впервые в жизни она поступает правильно, слушая ту часть в себе, которая казалось, умерла задолго до этого момента.

*- яп. маленький член

+3


Вы здесь » TMNT: ShellShock » II игровой период » [С2] Don't look back